Глава 1

Эви

На экране появилась идеально уложенная белокурая голова Фионы.

— Как отец?

Волна горечи захлестнула меня. Фиона бросила нас с папой сразу после окончания школы, и не только для того, чтобы поступить в колледж. Она обогнула полмира, чтобы начать новую жизнь в Австралии. Сбежала от нас и от своей ответственности. От папиного горя, от моего и, возможно, даже от ее собственного, всего через несколько месяцев после смерти нашей матери. Мы никогда не были так неразлучны, как другие близнецы, но я думала, что мы всегда будем рядом друг с другом.

— Он с кем-то встречается.

Зеленые глаза Фионы расширились.

— Встречается?

Я пожала плечами, потому что почувствовала то же недоверие, что и Фиона, когда он рассказал мне. Мама умерла чуть меньше трех лет назад, и папа нашел ей замену.

— Да. И это к лучшему. Ведь сейчас он чувствует себя намного лучше. — Часть меня знала, что эти слова были правдой, но другая часть по-детски держалась за мысль, что отец будет продолжать жить с памятью о маме. Это было несправедливо. Он заслуживал того, чтобы снова быть счастливым. Мама хотела бы, чтобы он двигался дальше.

Фиона прикусила губу, вероятно, не заметив, что смазала губную помаду.

— Наверное. Отец был так расстроен после смерти мамы, просто отлично, что он снова счастлив.

Сестра замолчала. Мои глаза защипало, и я увидела, что ее глаза тоже блестят от непролитых слез.

— Итак, — продолжила она более бодрым голосом. — Означает ли это, что ты наконец-то можешь пожить своей собственной жизнью?

— Последние несколько лет я так и жила, — возразила я, но это было неправдой. Заботясь о папе с тех пор, как сестра покинула Штаты, я выбрала ближайший колледж, чтобы быть рядом и выкроить время, чтобы присматривать за ним, даже если его склонность к трудоголизму не облегчала поставленную задачу.

Она сморщила нос.

— Нет, и мы обе это знаем. Когда ты в последний раз куда-нибудь выходила? Напивалась? Развлекалась всю ночь?

Выражение моего лица стало насмешливым и задумчивым.

— Ты говоришь о трех «никогда не пыталась».

Фиона указала на меня пальцем. Она, должно быть, практически влезла в камеру, чтобы быть такой большой на моем экране.

— Нам нужно это изменить. — Она помолчала. — Ты ведь получила степень бакалавра по маркетингу, верно?

Я нахмурилась.

— Да. Только что окончила бакалавриат по этой специальности. — Я не упомянула ни о сегодняшнем мрачном собеседовании, ни о жалких стажировках, которые прошла с тех пор, как закончила учебу. Найти хорошую работу в области маркетинга было очень трудно.

Ее улыбка стала лукавой, выражение лица, которое я знала с детства, заставило меня насторожиться.

— Фиона, — предупредила я.

— У меня есть для тебя работа.

— Работа? Где?

— Здесь, в Сиднее. В маркетинге люди заботятся только об опыте работы, так что тебе нужно сделать шаг вперед. У меня есть для тебя хорошее предложение, которое откроет все двери. Горячее.

— Сидней, — медленно произнесла я. — Ты хочешь, чтобы я приехала в Сидней?

— Ты ведь всегда хотела провести год за границей. Настал твой шанс. Папа занят свиданиями, и зная его, еще больше занят своей работой, так что теперь твоя очередь получить что-то для себя. Можешь остановиться у нас, Коннор не возражает. Наш дом достаточно большой.

Моя челюсть отпала.

— Ты хочешь, чтобы я жила с тобой.

Лицо Фионы стало мягче и нерешительнее. Это был взгляд, который я редко видела в прошлом. Сестра ненавидела казаться слабой перед другими, даже передо мной. — Мы не виделись больше двух лет, Эви. Я скучаю по тебе и хочу воспользоваться шансом, провести время вместе, а тебе не помешает повеселиться и приобрести опыт работы.

Я тоже скучала по Фионе, но мы не виделись не моей вине. Всегда знала, что сестра предназначена для жизни в большом городе, но все же надеялась, что она выберет город поближе ко мне, а не на другом континенте.

— На кого я буду работать?

— На Ксавье Стивенса. — Ее губы дернулись так, что я заподозрила неладное. Такое же выражение лица она изобразила, когда мама заставила ее съесть брюссельскую капусту.

— Тебе придется дать мне немного больше информации. Даже не знаю, кто этот чувак.

Фиона одарила меня улыбкой.

— Именно поэтому ты идеально подходишь для этой работы, Эви. Ксавье нужен кто-то, кто не станет целовать землю, по которой он ходит, поверь мне.

— Ладно, — ответила я. — Но все еще не имею представления, кто он. Нужно ли мне его погуглить?

Фиона закатила глаза. — Он, конечно же, регбист.

— Конечно же, — подчеркнула я. Фиона встречалась с регбистом из «Сиднейских тигров», была болельщицей той же команды и звездой Instagram.

— Он флайхав[1]. Абсолютная суперзвезда. Его все знают, каждая женщина старается оказаться в его постели, а каждый мужчина хочет быть им. И количество его ассистентов превышает количество нижнего белья.

Пару лет назад я бы и понятия не имела, кто такой «блуждающий полузащитник», но Фиона уже почти два года встречалась с Коннором и время от времени пыталась объяснить мне правила этого самого популярного в Австралии командного вида спорта. Я все еще не понимала правила игры, но помнила несколько терминов. — Значит, он вроде квотербека.

— Да, — сказала Фиона.

Но я не занималась спортом. Не увлекалась им и даже не разбиралась в футболе и его правилах. Так зачем мне утруждать себя тонкостями регби?

— Что будет входить в мои обязанности? Ты же знаешь, что я не разбираюсь в спорте.

— А тебе и не нужно. Ксавье нужен ассистент. Скорее, нянька. Ты знаешь, как заботиться о людях, и не позволишь ему командовать собой или послать куда подальше. Идеальная квалифицированная кандидатура.

Вот уж интересно, как мой диплом бакалавра в области маркетинга пригодится для этого, но предполагала, что такой парень нуждается в ком-то для связей с общественностью.

— Ты говорила с ним обо мне?

— Коннор — его лучший друг, и мы сказали Ксавье, что, возможно, знаем кого-то, кто мог бы заменить его последнего ассистента. Но тебе нужно приехать как можно скорее. Желательно на следующей неделе. Ксавье не может так долго обходиться без ассистента.

Парень выглядел как большая заноза в заднице, но после сегодняшнего жалкого собеседования я на самом деле не испытывала отвращения к идее попробовать свои силы в качестве чьего-то личного ассистента. И это доставит меньше хлопот, чем работа в маркетинговой фирме или компании. Нужно только проследить, чтобы у одного мужчины был хороший имидж для публики. Это может быть хорошим началом для моей карьеры.

— Да ладно тебе, Эви. Соглашайся и порадуй меня. Тебе здесь понравится. Австралия удивительна. — Она одарила меня «утиной мордашкой», которая в прошлом помогала ей добиваться своего. — Или ты беспокоишься о папе?

Отец уже несколько месяцев пытался заставить меня съехать и жить своей собственной жизнью. Может быть, из чувства вины, а может, потому, что ему было неудобно приводить женщину, с которой встречался, домой, пока я жила под одной крышей. Не то чтобы у него было на это много свободного времени. Фиона была права. Он работал с восьми до восьми в качестве адвоката и теперь проводил большую часть своего свободного времени со своей новой подругой.

— Я ему больше не нужна. — Спокойно можно уехать на год. Это ведь ненадолго. И если быть честной, мне хотелось сменить обстановку, оставить позади воспоминания, которые преследовали каждый дюйм этого дома, где призрак мамы все еще, казалось, дышал в каждом углу.

Фиона улыбнулась.

— Так ты действительно приедешь?

— Да, — медленно ответила я.

— Мне отправить тебе деньги на билет?

— Нет, — быстро ответила я. У меня все еще были кое-какие сбережения на счету, немного, но достаточно, чтобы купить билет до Сиднея.

Когда мы закончили наш звонок по скайпу, я действительно позволила реальности утонуть. Я уезжала в Австралию, чтобы стать ассистентом звезды регби, о которой я никогда не слышала и ничего не знала.

Теперь все изменится, предположила я.

Я вышла из комнаты и спустилась вниз, прислушиваясь к звону посуды. Папа стоял на кухне с тарелкой в руке и смотрел на свой телефон. Работа или его новая подружка. Он нахмурился еще сильнее. Работа.

— Привет, пап, — сказала я, входя и забирая у него тарелку. Затем наполнила ее лазаньей, которую приготовила вчера, и сунула в микроволновку.

Папа рассеянно улыбнулся мне, его седые волосы рассыпались от того, что он провел по ним рукой.

— Эви, — ответил он, не поинтересовавшись, как прошло мое собеседование, но я и не ожидала этого. Отец всегда был слишком погружен в свою работу, чтобы уделять нам много внимания. Это была мамина прерогатива. Она была домохозяйкой и заботилась обо мне и Фионе, пока папа строил свою карьеру. Даже в самом начале ее болезни все было именно так, но позже, когда рак стал прогрессировать, папа почти совсем перестал работать, чтобы ухаживать за ней и быть все время рядом.

— Тяжелый день? — спросила я его, когда наклонилась к столу и положила в рот немного холодной лазаньи, ожидая, пока папин кусочек согреется в микроволновке.

— Новое дело вызывает у меня головную боль. Крупный инвестор, который нажил сотни миллионов. Потребуется несколько недель, чтобы прочитать все папки, сваленные на моем столе. — Микроволновка зазвенела, и я протянула папе тарелку. Он не сел; просто начал есть, прислонившись к стойке и читая все важные сообщения, которые появлялись на экране его телефона. Если бы не я, отец бы, наверное, ел и спал в своем кабинете. Когда мама еще была жива, он старался проводить больше времени дома.

В конце концов, он заметил мой взгляд.

— Когда уезжаешь?

Я моргнула.

— Уезжаю? — И тут меня осенило. — Фиона уже поговорила с тобой, не так ли? — Она всегда была такой и вела себя как назойливая старшая сестра. Смешно, учитывая, что мы были близнецами, а я была на восемь минут старше ее.

Он кивнул.

— Она позвонила мне в офис сегодня днем. Думаю, отличная идея.

— Уверен и не возражаешь, что я оставляю тебя одного?

Папа поставил тарелку и подошел ко мне, коснувшись моих плеч.

— Я в порядке. Чувствую себя виноватым за то, как ты заботишься обо мне, хотя и не была обязана. Я способен сама о себе позаботиться. Всегда можно воспользоваться едой на вынос, и у меня есть Марианна, чтобы составить компанию.

Это был первый раз, когда он действительно упомянул ее, и казался счастливым. Я улыбнулась.

— Хорошо. Рада, что ты нашел кого-то.

Папа со вздохом отвернулся.

— Я всегда буду любить твою мать, ты же знаешь.

— Знаю, — сказала я и поцеловала его в щеку. — Она хотела бы, чтобы ты был счастлив.

— И я хочу того же для тебя, Эви. Так что поезжай в Сидней и наслаждайся жизнью. Проведи некоторое время с Фионой. Займись серфингом.

Я рассмеялась. Он никогда не видел, чтобы я занимался каким-либо видом спорта, иначе не предложил бы мне ничего подобного.

— Я еду туда работать, а не развлекаться.

Папа усмехнулся.

— Ты говоришь, как я. — Он достал бумажник и вытащил несколько сотен долларов. — Вот. На твой билет.

— Пап… — Я знала, что папа зарабатывает достаточно денег, но с самого раннего возраста они с мамой учили нас зарабатывать деньги своим трудом.

— Возьми.

Я так и сделала.

— Спасибо.

— И обещай мне, что тебе будет весело. Работа — не все, что есть в жизни.

— Думаю, тебе следует прислушаться к своему собственному совету, — поддразнила я.

Во мне бурлило возбуждение. Я точно это сделаю.

Мое волнение, однако, несколько уменьшилось, когда я поискала информацию о Ксавье в интернете и увидела фотографии его бывших ассистенток. На меня обрушился шквал образов. Ух ты, он быстро перебирал ассистентов. Фиона упомянула, что ни одна из них не задержалась надолго, но, судя по тому огромному количеству, которое ее нашла, они не задерживались дольше нескольких месяцев. Что не так с этим парнем?

И эти женщины, а все его ассистенты были женщинами, совершенно не похожи на меня. Инфлюенсеры[2] Instagram. Улыбка на миллион долларов, каждая прядь волос идеально уложена. Все фитнес-модели[3]. Худые, натренированные, ни грамма жира. Я посмотрела на себя сверху вниз. Пышечка.

Даже не знаю, может быть, именно поэтому меня и выбрали. Безопасный, менее рискованный вариант для сплетен.

Ксавье

Кто-то крепко прижался к моей спине, и слишком горячее дыхание коснулось моих лопаток. Ну вот опять. Почему они все должны быть такими липучками? Если бы я не был слишком ленив после секса, то выгнал бы их сразу и никогда бы не позволил провести ночь в моей кровати.

Я убрал руку с талии, и спустил ноги с кровати, моргая от яркого солнечного света, проникающего через панорамные окна. Который час?

Встал, потянулся и, повернувшись, обнаружил, что мое вчерашнее «завоевание» растянулась на спине с кокетливой улыбкой. При ярком дневном свете она выглядела менее аппетитной, чем прошлой ночью. Ее макияж был размазан под глазами, к тому же она была фальшивой блондинкой. Я это просто ненавидел.

— Ксавье, — промурлыкала она. — Почему бы тебе не остаться в постели?

Потому что я лучше натру свои яйца на терке, чем позволю тебе прикоснуться к ним снова.

— У меня тренировка, — и огляделся, чтобы узнать который сейчас час.

Черт подери! Я спустился по винтовой лестнице в нижнюю часть лофта[4], ища свой мобильный телефон. Где же я его оставил, когда ввалился сюда с липовой блондинкой, приклеенной к моему члену?

Что-то черное на деревянном полу рядом с входом привлекло мое внимание, и я поднял свой телефон с того места, где, должно быть, уронил его, когда фальшивая блондинка поцарапала мои яйца своими фальшивыми красными ногтями.

— Черт, — простонал я, увидев, что уже на минуту опоздал на тренировку. Так было каждый день с тех пор, как моя последняя ассистентка отвесила мне пощечину, сказала несколько русских ругательств и ушла. В один прекрасный день тренер выполнит свои угрозы и посадит меня на скамейку запасных.

Нет времени на завтрак или кофе. Я побежал вверх по лестнице, где фальшивая блондинка все еще валялась на моей кровати, как кошка в жару.

— Скорее! — прорычал я, проходя мимо нее через ванную комнату в гардеробную. Натянул свои спортивные шорты, не было времени искать нижнее белье. Мои товарищи по команде видели мое мясо бесчисленное количество раз, а также половина болельщиц и значительное количество женского населения Сиднея в возрасте от восемнадцати до шестидесяти двух лет (прискорбный инцидент, который Коннор никогда не позволит мне забыть). Схватив рубашку, я вернулся в спальню, только чтобы найти фальшивую блондинку все еще на моих простынях, но теперь играющую сама с собой.

Я был в нескольких шагах от того, чтобы серьезно потерять свое дерьмо. Неужели она действительно думала, что сможет убедить меня снова заняться ею только потому, что сама себя теребила, когда я уже засунул свой член в каждое отверстие ее тела прошлой ночью? Обычно я справлялся с подобными ситуациями с помощью обаяния и лжи, или, скорее, позволял своим ассистенткам справляться с ними, но сейчас у меня не было времени и терпения.

— Убери свои жадные пальцы куда-нибудь еще и убирайся из моей постели и квартиры. Я с тобой закончил.

Ее глаза расширились, и она села, ее палец все еще был во влагалище.

Подавив раздражение, я повернулся и направился к лестнице.

— У тебя есть ровно одна минута, чтобы одеться и уйти, или я вышвырну тебя голой.

Через пятьдесят восемь секунд она спустилась по лестнице и направилась ко мне, я ждал ее у входной двери. Ее блузка была наполовину расстегнута там, где я оторвал несколько пуговиц прошлой ночью, и она была босиком, туфли свисали с ее руки. Остановившись передо мной, она сильно ударила меня, осыпая ругательствами на иностранном языке, может быть, польском?

— Ты испортил мне блузку, ублюдок! Для сведения, ты худший любовник, который у меня когда-либо был.

Я жестоко улыбнулся.

— Ты так сильно кончила, когда я тебя трахнул, что простыни были в креме. — Потом достал из бумажника двести долларов и положил их в передний карман ее джинсов. — А это за блузку. Считай, что все остальное — мои чаевые.

Ее лицо покраснело. Я открыл дверь, вытолкнул ее наружу и тоже вышел в коридор, заперев дверь.

Я оставил ее стоять там, кипя от гнева и потрясения и войдя в лифт, нажал кнопку первого этажа.

Дошел до вестибюля и помахал портье. Лифт снова двинулся вверх.

— Доброе утро, Тениел. Как семья? — спросил я.

— Очень хорошо. Жена беременна нашим четвертым ребенком. — Он протянул мне ключи от машины. — Я припарковал для тебя ее перед входом сорок минут назад.

Вот тогда я и должен был уехать на тренировку.

— Поздравляю, — сказал я, подходя к стеклянной двери. Лифт загудел. Я бросил взгляд через плечо, увидев разъяренную фальшивую блондинку, несущуюся через вестибюль. Тениел покачал головой и слегка нахмурился, но он уже привык к подобным сценам.

Загрузка...