Бесцветные грустные глаза с тревогой пялятся из зеркала — у меня идеальный нейтральный макияж, нанесенный только что ушедшим стилистом, но я нарушаю его замысел и крашу губы кроваво-красной помадой. Сегодня мы с Артемом идем в его клуб — отмечать возвращение из Лондона. Как пара.
Всю неделю мы проводили вечера вместе — ходили в кино, кафешки и дорогие рестораны, Артем бережно держал меня за руку и обнимал при каждом удобном случае. Он сказал, что мы должны попробовать притереться друг к другу, и началась тяжелая романтика.
Мне ежедневно доставляют цветы и милые подарки, а еще Артем заказал фотосессию на фоне гирлянд из белых роз и зелени, где мы с ним позировали в белых одеждах и мило улыбались друг другу.
Он красивый до неприличия, иногда от его внешности захватывает дух. Но мозг продолжает мыслить трезво, и сердце не замирает. Я его не люблю.
Наступая каблуками на подол длинного голубого платья, я спускаюсь в гостиную — мой официальный жених ждет внизу и вертит на пальце брелок с ключом.
— Малая. Все никак не возьму в толк, когда ты успела стать такой красоткой? — скалится он и подставляет мне локоть.
Черный спортивный «Mersedes» медленно скользит по темным улицам. Тайком разглядываю профиль Артема и диву даюсь, почему соседнее сиденье занимаю именно я, а не очередная модель с умопомрачительными формами. Он круто выглядит в простой дизайнерской одежде, остроумно шутит и, не отрываясь, следит за дорогой.
Он с детства присутствует в моей жизни, но я его практически не знаю. Даже цвета глаз прямо сейчас припомнить не могу.
Мы заявляемся в клуб под ручку, а потом начинается привычная пьянка по всем правилам. Многочисленные друзья Женьки и Артема устраивают алкомарафон и надираются до чертиков, однако для меня он заказывает исключительно колу со льдом.
Наивный. Я быстро нашла общий язык с девушками из компании и, уходя с ними «попудрить носик», успела закинуть в себя семь шотов водки.
От алкоголя онемело лицо, стало резиновым, но иначе снести душные эротичные поцелуи Артема я бы не смогла.
Вечеринка набирает обороты, на меня уже ровным счетом никто не обращает внимания, и я выскальзываю из ВИП-зоны в общий зал.
На танцполе шумно и тесно, грохочут басы, пьяные тела в конвульсиях дергаются под музыку, сполохи света слепят глаза. Прислоняюсь к стене, по лицу течет пот и остатки стильного макияжа.
От поцелуев Артема хочется прополоскать рот. А лучше — сбежать ко всем чертям из этого клуба на северный полюс. К отношениям с ним я не готова. Пусть Женя меняет ориентацию и сам с ним спит!
Подбадриваю и раззадориваю себя, и настроение улучшается. Конечно, мой бунт — всего лишь буря в стакане и я никогда не пойду против отца, но выпитые шоты вдохновляют на глупости.
Мимо вразвалочку проходит высокий темноволосый парень в черном худи и узких джинсах. Его походка, силуэт, прическа и парфюм знакомы мне до одури. Глоток свежего воздуха, разряд тока, надвигающийся шторм.
Я хватаю его за плечи и разворачиваю к себе.
Харм. В дергающемся ультрафиолете его глаза сверкают как у ненормального, а из одной ноздри стекает тонкая струйка крови. Его губы разъезжаются в улыбке.
— Привет!
Я пихаю его кулаком в твердую грудь:
— Уведи меня отсюда! Прошу тебя.
— Что? — в недоумении переспрашивает он, силясь вспомнить, откуда может меня знать.
Это больно. Чертовски больно…
— Забудь. Я тоже рада тебя видеть. — Я собираюсь отвернуться и уйти, поставить на своей одержимости крест, но продолжаю накручивать на палец шнурок, свисающий с его капюшона. Харм покачивается и вдруг упирается лбом в мой лоб.
Слишком близко. Эти глаза слишком близко.
Пропасть.
Он просто играет со мной: если хочешь — прыгай.