Убийство в заброшенном поместье

Глава 11

Несмотря на физическое отсутствие объекта сплетен, имя Элси в «Красном льве» было у всех на устах. Ее появление на кладбище было весьма впечатляющим – мало кто из актрис мог бы похвастаться более эффектным выходом на сцену. Высокие шпильки, миниюбка и широкополая шляпа стали уже практически легендой. Интерес к Лотте и Оливии был утерян, и они поспешили найти убежище в бутылке вина, которую и приканчивали довольно быстрыми темпами. МакАдамс опасался, что еще немного – и он упустит возможность поговорить.

– Детектив-инспектор МакАдамс и детектив-сержант Грин, – представил он себя и напарницу, подойдя к сестрам.

– Опять копы, – вздохнула Лотте.

МакАдамс прикинул, что Лотте чуть за тридцать, судя по прическе пикси, пышной челке и взгляду, полному тревоги и разочарования.

– Всего лишь несколько вопросов, – заверила ее Грин.

– На похоронах?

– Мы в пабе, мисс Рэндлс.

Прямота сержанта Грин всегда производила впечатление. Но не успела Лотте возразить, как Оливия подвинула пустую бутылку из-под вина чуть ли не в руки МакАдамсу.

– Поговорить желаете? Тогда тащите выпить. На этот раз джин.

Макияж Оливии не мог скрыть ее тусклую увядающую кожу лица – следствие ее пристрастия к алкоголю. Мак-Адамс отметил это для себя и кивнул в сторону бара.

– Что ж, соглашусь. Грин, возьмешь в баре? – спросил он, усаживаясь напротив сестер.

– Понимаю, сегодня вы обе расстроились.

– Да ладно, – потрясла бокалом Оливия. – А все эта подлая мелкая тварь.

Учитывая репутацию Сида, пышные эпитеты могли бы относиться и к покойному… но МакАдамс решил иначе, учитывая представление на кладбище.

– Держу пари, вы не ожидали увидеть Элси.

– У нее нет права быть здесь.

МакАдамс взял паузу на размышление, пока Грин ставила на стол два джин-тоника.

– Почему же? – спросил он.

– Она злобная сучка, вот почему.

Фразу эту сестры произнесли почти в унисон. Мак-Адамс прокашлялся.

– По моему опыту, обычно первые жены ненавидят последующих, а не наоборот.

– Последняя жена – я, – подчеркнула Лотте.

На лице Оливии детектив МакАдамс мог наблюдать самые разнообразные эмоции; она-то была женой номер два, и хотя к Элси любви она, вероятно, не испытавала, на Лотте она посмотрела с плохо скрываемым раздражением.

– А вы знаете, что Сид женился на мне в их с Элси годовщину свадьбы? – спросила Оливия. – Прямо признание в любви, ага. Но она так и не исчезла из его жизни.

– Что это может значить? – спросила Грин.

Лотте усмехнулась, уткнувшись в свой стакан:

– То и значит, что он изменял Оливии.

– Значит, изменял. Со своей первой женой? – переспросил МакАдамс, приготовившись писать. Тут уже Лотте засмеялась в открытую.

– Со мной изменял. И с Элси тоже. И бог знает с кем еще. Да хоть со всем Ньюкаслом.

– Да он и тебе изменял, шлюха, – пробормотала Оливия.

Лотте пожала плечами. Интересно, подумал МакАдамс, как это Сиду удалось наплодить столько страстей. Он вспомнил, как Джо отзывалась о Сиде – голодном тощем лисе, слегка диковатом. Может быть, это в нем и привлекало женщин?

– Итак, он вам обеим изменял с Элси, – повторила Грин ласково. – Вы уверены в этом?

– Вы ж ее сами видели, разве нет? – спросила Оливия у Грин, одним глотком прикончив свой напиток. – Еще принесите. И поменьше долбаного тоника на этот раз.

– Что про Элси? – повторил МакАдамс.

– Да шлюха она самая настоящая. Девочка по вызову. Как ни назови. Спит со всеми. Вам надо бы ее арестовать.

– Технически проституция не является незаконной, – ответил МакАдамс.

Оливия фыркнула, брызнув слюной, – она уже изрядно напилась.

– Отлично. Ну так спросите ее, с чего она платит аренду за дом, да и машину она взяла за какие деньги? Шалашовка.

Обстановка накалялась. МакАдамс постучал пальцами по блокноту.

– Когда вы – вопрос вам обеим – в последний раз видели Сида Рэндлса? – спросил он. Ответом ему послужили два ничего не понимающих взгляда. – Живым, – добавил МакАдамс.

– Три года назад, после его развода с Лотте, – сказала Оливия, отвечая за обеих. – Пришел и ходил вокруг да около, как всегда, деньги понадобились.

– Ничего подобного. – Лотте ткнула пальцем в лицо Оливии. – Всегда ты так говоришь. А это не так. Ему… место ему было нужно. Просто место для… – Она почесала нос. – А, да не знаю я.

– Место, где бы он мог пожить? – спросила Грин, возвратившись со второй порцией джина.

– Говорю же вам, деньги он хотел, – твердила Оливия. На этот раз Лотте протестующе толкнула ее в плечо.

– Если он взял твои деньги, еще не значит, что он и мои хотел прихватить. Он сказал, что время от времени ему нужно тихое местечко. Не навсегда. И не для пожить. Просто чтобы было.

МакАдамс надавил на карандаш так, что чуть не сломал грифель.

– Тихое место где, за городом? – спросил он. – Так, чтоб никого вокруг?

Лотте смахнула волосы с лица, размазав по пути помаду.

– Ага. Тихое. – Она снова заплакала. – Он сказал, что иногда мы там сможем встречаться.

– И вы там встречались? – продолжал МакАдамс.

Лотте утерла слезы.

– Нет, – ответила она. – Сначала я было соблазнилась, но потом передумала.

– Потому что знала, что он к тебе не вернется, – злобно выпалила Оливия. – Потрахаться ему хотелось, и все.

– И что? Ты-то хотела, чтоб он тебя трахал! – прошипела Лотте и посмотрела прямо в глаза МакАдамсу. – Он ее не хотел, вот что. Деньги от нее нужны были. Она ему десять тысяч фунтов отдала! И это все своим трудом, да еще и машину пришлось продать и…

– Заткнись ты уже, сука тупая, – простонала Оливия.

– …и теперь у нее ни сбережений нет, ни на пенсию не скопила.

– Как и ты.

– А злится она на меня и Элси потому, что Сид хоть спал с нами иногда.

И Грин, и МакАдамс видели, к чему шло дело, но вовремя среагировать не успели. Оливия выплеснула остатки своего джина Лотте в лицо, а та, в свою очередь, схватила сестру за ярко-рыжие волосы.

– Хватит, хватит, остановитесь!

Грин (она так и не присела) удалось оттащить Лотте, но Оливия не отпускала ее, и под грузом обеих Грин повалилась на пол. МакАдамс выбрался из-за стола и одной рукой ухватил Оливию за талию, но теперь уже Лотте вцепилась в косички сержанта Грин.

– Это нападение на офицера полиции, – проорал МакАдамс. Это возымело эффект. Лотте как-то сразу обмякла. Вдобавок между сестрами откуда ни возьмись вклинилась Тула, и одно это успокоило их обеих. Зал затих, но они дали достаточно материала для сплетен, и МакАдамс поспешил увести Лотте и Оливию из паба.

– Идите к себе в номера, – скомандовал он. – И сидите там. И попрошу вас не уезжать из города.

– Мы ж вам сказали – мы на мели, – выпалила Лотте, вытирая тушь с щеки. МакАдамс потер переносицу.

– По оплате на сегодня и завтра все решим. Оставайтесь здесь, на месте.

Это обещание удивительным образом сказалось на обеих сестрах. Точно закажут выпивку в номер. Надо будет переговорить с Тулой насчет этого.

Грин он обнаружил у бара – та кипела от злости.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Я В БЕШЕНСТВЕ.

Она сжимала и расжимала кулаки с выпирающими на них венами. Могла ведь и ответить им, и слава богу, она подумала о последствиях и не вмазала им.

– Знаю. Прости. Но ты справилась на отлично.

Грин меж тем заказала виски и уже отпила из стакана, что недвусмысленно указало на окончание ее рабочей смены. МакАдамс похлопал ее по плечу.

– Ты думаешь про коттедж то же, что и я? – спросил он. – Тихое место, вдали от всех?

– Именно.

– И ты думаешь, Лотте солгала насчет того, что не виделась там с Сидом?

– Да, – кивнула Грин. – Привезти их завтра в участок?

МакАдамс уже был готов согласиться и предложить допросить их по очереди, но тут у него зажужжал телефон. Это была Гридли. Он терпеливо слушал, жестом попросив Грин молчать, а потом махнул рукой Флиту, который уже успел занять свой наблюдательный пост в углу зала.

– Вообще-то, нет, – сказал он, опуская телефон в карман пиджака. – Гридли нарыла адрес Смайт в Ньюкасле.

– Быстро она.

– Все дело в правильном имени, – сказал МакАдамс, приветствуя подошедшего к ним Флита.

– Руперт и Эмери ушли, – сообщил он. – Конечно, их предупредили не покидать город.

– Да, как и сестер, – ответил МакАдамс.

Грин, чья ярость еще не утихла, нахмурилась.

– А вдруг они все же сбегут? – раздраженно спросила она.

– Бесплатный номер и выпивка. Не сбегут. Флит может приглядывать за ними. Неофициально, – добавил он, когда Грин собралась уже было возразить.

– Не беспокойтесь. Будете присутствовать на официальном допросе. Я хочу поговорить с Элси, пока свежи эмоции от похорон.

Флит оставил без внимания свои новые задания. Вместо этого он кивнул на угловую кабинку.

– Полагаю, вы обратили внимание на присутствие мисс Джонс? – спросил он. – Она все время была на кладбище с хозяевами гостиницы.

– Да. Думаю, она им просто помогает.

– Что необычно.

– Ну, не знаю, – ответил МакАдамс. – Похороны были организованы второпях, так что предполагаю, что Тула попросила Джо им помочь.

Флит повернулся к нему в своей военной манере.

– Джо Джонс ведет себя необычно, – объяснил он. – Резкая. То молчит, то весьма красноречива. Избегает зрительного контакта. Я бы сказал, она ведет себя почти грубо.

Грин поставила стакан на стол.

– Я бы сказала, ведет себя как американка.

МакАдамс приструнил ее взглядом: не надо мыслить стереотипами. Сам он был почти того же мнения о Джо.

– Она нагрубила вам, Флит? – спросил МакАдамс.

– В некотором роде. Это, пожалуй, наводит на размышления. Я спрашивал ее о Сиде Рэндлсе, а она встала и ушла посреди разговора.

Флит поднялся и стал надевать плащ.

– Кстати, вы снова ограничили доступ в коттедж? Я бы хотел еще раз осмотреть это место.

МакАдамс потер шею у затылка. Отчасти он чувствовал себя в долгу у Флита – тем более что тот не стал раздувать проблему с ключами от коттеджа.

– Не совсем так, – ответил МакАдамс.

– Но этого требует протокол, не так ли? – чопорно сказал Флит.

– Мы уже выяснили там все, что можно, – вздохнул МакАдамс. – К тому же нам надо опросить подозреваемых – Лотте, Оливию, Руперта, Эмери, плюс первую бывшую Сида. Вам не кажется, что для начала этого и так достаточно?

Флит пригладил лацканы.

– Более чем, – сказал он. – Надо сузить круг подозреваемых.

Тула освободила Джо от ее обязанностей помощницы, вручив кружку пива и тарелку с бутербродами. Все прошло легче и проще, чем она ожидала; за работой некогда было чувствовать себя неловко, а поскольку она обслуживала людей, с ней никто не пытался завязать разговор. Но сейчас, без работы, Джо почувствовала, как изменился зал. За несколько столиков от нее сидел Рики; он посмеялся над представлением, которое устроили Лотте и Оливия, но теперь он был занят тем, что бросал враждебные взгляды на Джо. Все как в старших классах; подростки так выделяют жертву, чтобы та почувствовала себя уязвимой. Рики она попросту проигнорировала.

Было от чего еще почувствовать себя одиноко: Тула и Бен обедали за барной стойкой, болтая с друзьями из местных. Она могла бы к ним присоединиться, но для этого пришлось бы признать, что она навязывается, а сил у нее на это уже не осталось. Так что она сидела где сидела, ела хлеб с сыром и пролистывала картинки в гугл.

– В телефоне да в такой час? Прям как моя внучка.

Джо подняла взгляд и увидела хмурую женщину в шерстяном костюме в клетку. Она смотрела на Джо сквозь очки с толстыми желтыми линзами.

Женщина пренебрежительно продолжала:

– Моя племянница в игры играет. Ей простительно – она ребенок.

– Я не играю, – сказала Джо, забывая о том, что не должна отвечать. – Это обратный поиск составного изображения.

– А выглядит как гугл, – фыркнула женщина.

– Это он и есть. Программа для распознавания изображений. Она находит отличительные черты и сравнивает их с миллиардами других картинок. Когда совпадает достаточное количество точек на изображении, это и будет совпадение.

Джо замолчала. На лице ее собеседницы лишь углубились морщины. Она была похожа на марионетку.

– Я лекцию не заказывала.

– Эмм. Разве нет?

– Следи за манерами, девочка! Ты как со старшими разговариваешь! – Она постучала кончиком своей трости об пол. – Помогая на похоронах Сида, ты немного загладила вину. Так что не разрушай это своей тупостью.

Тупостью?

– Больше девяноста градусов, но меньше ста восьмидесяти, – выпалила Джо. Она была на нервах, поняла все неправильно, но почему-то одновременно чувствовала злость, неправоту, вину и смущение. Глаза женщины чуть не вылезли из орбит, и она сказала, раздувая щеки:

– Вот оно как. Да ты совсем не воспитанная.

С этими словами она развернулась и пошагала прочь, почти задев локтем МакАдамса.

– Джо, познакомьтесь с Робертой Уилкинсон, – сказал он, поправляя пиджак.

Джо простонала и закрыла лицо ладонями:

– Так это та дама из музея? Ну здорово. Мне же нужно ей понравиться.

– Мисс Уилкинсон навряд ли кто-то нравится, – сказал МакАдамс. Джо посмотрела на него через пальцы. Оказалось, он смотрит на ее обувь. – Красивые сапоги.

– О, в этих сапогах я чувствую себя в безопасности в неловких ситуациях.

МакАдамс сел напротив.

– У моей бывшей были такие сапоги.

– А мой бывший их ненавидит.

Джо опустила руки и снова стала копаться в телефоне.

– Многовато здесь было бывших сегодня. Моей бывшей не было. А то бы та еще заварушка была.

– Понятно. Кстати, последней прибыла первая бывшая Сида.

– Как такое можно было пропустить? Высокие каблуки и кожаная юбка, прямо подружка Джеймса Бонда.

Джо взглянула на него.

– Вы хотите спросить, почему я пришла на похороны?

МакАдамс опешил.

– Зачем мне это спрашивать?

– Когда следователь появляется на похоронах, это по работе. Но я? Вон там та американка, пытается тут навязаться в помощницы. Инспектор Аллейн[24] подозревал бы меня. Как и Эркюль Пуаро. Да и детектив Барнаби[25] тоже.

– Понимаю. А что насчет Шерлока Холмса?

– Сложно сказать. Он до всего додумывался обходными путями, как следует покопавшись в своих чертогах разума.

Джо кашлянула и улыбнулась:

– Извините. Всегда волнуюсь в обществе. Меня только что обвинили в отстутствии манер, а кроме того, на похоронах вы на меня уставились.

Лоб МакАдамса прорезала морщина.

– Не хотел вас смущать, честное слово.

– Я вовсе не смутилась.

– Вы покраснели тогда.

– О, – вымолвила она, снова намереваясь покраснеть. Да уж, неловкости и странности меньше не стало. – Я уж подумала, что вам некого подозревать больше, и вы арестуете меня.

МакАдамс искренне рассмеялся. Вышло хрипло и грубовато.

– Не сейчас, мисс Джонс.

– Хорошо.

Джо оглянулась. Рики все еще глазел на нее и, вероятно, надеялся, что МакАдамс выведет ее из бара в наручниках.

– Но у вас же есть подозреваемый?

Она-то думала, он скажет «я не могу говорить о секретных полицейских делах с гражданскими». Вместо этого он помахал Бену и заказал кружку темного пива.

– Если бы у меня был всего один подозреваемый, я бы тут станцевал от радости, – сказал он, забирая свою пинту с подноса. – Но сейчас я не на службе, так что просто поболтаем, только не о работе. Я расскажу вам о знаменитом хмуром взгляде Роберты Уилкинсон, а вы можете поведать мне, почему она считает вас невоспитанной.

Джо вздохнула. Как много она уже наговорила? «В самом деле, многие люди считают меня грубой, но я просто аутист и иногда вообще не понимаю, что пропустила какой-то важный общественный договор, а люди еще постоянно меняют правила». Так что она просто показала МакАдамсу телефон.

– Вот. Я загрузила программное обеспечение, каким пользуется полиция для создания фоторобота. Создала изображение пропавшей картины по памяти, плюс использовала фотографию портрета леди Ардемор.

Он взял телефон и поднес к глазам на расстояние «мне нужны очки для чтения». Созданный Джо портрет был несовершенен, проблема была с глазами. Они и на самом портрете были какими-то неправильными. Так что Джо просто подставила глаза Гвен Ардемор.

– Вы это сделали? Как вам удалось раздобыть полицейский софт?

– Если вы готовы заплатить, можно достать почти что угодно. – Джо прикусила губу. – Также это потребовало пройти обучающие уроки и прочитать руководство на сорок страниц.

Он передал ей телефон.

– И что теперь?

– Сейчас я загружаю изображение в поисковики и ищу совпадения. Приходится отсеивать много мусора.

МакАдамс отпил пива.

– Я имею в виду, что будет, если и когда вы найдете это совпадение? – спросил он, но Джо уже его не слушала.

Промелькнувшее изображение заставило ее мозг забить тревогу. Она положила телефон на стол и вернулась к поисковой строке. Старая фотография, лицо…

– О боже, это она, – пробормотала Джо.

Да, не картина, а фотография: освещение, одежда и поза были другими, но те же черты лица, те же темные глаза, неулыбчивое выражение… Девушке на фотографии было чуть за двадцать. Она увеличила изображение – фотография стала зернистой, но ссылка привела ее на страницу на eBay. «Маленькая оригинальная фотография, около 1901 года», – гласила надпись. ПРОДАНО.

Джо кликнула на продавца, и тут же выскочило окошко с контактами и местом расположения: Суонси, Уэльс. МакАдамс все смотрел на нее, словно ждал продолжения и объяснения. Однако Джо была занята тем, что в уме прикидывала, сколько времени у нее займет дорога до Суонси. Примерно столько же, сколько ехать на машине через всю Пенсильванию.

– Извините, – сказала Джо, – мне нужно идти.