Учитель моего сына

Эпилог

Костя

Люблю школу летом. Ни учеников, ни уроков. Пустые коридоры. Сидишь спокойно в своем кабинете, перебираешь бумажки, никто над ухом не орет. Красота.

Иду в учительскую. Директор ездила в департамент образования, теперь проводит с нами пятиминутку. Будут какие-то объявления. В учительской пока мало кто собрался. Но моя любимая Людмила Николаевна тут. Увидев меня, отставляет в сторону кружку чая.

— Константин Сергеевич!

— Слушаю вас, Людмила Николаевна, — опускаюсь на стул напротив нее.

— До меня дошла информация, что вы скоро женитесь.

— Так точно, Людмила Николаевна. Как раз хотел принести вам сегодня пригласительный, но забыл. Завтра принесу.

Брезгливо морщит крючкообразный нос.

— Если вы женитесь на той женщине, про которую мне рассказали, то, простите, не хочу присутствовать на вашей свадьбе. От вашей невесты и ее сына у меня дергается глаз.

— А я думал, вы по ним скучаете летом.

От моего заявления она аж отпрянула назад.

— Вы в своем уме, Константин Сергеевич?

— Просто из всех учителей именно вы наиболее часто вызываете в школу мою невесту. Я думал, у вас к ней симпатия, раз вы постоянно хотите ее видеть.

Людмила Николаевна, походу, не догоняет, что я ее троллю. Думает, я на полном серьезе. Поджимает накрашенные оранжевой помадой губы, поправляет толстые бусы на морщинистой шее.

— Знаете, Константин Сергеевич, вообще-то вы нарушаете этику. Вы женитесь на матери своего ученика.

— Нет правил, запрещающих учителям и родителям учеников вступать в брак.

— Да, формально таких правил нет. Но есть этика и нормы морали.

— У меня нет никаких конфликтов с моей моралью.

Училка недовольно кривится и качает головой.

— Но теперь, Константин Сергеевич, становится понятно, почему вы ставили Самсонову пятёрки, — презрительно хмыкает.

— Людмила Николаевна, вы путаете меня с собой. Это вы ставите детям оценки, исходя не из их знаний, а из вашего личного субъективного отношения к ним. Кто вам нравится — тому пятерка. Кто вам не нравится — тому тройка. А нравятся вам, как правило, те, кто дарит хорошие подарки на День учителя. А я ставлю оценки, исключительно исходя из знаний моего предмета.

— Знаю я, за что вы ставите пятёрки, — негодование так и прет из училки, — за то, что музыку на ваших уроках слушают, и за то, что окна в спортзале разбивают. Кстати, а почему Самсонов-то из дома сбегал? По всей стране его искали.

Все, я не могу. Она меня бесит.

— Из-за вас сбегал, Людмила Николаевна. Вы так замучили ребенка датами по истории, что он решил убежать, не оглядываясь. Разве можно прививать такую ненависть к своему предмету, Людмила Николаевна? Неужели вы сами не хотите, чтобы дети шли на ваши уроки с удовольствием, а не с отвращением?

Открывается дверь учительской, и заходят несколько учителей. А следом за ними директор с другими учителями. Начинается пятиминутка. Как это обычно бывает после посещения директором департамента образования, скучно и неинтересно. Чиновники что-то опять напридумывали, созвали директоров школ, те перепугались и давай вываливать на учителей: с нового учебного года то, это, пятое, десятое. Прикрываю ладонью рот и зеваю.

Школа… Все чаще и чаще меня посещают мысли, что я здесь слишком задержался.

Первого июля у меня начинается отпуск. До нашей со Светой свадьбы осталась неделя. Я считаю дни. Мне не терпится надеть на безымянный палец возлюбленной обручальное кольцо. После свадьбы мы поедем на море. Леша, конечно же, с нами. Мы отлично ладим, конфликтов вообще нет. И на рыбалку ходим, и в приставку играем, и музыку обсуждаем. Леша сказал, что хочет научиться водить машину. На выходных мы ездим на дачу, и там я даю ему порулить, объясняю правила дорожного движения.

Света перед нашей свадьбой сама не своя. Я списываю это на нервы. Я тоже переживаю. Волнительно, как никак. Но за день до нашего торжества Света огорошивает меня.

— Кость, — взволнованно выдыхает.

— Что?

Открывает рот что-то сказать, но тут же закрывает. Потом снова открывает и снова закрывает. Так несколько раз.

— В чем дело? — подхожу к Свете и обнимаю за талию.

— Я должна кое в чем тебе признаться…

Хмурюсь.

— В чем?

Сглатывает.

— Я пригласила на свадьбу твоего папу. Я делала репортаж про его частную школу. Ну и пригласила. Извини, что сделала это за твоей спиной, — виновато опускает голову.

Растерянно гляжу на Свету. Но это длится всего пару секунд.

— Все в порядке, — целую Свету в щеку.

— Точно? — вскидывает на меня взгляд с надеждой.

— Конечно. Он все равно не придет.

Свету удивляют мои слова.

— Он сказал, что придет.

— Ну а что еще он мог сказать, когда ты вручила ему пригласительный? — снисходительном улыбаюсь. — Конечно, он пообещал прийти. А в день свадьбы у него возникнут срочные неотложные дела. Его секретарь позвонит тебе рано утром и сообщит, что Сергей Александрович не сможет присутствовать ввиду высокой занятости.

— Но… — и замолкает.

Плотнее прижимаю к себе Свету.

— Даже не трать свое время на мысли о нем.

Света обреченно выдыхает.

— Ладно. Извини.

— Ну что ты, — целую в губы. — Все в порядке.

Свадьба — поистине лучший день в жизни. Мы просыпаемся утром в отеле счастливые как никогда. Начинаются сборы. Приезжают по очереди Светин визажист, парикмахер, фотограф, несколько ее подруг. А ко мне Женя.

— Костян, я очень рад за тебя, — обнимает меня друг. — Но реально вообще не могу поверить. Ну как так-то!?

Смеюсь.

— Жень, я просто счастлив. Не знаю, как объяснить тебе словами. Но я счастлив.

Друг с пониманием кивает.

— Вы со Светой молодцы. Желаю, чтобы ваша семейная жизнь была счастливой, и ты никогда не захотел вернуться в ряды холостяков.

— Спасибо, друг.

— А где шампанское? Где музыка? Девчонки, — кричит Светиным подругам, — давайте бокалы. У нас тут свадьба вообще-то!

Женя с громким хлопком открывает бутылку шампанского и разливает по бокалам. Я не могу налюбоваться на Свету. В белом свадебном платье с фатой она нереально красивая. У меня сердце замирает, когда смотрю на нее.

Моя любимая. Моя невеста. Без пяти минут моя жена.

— Я тебя люблю, — шепчу на ухо.

— И я тебя люблю, мой принц.

После сборов у нас фотосессия, а потом ресторан. В нем будет выездная регистрация. Мы хотели небольшую свадьбу только для самых близких, а в итоге все равно много гостей получилось. Большинство знакомых и родственников с семьями, детьми. В итоге где-то сорок человек у нас набралось.

Я не сразу замечаю своих родителей у фуршетного стола. Они разговаривают с моей сестрой и ее мужем. С ней у них отношения получше, чем со мной. Она всегда была более послушным ребенком, не доставляла проблем и дискомфорта, как я. Почувствовав мой взгляд, отец поворачивается. Секунду смотрим друг на друга, а затем он, улыбнувшись, кивает мне. Киваю ему в ответ.

Я удивлён, что отец пришел. Мы не общались несколько лет. Совсем. Даже по праздникам. Маму я поздравлял с днем рождения, а отца нет. Он мне тоже сам не звонил. Поэтому видеть его на своей свадьбе крайне удивительно. Но я не имею ничего против его прихода и не держу на Свету обиду за то, что она пригласила отца за моей спиной.

Когда сотрудница загса объявляет нас со Светой мужем и женой, гости встают со своих мест, чтобы вручить цветы и поздравить. Мне не верится, что это произошло. Я женился! Я самый счастливый человек на свете!

Обнимаю друзей, родственников. Все поздравляют, желают счастья и детей. Подходят мои родители. Обнимают сначала Свету, потом настаёт мой черед.

— Поздравляю, сынок! — говорит мама. — Ты большой молодец.

Правда так считает или говорит это по случаю праздника? В моих с отцом конфликтах мама всегда была на его стороне. А впрочем, не важно. Я женился на самой любимой девушке в мире и не собираюсь портить себе сегодня настроение.

— Спасибо, мама, — целую ее в щеку. — Я рад, что вы с папой пришли.

Но когда настаёт черед отца поздравлять, все же внутренне немного напрягаюсь. Скорее, инстинктивно.

— Поздравляю, Костя, — обнимает меня. Сжимаю его в объятиях в ответ. — Ты большой молодец. Я так горжусь тобой, сынок. Ты… — запинается на секунду. — Ты все сделал правильно в своей жизни. И жена у тебя прекрасная. Будьте счастливы.

Я настолько огорошен, что не нахожусь, как отреагировать. Молчу. Мне сложно поверить, что прозвучавшие слова произнёс мой папа. Да и еще в мой адрес. Отец продолжает держать меня в объятиях, задерживая других гостей, которые хотят поздравить.

— Спасибо, пап. Спасибо, что пришел, — отвечаю после долгой паузы.

Отец отходит в сторону, а я принимаю поздравления от других гостей. И вдруг ловлю себя на том, что чувствую колоссальное облегчение. Как будто сбросил с плеч груз. Я к нему привык, он меня вроде бы не тяготил, но когда я от него избавился — стало хорошо и легко.

Через два дня после свадьбы мы летим на море. Это лучший отпуск в моей жизни. Потому что я поехал в него с женой и сыном. Про себя я именно так думаю о Леше. Для меня он сын. Как любой родитель, я считаю своего ребенка самым лучшим. Да, нужно заниматься его воспитанием, объяснять ему, что хорошо, а что плохо, но теперь я понимаю тех родителей своих учеников, которые считают своих чад самыми замечательными в мире. Как бы глупо и банально это ни звучало.

Через месяц после отпуска Света показывает мне положительный тест на беременность. В ее глазах смятение и страх, хотя мы планировали этого ребенка. Свете очень сложно избавиться от стальной брони, которую она себе нарастила. Света так долго была сильной, что уже не помнит, каково это — быть слабой.

— Я декрет брать не буду, — бормочет, — рожу в отпуске и выйду на работу. Мама приедет и будет помогать с малышом…

— Уходи в декрет, — настойчиво заявляю.

Сейчас Света начнет говорить мне про ипотеку и какую-то еще ерунду.

— А ипотека…

— Я же сказал, что буду платить за твою ипотеку, — перебиваю.

Я не понимаю, почему мы вообще об этом спорим. У нас будет ребенок, я хочу просто порадоваться. Обнимаю Свету крепко-крепко, вдыхаю ее родной и любимый запах. Чувствую, как на глазах выступают слезы. Я не сентиментален, но…

У нас будет ребенок! Еще один!

— Света, я так рад. Я люблю тебя.

Она плачет. Моя футболка на плече стала мокрой.

— И я очень рада, Костя, — шмыгает носом. — Просто… боюсь немного.

— Ничего не бойся, слышишь? Я с тобой.

Быстро кивает головой.

— Не выдумывай ерунду, бери полноценный декрет на три года.

Отрывает лицо от моего плеча, заглядывает в глаза.

— Правда? — спрашивает неуверенно.

— Света, ты нужна нашим детям.

Она плачет еще сильнее, а я утешаю. Я так счастлив. Не передать словами.

Беременность Светы протекает спокойно. Ребенок развивает, как надо. У нас теперь появилось хобби — вечерами общаться с малышом через Светин живот. Мы ей (у нас будет дочка!) что-то говорим, а в ответ она толкается. Даже Лешка полюбил общаться с сестрой, хотя поначалу, когда узнал, что будет девочка, а не мальчик, расстроился. Он хотел брата. А сейчас Леша с интересом общается с сестрёнкой, рассказывает ей про гитару и машины.

В конце марта появляется на свет наша Анечка. Маленький кряхтящий комочек счастья и безграничной любви. Мы не можем на нее насмотреться. Лешка так вообще даже гитару забросил. Приходит со школы и сразу мчится к сестре. Он очень помогает Свете с малышкой, пока я на работе. Качает ее, одевает, гуляет. В вопросах Ани на Лешу можно положиться полностью. Он отлично смотрит за сестрой и любит ее безмерно.

По выходным мы даём Свете отдохнуть и сами уходим гулять с Аней на несколько часов. Анюта спит в коляске, Света спит дома, а мы с Лешей нарезаем круги по двору и детской площадке. Конец мая, подошёл к концу седьмой класс. В школе все так же. Вообще никаких изменений.

Я оставляю Лешу с коляской, а сам отхожу купить нам по кофе с круассаном. В кофейне очередь, я смотрю в окно на Лешу. На свободную лавочку возле него садятся две бабушки. Как это обычно бывает, увидев коляску с младенцем, они начинают улыбаться и задавать вопросы про малыша. Лешка с серьезным видом отвечает, чем вызывает у бабуль умиление.

Бариста даёт мне два стакана кофе и два круассана. Я выхожу из кофейни и направляюсь к Леше.

— Мальчик, а ты один с сестричкой гуляешь? — спрашивает одна из бабушек. — Тебя отпустили одного? — изумляется.

— Нет, я с папой.

Услышав ответ Леши, останавливаюсь как вкопанный в паре метров от него. Он замечает меня, поворачивает в мою сторону голову.

— Вот мой папа, — говорит бабушкам и указывает на меня рукой.

Я прирос к земле, не могу шелохнуться. Быстро сглатываю ком в горле.

Леша никогда прежде не называл меня папой. Я мечтал об этом, но, думал, никогда не услышу от него. Поначалу и достаточно долго Леша называл меня Константином Сергеевичем. А потом я заметил, что дома он перестал обращаться ко мне по имени-отчеству. Говорил просто «Вы». Затем Леша перешёл со мной на «Ты». Но обращения никакого не было. Я ждал и вот дождался. Хотя уже не надеялся. Ушам своим не верю. Мне это не снится?

Бабушки на лавочке смотрят на меня.

— Какой у вас замечательный сын, — говорит одна из них. — Такой молодец, так за сестричкой смотрит.

— Да, — отмираю. — Мой сын большой молодец и огромный помощник для нас с женой.

С гордостью смотрю на Лешу. Он прекрасно закончил седьмой класс. Только одна тройка, а остальные все пятёрки. Угадайте, по какому предмету тройка. Правильно, по истории. Людмила Николаевна никогда не изменяет себе. А по всем остальным предметам Леша стал отличником. Сам. Мы со Светой не заставляли его.

С того дня за пределами школы Леша зовет меня папой. Но на уроках в присутствии других учеников я для него по-прежнему Константин Сергеевич.

Идет еще один учебный год. А я уже принял для себя решение. Достаточно тяжелое, но важное. Это был интересный опыт и очень яркий период в моей жизни. Я никогда не забуду. Но пора двигаться дальше, к новым горизонтам.

В мае, ровно за две недели до последнего звонка, я иду к директору и объявляю о намерении уволиться.

— Как увольняетесь!? — подпрыгивает на стуле. — Константин Сергеевич, вы в своем уме!?

— Абсолютно, Галина Ивановна.

Директор растерянно глядит на меня.

— Но… куда? Вас переманивают в другую школу? Предложили должность завуча? Директора?

— Нет, Галина Ивановна. Я совсем ухожу из школы.

— И чем же вы будете заниматься!? — ужасается.

— Бизнесом. Я давно владею пакетом акций одной крупной компании. Достался мне по наследству. Сейчас я только дивиденды получаю, а теперь планирую войти в правление компании и заниматься операционной деятельностью. Это будет для меня совсем новая сфера, но дорогу осилит идущий.

Галина Ивановна глядит на меня, как будто я принёс ей известие о смерти близкого родственника.

— Я очень хорошо отношусь лично к вам, Галина Ивановна, и к этой школе. Но времена, когда в трудовой книжке должна быть только одна запись, давно прошли. Сейчас люди меняют сферу деятельности в среднем каждые десять лет. И это правильно. Когда человек долго сидит на одном месте, он становится неэффективным.

— Вы самый эффективный учитель в этой школе.

— И вот чтобы не скатиться до уровня неэффективной училки, мне лучше остановиться прямо сейчас.

Галина Ивановна смахивает слезы и подписывает мое заявление по собственному желанию. Последний звонок — мой последний рабочий день в школе. Символично. Ведь этот последний звонок звучит не только для выпускников, но и для меня тоже. Попрощаться со мной приходят дети из всех классов. Даже из тех, которым я ничего не вёл. Девочки плачут, мальчики хмуро опустили головы. И то и дело звучит:

— Константин Сергеевич, мы будем ждать вас обратно!

— Константин Сергеевич, может, вы передумаете?

— Константин Сергеевич, невозможно представить школу без вас!

— Константин Сергеевич…

— Константин Сергеевич…

Я обнимаю каждого ребенка, пришедшего попрощаться, и каждому говорю слова напутствия. Ведь для чего я вообще здесь находился? Для того, чтобы научить детей математике? Нет. Я работал учителем, чтобы помогать детям, наставлять их, поддерживать, способствовать становлению их личности, их жизненного пути. В моей картине мира именно в этом заключается функция учителя. А не в том, чтобы орать и лепить двойки за несделанное домашнее задание. Да кому эти школьные оценки вообще нужны? Они нигде в жизни не пригодятся. Даже при поступлении в вуз никто не смотрит на оценки в аттестате.

Выйдя из здания с трудовой книжкой в руках, оборачиваюсь и смотрю на школу. А все равно в сердце щемит. Это как уезжать из родного маленького города в столицу. Вроде понимаешь, что только к лучшему, а все равно жалко.

Но пришло время начать новую страницу в жизни. Пришло время двигаться дальше.