Вечно голодный студент 6

Глава одиннадцатая Поединок чемпионов

*Российская Федерация, Челябинская область, близ посёлка Саргазы, 13 ноября 2027 года*

— Уверен, что я потяну его в одиночку? — спросил Муравей.

— Нет, не уверен, — ответил я. — Пусть будет очередной проверкой. Сдохнешь — значит, не достоин. Не сдохнешь — апнешься по левелам так, что домой пойдём. Всё, вперёд — остаться должен только один.

Я сумел вовремя обнаружить броника, который тусуется к югу от Челябинска. Полагаю, тут либо всегда есть, что поесть, либо броник новичок в этой местности.

В любом случае, ему очень не повезло — на него наткнулись мы. А ещё сильнее ему не повезло с тем, что мы не просто наткнулись на него, а обнаружили примерное расположение его логова.

Почти всем зверям нужно отдыхать, тупо из соображений экономии килокалорий и сна, поэтому многие роют или строят себе временные или постоянные укрытия.

Броники в этом смысле почти никак не отличаются от большинства зверей — они копают себе некое подобие берлоги, но не на зимнюю спячку, а для ежедневного отдыха. Обычно это большая яма, накрытая поваленными деревьями, причём броники таким образом не маскируются, а исходят из резона энергосбережения во время сна.

Хотя, энергосбережение — это только теория. Просто, берлога, накрытая деревьями вповалку, наоборот, демаскирует и делает её видной издалека, поэтому нам потребовалось объяснить это. Кто-то думает, что эти деревья нужны для утепления, а кто-то полагает, что броники считают, будто таким образом маскируют своё убежище.

— Что-то я не уверен… — поделился со мной сомнениями Муравей.

— А у тебя выбора нет, Муравей, — сказал я ему. — Это тренировочный рейд и я не хочу потратить полгода, чтобы прокачать тебя на собаках и лютиках — мы будем мочить крупных зверей и это первый в списке. Вперёд. Лучше тебе не узнавать, что будет, если нарушишь мой приказ. Ствол отдай.

— Как я без ствола-то?.. — спросил он недоуменно.

— Каком вверх, — ответил я и выдернул из его рук АК-308. — Дерзай.

Мой подопечный понуро опустил голову и направился в сторону примерного расположения броника, залёгшего отдыхать после тяжёлой «рабочей» ночи.

Муравей переключился на защитный режим, поэтому его тело полностью закрыто хитином — я думаю, броник не должен прокусить его сразу.

По дороге я испытал его хитин на прочность — выстрелил ему в руку из «Печенега» с дистанции 50 метров. В результате осталась глубокая вмятина на бицепсе, но Муравей сказал, что почти ничего не почувствовал. Пиздит, конечно, но видимые результаты показывают, что его хитин стал значительно крепче, раз удержал бронебойную пулю 7,62×54 миллиметра.

В описании его способности сообщается, что хитин восстанавливается после повреждений в течение 3–5 минут, но нет ни слова о том, что повреждённая пластина выталкивается новой.

А это открывает перспективы — я думаю, Муравья ждёт грандиозная карьера в роли постоянного источника пулестойкого хитина…

Даю ему пару минут на разрыв дистанции, а затем смещаюсь на полсотни метров южнее и иду за ним, под прикрытием деревьев и кустов.

Это на словах я отправил его на битву Коннора МакЛауда против Кургана, а на деле я буду прикрывать его и не позволю бронику победить.

Муравей, тем временем, подошёл к берлоге и начал думать, как бы грамотно прикончить броника, чтобы не получить при этом пиздюлей.

Только вот броник уже давно знает о его присутствии и приготовился к бою. Он уже на четырёх лапах, брюхом на земле — готовится к молниеносному рывку.

Наконец, когда Муравей начал возиться с разгрузкой, броник ударил.

Завал из стволов деревьев всколыхнулся, а затем деревья разлетелись в стороны и на Муравья помчала свирепая бронированная туша, хрипло ревущая по-медвежьи.

Броник огромен — полгода назад я бы крепко задумался, надо ли мне сталкиваться с таким или лучше обойти, от греха…

«Кого я обманываю?» — мысленно спросил я себя. — «Я себя знаю — я бы не думал, а сразу же съебался».

Муравей сумел уклониться от рывка и нанёс удар хитиновым клинком в область шеи броника. Затрещали хитин и кость, а затем броник нанёс удар правой лапой и Муравей отлетел на десяток метров.

Это звериная мощь — медведи и до зоошизы были поразительно сильны и быстры, а сейчас их боевые качества усилились многократно.

Скрытно приближаюсь к месту действия, готовясь ударить сразу же, как станет ясно, что Муравей не тянет.

А мой подопечный уже оправился от перенесённого удара и вступил в полный контакт — он стукнул броника ногой по морде, уклонился от коронного удара правой лапой, а затем попробовал попасть клинком в глаз врагу, но тот мотнул башкой и принял удар на лобовую бронепластину.

Далее броник решил перевести поединок в партер, где у него есть очевидное преимущество в виде кратно большей массы, но Муравей не дурак и знает, чем грозит такое, поэтому разорвал дистанцию и начал кружить.

«Вот за такую хуйню в боксе снимают очки за пассивность», — припомнил я. — «Но сейчас никаких очков и никаких судей, а победа равна жизни. Останется только один».

Бронику не понравилось поведение оппонента, что он проявил в виде недовольного рёва и попытки настигнуть его молниеносным рывком.

Муравей уклонился, но не до конца, поэтому его зацепило плечом броника и он отлетел на пару метров, правда, сумев извернуться и устоять на ногах.

Выглядит всё это как библейская история, абсолютно: битва Давида и Голиафа. Бабуля в детстве читала мне одобренные ею фрагменты из Ветхого завета, ну, те, где не было пиздорезки с изнасилованиями, инцестом и геноцидом, поэтому я хорошо помню историю о том, как Голиаф получил камнем по лбу, а потом Давид отрубил ему башку его же мечом.

Бабуля трактовала эту историю так, что чистая вера переборет физическую дурь, но у меня сформировалась своя трактовка: праща — это имба.

«Хуй его знает, поможет ли в этой битве Муравью чистая вера и есть ли она у него, но кулачки за него я подержу…» — подумал я.

Броник всё же сумел свести этот поединок к партеру — он повалил Муравья и начал терзать его когтями.

А затем раздался оглушительный рёв, Броник откатился от Муравья и начал кататься по земле, царапая себе морду передними лапами.

Муравей поднялся на ноги, подбежал к нему и накинулся в момент, когда броник перекатился на спину.

Началась полная неразбериха — они покатились в жестокой схватке, полилась горячая кровь, а затем замерли.

— Бля-я-я-ядь!!! — заорал Муравей.

Серией рывков, по пути чуть не впечатавшись в дерево, подлетаю к месту состоявшегося драма-шоу и вижу, что в левом боку Муравья, прямо в стыке хитиновых пластин, торчат когти мёртвого броника.

Похоже, что под самый конец, в чемпионском раунде, (1) броник сумел нащупать уязвимость в защите Муравья и нанёс ему серьёзный ущерб.

— Больно, да? — спросил я, присев рядом с ним.

— Да, сука!!! — проорал Муравей. — Помоги!!!

— Конечно… — ответил я, и упёр колено в его бок.

Взявшись за здоровенную лапу броника, я приложил небольшое усилие и выдернул её из Муравья.

Брызнула густая тёмная кровь, что легко может привести к включению таймера, поэтому я не стал медлить и воткнул во все видимые раневые отверстия медицинские тампоны.

Муравей простонал что-то невразумительное и, судя по глазам, начал отключаться.

— Не спать! — приказал я и шарахнул его пощёчиной по лицу. — Форсреген включил⁈

— А… — издал Муравей. — Да-да, включил…

Где-то через пару-тройку минут, набухшие от крови тампоны начало выдавливать из пробоин в хитиновых пластинах, а затем эти пластины отвалились, а на их месте показались новые, бледные и блёклые, будто только-только народившиеся. Да они и не будто, а только-только народились — думаю, минуты назад их вообще не было.

Но самое классное — кровь перестала течь, что открыло новую грань крутости апексной версии способности Муравья.

Кровотечения останавливаются сами по себе, благодаря хитину — почти уверен, что внутренние повреждения от этого не устраняются, но зато он очень быстро перестаёт вытекать в окружающую его суровую действительность, а дальше со всем справится форсреген.

— С тобой всё окей? — осведомился я, на всякий случай.

— Жить буду… — ответил Муравей. — Возможно, что даже красиво… Ха-ха…

— Красиво жить не запретишь, — улыбнувшись, сказал я на это. — Тогда я займусь броником — освежую его и подумаю над тем, как нам перевезти такие объёмы мяса.

А мяса тут просто дохрена — броник весит минимум килограммов семьсот, а может и все девятьсот.

Муравей, если смотреть правде в глаза, совершил настоящий подвиг, с применением всех аспектов своей способности.

Он пережил сокрушительные удары лапами, потом перенёс процесс раздирания когтями, давление массой броника на туловище, а после и прокол тела четырьмя когтями.

Победу же ему обеспечила кислота, которой он может плеваться — он попал прямо в морду врагу, вызвав стремительное разложение лицевых бронепластин и агрессивную дезинтеграцию плоти в пасти броника.

Справиться с таким ущербом бронемедведь не сумел, поэтому потерял волю к победе и занялся личными проблемами, вследствие чего и погиб от серии точных уколов в область шеи.

Мне, из-за того, что я вообще никак не участвовал в этом противостоянии, не отсыпало даже ни единички опыта. Это значит, что весь опыт ушёл Муравью. И заебись…

— Как оклемаешься, приводи в порядок экипу, — приказал я ему и положил рядом с ним АК-308. — Вот твой автомат.

Снимаю с пояса армированную верёвку и подыскиваю подходящее дерево, способное выдержать такую массивную тушу.

Нахожу самую высокую и толстую сосну на районе, забираюсь на неё, креплю верёвку на самый надёжный узел, после чего спускаюсь и подтягиваю тушу броника к месту экзекуции.

«От башки, похоже, придётся избавиться», — подумал я, глядя на то, как из башки подвешенного броника вытекают мозги.

Кислота Муравья стала ещё более едкой, потому что пробурила плоть броника почти до того места, которое условно можно назвать шеей.

Из-за беспощадной ко всем силы гравитации, начала вытекать кровь из пробоин, оставленных Муравьём, но это дело медленное, поэтому я ускорил всё, окончательно перерезав недорезанные артерии и вены.

Так дело пошло гораздо веселее, поэтому я прислонился к ближайшей берёзе и терпеливо ждал.

Местные мелкие твари, наверное, с нетерпением ждут, как Нового года, момента, когда мы уйдём и оставим им требуху и огромную лужу тёплой крови…

Броник полностью опорожнился где-то минут за десять.

Муравей всё так же лежит на земле и дожидается завершения форсрегена, а я, чтобы не стоять без дела, расстилаю полиэтиленовую плёнку и начинаю свежевание броника.

«Да уж, блин…» — задумался о том, что теперь делать.

С такими объёмами мяса соваться в Челябинск — это будет очень странно. Мы не знаем, кто именно там обитает, но нам известно, что там есть признаки активности разумных. Возможно, это вольные КДшники, а возможно, выжившие нормальные люди.

«Надо подыскать что-то вроде Газели, Форда Транзита или Спринтера», — подумал я. — «Загрузим мясо и поедем обратно или…»

Можно рискнуть и заехать в пригороды Челябинска, чтобы просто понять, как там обстановка. В случае чего, попробуем уехать, ну или надломим рога тем, кто на нас попрёт.

Всё-таки, главная цель всей этой акции — прокачка Муравья, а не сбор трофеев или добыча мяса. Поэтому, ради его прокачки, можно дропнуть это мясо без сожалений, но я считаю, что надо использовать любую возможность, чтобы сохранить эту медвежатину. Я её ещё не пробовал, но абсолютно убеждён, что она будет очень вкусной…

Разбираю броника на части и складываю мясо на полиэтилене.

— Оклемался? — спросил я, обернувшись к Муравью.

Он уже сел на земле и начал собирать разбросанные вокруг детали экипировки.

Разгрузку ему порвало в клочья — знакомая проблема.

«Кот, я думаю, прикончил бы Муравья, как два пальца обоссать», — подумалось мне. — «Зверь бы тоже грохнул его, как собаку, а уж о Змее или Турболисе я даже не говорю — эти бы взяли чисто на реакции и скорости».

Технически, Змей победил меня в тот раз, но зарешала Лапша, поэтому я считаю его сильнейшим противником из когда-либо встреченных мною.

Муравей собрал свои пожитки в рюкзак и подошёл ко мне.

— Ты бы прикрыл меня, если что? — спросил он.

— Неа, — солгал я. — Это бразильская система: если победил — то победил, а если сдох — то сдох. И она, как ты видишь, работает — на дерево подвешен он, а не ты.

— Ха-ха… — посмеялся Муравей. — Да, работает…

— Сколько левелов поднял? — спросил я.

— Семнадцать, — ответил он. — И из-за этого я почти не обижаюсь на тебя.

— А за что тебе, блин, обижаться-то? — с недоумением спросил я. — Как, по-твоему, надо быстро качаться? Ходить за собаками и мочить их годами? Нет, родной, единственный настоящий способ прокачаться — смертельно рисковать и побеждать. Подтверждающие это уведомления висят у тебя перед глазами. Раскидывай характеристики.

— Да, понял, хорошо, — ответил Муравей и погрузился в интерфейс.

Продолжаю свежевать броника, которому сегодня повезло меньше всех.

— «Расход: нет» — это пассивки? — уточнил Муравей.

— Да, они, — подтвердил я. — Напиши мне всё в чат.

— Сейчас… — ответил он и достал телефон из кармана штанов.

Пока он пишет, вынимаю из броника его ценности и укладываю их на окровавленный полиэтилен.

— Первая готова, — уведомил меня Муравей.

Вытираю руки ветошью и достаю телефон.

— «Гликогеновая Аккумулирующая Адаптация»

Описание: пассивная мутация, направленная на оптимизацию метаболизма углеводов. Усилена экспрессия ферментов гликоген-синтазы и гликоген-фосфорилазы в мышцах и печени, а также повышена плотность гликогеновых гранул в мышечных волокнах.

Эффект:

+13 % к общим запасам гликогена в мышцах и печени.

Расход: Нет.

— Шляпа, — вынес я вердикт. — Хотя мне такая пассивка точно бы не повредила…

Даже немного завидно, что Муравью выпала такая пассивка абсолютно даром, но он её возьмёт только в худшем случае.

Спустя несколько минут, которые я потратил на дальнейшее свежевание туши, тихо тренькнуло новое сообщение. Снова оттираю руки от крови и достаю телефон.

— «Симпато-Адреналовая Гипермобилизация»

Описание: пассивная мутация надпочечников и симпатической нервной системы, усиливающая скорость и объём выброса адреналина, норадреналина и кортизола при возникновении угрозы. Улучшена чувствительность рецепторов и скорость передачи сигнала от гипоталамуса, что позволяет организму мгновенно переходить в состояние боевой готовности.

Эффект:

При возникновении опасности происходит ускоренная мобилизация организма:

Мгновенное повышение частоты сердечных сокращений, артериального давления и притока крови к мышцам.

Увеличение силы и скорости реакции на значение в интервале 17–35 % в первые секунды опасности.

Кратковременное, до 30–40 секунд, снижение болевой чувствительности и повышение выносливости.

Расход: Нет.

— А вот это уже интересно… — произнёс я. — Очень хорошая способность.

— Чем она хороша? — спросил Муравей.

— Нередко бывает так, что бой начинается тогда, когда ты сидишь на корточках, со спущенными штанами, — сказал я ему. — И тогда дорога каждая доля секунды. Эта пассивка активируется сама и даёт тебе дополнительные доли секунды на реакцию. Знаешь, у кого ещё есть пассивка на реакцию?

— У кого? — спросил Муравей.

— У Щеки, — ответил я.

— О-о-о… — протянул он, впечатлившись.

— Пиши дальше, — потребовал я.

— «Мандибулярная Гипертрофия»

Описание: пассивная мутация челюстного аппарата и лицевого скелета, приводящая к постепенному расширению верхней и нижней челюсти, гипертрофии жевательных мышц и полной замене зубов на специализированные плотоядные структуры. Формируются мощные клыки, острые режущие резцы и широкие коренные зубы с зазубренными краями.

Эффект:

Постоянное увеличение размера и силы челюсти.

Выпадающие зубы регенерируют.

Расход: Нет.

— Знаешь, до зоошизы за такое люди были бы готовы продавать души, — сказал я. — Регенерирующие зубы — это же имба. Но сейчас ты можешь отфорсрегенить зубы за сравнительно небольшую сумму килокалорий. Значит, это трэш.

— Да и здоровенную челюсть носить как-то неэстетично, — сказал Муравей. — Нет, раз у Щеки есть пассивка на реакцию, то я тоже возьму на реакцию…

— Хороший выбор, — похвалил я его. — Падай на землю и прокачивайся.

— А разве мы не закончили с тренировочным рейдом? — спросил он удивлённо.

— Закончили? — усмехнувшись, спросил я. — Да мы ещё даже не начинали!

— Ох, хорошо, — ответил Муравей и лёг на землю, где стоял.

Прячу телефон обратно в карман и возвращаюсь к потрошению броника.

Мяса получается дохрена, поэтому мне пришлось расстелить дополнительную полиэтиленовую клеёнку.

Примерно минут через десять Муравей очухался.

— Всё! — заявил он. — Пассивка принята!

— Поздравляю, блин, — ответил я. — Теперь нужно смотаться в посёлок и замутить там что-то вроде Газели или аналога. Я закончу свежевание и посторожу мясо, а транспорт на тебе. Вооружайся и двигай. И не мешкай.

— Я мигом, — пообещал Муравей и поднял с земли свой АК-308.

Он побежал в сторону посёлка Саргазы, а я начал оборачивать заготовленное мясо в пищевую плёнку.

Примерно через сорок с лишним минут я закончил с броником, от которого остались только костяк и бронированная шкура.

Раньше мы рассматривали бронепластины броника в качестве материала для изготовления средств индивидуальной защиты, но удельный вес костяной бронепластины лишь чуть легче стали, а защиту даёт почти такую же. Следовательно, делать броню из такого материала невыгодно, так как сталь более гибка в обработке.

— Эй, где ты там⁈ — спросил я по рации.

— Нашёл Газель, — ответил Муравей. — Но не заводится…

— Поторопись, а то задерживаемся, — приказал я ему. — Если не заводится, то дропай её и ищи что-то другое.

Некоторые машины, которые можно встретить в дичи, ещё до зоошизы были не на ходу, но на них не написано, поэтому иногда мы тратим время на реанимацию трупов.

Заканчиваю упаковку мяса в клетчатые сумки, которых получилось девять штук, а затем осматриваюсь по сторонам.

«Наверное, надо было самому идти — похоже, что Муравей обосрался с этой задачей», — подумал я, садясь на траву и доставая из подсумка пеммикан.

Чувствуется существенная разница между Муравьём и Вином.

Муравей схватывает на лету, не теряется и делает всё, что требуется. Например, в ходе засады у толчков — он без раздумий положил четверых, при том, что против людей он всерьёз ещё не воевал.

У него, в ходе тренировочного рейда с Бубном и Палкой, случилась перестрелка с залётными КДшниками с севера, но он просто стрелял в их сторону, без полного контакта.

Это не значит, что он аморальный урод или просто дурак — я же вижу, что его трогает всё происходящее, но он умеет держать это в стороне от боя. Вот это его главное положительное качество, которого нет у Вина.

Вин не боец по природе, сделать с этим, судя по всему, ничего нельзя, но мы даём ему шанс за шансом, потому что он КДшник и лоялен нашим идеям. Это значит много, но все уже понимают, что от него мало толку и дело не в выпавших ему способностях…

«Наверное, Галя была права на его счёт — она видела больше, чем остальные», — пришёл я к выводу. — «Она сразу озвучила то, до чего я окончательно дошёл только сейчас».

И её слова насчёт Профа до сих пор ебут меня — пусть Проф и объяснил свою точку зрения, но я считаю, что надо было оставить ростовских в Ростове. Возможно, рациональным подходом было бы брать с них дань, но не 66 %, как Бром, а, допустим, 25 %, чтобы по-человечески, или фиксированный объём мяса и лута.

Бром, кстати, объяснил причину, почему он снимал по три шкуры со своих данников — это была не жадность, а расчёт.

Пока они работают на выплаты «долга» Брому, у них нет сил на экономическое и военное развитие, что делает их слабее, то есть, безопаснее.

В этом контексте я задумался о том, что с этой точки зрения, 25 % дани с Ростова — это мало. Никто не знает, как дальше сложатся обстоятельства и может стать так, что Ростов будет на подъёме, а мы придём в упадок, поэтому всё может перевернуться зеркально и уже мы будем платить Ростову.

И чтобы такого точно не произошло, надо ставить минимум 50 % дань — так мы гарантированно не придём в упадок, потому что будем ехать на горбу ростовцев, а они гарантированно не возвысятся, так как везут нас на своём горбу.

Это всё блядская политика, туго переплетённая экономикой, а я не люблю политику, но меня ебёт эта ситуация, поэтому я возвращаюсь к ней мыслями.

«В итоге, блин, получается, что наименее пидорский подход — это подход Профа», — пришёл я к выводу. — «Объединиться с ростовцами, переселить их в Волгоград и сделать их волгоградцами, несмотря на все возможные последствия. В долгосрочную перспективу это выгоднее всего, так как по соседству не будет чужих, прижатых под наш сапог силой».

— Студик!!! — заорал из рации Муравей.

На фоне раздались длинные пулемётные очереди и азартные крики.

— Меня ебут!!! — описал он ситуацию.

Примечания:

1 — Чемпионский раунд — в современном боксе так называют 10-й, 11-й и 12-й раунды, причём исключительно в поединках за титул чемпиона, а в обычных рейтинговых или отборочных боях их просто не бывает, потому что они длятся от 4 до 10 раундов. В стародавние времена, когда трава была зеленее, а Саманта Смит летала к Андропову, чтобы попросить его не запускать ядерные ракеты по США, чемпионскими раундами считались раунды с 13-го по 15-й, потому что тогда люди были покрепче, видимо, и титульные бои длились до 15-го раунда. Но где-то после 1982−83-го года, количество раундов на титульных боях сократили до 12 раундов. И по странному совпадению, примерно в это время началась вся эта возня по международной разрядке, письмо Саманты Смит генсеку Андропову, потом её прилёт в СССР. Возможно, между этими событиями есть какая-то корреляция…