Вечно голодный студент 6

Глава восемнадцатая Домашний уют

*Российская Федерация, Челябинская область, город Челябинск, 20 ноября 2027 года*

— Как всё прошло? — спросил я.

— Нормально, — ответил от чего-то хмурый Муравей.

Сидим в беседке во дворе ЖК общины Хвоща — народу тут стало сильно меньше, потому что за время нашего отсутствия прибыл Бомбардир и Фазан увёз на нём практически всех членов общины.

Хвощ тоже улетел, поэтому разбором туши Кабана занимаются другие люди — мы официально пожертвовали его всему городу, в котором живут ещё дохрена людей.

Эвакуация в Волгоград займёт кучу времени, потому что за раз автоколонной вывозится по 750–770 человек, а населения в Челябинске, по разным оценкам, от пяти до семи тысяч.

Скоро мы узнаем примерную численность челябинцев, потому что кабанятину решено выдавать на руки, о чём оповещён весь город. Такие щедрые жесты до этого не делал никто, поэтому желающих получить пять килограммов мяса в одни руки нашлось очень много.

— Что не так? — поинтересовался я.

— Я ожидал от усиления пассивки большего, — ответил Муравей. — Так и знал, что говно выбрал…

Достаю телефон, чтобы вновь прочитать описание его усиленной пассивки.

— «Усиленная симпато-адреналовая гипермобилизация»

Описание: дальнейшая мутация надпочечников, симпатической нервной системы и гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси с увеличением плотности и чувствительности адренорецепторов, ускорением синтеза и выброса катехоламинов, а также оптимизацией регуляции кортизола. Нервные пути стали более чувствительными к сигналам опасности, что позволяет организму переходить в состояние гипермобилизации быстрее и эффективнее.

Эффект:

+8 к «Силе», +8 к «Ловкости» и +3 к «Экстракции энергии»

При возникновении опасности, происходит значительно ускоренная и более мощная симпато-адреналовая мобилизация организма. Мгновенное повышение частоты сердечных сокращений, артериального давления и притока крови к скелетным мышцам и мозгу. Увеличение физической силы и скорости реакции на значение в интервале 42–83 % в течение 8,7 секунд после активации.

Расход: Нет.

— Это не самая плохая пассивка, — поделился я своим мнением. — Видывал я и похуже. Да и она конкретно так спасла тебе жизнь несколько раз — ты бы уже сдох, если бы не она. Улыбашка могла тебя сожрать, кабанчики могли сбить тебя с ног и тебе бы настал пиздец. Грех жаловаться!

— Ну, да… — согласился со мной Муравей, пыхнув вейпом.

— И, кстати, есть ещё кое-что, что ты должен знать… — решил я сообщить ему одну важную вещь.

— Да? — спросил он, подняв на меня вопросительный взгляд.

— Нет никакой бразильской системы, — сообщил я ему. — Я придумал её, чтобы увеличить скорость твоей прокачки. В любом случае, попади ты в переплёт, я бы сделал всё возможное, чтобы ты не сдох. Хочу, чтобы ты это знал.

— Я догадывался… — произнёс Муравей и улыбнулся. — Но ты играл слишком убедительно, поэтому я поверил. Даже начал таить обиду — типа, это несправедливо и по-скотски…

— Зато всё кончилось просто отлично, ха-ха! — рассмеявшись, воскликнул я. — Ты пересёк соточку, поэтому уже представляешь собой кое-что — мы справились с главной задачей и теперь можем возвращаться в Волгоград.

— Но что теперь? — спросил Муравей. — Как мне качаться?

— Есть одна методика… — заговорщицким тоном произнёс я. — Называется аргентинской системой…

— Серьёзно? — нахмурившись, уточнил он.

— Нет, конечно! — ответил я. — Будешь качаться, как все — ходить в соло-рейды на королевских зверей, учиться у Зулуса разным хитростям и так далее. Теперь ты в высшей лиге — спрос с тебя будет соответствующий.

— То есть, мотаться по дичи в одиночку? — без особого энтузиазма спросил Муравей.

— Необязательно, — мотнув головой, ответил я. — Всё зависит от ситуации — в Баку мы пойдём толпой, но это рейд. Иногда будут соло-рейды, иногда командные — в зависимости от стратегических и тактических целей командования. Короче, будет обычная жизнь КДшника. Я уже привык и ты привыкнешь — это, по-своему, весело… Стату актуализировал уже?

— Почти, — ответил он и вернулся к набиванию текста в чат.

Полученные 12 очков характеристик он потратил на повышение «Энергетического уровня», а два оставшихся очка закинул в «Аппетит» и «Объём».

— Готово! — сообщил он и отправил сообщение в чат.

Получается очень внушительно — ему нужно только довести его «Хемилюминесцентную проекцию» до апекса, чтобы поднять кап характеристик до 20 единиц и он будет в шоколаде.

Но это уже не моя проблема — дальше он качается сам.

— Короче, собираем манатки и выкатываем отсюда, — сказал я, встав с лавки. — В Челябинске хорошо, но пора и честь знать…

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 22 ноября 2027 года*

— Я не ожидал увидеть вас так рано! — произнёс довольный Проф.

Во дворе крепости необычайно много людей — челябинских переселенцев можно легко определить по взглядам, полным ахуя и сомнения.

Они ходят по двору туда-сюда, невольно поднимая взгляды к небесам, перекрытым частой паутиной из стальной проволоки.

Также они вздрагивают от раздающихся, время от времени, выстрелов — это Щека лежит в шезлонге на крыше отеля и постреливает по птицам из ружья. Он, таким образом, развлекается и здоровски увеличивает безопасность города, так как хищные птицы прилетают систематически, ведь у нас есть, что взять…

— Мы бы и раньше приехали, — сказал я недовольно. — Если бы не наехали на свинопотама, перебегавшего трассу. Машину в хлам, а свинопотам сдох, но дальше пришлось идти пешком, аж до самой Уфы…

— Свинопотам… — произнёс Проф и задумчиво погладил подбородок. — Большой был?

— Нет, подсвинок, — ответил я. — Если бы за рулём был я, мы бы избежали столкновения…

— Я же уже извинился! — воскликнул Муравей.

— Да я без осуждения, — сказал я на это. — Но время потеряли.

— Ладно, тогда идите отдыхать, а сегодня вечером в вашу честь будет торжественный ужин, — приказал Проф. — Ты, Студик, не просто помог Муравью развиться, но и радикально увеличил шансы Фронтира на устойчивое выживание! А такое у нас положено поощрять, поэтому будь готов переехать в трёхэтажный элитный дом, который официально становится твоей собственностью!

— Да нахуя? — нахмурившись, спросил я.

— Подвиги нужно поощрять, а ты совершил настоящий подвиг — ты спас всех этих людей, — ответил Проф, а затем посмотрел на Муравья. — Ты же переезжаешь в дом по соседству — двухэтажный, поменьше размеров, но у тебя всё ещё впереди.

— Спасибо, Профессор! — поблагодарил его обрадовавшийся Муравей. — Всегда мечтал о своём доме на земле!

— Мы ожидаем, что это будет далеко не последний ваш подвиг, — сказал Проф.

— А наш номер с Лапшой? — уточнил я.

Я вообще не горю желанием перебираться куда-то из «Хилтона» — тут всё рядом, а самое главное — все рядом.

— Остаётся за вами, — ответил Проф. — Это не замена жилья, а подарок от Фронтира.

— А, то есть, мне не обязательно жить там? — задал я ещё один вопрос.

— Нет, не обязательно, — сказал Проф. — Но желательно — все должны увидеть, что тебя вознаградили за успехи.

Значит, он хочет мотивировать наших КДшников к активности самым простым и доступным способом — материальным.

— Ладно, спасибо, — ответил я. — Я очень признателен.

— Ключи вручу вам на торжественном ужине, — сообщил Проф. — А пока — отдыхайте и приводите себя в порядок.

— Окей, до встречи, — сказал я и направился к отелю.

Нужно сдать снарягу в оружейку, а броню в мастерскую.

— Привет! — помахала мне с ресепшена какая-то девушка в отельной униформе.

— Привет, — ответил я ей.

Не знаю, кто это…

— Круто выступили у озера! — сказала она мне.

— Да, спасибо, — поблагодарил я её и пошёл к лифтам.

По дороге написал Лапше в личку. Но галочка о доставке не появилась — похоже, что она не в сети.

Пишу Профу.

«Где сейчас Лапша?» — спросил я.

«Она в рейде», — ответил он. — «Должна вернуться на следующей неделе или раньше, если наберёт достаточно трофеев».

«Понял», — написал я и убрал телефон в карман.

Вира, которую она должна выплатить за убийство Гадюки, огромна, поэтому Лапша практически постоянно в рейдах — охотится или собирает лут, а иногда и всё вместе.

— Даров, — приветствовал я оружейника. — Я стрелял только из СР-3М, а «Печенег» почти не юзал.

— Привет! — ответил мне Геннадий. — Всё почистим!

— Круто, — сказал я и передал своё оружие в окно.

— А по видеороликам даже не скажешь, что ты почти не стрелял, — сказал оружейник. — Очень классно получилось — всей семьёй смотрели…

— Серьёзно? — нахмурившись, спросил я.

— Да, мой отец твой фанат! — заверил меня Геннадий. — Мама говорит, что ей такое не нравится, но тоже смотрит.

— М-да… — изрёк я. — Ладно, где поставить подписи?

Оружейник передал мне электронный планшет.

— Ты не подумай, что мы долбанулись и обожаем насилие, — сказал он мне. — Просто, мы гордимся вами! И чувствуем себя в безопасности, зная, что вы делаете ради нас.

— А-а-а, окей, — кивнув, ответил я. — Тогда ладно. До встречи.

С этой стороны я на происходящее вообще никогда не смотрел.

Честно говоря, приятно, что нами гордятся — неожиданно было узнать такое.

Проф-то ладно, как и остальные КДшники — они ведь всё понимают, но у меня сложилось крепкое впечатление, что нормальные люди затаили на нас, за то, что мы едим, как не в себя, получаем всё самое лучшее и вообще, во время отдыха катаемся, как сыр в масле…

Видимо, серии роликов делают своё дело — кто-то смотрит, действительно, ради мясорубки, а кто-то ради того, чтобы, в очередной раз, удостовериться в том, что мы реально защищаем их от внешних угроз и погордиться нами.

Спускаюсь в мастерскую, где вижу, что работа идёт полным ходом, в ритме типичного понедельника: специалисты пилят на лазерных станках какие-то заготовки, собирают какое-то оружие, вручную снаряжают патроны, а также работают за кульманами, чертя какие-то схемы.

— Доброго утра! — приветствовал меня Игорь Седлецкий, старший мастер.

Фазан назначил его своим замом, поэтому пост ответственный — по сути, Игорь является вторым человеком во всём техническом секторе Фронтира.

Вообще, насколько я знаю, он прибыл из Саратова, но там он тоже был понаехавшим — до зоошизы он жил в Нижнем Новгороде, но эвакуировался на юг по военным каналам.

А уже потом, вместе с беженцами, сумел добраться до Волгограда.

Он был главным специалистом по электронике на Нижегородском машиностроительном заводе — участвовал в производстве и модернизации ракет к ЗРК С-300.

Фазан выхватил его к себе сразу же, как узнал о его существовании, поэтому теперь он его заместитель — тут, во Фронтире, Игорю пришлось заниматься всем.

— Даров, — приветствовал я его в ответ и окинул взглядом мастерскую. — Капец у вас тут суета…

— Это да, — согласился он. — Поздравляю с успешным завершением рейда.

— Спасибо, — поблагодарил я его.

— Каждое утро благодарю господа, что мне не достался интерфейс… — произнёс Игорь.

— Зачем ты мне это говоришь? — спросил я, нахмурившись.

— Да просто для себя проговариваю… — ответил он.

Это очевидно, что он бы не хотел для себя такого — ему тридцать пять лет или около того, может, ближе к сорока, у него жена и трое детей, поэтому жизнь КДшника ему вообще не в кассу.

— Чтоб ты понимал, ещё ничего не закончилось, — усмехнувшись, сказал я. — Кто знает, может, завтра пойдём качать уже тебя?

— Не дай бог! — воскликнул он и истово перекрестился.

— Ну, чего я пришёл-то? — задал я риторический вопрос. — Броню в деле не задействовал, но есть характерный износ в местах соприкосновения сегментов. Фазан обещал как-то, что вы решите эту проблему раз и навсегда.

— Да, решим, — заявил Игорь. — Следующий прототип оснащается специальными вкладышами из СВМП — ожидаем, что это продлит срок эксплуатации в разы.

— Будет охуенно, — покивав, произнёс я. — Тогда я разоблачаюсь…

Освобождаюсь от брони, которая успела стать для меня второй кожей, и складываю её на свободном верстаке.

Сейчас видно, что углеволоконные нити сделали пропилы в стали, потому что двигался я, ну, очень много, а предыдущее решение проблемы истирания плит, увы, прохудилось практически везде. Ещё чуть-чуть и я начал бы сильно скрипеть.

Но броня просто охренительная — никогда я ещё не чувствовал себя в такой безопасности…

— Ладно, удачи, Игорь, — пожелал я старшему мастеру.

— А ты не знаешь, как скоро вернётся Фазан? — спросил он.

Фазан гоняет на Бомбардире, перевозя людей и ценности — возможно, это нерационально, но авиационного топлива у нас очень много. Правда, моторесурс Бомбардира не бесконечный.

Впрочем, где-то же нужно использовать авиацию?

— Ну, честно говоря, вообще без понятия, — ответил я. — Возможно, ещё пара-тройка рейсов и его отпустят. Но это не точно.

— Да? — переспросил Игорь. — Ладно, тогда до встречи. И удачи в рейдах.

Киваю ему и покидаю подземную мастерскую.

По пути замечаю станок, в автоматическом режиме плетущий броню из толстой паутины — видимо, Лапша сделала большую заготовку паутины нужной консистенции.

Промышленность — это одно из важнейших наших преимуществ. Она, конечно, даже близко не похожа на то, что было до зоошизы, но у окружающих псевдогосударственных формирований нет и такого.

Челябинск, например, загибался без энергии — на ТЭЦ надежды не было, так как топливо кончилось, а в первую зиму почти вся инфраструктура потерпела коллапс и больше у них не осталось ничего.

Я заметил, когда ходил по полностью обезлюдевшим районам города, что большая часть квартир сгнила после того, как в них полопались батареи и всё залило водой.

В большинстве населённых пунктов с центральным отоплением, я думаю, картина такая же — инфраструктура заруинена. (1)

Только города с вовремя спасёнными ГЭС или большими запасами ископаемого топлива, такие как Волгоград и Новокузнецк, имели шансы сохранить цивилизацию и развиваться хоть как-то.

Собственно, я очень хорошо помню, как мы охраняли в Кузне шахтёров, добывающих уголь для энергоснабжения города.

«Хорошие были времена…» — с ностальгией подумал я, поднимаясь на лифте на свой этаж.

А у номера я обнаружил Щеку.

Он, как всегда, в своём леопардовом халате, но сейчас у него на плече лежит СВД.

— О, здорова, бро! — приветствовал он меня. — Давно не виделись!

— Даров, — ответил я и крепко пожал ему руку. — Не так уж и давно, вообще-то…

— Но я всё равно скучал! — сказал на это Щека. — У тебя в номере есть что-нибудь выпить?

— Ага, — ответил я. — Сейчас…

Разблокирую дверь и пропускаю его внутрь, после чего разуваюсь и иду к холодильнику.

Внутри дохрена всякой алкашки, но я выбрал бутылку отечественного виски «Кемля». Пятьдесят градусов — то, что нужно…

— Слышал я, что ты теперь уважаемый барин, с домом на земле, — произнёс Щека, сев за обеденный стол.

— Ага, я тоже слышал, — ответил я, разливая алкоголь по стаканам. — Льда нет.

— Лёд оставь пидорам и девочкам, — произнёс Щека, приняв стакан. — Настоящие мужчины пьют виски тёплым, горячим, холодным, прохладным — каким угодно, блядь. Ну? За настоящих мужчин!

Выпиваю до дна и ставлю стакан.

— Как себя показал Муравей? — спросил Щека.

— Да нормально, — ответил я. — Он толковый, поэтому проблем с ним никаких не возникло — справился со всем с достоинством.

— Проф сказал, что доволен им просто пиздец, — поделился Щека. — А ещё я слышал, что когда ты вернёшься из похода в Баку, тебя ждёт тренировка ещё кого-то.

— Ох, блядь… — тяжело вздохнув, проговорил я. — Не хочу быть педагогом — это выматывает, просто капец…

— А я бы хотел, но не дают, — сказал Щека. — Считается, что со мной прокачка вообще никакая.

— Может, найти кого-нибудь, кто не знает о твоих способностях? — предложил я.

— А такие есть вообще? — спросил он. — Весь Волгоград слышал, как сильно и в каких позах я трахал своих врагов — нет, это надо прямо из самой глухомани КДшников привлекать…

Это неожиданная проблема — когда Щека рядом и он на твоей стороне, невольно чувствуешь себя в безопасности. А за такое дают очень мало опыта…

— Зато ты у нас, блядь, бэдбой — с тобой всегда опасно, ха-ха-ха! — сказал он и рассмеялся.

— Ага-ага… — поморщившись, произнёс я.

— Знаешь, что хорошо? — спросил Щека.

— Не знаю, — ответил я.

— Звери стали опаснее с тех пор, как мы все начали, — произнёс Щека. — Муравей ведь терпел больше, чем мы с тобой — та ебаная черепаха чуть не прикончила его! Ты бы не вывез, будь ты его левелов!

— Не спорю, — согласился я с ним. — Но это значит лишь то, что Муравей крут.

— Да, будет из него хороший КДшник, — кивнув, сказал Щека. — Но и нам нужно сохранять разрыв. Педагогика и всякая хуйня — это круто, но ты, Студик, не раскисай и сам качайся тоже. Ты до сих пор один-единственный левел не апнул! У тебя же левел до усиления пассивки?

Я до сих пор 149 левела, поэтому, действительно, до второго усиления пассивки осталось рукой подать.

— Ага, — подтвердил я. — Ничего. Возможно, на днях схожу за каким-нибудь зверем поблизости. Королевских зверей, насколько мне известно, пока что, нет.

— Пока что, — кивнув, ответил Щека. — Эх, жаль, что мне нельзя с вами в Баку — я так давно никуда не выбирался…

— По поводу особого задания от Профа что-то стало известно? — поинтересовался я.

— Не, молчит, — покачав головой, сказал Щека. — Надеюсь, это будет что-то достойное применения «Сталинграда». Кстати, ещё раз спасибо тебе, бро!

— Да говорил же уже, что не за что, — ответил я на это.

— Я обязательно найду, чем отдариться! — заверил он меня. — У нас, кстати, в запасах нашлось целых четыреста двадцать восемь патронов 8,6×70 миллиметров.

— Что, кстати, Палка и Майонез? — спросил я.

— Майонез передумал уже, — ответил Щека. — На днях сказал, что психанул. Его устраивает то, что Лапша теперь днями и ночами в рейдах, из которых приносит сотни килограммов, а иногда и тонны лута.

— А Палка? — спросил я.

— Не, эта принципиально уходит, — сказал Щека. — Студик, у меня в горле пересохло…

Наполняю его стакан.

— То-то же, — улыбнувшись, произнёс он. — Короче, Палка пойдёт с вами до Баку, как и обговорено, а затем направится на юг, возможно, к Средиземному морю, а возможно, что в Египет или дальше. Это, как ты знаешь, условие Профа, что она исчезает насовсем и не создаёт нам никаких проблем.

— Да, это я помню, — сказал я. — Жаль.

— Жаль-жаль-жаль… — произнёс Щека. — Но это её выбор. Да и хуй с ней — мне насрать. Никогда мы с ней не были большими друзьями. Она ничем не рисковала всё это время — а мы ставили на кон свои жопы. Мы построили Фронтир, приняли их всех под крыло, предложили лучшие в мире условия, но стоило чему-то пойти не так — фи, я мухожук!

— Тебя что-то несёт, бро, — покачав головой, сказал я.

— Нихуя, бро! — не согласился он со мной. — Палка в рейды ходила против Ростова и Тамбова? Нет! Рисковала жизнью, как мы? Нет! Вся её работа, блядь — охотничьи рейды и лутинг! Зато права, блядь, у нас, непонятно какого хуя, одинаковые! Схуяль, бро⁈

— Так, бро, успокойся, — попросил я его. — Ты что-то раздухарился…

— Ну, да… — произнёс Щека. — С правами я перегнул — это было лишним. Но она, реально, разваливала наш Фронтир изнутри! Она и Гадюка — люди всё видят, нахуй… Бро, ты что, хочешь, чтобы я умер от жажды⁈

Наливаю в его стакан остаток виски.

— Хорошее в нашей жизни заканчивается быстро… — философским тоном произнёс Щека и залпом выпил. — Кхух…

— Мне скоро в Баку, — сказал я. — Что-нибудь привезти тебе?

— Найдёшь патроны Лапуа Магнум — вези всё! — ответил Щека. — Я, на обратном пути, сделал даблкилл! Эта винтовка — просто имба!

— Уже дал ей прозвище? — поинтересовался я.

— Нет, — покачав головой, ответил он. — Это слишком серьёзный аппарат, чтобы носить какие-то там прозвища. Но, блядь, какой же мощный патрон…

— Он же слабее, чем 12,7, — заметил я.

— Но сильно близко к нему! — выдал Щека контраргумент. — И, чтобы стрелять из «Сталинграда», не нужно носить с собой ебаный пулемётный станок! Компактно, легко, удобно — идеальное оружие, как по мне!

— Я рад, что тебе так понравился мой подарок, — сказал я.

— Как ты уговорил того типа отдать её тебе? — спросил он.

— Ну, я сказал ему, что перевезу его с семьёй в Волгоград, — ответил я.

— Так они же, в любом случае… — начал Щека.

— Тогда это было ещё неизвестно, — произнёс я. — Я вообще не был уверен, что получится организовать массовую эвакуацию, поэтому всё было честно.

— Ох, жучара… — сказал Щека и пригрозил мне пальцем. — За тобой нужен глаз да глаз!

— Сейчас за всеми нужен глаз да глаз, — усмехнувшись, ответил я на это.

— У тебя там, в волшебном ящичке, есть ещё что-нибудь горячительное? — спросил Щека, посмотрев на холодильник.

— Да, конечно… — вздохнув, ответил я. — Сейчас принесу…

Примечания:

1 — Руинить — пусть в русском языке есть слово «руины», в такой форме, в литературной норме, это не употребляется. Скорее всего, этот термин среднепидорского диалекта произошёл от английского «to ruin», то есть, «разрушить», перекочевав из англоязычной геймерской тусовки.