Вечное Дао. Беседы о «Дао Де Цзин» т. 3

Глава 7 Трудное и легкое...

Лао-цзы говорит:

Достигни совершенства в недеянии.

Будь внимателен к незанятости.

Вкуси отсутствие вкуса.

Плати добродетелью за ненависть —

велика она или мала, сильна или слаба.

Берись за трудное, пока оно легко;

берись за большое, пока оно мало.

Трудные проблемы мира следует решать,

пока они легки;

великие проблемы мира следует решать,

пока они малы.

Поэтому мудрец,

никогда не имея дела с великими проблемами,

достигает величия.

Тот, кто легок на посулы,

обнаружит, что часто трудно сдержать слово.

Тот, кто небрежен во многих вещах,

столкнется со многими трудностями.

Поэтому даже мудрец считает вещи трудными,

и по этой причине

никогда не встречает трудностей.

Жизнь — не проблема. Скорее, это мистерия, которую нужно прожить, а не проблема, которую нужно решить. Но она становится проблемой; она становится проблемой потому, что вы постоянно откладываете — откладываете на завтра. То, что можно сделать сегодня, что необходимо сделать сегодня — нельзя сделать завтра. То, что сегодня могло стать прекрасным явлением, тайна, которую нужно было пережить, завтра станет очень и очень трудной и холодной проблемой, требующей решения.

Жизнь сама по себе, если жить ею здесь и сейчас — не проблема. Откладывание создает проблемы, и тогда вы продолжаете накапливать. Тогда вы нагромождаете вокруг себя так много, что жить становится почти невозможно — вы парализованы, искалечены, вы в смирительной рубашке, в заключении. Сначала постарайтесь понять это — тогда будет легко войти в эту сутру.

Несколько дней назад я говорил, что даже гений, очень талантливый человек — он может быть лауреатом Нобелевской премии, великим интеллектуалом, известным во всем мире — даже он может вести себя как ребенок.

Если утром он обнаруживает, что его тапочек нет на месте, он злится, раздражается.

Если бы он в этот самый момент обратил внимание на свой гнев, он посмеялся бы, потому что это так глупо! Смешно! Но он не обращает на это внимания.

Он идет в ванную — раздраженный, в плохом настроении, — и начинает бриться; но он почти не осознает, что не отделался от проблемы, что проблема тут, она вновь и вновь сует свой нос в его существо. И она все время растет, потому что ничто в жизни не стоит на месте. Все живое растет, и если вы живы, ваш гнев тоже жив, он растет! Он не остается тем же. С каждым мгновением он набирает все больше инерции и силы.

Он продолжает бриться, но он раздражен; он не наслаждается этим действием, его свежестью — этим прекрасным моментом облегчения, — нет, он не расположен наслаждаться. Бессознательно он отпускает бритву, она выскальзывает из его руки и падает на пол. Теперь он злится еще больше. Если бы он мог разобраться с этим сейчас же, он посмеялся бы. Злиться глупо, потому что бритва — не живое существо, бритва ни в чем не виновата — разве можно злиться на бритву? Но теперь он раздражен еще больше. Его руки движутся теперь еще более глупо, бессознательно; бритва снова падает и попадает в старинное антикварное зеркало, которое он так любит; зеркало разбито.

Теперь он перестает быть нормальным. Он выходит, налетает на шкаф, хлопает дверью, шлепает ребенка, потому что тот не сделал уроки, начинает спорить, ссорится с женой — а все из-за мелочи, которая ничего не значит! Все из-за того, что его тапочек не было на месте.

И вот наш так называемый гений садится в машину и едет в офис, но не доезжает до него, потому что случается авария. Так всегда и бывает. А все из-за тапочек, из-за того, что их не было на месте.

Теперь он едет как маньяк — весь его гнев уходит в ногу, он все сильнее жмет на акселератор; он пьян! Опьянен своим гневом. Происходит авария. Через двенадцать или пятнадцать часов он открывает глаза в больнице. И он никогда не сможет связать вещи воедино.

А история может продолжаться все дальше и дальше: он влюбляется в медсестру — и так далее! Только из-за того, что тапочек не оказалось на месте! Вся семья в смятении; развод; и весь мир уже никогда не будет прежним — лишь оттого, что его тапочки не стояли на обычном месте.

Разбирайтесь с вещами от момента к моменту, не давайте им накапливаться внутри вас. Не копите. Жизнь действительно прекрасна. Она становится уродливой. Жизнь — не проблема. Любая проблема так мала, что глупо называть жизнь проблемой. Это не проблема для деревьев, это не проблема для птиц, это не проблема для земли, неба; только для человека жизнь — проблема, потому что только человек научился этому фокусу — откладывать. Мелочи становятся больше. Затем наступает момент, когда вы не можете с ними справиться. Тогда вы становитесь такими маленькими, а проблема так велика — справиться с ней почти невозможно; и тогда вы всегда носите в голове эту тяжесть. И как вы можете наслаждаться с таким тяжелым грузом в голове? Как вы можете восхищаться? Как вы можете праздновать? Как вы можете танцевать?

А потом кто-то говорит: «Есть Бог». Вы слышите эти слова, но не можете поверить. Может быть, и есть дьявол, который заправляет всем миром, но никак не Бог. Вся ваша жизнь стала такой искалеченной, парализованной, тяжелой — вам хочется покончить с собой. Очень редко встречаются люди, которые когда-нибудь не размышляли о самоубийстве.

Психоаналитики говорят, что каждый мужчина и каждая женщина за долгую жизнь около десяти раз думают о самоубийстве. Вы не совершаете его потому, что вы трусы; нет ничего похвального в том, что вы не делаете этого. Вы размышляете о нем — этого достаточно! Это означает, что жизнь стала настолько невыносимой, что вы предпочли бы бросить ее, чем влачить дальше и дальше; вам хочется выйти из игры.

Как вы можете любить Бога? Как вы можете молиться? Ведь молитва исходит из великой признательности, молитва рождается из благодарности. Хорошо прожитая жизнь становится молитвенной. Она не имеет никакого отношения к церквям, храмам и мечетям, она имеет отношение к качеству вашей жизни. Хорошо прожитая жизнь — прожитая от момента к моменту, осознанная, бдительная, без откладывания, становится молитвенной; а молитва мало-помалу превращается в медитацию. Тогда вы даже не молитесь, потому что слова мешают. Тогда ваша молитва становится безмолвной. Когда молитва безмолвна, это медитация.

Поэтому, чтобы понять, что существование прекрасно, священно, что существование есть блаженство, благословение, вы должны жить по-другому — не откладывая. Вот что значит жить от момента к моменту.

Снимите с себя груз прошлого. Его больше нет, оно уже уплыло вдаль, оно не существует; вы без нужды обременены призраками — их больше нет. И не отягощайте себя будущим — его еще нет. Когда оно придет, вы будете там, чтобы встретить его. Зачем планировать его сейчас? Оно никогда не будет таким, каким вы его планируете. Ваши планы неизбежно создадут еще большие проблемы, так как, когда вы планируете заранее, вы хотите навязать сущему свои планы.

Сущее не обязано следовать вам — вы можете следовать существованию и быть благодарным. Но существование не может следовать вам, вы не знаете целого. Вы не знаете желаний целого, его предназначения. И вы строите личный планы; они неизбежно будут противоречить целому и обречены на неудачу. Тогда ваше сердце будет разбито.

Отбросьте прошлое. И не привносите будущее. Этот момент есть все. Если вы проживаете этот момент бдительно, тогда вы будете иметь дело с мелочами, и через эти мелочи, с которыми вы встречаетесь, вы будете расти, и больших проблем никогда не будет.

Лао-цзы говорит, что для великого человека нет великих проблем. Вы, должно быть, всегда думали наоборот — что великие люди существуют потому, что они берутся за великие проблемы. Но Лао-цзы говорит, что для великого человека нет великих проблем, потому что он никогда не дает проблемам становиться большими; он всегда решает их, когда они очень малы, посильны; тогда что-то можно сделать. И если вы разрешаете проблемы от момента к моменту, вы всегда свежи, не отягощены их бременем; на вашем существе никогда не оседает пыль. В следующий миг вы ускользаете — свежий, юный и девственный, вы выскальзываете в следующее мгновение, как змея ускользает из старой кожи; старое остается позади — появляется свежая и молодая кожа. Тогда жизнь — тайна, а не проблема, которую нужно решить. Ее нужно проживать, и проживать тотально. Тогда вы чувствуете благодарность. Тогда это было благословением.

Запомните это, и затем попытайтесь понять сутры Лао-цзы.

Достигни совершенства в недеянии.

Будь внимателен в безусильности.

Вкуси отсутствие вкуса.

Действуя, ничего не делай — в этом самый глубочайший секрет Лао-цзы. Он говорит: если все можно делать через недеяние, зачем вы делаете? Если все можно сделать через недеяние, то, делая, пытаясь делать, вы только создадите себе проблемы.

Позвольте привести вам несколько примеров. Должно быть, вы слышали об Архимеде; его история знаменита. Он пытался решить некую научную проблему. Он очень старался, изо всех сил, не мог спать, не мог делать ничего другого. Король задал ему задачу, и ее нужно было решить немедленно. И он был первым, кто взялся за эту задачу — у нее не было прошлого, не было истории, так что ему не за что было зацепиться. Никогда ранее эту проблему не поднимали, это был первый прецедент.

Он усиленно работал, он стал напряженным — он напрягся изо всех сил. Но что делать? Если вы не можете решить проблему, ничего не поделаешь! Человек беспомощен — он чувствовал себя беспомощным.

Однажды, когда он принимал ванну, лежал в ванне, расслабленный — он отказался от мысли решить эту задачу, ее нельзя было решить — внезапно она решилась! И он пришел в такой экстаз — он забыл, что лежит в ванне голый, и выбежал на улицу, громко крича: «Эврика! Эврика», что означает: «Я нашел! Я нашел!»

Король подумал, что он сошел с ума — весь город думал, что он сошел с ума. Он не сошел с ума, он нашел решение. И когда король спросил: «Как?», — он ответил: «Недеянием. Я ничего не делал, я не пытался решить ее, на самом деле, я бросил ее. Я полностью прекратил что-либо делать в связи с ней, я был расслаблен».

Что случилось? Когда вы расслаблены, вы становитесь едиными с целым. Когда вы расслаблены, вы больше не эго. Когда вы расслаблены, вы больше не индивидуальность. Когда вы расслаблены, вы становитесь целым. Когда вы напряжены, вы становитесь индивидуальностью. Чем больше вы напряжены, тем больше вы концентрируетесь как эго.

Эго очень мало; как оно может что-то решить? Оно может суетиться из-за пустяков, но не может ничего решить. Когда эго нет, вы отдыхаете в ванне — внезапно проблема решена! Это случилось с Буддой.

Шесть лет он делал — и делал действительно очень много; никто не погружался в поиски сокровенного смысла жизни так глубоко, как Гаутама Будда. За шесть лет он сделал все, что можно, все, что в человеческих силах. Он ходил к учителям, всем известным учителям тех дней, и учителя становились бессильны, потому что Будда делал все, что бы они ни говорили — и делал настолько совершенно, что они не могли сказать: «Ты делаешь недостаточно, поэтому не достигаешь». Он делал все так хорошо — лучше, чем сами мастера, — что они говорили: «Что ж, прости нас, иди к кому-нибудь еще. Это не случается, и мы больше ничем не можем тебе помочь. Поищи какого-нибудь другого учителя».

Он был сыт по горло всеми учителями, системами, философиями, техниками, методами; он начал делать что-то сам — но снова ничего не произошло.

Прошло шесть лет, шесть лет кошмарного существования; он жил в глубочайшем мучении. Затем однажды, переходя реку Ниранджана недалеко от Бодхгайи, он так ослабел от долгого поста — кто-то предложил ему выдержать длительный пост, может быть, это поможет — он так ослабел, что не мог перейти реку.

Река Ниранджана не так уж велика, но он был действительно слаб. Он цеплялся за корни дерева, иначе течение могло бы унести его. И вот, держась за корни дерева, он начал думать: «Что я делал все это время? Я просто разрушал себя, я ни к чему не пришел. С миром покончено, это я оставил позади; теперь, эта мокша, спасение, Бог, истина, называйте как угодно — с этим тоже покончено, мне больше нет до этого дела. Это я тоже отбросил». В этот момент он сбросил тяжесть.

Когда вы в поиске, есть напряжение. Само это напряжение становится барьером. Когда поиска не было, все расслабилось — в реке Ниранджана с Буддой произошло то же самое, что с Архимедом в ванне. Он расслабился и, расслабившись, почувствовал подъем энергии. Теперь это была не его энергия, это была энергия целого. Его больше не было. Вы существуете из-за своего поиска, жадности, желания. Когда нет жадности, нет желания, достигать нечего — этот момент самодостаточен, закончен — тогда вас нет. Эго исчезает.

Будда вышел, расслабился под деревом бодхи. Он не отдыхал многие годы. Этой ночью он спал прекрасно. Впервые он действительно спал без сновидений — потому что сны есть часть желаний. Днем вы видите сны, спрятанные в ваших мыслях; в дневных грезах желания продолжаются — тысяча и одно желание, неисполненные.

Сны создают некое утешение для ума: то, что не исполняется в жизни, исполняется во сне. Сны — это утешение. Но когда вы ничего не желаете, сны исчезают. И когда исчезают сны, вы впервые спите. В первый раз вы так расслаблены, что исчезаете в целом.

Он спал прекрасно; впервые он спал по-настоящему. Рано утром, когда последняя звезда почти исчезла, он открыл глаза; свежий, такой же свежий, как новорожденный ребенок, без всякой позы, без ума, через который можно смотреть, без желания — того, что Будда называет тришна — никакой тришны, никакого желания.

Этот момент был вечностью, потому что, когда вы желаете, вы всегда движетесь в будущее. Этот момент был вечностью — никакого движения в будущее, этот момент был всем. Будда стал подобен цветку. Цветок цветет здесь и сейчас. Птица поет здесь и сейчас. Человек всегда думает о чем-то другом, всегда движется в уме куда-то еще. Человек никогда не бывает там, где он есть. Вы можете найти его повсюду, но не найдете там, где он есть. Никогда!

На этот раз Будда действительно был в этом моменте — под деревом Бодхи. Он был там физически, ментально, духовно — вот почему это дерево стало деревом просветления.

Ни единой мысли, никакой ряби на озере его сознания, все тихо, никакого желания, никакого шума, он посмотрел на последнюю исчезающую звезду и стал просветленным. И когда люди спрашивали его: «Как ты достиг?», — он говорил: «Когда я прекратил искать. Когда я перестал действовать — тогда, в глубоком бездействии, это случилось». Это всегда происходит так.

Иногда вы тоже, возможно, замечали — это происходило не так, как у Будды и не так, как у Архимеда — но иногда вы пытаетесь вспомнить имя; оно вертится на кончике языка, вы говорите: «Оно на кончике языка, но не вспоминается». Вы очень напряжены, но что поделаешь? Если оно не вспоминается, ничего не сделаешь! Чем больше вы стараетесь, тем более невозможным это кажется. Затем вы бросаете это занятие! Вы берете сигарету и курите или идете в сад немного прогуляться; просто чтобы чем-нибудь себя занять, вы включаете радио, прихлебываете чай или делаете еще что-нибудь, чтобы забыть об этом — и оно неожиданно возникает, вот оно.

Очень маленькое просветление — но оно обладает тем же качеством. Очень-очень маленькое сатори, крошечное, нечем гордиться — но оно той же природы.

Если вы можете понять этот процесс, вы поняли, что Лао-цзы имеет в виду под недеянием. Есть вещи, которых вы не можете достичь через деятельность.

Вот критерий: то, что вы можете достичь через действие, принадлежит этому миру; все, что можно достичь через действие, принадлежит миру материи; а все, что принадлежит миру духа, не достигается через действие. Этого можно достичь только через недеяние, расслабление, тотальное позволение.

Достигни совершенства в недеянии.

— достигни совершенства в тотальном позволении;

— достигни совершенства в расслаблении.

Расслабьтесь в вашем поиске истины. Когда вы идете искать истину, вы идете с мирским умом. Там нужны амбиции, усилия, потому что конкуренция очень тяжела, вы не одни: миллионы людей борются, сражаются друг с другом, идет непрерывная война.

Мир — это постоянная война, и все воюют со всеми; сын воюет с отцом — может быть, неосознанно; отец воюет с сыном — может быть, неосознанно; мать воюет с ребенком, ребенок сражается с матерью; нации воюют с нациями, семьи воюют с другими семьями, все находятся в глубоком конфликте и борьбе.

Если вы расслабитесь, вы не сможете стать премьер-министром. Если вы расслабитесь, вы не сможете стать президентом страны. Если вы расслабитесь, вы не сможете стать Рокфеллером или Фордом. Нет, это невозможно. Если вы расслабитесь, вы станете нищим, вроде Будды или Лао-цзы. В мире борьба необходима, этот мир принадлежит насилию, этот мир принадлежит эго, этот мир принадлежит тем, кто агрессивнее других.

Вы приходите из мира, в совершенстве наученные насилию, действию; нужно что-то делать!

Люди приходят ко мне и говорят: «Скажи нам, что делать, и мы будем это делать; но ты говоришь — просто расслабьтесь, не делайте. Это невозможно». Не делать что-то даже одно-единственное мгновение кажется невозможным из-за старой привычки, старой, глубоко укоренившейся модели... Всегда это — «Делай что-нибудь!» Лао-цзы говорит: «Ничего не делай».

В мире бытия делание не нужно. Вот что значит бытие — там не нужно действие. Там вы расцветаете в своей сокровеннейшей глубине, вы расцветаете до своей величайшей высоты.

Но никакие усилия не нужны. Мастер дзен говорит: «Сиди спокойно, ничего не делая — трава растет сама по себе». Он говорит о глубочайшей сердцевине вашего существа, где сидеть спокойно, ничего не делая — единственный способ делать что-либо. Трава растет сама по себе. Траву не нужно тянуть, растения не нужно тянуть вверх, они растут сами по себе. Вы просто ждете рядом. Вы ждете, трава растет.

Как только вы понимаете, что внутреннему существу не нужны никакие усилия, для вас внезапно открывается новое измерение.

Здесь нет напряжения. Религиозный человек не напряжен. На самом деле, религиозный человек не старается достичь чего-то. Если вы видите, что религиозный человек пытается чего-то достичь — он не религиозен, он такой же мирской, как и другие. Он просто поменял имя своего бога, вот и все. Раньше он называл это деньгами, теперь он называет это медитацией. Раньше он называл это материей, теперь называет по-другому — Богом. Но достигающий ум здесь, а достигающий ум — это препятствие, единственный барьер.

Достигни совершенства в недеянии.

Наслаждайтесь, не делая ничего. Это просто — но кажется трудным. Это кажется трудным из-за вас, в остальном это просто. Найдите время ничего не делать. Когда у вас есть какое-то время, просто закройте глаза и ничего не делайте. Вскоре вы узнаете вкус отсутствия вкуса. Вскоре вы вступите в другой тип существования, где живут Иисус, Кришна, где живет Лао-цзы.

Достигни совершенства в недеянии.

Будь внимателен к незанятости.

Постоянное внимание к занятости создает беспокойство. Иногда уделите внимание незанятости; не делайте ничего.

В детстве мой дедушка очень беспокоился обо мне. Он был очень любящим человеком и очень умным — старым и мудрым. Когда он видел, что я сижу — потому что именно таким и было все мое детство: ничего не делать, просто сидеть в безмолвии — он говорил: «Вставай! Делай что-нибудь! Иначе ты ничего не добьешься в жизни, ты будешь неудачником».

И он был прав! Абсолютно прав. Он говорил это из глубокого сострадания. Он говорил: «Пойди хотя бы поиграй! Не сиди так, я беспокоюсь за тебя».

Так что я переходил из этой комнаты в другую и сидел там. Потому что, однажды вкусив отсутствие вкуса, вы ни с чем не сравните его — он несравненный.

Стоит вам узнать, что внимание к незанятости есть величайшее занятие в мире, как все вещи покажутся такими мелкими, такими смешными, детскими, глупыми!

Но — на Западе особенно — никогда не было учителя, который бы говорил: «Не делайте ничего».

Иисус пытался, но они убили его — а Иисус пытался говорить очень осторожно, потому что его могли вообще не понять. Если бы он говорил как Лао-цзы, никто бы не понял его.

Евреи — великие деятели. Они достигли совершенства во многих вещах. Трудно победить еврея в чем-либо; никогда не соревнуйтесь с евреем, он победит вас. Они — великие деятели. Весь мир всегда был против них. Приходили и уходили многие Гитлеры. Они пытались уничтожить евреев — ничего не вышло; они вновь поднимались, еще сильнее, чем прежде. Евреи — самый мирской народ в мире. Они верят в действие. Они не поняли бы Иисуса, и все же он говорил что-то похожее на Лао-цзы, осторожно, иносказательно — но ни один другой учитель даже не пытался это сказать. Наоборот, пословица гласит: «Когда вы ничего не делаете, вы становитесь мастерской дьявола». А Лао-цзы говорит: лишь тогда, когда вы ничего не делаете, вы становитесь мастерской Бога, а не дьявола.

Дьявол овладевает вами, когда вы хотите сделать что-то — тогда вы в руках дьявола, тогда он может овладеть вами, принуждать вас, он может заставить вас устремиться к вещам, к достижениям. Но человек, который не хочет ничего делать, который внимателен к незанятости — дьявол просто не сможет приблизиться к нему; это невозможно, потому что дьявол — деятель.

Я еще раз хочу рассказать вам — с другой точки зрения — историю о том, почему Адам был изгнан из сада Эдема, из рая.

Адам жил такой же жизнью, как звери, деревья и птицы, ничего не делая. Это был чистый восторг, просто наслаждение... как дети — они наслаждаются, ничего не делая, просто играя. А Бог сказал: «Не ходи и не ешь плод древа познания», — ибо в тот миг, когда вы вкушаете плод познания, вы немедленно становитесь деятелем: знания бесполезны, если они не действуют как средство для того, чтобы что-то делать. Знания означают технологию. Знания — это техническая помощь, позволяющая делать вещи более искусно. Знания позволяют вам стать более эффективными деятелями.

Но змей, дьявол, соблазнил их.

Сначала он соблазнил Еву. Это тоже полно смысла, потому что, куда бы вы ни отправились, вы везде найдете Ев, тормошащих своих мужей: «Иди и делай что-нибудь! Мы должны построить дом побольше и купить машину получше! Нам нужно больше бриллиантов. Иди и делай что-нибудь, не сиди дома!» Женщины постоянно подталкивают своих мужей.

Эта притча многозначительна. Если мужчине позволить, он расслабится, он станет лентяем. Он будет просто отдыхать. Он будет играть на флейте под деревом — фляжка с вином, и этого довольно! Он не будет тревожиться о мире.

Притча говорит: змей сначала соблазнил Еву: «Это дерево — дерево познания — запрещено потому, что Бог не хочет, чтобы вы стали подобны Богу. Если вы вкусите плод познания, вы станете как боги!»

Вся реклама направлена на женщин, а не на мужчин. Змей был первым рекламным агентом. Он был пионером. Он нашел верный подход. Если вы хотите получить мужа, поймайте жену. Если только в ее ум войдет новая машина, трудностей не будет — она протащит ее в голову мужа.

И когда Ева попробовала плод познания, она соблазнила и бедного Адама. Они были изгнаны. Их выдворили из рая.

Смысл в том, что, став такими хитрыми, знающими деятелями, они потеряли невинность бытия, которым наслаждались раньше — тогда не было времени.

Притча говорит, что Бог, изгоняя их, сказал: «Теперь для вас будет существовать смерть». До тех пор времени не было, следовательно, смерти не могло быть. Это не значит, что Адам не должен был умереть; но смерть не могла существовать. Птицы умирают, но они ничего не знают о смерти; они просто живут и просто умирают. Ни одного мгновения они не беспокоятся о смерти. Животные живут и умирают, но смерть для них — не проблема, они не сидят в тоскливых размышлениях о том, что такое смерть, и о том, есть ли жизнь после смерти; смерть — не проблема. Когда появляется время, появляется смерть. Появляется знание, приходит время, затем смерть — целая куча проблем...

Человек должен вновь стать невинным, он должен отбросить знания. Но вы можете отбросить знания лишь тогда, когда вы пришли к пониманию, что все прекрасное, истинное и доброе может случиться без делания — иначе вы не сможете отбросить знания.

Лао-цзы пытается привести вас к этому пониманию. Он пытается дать вам видение, что знания необходимо отбросить. Но тогда вы тут же спросите: «Если отбросить знания, как мы сможем делать такое множество вещей?» Он говорит: это «множество вещей» не нужно. Внутреннее существо может цвести в недеянии.

Достигни совершенства в недеянии.

Будь внимателен к незанятости.

Вкуси отсутствие вкуса.

Лао-цзы никогда не пользуется именем «Бог». Он последовательно придерживается намеков; он никогда не использует никаких прямых указаний: отсутствие вкуса. Бог не имеет вкуса, потому что вкус может существовать только в дуальности. Если что-то сладко, значит, что-то должно быть горьким. Если что-то хорошо, значит, что-то другое должно быть плохим. Если что-то божественно, значит, что-то другое должно быть злом. Отсутствие вкуса означает недуальность, то, что индуисты называют адвайта — не два. Отсутствие вкуса — поэтическое выражение: он просто намекает, а не дает прямое указание.

Плати добродетелью за ненависть — велика она

или мала, сильна или слаба.

Это очень революционная идея. Ее нужно понять очень и очень тонко.

Должно быть, вы слышали знаменитое изречение Иисуса: «Возлюби врагов своих». Лао-цзы идет глубже. Он говорит: «Плати за ненависть добродетелью, не любовью». Было бы легче сказать: «Когда кто-то ненавидит вас, отвечайте любовью. Любите врага». Почему же он не говорит о любви?

На это есть глубокие причины. Первая: когда Иисус говорит: «Любите врагов своих», он принимает дуальность любви и ненависти, он принимает феномен двойственности. И в глубине вы уже любите своего врага — иначе, как вы можете ненавидеть? Пока вы не полюбите врага, вы не можете ненавидеть его. Глубоко в подсознании вы уже любите врага, вот почему вы ненавидите. Любовь и ненависть существуют вместе. Когда вы любите человека, вы забываете, что также ненавидите его. Если вы начнете осознавать, вы осознаете факт, что, если вы любите человека, вы также ненавидите его, а если вы ненавидите человека, вы также любите его. Враги и друзья не слишком отличаются друг от друга. Сознательно вы любите друга, бессознательно вы его ненавидите; вы ненавидите врага сознательно, подсознательно вы любите его — потому что они не могут существовать отдельно, это две стороны одной монеты: любовь/ненависть.

Иногда вы мучаетесь от желания убить; иногда вы начинаете думать о том, чтобы убить свою жену или своего мужа, мать или отца; и вы чувствуете огромную вину — почему? Не чувствуйте себя виноватыми. Это естественно. В каждой любви прячется ненависть. Подумайте о своем враге, пойдите глубже в свою ненависть. Вы обнаружите, что любите его. Может быть, это негативный способ любви; ненависть есть негативный способ любви.

Махатма Ганди и Мухаммед Джинна, два великих индийских политика, были давними врагами — и, конечно, если вы враждуете так долго, вы должны очень привязаться друг к другу. Когда Ганди убили и Джинна услышал эту новость... человек, который принес ее Джинне, думал, что тот будет счастлив, но он опечалился — что будет делать Джинна без Ганди? Враг умер — и вы почти мертвы.

Вы скучаете не только по друзьям, вы скучаете также и по врагам. Они стали частью вашего существа.

Когда Иисус говорит: «Возлюби врагов своих», это не слишком революционно, это только кажется революционным — на самом деле, вы их уже любите; любовь скрыта, и он хочет вывести ее наружу, вот и все.

Лао-цзы говорит:

Плати добродетелью за ненависть...

Что такое добродетель? Добродетель — это равновесие. Добродетель — это сострадание, а не любовь. Различие тонко, но огромно. Когда вы любите человека, это горячее чувство. Когда вы ненавидите человека, это тоже горячее чувство. Одно одинаково: ваше отношение горячо.

Если вы безразличны к человеку, вы холодны, в вас нет никакого жара — ни любви, ни ненависти. Вы просто не имеете никакого отношения; вы не любите и не ненавидите; вас это не касается, не интересует. Вы безразличны, вы идете своей дорогой. Вот почему ничто не обижает людей больше, чем безразличие.

Если вы ненавидите человека, для него это не такая большая проблема. Он знает, что вы уделяете ему внимание — может быть, негативно, но вы обращаете на него внимание. Но если вы безразличны, он глубоко обижен. Если люди просто не беспокоятся о вас — вы проходите мимо, а они не обращают на вас никакого внимания — вы чувствуете себя почти мертвым!

Убивает безразличие, а не ненависть. Ненависть дает энергию. Любовь дает энергию. Любовь — приятное чувство, ненависть — неприятное; но если вам придется выбирать между ненавистью и безразличием, вы, несомненно, выберете ненависть. Вы никогда не выберете безразличие. Безразличие абсолютно холодно, убийственно.

Сострадание не холодно, сострадание прохладно. Холод означает смерть; прохлада означает равновесие.

Позвольте мне сказать по-другому. Сострадание прохладно, безразличие холодно; если вы сравниваете сострадание с любовью и ненавистью, оно прохладно; если вы сравниваете сострадание с безразличием, оно тепло. Оно тепло по сравнению с безразличием и его холодностью. Оно прохладно по сравнению с любовью и ненавистью и их жаром.

Добродетель — это сострадание. Это не любовь, это не ненависть, это равновесие между ними. Это также не безразличие. Оно живительно. Но если вы не знаете, сострадание покажется вам похожим на безразличие.

Разница очень тонка. Прохлада кажется похожей на холодность, но прохлада жива, свежа. Холодность просто мертва. Добродетель — это сострадание.

Платите состраданием за ненависть.

Берись за трудное, пока оно легко...

У всего трудного есть фаза, в которой оно легко; если вы бдительны, вы узнаете это. Очень легко уничтожить семя; очень трудно разрушить большое дерево.

Но у всего есть форма семени. Когда возникает гнев, он похож на семя. Если вы хотите отбросить его в этот момент, нет проблем; но если вы позволите ему пустить в вас корни, разрастись внутри своего существа, наполнить вас, тогда уничтожить гнев будет очень и очень трудно; это почти равносильно тому, чтобы уничтожить вас — он стал такой глубокой вашей частью.

Плати добродетелью за ненависть —

велика она или мала, сильна или слаба.

Берись за трудное, пока оно легко;

берись за большое, пока оно мало.

А в настоящем все мало и легко. Если вы не откладываете, все легко и просто. Вы достаточно сильны, чтобы изменить, трансформировать это. Но если вы говорите: «Завтра будет видно», если вы говорите: «Некуда торопиться», если вы считаете, что это легко и говорите: «Когда-нибудь, когда у меня будет время, я займусь этой проблемой», — тогда эта проблема тем временем будет расти и пускать корни.

Не откладывайте ее, потому что потом вы уже ничего не сможете с ней сделать. Именно это вы делали до сих пор. Вы откладывали многие жизни. А потом вы приходите ко мне и говорите: «Мы хотим быть безмолвными. Мы хотим быть спокойными», — но вы много жизней откладывали проблемы, кипящие внутри вас. Их нужно разрешить. Нужна серьезная операция.

Но вы снова так спешите. Люди медитируют несколько дней — четыре или пять — а затем приходят ко мне и говорят: «Ничего не происходит». Неужели вы не видите, что это смешно? Чего вы хотите?

Многие жизни вы откладывали. Ваше существо превратилось в руины. Вашего сада больше нет. Все разрушено, живы одни сорняки. И вдруг однажды вы хотите иметь прекрасный цветник. На это требуется время. Сорняки необходимо выполоть. Нужно выбросить их корни и семена. Нужно изменить почву. Теперь это нелегко.

Но вы можете, по крайней мере, сделать одно: начать жить от момента к моменту, чтобы не собирать хотя бы еще больше нелепостей, еще больше мусора; по меньшей мере, вы можете очистить какую-то часть сада и начать работать от момента к моменту. И как только вы узнаете, как проблемы становятся трудными, как только вы поймете, что они действительно легки, если вы беретесь за них сразу, все снова станет легко. Но этому чувству, этому умению нужно учиться.

Трудные проблемы мира следует решать, пока они легки;

великие проблемы мира следует решать, пока они малы.

Поэтому мудрец, никогда не имея дела

с великими проблемами, достигает величия.

Эти слова кажутся парадоксом — это не так. Это простые утверждения, в них нет противоречия.

Поэтому мудрец, никогда не имея дела

с великими проблемами...

— потому что у него нет великих проблем. Он никогда не имеет дела с великими проблемами — вот почему он велик.

В вашем понимании все наоборот. Вы думаете, что какой-то человек велик, потому что имеет дело с такими великими проблемами. Такой великий вызов! И он преодолел их. Глупость! Великому человеку нечего преодолевать. Чем более он велик, тем меньше ему приходится преодолевать; если он действительно велик, ему нечего преодолевать. У величайшего из людей нет проблем, которые нужно решать — ни великих, ни малых, — поскольку он никогда не позволяет им накапливаться. Они становятся проблемами только тогда, когда их откладывают. Сейчас — живые — это не проблемы, они — часть жизни, и прекрасная часть!

Просто начните становиться бдительными. Когда вы видите, что возникает проблема, прекратите всякую деятельность. Посмотрите на нее, обратите на нее внимание; загляните внутрь нее, посмотрите, что это такое. Иногда улыбки будет достаточно, чтобы изменить ее — достаточно будет посмеяться, и вы выйдете из порочного круга. Иногда не будет нужно ничего, даже улыбки или смеха — просто внимание: вы всмотритесь в нее глубже, и она исчезнет, как утром, когда всходит солнце, исчезает капля росы.

Просто посмотрите. Принесите в нее солнце сознания, и она исчезнет — она так мала! А вы так велики и необъятны! Сама эта встреча — вы смотрите на нее — она полностью меняет ее качество. Это больше не проблема. Вы можете восхищаться ею, вы можете наслаждаться ею. Тогда жизнь становится спектаклем.

Тот, кто легок на посулы, обнаружит,

что часто трудно сдержать слово.

Если вы понимаете жизнь, вы никогда не станете давать обещаний, потому что обещание — это откладывание. Вы должны либо сделать это сейчас, либо сказать: «Не знаю, завтра будет видно».

В «Махабхарате» есть прекрасная история. Пандавы, пять братьев, скрывались в лесу. Однажды пришел нищий. Юдхиштхира сидел возле хижины; этот нищий попросил не так уж много — краюшку хлеба, несколько чапатти.

Юдхиштхира погрузился в размышления; и, как это всегда происходит — когда вы встречаете нищего, вы предпочитаете отложить. Вы говорите: «Приходи завтра», — просто чтобы отделаться от него. Завтра он может и не прийти. Вам не хочется быть настолько жестокими, чтобы сказать: «Я ничего тебе не дам», — к тому же, вы хотите защитить свой образ великого дающего. Поэтому вы говорите: «Приходи завтра. А сейчас не мешай мне». Юдхиштхира сделал то же самое; он сказал:

— Приходи завтра.

Бхима, другой брат, не отличавшийся большой мудростью или разумом — но иногда с не особенно разумными людьми случаются озарения... Он внезапно начал смеяться; смеясь, он выбежал из дома и побежал по направлению к городу. Юдхиштхира спросил:

— Куда ты?

Тот ответил:

— Я хочу рассказать жителям города, что мой брат победил время! Он обещал нечто нищему, если тот придет завтра!

Внезапно Юдхиштхира осознал. Как вы можете говорить: «Приходи завтра»? Вас завтра может не быть. Нищего завтра может не быть. Юдхиштхира бросился вдогонку, поймал нищего, отдал ему все, что мог дать, и отбросил привычку обещать.

Обещание возможно только при условии, что завтра несомненно. Но кто знает что-нибудь о завтрашнем дне?

Есть прекрасная древняя китайская история.

Король очень разгневался на своего премьер-министра. Тот сделал что-то, и король приговорил его к смерти. Существовала традиция: если кого-то должны были казнить по приказу короля, королю следовало посетить приговоренного за день до казни, чтобы спросить, нет ли у него какого-нибудь желания. Последнее желание осужденного должно было быть исполнено. А это был не обычный человек — он служил королю много лет; он был его близким другом. Но что-то случилось, он сделал что-то, и король разгневался; так что на следующее утро его должны были казнить, повесить. За двадцать четыре часа до казни король пришел к нему.

Премьер-министр был смелым человеком. Он был полководцем во многих войнах. Когда пришел король, он начал плакать и рыдать — слезы катились градом. Король сказал:

— Я никогда не мог представить, что ты, такой храбрый человек, будешь плакать оттого, что утром тебя повесят. Ты боишься смерти?

Премьер-министр сказал:

— Дело не в этом. Смерти я никогда не боялся, есть кое-что другое — оставим это, теперь на это нет времени.

Королю стало любопытно. Он сказал:

— В чем дело? Скажи мне. Я здесь для того, чтобы выполнить твое последнее желание. Я обещаю тебе исполнить его — скажи мне. Ты так долго служил королевству, и я исполню все, что ты пожелаешь; только скажи.

Премьер-министр сказал:

— Ну, если вы настаиваете, я скажу. Это долгая история. Когда я был молод, я был с одним великим Мастером; он был просветленным и знал много секретов. Одному секрету я научился. Он состоит в том, что есть редкий вид лошади, которую можно научить летать; и всю свою жизнь я искал такую лошадь, но не мог найти — и смотрите, какая ирония судьбы! Лошадь, на которой вы приехали — та самая лошадь, а я утром буду мертв! И вся эта наука умрет вместе со мной. Этот секрет будет потерян для человечества — вот почему я плачу.

Король сказал:

— Эта лошадь может летать? Сколько времени тебе нужно, чтобы научить ее? — король заинтересовался. Если эта лошадь может летать по небу, это будет нечто сверхъестественное, необыкновенное — ни один король в мире не может этим похвастаться. Он сказал:

— Забудь о своем приговоре; скажи, сколько времени на это нужно?

Человек сказал:

— Один год.

Король сказал:

— Хорошо. Ничего плохого в этом нет. Ты можешь пробовать один год. Если лошадь полетит, тебя не только не повесят; я выдам за тебя свою дочь и разделю с тобой королевство: половина — тебе, половина — мне. Но если лошадь не будет летать, тебя казнят. Так что в этом нет ничего плохого; выходи — бери лошадь.

Человек взял лошадь, пошел домой — там плакали его жена и дети, потому что это был последний день, на следующее утро муж, отец умрет. Они не могли поверить своим глазам — он возвращался домой верхом на лошади. Они подумали, что это сон. Они вытерли глаза и спросили:

— В чем дело? Как тебе удалось выбраться?

Он рассказал им все. Жена снова заплакала и сказала:

— Ты глупец, я прекрасно знаю: ничего подобного ты не знаешь. Ты придумал обман. Но если ты собирался обмануть, почему ты сказал про один год? Тебе нужно было попросить пятьдесят лет, или, по крайней мере, двадцать! Один год пролетит быстро, и это будет сплошной кошмар, потому что весь год мы будем дрожать от страха, потому что скоро тебе снова придется умереть.

Человек сказал:

— Не бойся; год — это так долго! Король может умереть, я могу умереть, на худой конец, лошадь может умереть — не волнуйся! Не волнуйся, год — достаточно долгое время.

Лао-цзы говорит:

Тот, кто легок на посулы, обнаружит,

что часто трудно сдержать слово.

Тот, кто небрежен во многих вещах,

столкнется со многими трудностями.

Поэтому даже мудрец считает вещи трудными,

и по этой причине никогда не встречает трудностей.

Лао-цзы говорит: не обещайте, иначе вы потеряете веру — потому что время постоянно меняет все. Не говорите ничего определенного о будущем, потому что само будущее неопределенно. Вы можете быть уверены, самое большее, в этом моменте, и это все. А тот, кто живет в этом моменте, без обещаний, не откладывая, без планов на будущее — тот, кто живет просто жизнью, невинной жизнью... Его вера растет, его доверие растет, его благодарность растет — он становится проводником, через который течет высшее милосердие. Он становится проходом для божественного, Дао.

Но тот, кто легко дает обещания, кто с легкостью откладывает, кто никогда не считает вещи трудными...

Постарайтесь понять. Лао-цзы говорит: «Все легко, если правильно взяться за это в самом начале». Но не думайте, что это просто, не думайте, что это легко, потому что, если вы считаете это легким, появится тенденция откладывать — это так легко, зачем беспокоиться сейчас? Это можно сделать завтра. Дела легки, но считайте их очень трудными; возьмитесь за них немедленно, иначе они станут трудными.

Поэтому даже мудрец считает вещи трудными...

— прекрасно зная, что они легки. Но он относится к ним как к трудным, чтобы обуздать внутреннюю склонность откладывать.

Мелочи, очень обычные вещи — их можно сделать очень легко, но мудрец относится к ним как к трудным, и по этой причине никогда не встречает трудностей, поскольку тогда он постоянно разрешает все. Проблемы никогда не накапливаются, их никогда не бывает слишком много. Он движется от момента к моменту, абсолютно не отягощенный прошлым, абсолютно не отягощенный будущим. Он подобен зеркалу — он пуст.

«Пустое зеркало» — верное слово для мудреца. Вы можете подойти к нему — оно отражает вас. Когда вы уходите, отражение исчезает. Зеркало снова пусто, снова готово отражать что-то, если оно появится перед ним.

Зеркало никогда не говорит: «Я буду отражать завтра». Если бы зеркало могло сказать: «Я буду отражать завтра» — это была бы такая толпа, что ничто не отразилось бы. Таково состояние вашего ума.

Вы долго откладывали. Теперь перестаньте откладывать. Посмотрите вглубь проблем. Благодаря одному этому взгляду они почти решены. А мелочи, которые остались? — с ними можно справиться.

Каждый способен решить свои проблемы. Каждый должен быть способным решить свои проблемы. Если вы умеете создавать проблемы, кто еще сумеет решить их?

Вы создаете, и вы можете решить.

Эти сутры Лао-цзы очень важны.

Обратите на них внимание.

Медитируйте на них.

Пусть ваше существо пропитается ими.