Военная книга

ЛИНЕЙНЫЙ КОРАБЛЬ

Что это приближается к берегу? Что-то высокое, серое, с толсты-ми трубами, с башнями, что-то такое огромное, по сравнению с чем даже кит показался бы совсем маленьким!

Это линейный корабль, или, как говорят сокращенно, линкор.

Корабль выкрашен в — серый цвет, в цвет воды, — для того чтобы издали его было труднее заметить. Его башни могут вращаться, из них. высовываются орудия. Крупнокалиберные орудия так велики, что руками их никак не повернуть. Да и снаряды к ним такие, что их не поднять: каждый выше человеческого роста. Как же стреляют из этих орудий? Специальные моторы поворачивают башни, сами подают снаряды и сами заряжают пушки. Артиллерист нажимает кнопку, и снаряд летит на десятки километров!

Подобно танку, линкор обшит крепкой стальной броней. Но у танка броня толщиною всего в два-три сантиметра. У линкора она раз;

в двадцать толще. Такую броню не то что пулей, а и не всяким снарядом можно пробить.

Линкор можно сравнить с целым (небольшим городом: у него своя электростанция, радиостанция, обсерватория, типография, телефонная сеть, телеграф, водопровод, паровое отопление, склады. Живет на линкоре примерно полторы тысячи моряков.

В длину линкор доходит до четверти километра. Это значит: если бы его поставить торчком, он поднялся бы выше самых высоких городских зданий-

Весит линкор около сорока тысяч тонн. Если бы кто-нибудь попытался перевезти такую тяжесть на грузовиках, для этого понадобилось бы восемь тысяч больших грузовиков.

Вот как велик линейный корабль. Но так мощны его машины, что линкор мчится по морю со скоростью до сорока километров в час, — почти так же быстро, как мчится по рельсам поезд!

МОРЕ

Четырнадцать морей омывают нашу страну, волны двух океанов бьют в ее берега. Среди этих океанов и морей есть такие холодные, что в них даже летом плавают льдины, и такие теплые, что в них можно купаться круглый год, такие пресные, что их воду можно пить, и такие соленые, что в них не могут жить рыбы.

По цвету моря тоже отличаются друг от друга: в одних вода кажется совсем синей, еще синее, чем небо; в других вода — зеленоватая; а еще в иных она — сизая, серая, почти черная, желтоватая, бурая.

Представьте себе, что какой-либо из наших кораблей пошлют из Мурманска во Владивосток, через Атлантический, Индийский и Тихий океаны. Трудно даже перечислить все те страны, мимо которых пройдет корабль!

За время своего плавания моряки увидят берега Англии, Франции, Испании, Египта, Индии, Китая, Японии, огромные портовые города и великие каналы, маяки, возвышающиеся на голых скалах, коралловые острова, моря, в которых вода излучает по ночам странный свет и над ней стаями проносятся летучие рыбы.

Они увидят море днем, сияющее подобно огромному драгоценному синему камню.

Линейный корабль.

И море ночью, когда по нему протягивается бесконечная лунная дорога. Море в штиль, когда оно гладкое, как зеркало. Море в туманный день, когда впереди ничего не видно и корабль медленно и осторожно движется в молочной белизне, долгими часами подавая пронзительные, тоскливые свистки. И, наконец, море во время шторма, когда оно изрезано огромными движущимися водяными горами и пропастями, — над ним стоит несмолкаемый грохот, рев и гул, и все оно, от края до края, белое от пены.

Само небо будет меняться над кораблем: одно за другим исчезнут знакомые созвездия, и на их места станут новые, незнакомые сочетания звезд.

Опытные моряки знают все ветры, какие дуют на свете.

Оказывается, бывают такие ветры, которые налетают внезапно закручивая и поднимая в столбы воду на своем пути. И такие ветры, которые как будто работают по часам: весь день они дуют в одну сторону, а всю ночь — в другую. Есть полугодовые ветры, меняющие свое направление каждые шесть месяцев- Есть вечные ветры, дующие всегда с одной стороны. Бывают, наконец, и такие ветры, которые налетают сразу со всех сторон: кольцо ураганов, а в середине — полное безветрие. Но самое опасное — попасть в середину такого кольца: сюда устремляются со всех сторон огромные волны, они сталкиваются друг с другом, здесь корабль может погибнуть...

Много опасностей подстерегает моряков на их пути: острые подводные скалы, и плавучие ледяные горы, и могучие ураганы. Но ничего не боятся наши моряки. Через все моря и океаны благополучно ведут они свои корабли.

Много иностранных судов повстречает наш корабль на пути. Все они будут приветствовать его при встрече. И в ответ на приветствие приспустится и плавно подымется вновь на высокой мачте наш флаг, флаг Советской страны, великой морской державы!

ВОЕННЫЕ КОРАБЛИ

Военные корабли бывают разных классов, смотря по тому, для чего какой корабль предназначен. Самые большие — это линейные корабли. О них мы уже говорили. Называют их «линейными» потому, что прежде самые сильные корабли флота, вступая в бой, выстраивались в боевую линию.

ВОЕННЫЕ КОРАБЛИ

Линкор.

Линейный крейсер.

Авианосец и эскадренный миноносец.

Подводная лодка.

Линейный крейсер имеет обычно более слабую броню, чем линкор, но зато он быстроходнее.

Броненосцы береговой обороны гораздо меньше и слабее линейных кораблей; их задача — охранять побережье от нападений неприятельского флота.

Крейсеры и эскадренные миноносцы, или эсминцы, охраняют большие корабли в бою, а также ведут разведку.

Эсминец раза в три меньше крейсера по своим размерам. Брони у него нет, зато он очень быстроходен. Крупные эсминцы называются «лидерами» (слово «лидер» — английское, по-русски оно означает — «вожак», «предводитель»).

Корабли, устроенные так же, как эсминец, но меньших размеров, называют просто миноносцами.

Торпедный катер — самый маленький и самый быстроходный из боевых кораблей. Скорость его — больше ста километров в час. Главное его оружие — торпеды, особые самодвижущиеся снаряды.

Подводная лодка также вооружена торпедами- Погрузившись в воду, она старается незаметно приблизиться к неприятельским кораблям и потопить их.

Авианосцы возят на себе самолеты (от тридцати до ста штук). Верхняя палуба такого корабля служит площадкой для взлета и посадки самолетов. Авианосцы — как бы плавучие аэродромы.

Канонерские лодки (канлодки) — небольшие корабли, вооруженные пушками. Они действуют недалеко от побережья. Кроме морских канонерок, бывают еще и речные.

Минные заградители ставят мины там, где могут появиться неприятельские корабли. Вдоль палубы заградителя проложены рельсы, кончающиеся на корме скатом вниз. С этих рельсов мины и соскальзывают в воду-

Тральщики вылавливают, тралят, как говорят моряки, мины. Обычно тральщики работают парами, волоча за собой стальной канат, который захватывает мины.

Так тральщики расчищают путь своим кораблям. Сами тральщики мин не боятся, потому что они сидят в воде неглубоко и проходят над минами, не задевая их.

Монитор для обстрела береговых укреплений и броненосец береговой обороны.

Минный заградитель и тральщик.

Торпедный катер и охотник за подводными лодками.

ТОРПЕДА

Торпеда похожа на огромную сигару. Поставленная торчком, она в три раза выше человеческого роста. Такими стальными «сигарами» было пущено ко дну за время мировой войны 1914–1918 годов больше шести тысяч кораблей!

Торпеду недаром называют «самодвижущейся» миной. Торпедный аппарат дает ей только начальный толчок, а дальше она идет уже сама, мчится под водой со скоростью около километра в минуту, как будто это подводный автомобиль. Но автомобилем должен управлять человек, сам автомобиль не выбирает себе пути. А вот торпедой никто не управляет, в ней самой есть управляющие приборы, — она идет и не сбивается с пути. Торпеда — это удивительная машина-автомат.

Ей дали направление, и она идет все время в этом направлении, не уклоняясь ни вправо, ни влево-

Ей назначили глубину, и если она погрузилась слишком глубоко, то она выровняется сама и пойдет на заданной глубине.

Нужно, чтобы торпеда, в случае промаха, пошла камнем ко дну. Она это сделает.

Нужно, наоборот, чтобы она всплыла? Она всплывет.

Все это регулируется заранее, прежде чем торпеду выпустят в воду.

На конце торпеды находятся рули. Вся задняя ее половина занята сложными приборами. А в переднюю ее часть вложен огромный заряд мощного взрывчатого вещества — тротила.

Достаточно одного удачного попадания торпедой, чтобы корабль получил тяжелое повреждение, — вышел из строя или потонул.

КАК МИНОНОСЦЫ ИДУТ В АТАКУ?

На носу и на корме эсминца стоят пушки. Кроме того, на корме, в особых гнездах, хранятся глубинные бомбы; эти бомбы — грозное оружие против подводных лодок. Артиллерийские снаряды не могут настичь подводную лодку, если она успеет во-время уйти в глубину моря. А бомбы разорвутся глубоко под водой с такой страшной силой, что они могут разрушить подводную лодку даже и в том случае, если ее не коснутся.

Торпедный залп.

Однако главное оружие эсминца — не пушки и не бомбы- Главное его оружие — торпеды. Эсминец несет на себе около десятка торпед. И ими он может потопить любой, даже самый большой неприятельский корабль.

Но попасть торпедой в корабль не легко. Торпеда идет все же не очень быстро: ей нужно несколько минут для того, чтобы доплыть до неприятельского корабля. И пока торпеда идет в море, она оставляет на воде след из воздушных пузырьков- Заметив эти пузырьки, корабль сейчас же сворачивает в сторону, старается увернуться от торпеды.

Выпускать торпеды надо на небольшом расстоянии от неприятельского корабля, тогда он уже не успеет от них увернуться.

Поэтому-то миноносцы, прежде чем выпустить свои торпеды, мчатся на всех парах прямо на неприятельские корабли, идут на них в атаку.

Это очень опасные минуты: неприятельские корабли, заметив приближающиеся миноносцы, начинают осыпать их снарядами. Любой снаряд может нанести миноносцу смертельную рану: ведь миноносец не защищен броней. Казалось бы, чего проще: поскорее выпустить торпеды и сейчас же повернуть назад, уйти от опасности. Но миноносцы так не поступают. Не обращая внимания на разрывающиеся кругом снаряды, они продолжают мчаться вперед зигзагами.

И только тогда, когда они подойдут близко к неприятелю, — выпускают свои торпеды — либо все зараз, «веером», либо по очереди, одну за другой.

Понятно, что, идя в атаку, миноносцы принимают заранее все меры предосторожности. Если они идут ночью, то на них не зажигают фонарей, а все лампы во внутренних отделениях корабля заслоняют темными колпаками, все отверстия плотно прикрывают, — задраивают, — чтобы ни один луч не выбился наружу. Все это делают для того, чтобы подкрасться к врагу незамеченным.

Если же эсминцы идут в атаку днем, то они стараются подойти со стороны солнца и ветра, Со стороны солнца — для того, чтобы свет бил в глаза неприятельским артиллеристам и мешал им целиться. Со стороны ветра — для того, чтобы вместе с миноносцами полз дым и они были бы не так заметны. Кроме того, по ветру итти легче, чем против; ветра. А чем быстрее подойдут миноносцы к врагу, тем удачнее атака.

Поэтому же миноносцы стараются при атаке итти не наперерез врагу и не вдогонку, а прямо навстречу ему — навстречу опасности!

ПЛОВУЧИЙ МАГНИТ

В прежние времена среди мореплавателей было распространено странное поверье: будто где-то далеко в океане есть магнитная гора… Любой корабль, зашедший в эту часть океана, начинает с непреодолимой силой притягиваться к горе. Напрасно пытается мореплаватель повернуть назад, уйти поскорее от опасности. Корабль его уже не слушается. Все быстрее и быстрее несется он к страшной горе, навстречу своей гибели. Наконец притяжение становится таким сильным, что из корабля сами собой выскакивают все гвозди, вылетают железные части, — корабль рассыпается и гибнет...

Разумеется, такой горы на свете нет. Но магнитная опасность теперь, действительно, грозит кораблям в море: несколько лет назад, были изобретены магнитные мины.

Обыкновенная мина взрывается только в том случае, если корабль заденет ее своим дном, наткнется прямо на нее.

МОРСКИЕ СНАРЯДЫ

Магнитная мина на парашюте.

Действие магнитной мины.

Якорная мина.

Антенная мина против подводной лодки.

Магнитная мина гораздо опаснее: она как бы чувствует корабль на расстоянии и незаметно подплывает к нему под водой-

Конечно, эта мина не притянет к себе корабль наподобие сказочной горы. Вместо этого, она сама притягивается к кораблю, ударяет в него. И сейчас же раздается взрыв, корабль получает пробоину.

БЫСТРЕЕ ВЕТРА

Огромный бык, обезумев от ужаса, с налитыми кровью глазами бежит, преследуемый беспощадным врагом. Кто же его преследует? Наверное, какой-то очень сильный, очень крупный хищник? Нет, хищник так мал, что его даже трудно разглядеть: это ничтожная мошка, москит. Однако, когда москиты налетают роем со всех сторон, от них нет защиты, они могут закусать насмерть...

Торпедные катеры недаром называют иногда «морскими москитами». Торпедный катер так мал, что он вполне уместился бы на борту большого корабля наподобие спасательной шлюпки. Катер так мал, что может взять с собой всего одну, самое большое две торпеды. Но когда торпедные катеры роем устремляются в атаку, их боятся даже великаны-линкоры!

Конечно, это неравный бой. На линкоре больше тридцати мощных пушек, — у катера часто совсем нет пушек. Линкор прикрыт крепкой броней, — у катера нет брони. Команда линкора состоит из полутора тысяч человек, команда катера — из пяти человек.

Но именно потому, что «морской москит» так мал, его не легко подстрелить. И чем быстрее он мчится, тем труднее в него попасть.

Как дать представление о его быстроте? Очень сильный ветер мчится со скоростью десяти метров в секунду. Торпедный катер мчится в три раза быстрее!

Атака торпедных катеров молниеносна. Самих катеров почти не разглядеть, видно только, как бешено хлещет белым водопадом пена, как смыкается за кормой разрезанная надвое вода. Подлетев к неприятельскому кораблю, «морской москит» жалит: выпускает торпеду. И сейчас же поворачивает, чтобы как можно скорее уйти из-под обстрела...

Кто хоть раз участвовал в атаке торпедных катеров, тот никогда не забудет это острое и радостное ощущение опасности, захватывающую дух быстроту, упоение боем!

ГАЛЕРА

Как выглядели военные корабли в старину!

Представьте себе большой многовесельный корабль. На носу у него нарисованы глаза, так что корабль походит на живое существо. На пурпурных парусах нарисованы морские чудовища, впереди у борта возвышаются бронзовые, сверкающие на солнце звери с широко разинутыми пастями. С кормы свешивается расшитый золотом флаг, такой большой, что нижним своим краем он волочится по воде. У флага в роскошном кресле сидит капитан.

На палубе стоят камнеметные машины, заготовлены горшки с «греческим огнем» и целые кучи железных шариков с острыми иглами.

Перед боем на палубе быстро воздвигали высокую башню. На башню взбирались воины с луками и стрелами. Другие воины, одетые в шлемы и латы, вооруженные мечами и копьями, занимали свои места на борту.

Корабль шел прямо навстречу неприятелю, грозя ему своим окованным медью, похожим на длинный рог тараном.

Кроме пурпурных парусов, на корабле были еще запасные паруса — черные. Их называли «волчьими». Такие паруса подымали темной ночью, когда хотели проскользнуть незаметно для неприятеля...

Таковы были галеры. Их считали в старину очень сильными военными кораблями, это были как бы «линкоры» тогдашнего флота.

Но этот старинный «линкор», в отличие от теперешних, не имел ни котлов, ни машин, ни винта. Он был как бы огромной лодкой. Когда ветер дул попутный и к тому же не очень сильный и не очень слабый, тогда галера шла под парусами. Но такой ветер бывает не часто. В остальное время корабль шел так, как ходят обыкновенные гребные лодки — на веслах.

Конечно, такому большему кораблю надо было иметь очень много весел, иначе он не сдвинулся бы с места- Строители галер пускались на разные ухищрения, строили галеры, в которых гребцы сидели друг над другом, в два-три этажа. Но это не очень помогало: тех, кто сидел внизу, захлестывало даже небольшой волной; а тем, кто сидел наверху, приходилось грести огромными, неимоверно длинными веслами, чтобы достать до воды.

Никакой силач не мог бы поднять такое весло. Поэтому на одно весло и сажали по три-четыре, иногда по шесть человек.

Тяжелая это была работа — грести на галере. Настолько тяжелая, что на нее сажали каторжников и невольников.

Гребцы-каторжники сидели друг за другом совершенно голые. Все они были прикованы за ногу к своему месту. Странно подумать, что многие из этих людей десятками лет не ступали ни разу на землю: ведь их никогда не спускали на берег. На корабле они жили, на корабле умирали, и мертвых их выбрасывали в море.

Даже музыканты на корабле были узниками- Даже повар не мог отойти от плиты дальше чем на несколько шагов: он был прикован к плите цепью.

За гребцами смотрели специальные надсмотрщики с плетьми. Старший надсмотрщик свистел в серебряный свисток, — это был знак к началу работы, — музыканты дули в трубы и флейты, и под эту музыку каторжники мерно двигали тяжелыми веслами...

В бой галера шла всегда на веслах.

Солдаты на галере были, конечно, вольными людьми: в бою нужна храбрость, верность своему долгу, а на все это способен только свободный человек.

В бою гребной корабль старался ударить своим тараном неприятельский корабль в борт, чтобы пробить его и пустить ко дну.

Многовесельный старинный корабль — галера.

В разные времена моряки разных стран применяли и другие боевые приемы. Например, самим быстро убрать весла и провести галеру по неприятельским веслам, чтобы поломать их, — после этого неприятельский корабль становился совсем беспомощным, он не мог больше двигаться. Или еще такой прием: подойдя вплотную к неприятелю, сбросить сверху на его корабль тяжелую заостренную железную болванку, — случалось, что она пробивала не только палубу, но и дно корабля.

Пускали в неприятеля стрелы, бросали копья, камни и горшки с «греческим огнем», — эти горшки вызывали на корабле пожар.

Но самое важное было взять неприятельский корабль на абордаж. Для этого перебрасывали длинные крючья, они вонзались в палубу неприятельского корабля. Тогда сразу же начинали изо всех сил тянуть за цепи, прикрепленные к крюкам, и таким способом притягивали корабль вплотную. Солдаты устремлялись на неприятельский корабль.

В эти минуты и пускались в ход шарики с иглами, а также мыльная вода и известь. Известь бросали врагу в глаза, шарики с иглами — под ноги, мыльную воду лили на палубу, чтобы неприятельские солдаты скользили и падали, их было бы легче перебить...

Так сражались на море в старину.

ПАРУСНЫЙ КОРАБЛЬ

Кто хоть однажды катался на лодке под парусом, тот помнит удивительно приятное ощущение от этой прогулки: с тихим, ровным журчаньем утекает назад вода, красиво выгнулся под напором ветра белый парус, легко и быстро несется лодка, так легко, что кажется — она парит, подобно птице.

Конечно, парусом надо управлять искусно, не то лодка может перевернуться при внезапном порыве ветра. Надо уметь лавировать, ложиться, как говорят моряки, то на один галс, то на другой.

Парусный корабль в бурю.

Надо чувствовать ветер, как музыкант чувствует ритм.

Но разве можно все это сравнивать с искусством настоящего моряка! Разве можно сравнить лодочку с многопарусным океанским кораблем!

Тысяча человек составляли команду такого корабля. Три палубы, одна над другой, возвышались на нем. Сто пушек выглядывало из квадратных отверстий в его бортах.

Это было как бы огромное крылатое здание, построенное из дерева и полотна, плывущее по морям.

Прямые и стройные мачты его уходили вверх на высоту десятиэтажного дома. На них, в несколько ярусов друг над другом, развевались паруса. К парусам тянулись, подобно пучкам нервов, бесчисленные канаты и веревки- Натягивая или отпуская веревки, бесстрашно карабкались по мачтам матросы. Снизу, с палубы, они казались крохотными ползущими мошками. Но они-то своей дружной работой и давали кораблю жизнь. Корабль как бы пил ветер всеми своими раздувшимися парусами и, рассекая волны, величаво шел вперед.

Издали он казался какой-то сказочной белокрылой птицей, скользящей по воде.

На парусных кораблях не было уже каторжников и невольников, вся команда состояла из свободных людей.

На парусном корабле Колумб достиг Америки, Васко да-Гама обогнул Африку и дошел до Индии, Магеллан пустился в первое кругосветное плавание. На парусных кораблях русские моряки пересекали океаны, достигли первыми Аляски, открыли Антарктиду...

БРАНДЕР

Это произошло сто семьдесят лет назад, во время войны России с Турцией. Наш Балтийский военно-морской флот отправился в далекий поход: он обогнул Европу, вошел в Средиземное море, а оттуда в Эгейское море.

23 июня 1770 года наш передовой корабль поднял флажный сигнал: «Вижу неприятельские корабли». Ночь прошла в подготовке к бою. И едва только рассвело, на флагманском корабле взвился сигнал: «Гнать за неприятелем».

Выстроившись тремя колоннами, наш флот стал приближаться к турецким кораблям, стоявшим на якоре.

Вскоре стали ясно видны турецкие корабли. Их было очень много: около восьмидесяти, разных типов. А русских кораблей было всего тридцать. Распустив паруса, бесстрашно шел наш флот на сильнейшего врага.

Одним из первых шел корабль «Евстафий». На нем находился адмирал Спиридов. Три турецких корабля стали стрелять по «Евстафию». Адмирал Спиридов, не обращая внимания на летящие пули и снаряды.

расхаживал с обнаженной шпагой по верхней палубе и подбодрял матросов. Громко, не замолкая ни на минуту, гремел, судовой оркестр: адмирал приказал музыкантам «играть до последнего!».

Около полудня «Евстафий» сошелся борт о борт с турецким флагманским кораблем «Реал-Мустафа»; на этом корабле находился турецкий адмирал, прозванный за храбрость «львом султана». «Евстафий» взял корабль на абордаж. Наши офицеры и матросы стали перебегать на «Реал-Мустафа». Закипел рукопашный бой.

Один из наших матросов бросился к турецкому флагу, висевшему на корме, и уже протянул правую руку, чтобы сорвать его. В эту секунду турок полоснул его по правой руке, она бессильно опустилась-Матрос ухватился тогда за флаг левой рукой. Но и левую руку ранили. Он вцепился зубами в флаг, но, проколотый турком, упал мертвый. Другой матрос успел, однако, подхватить флаг и принести его на наш корабль

Сам турецкий адмирал был ранен. Но его недаром прозвали «львом султана»: он отбивался до последней минуты. И когда увидел, что надежды уже не остается, плен неминуем, тогда он прыгнул за борт. За ним стали бросаться в воду и спасаться вплавь турецкие офицеры и матросы.

На «Реал-Мустафе» возник пожар, бушевало пламя. «Евстафий», у которого были повреждены в бою снасти, не мог уже отцепиться от пылающего неприятельского корабля. Напрасно пытались на «Евстафии» потушить пожар. Адмирал Спиридов и еще несколько человек покинули корабль и перешли на шлюпки. Уже новые шлюпки спешили к «Евстафию», чтобы забрать остальную команду, но не успели: горящая грот-мачта турецкого корабля обрушилась на «Евстафия» и задела пороховой погреб- Раздался оглушительный взрыв, и оба корабля, наш и неприятельский, взлетели на воздух.

Но к этому времени наш флот уже успел нанести сокрушительный удар турецкому. Увидев гибель своего флагманского корабля, турки совсем растерялись. Они поспешно стали обрубать якорные канаты: их корабли спустились в Чесменский залив и столпились в нем, один подле другого.

Здесь, в глубине залива, турки чувствовали себя в безопасности.

Наши корабли, став у входа в залив, заперли турецкий флот. Но этого было мало: надо было каким-то способом уничтожить турецкие корабли.

Горящий корабль — угроза турецкому флоту.

Днем 25 июня наши адмирал и капитаны собрались на военный совет. Было решено пустить в залив брандеры.

Брандер — это, так оказать, зажигательный корабль. Его набивают стружками, смолеными досками или иным горючим материалом, поливают скипидаром. После того как брандер подожгут, команда сейчас же переходит в шлюпки и гребет прочь- Горящий корабль сталкивается с неприятельскими судами, пламя перекидывается на неприятельский флот...

Настала ночь. Ветер дул с моря в залив. С одного из наших кораблей взвились ракеты. Это был условный знак: четыре брандера, четыре судна, обреченных на гибель, двинулись в залив. За каждым из них шла привязанная к корме шлюпка.

К несчастью, ночь была лунная. Турки заметили наши суда и догадались, зачем они идут.

Загремели турецкие пушки. Вокруг брандеров закипела вода, взметнулись вверх водяные столбы. Один из брандеров наскочил на мель и сгорел тут, не причинив туркам никакого вреда.

Другой брандер настигли турецкие галеры и потопили его.

Два оставшихся брандера продолжали двигаться вперед.

С каждой минутой опасность возрастала. Казалось, если команда не покинет сейчас же попавших под обстрел брандеров, ей уже не спастись.

Команда покинула третий брандер, подожгла его и пустила по> ветру. Но и этому брандеру не удалось поджечь неприятельский флот.

Последним брандером командовал молодой и смелый лейтенант Ильин. Он мог бы поджечь свой брандер, не дойдя до неприятельских кораблей, и пустить его по ветру, а сам вместе с командой пересесть на шлюпку. Но в таком случае брандер мог бы пройти мимо турецких кораблей, не задев их: ветер рассчитать трудно, он легко меняется.

Лейтенант Ильин хотел действовать наверняка. Поэтому он, несмотря на обстрел, продолжал вести свой брандер вперед и вперед, к самой гуще турецких кораблей.

Под градом снарядов подошел он вплотную к самому большому турецкому кораблю и стал с ним борт о борт. Пока матросы забрасывали абордажные крючья, Ильин обошел брандер и, не обращая внимания на турецкие пули, поджег его сразу в нескольких местах.

И только после этого лейтенант Ильин вместе с матросами не торопясь перешел в шлюпку.

Отойдя на некоторое расстояние, Ильин скомандовал: «Суши весла!» Гребцы подняли весла, лодка застыла. Турецкие пули свистя пролетали над лодкой, ударяли в воду. Ильин, стоя, смотрел туда, где горел брандер. Он ждал. И вот он дождался: раздался грохот взрыва, — громадный турецкий корабль взлетел в воздух. Видно было, как его горящие обломки сыплются на соседние корабли, как они загораются в свой черед...

Гребцы снова взялись за весла, и шлюпка понеслась к выходу из залива.

Тщетно пытались турки погасить пожар, ничто не помогало. Пламя перекидывалось с одного корабля на другой, и скоро весь турецкий флот пылал.

В то время, когда шлюпка Ильина подходила к нашей эскадре, над заливом уже стояло сплошное зарево. Время от времени доносились оглушительные взрывы: это взлетали в воздух корабли.

В ту ночь погибло около семидесяти турецких кораблей, почти весь турецкий флот.

БОМ-БРАМ-БРАС

В пьесе Чехова «Свадьба» отставной капитан Ревунов-Караулов говорит: «Морская служба всегда была трудная. Есть над чем задуматься и голову поломать- Всякое незначительное слово имеет, так сказать, свой особый смысл! Например: марсовые по вантам на фок и грот! Что это значит? Матрос, небось, понимает!»

Чтобы понять эту команду, надо знать, что на корабле каждая мачта имеет свое особое название. Передняя, например, называется фок-мачтой, а средняя — грот-мачтой. Матросы, управляющие парусами, взбираются на мачты и становятся там на небольшие площадки. Эти площадки называются марсами, потому и матросов зовут марсовыми. Взбираются наверх по веревочным лестницам — вантам...

Теперь уже не трудно перевести команду «Марсовые по вантам на фок и грот!» с морского языка на наш обычный. Это значит: те матросы, на обязанности которых лежит управление парусами, должны

МАРСЕЛЬ ШХУНА

1 — бом-кливер; 2 — кливер; 3 — средний кливер; 4 —фор-стеньга-стаксель; 5 — унтер-лисель; 6 — фор-марса-лисель; 7 — фор-брам-лисель; 8 — фор-бом-брас-лисель; 9 — фок; 10 — нижний фор-марсель: 11 — верхний фор-марсель; 12 — нижний фор-брамсель; 13 — верхний фор-брамсель; 14 — фор-бом-брамсель;15 — фор-трюмсель.

вскарабкаться по веревочным лестницам на переднюю и среднюю мачты и стать там на площадки.

Ревунов приводит еще другую команду, потруднее: «Брам- и бом-брам-шкоты тянуть пшел фалы! Хорошо? Но что это значит и какой смысл? А очень просто! Тянут, знаете ли, брам- и бом-брам-шкоты и поднимают фалы... все вдруг! Причем уравнивают бом-брам-шкоты и бом-брам-фалы при подъеме, а в это время, глядя по надобности, потравливают брасы их парусов, а когда уж, стало быть, шкоты натянуты, фалы все до места подняты, то брам- и бом-брам-брасы вытягиваются и реи брасопятся соответственно направлению ветра...»

Для того чтобы разобраться во всех этих «брамах», и «брасах», и «бом-брамах», надо знать, как управляют парусами.

Гафель-шхуна.

Бриг.

Судно с полным парусным вооружением.

Варк

Парусами управляют наподобие того, как в театре марионеток управляют куклами: потянут за одну веревку, и кукла наклонится, потянут за другую — кукла выпрямится. Так же и матрос, подтягивая одни веревки и отпуская другие, может придать парусу любое положение. Но, конечно, парусные веревки, не в пример кукольным, очень крепкие и длинные, они натянуты колыхающимися парусами, вырываются из рук, и совладать с ними, стоя на ветру на головокружительной высоте, не легко-

Эти веревки называют по-разному: те, что поднимают паруса, — фалами; те, что поворачивают их, — брасами, а те, что растягивают паруса, — шкотами. Надо еще добавить, что, вместо слова «подтянуть», моряки говорят: «выбрать», вместо «отпускать» — «травить», а вместо «поворачивать» — «брасопить».

Таких веревок на большом корабле бывает великое множество-Для того чтобы их не спутать, надо непременно указывать, к какому именно парусу они относятся.

Ведь, например, на фок-мачте большого парусного корабля висели один над другим шесть, а иногда даже семь парусов, и у каждого из них были свои шкоты. Вот для обозначения яруса парусов и служили приставки «брам», «бом-брам» и другие. «Брам», например, означало третий ярус парусов, а «бом-брам» — четвертый.

Вместо того, например, чтобы сказать: «веревка, служащая для поворачивания паруса четвертого яруса средней мачты», говорили коротко: «грот-бом-брам-брас»...

Теперь вы, наверное, уже разберетесь в команде «Брам- и бом-брам-шкоты тянуть пшел фалы!»

КТО И КАК РАБОТАЕТ НА КОРАБЛЕ

Это верно, что морская служба всегда была трудной. Но никогда прежде от каждого моряка не требовалось так много знаний, как теперь...

Слово «капитан», если его перевести по-русски, значит главный-Капитан, действительно, самый главный на корабле, он отвечает за корабль, и его приказания выполняются беспрекословно.

В военном флоте капитана называют командир корабля.

Электрики следят за работой машин.

Один из его помощников отвечает за всю морскую оснастку, за якори, канаты, шлюпки, механизмы для подъема грузов. Он следит, чтобы все на корабле было в чистоте и порядке, все морские работы выполнялись хорошо и во-время.

Ему помогают боцманы и подчиненные им матросы. На стоянке боцман садится в шлюпку и объезжает корабль кругом — нет ли где поломки или порчи. Перед походом боцман проверяет, хорошо ли закреплены все предметы на корабле, не может ли просочиться в какое-либо помещение вода.

Водолазы время от времени осматривают подводную часть корабля и, если находят повреждение, чинят ее под водой.

«Штурман» по-русски можно перевести так: кормчий- Штурман отвечает за то, чтобы корабль не сбился с пути, не сел на мель, не наткнулся на подводные скалы. Несколько раз в день штурман определяет, где сейчас находится корабль. Морские карты, лоции (книги с подробным описанием морей), компасы, лоты, которыми измеряют глубину, и лаги, которыми измеряют скорость корабля, хронометры (очень точные часы), — все это находится в ведении штурмана.

Сигнальщики — это как бы глаза корабля: они первыми замечают все, что делается в море. Они же, когда понадобится, ведут переговоры сигналами с другим кораблем или с берегом. Они следят и за тем, чтобы ночью на корабле были зажжены ходовые огни: белый — высоко на мачте, зеленый — на правом борту, красный — на левом и еще белый на корме. Если не зажечь эти фонари во-время, может произойти столкновение кораблей.

За работой электрических машин и их исправностью следят электротехники и электрики. Это очень важные специальности: почти все приборы на корабле, а также его крупная артиллерия работают силой электрического тока.

Радисты сидят в наушниках в своей рубке, принимают и отправляют радиограммы.

Машинисты и кочегары работают в самой глубине корабля. Здесь находятся машины, которые не только вращают винты корабля; двигают его, но дают еще и электрический ток- Здесь, в подводной части корабля, стоит ровный непрерывный шум, здесь — самое сердце корабля.

Артиллеристы и торпедисты (так называют тех, кто обслуживает торпедные аппараты) стреляют по неприятелю.

Кроме того, на корабле имеются еще: врачи, санитары, телефонисты, маляры, плотники, музыканты и моряки иных специальностей.

ЧЕЛОВЕК ЗА БОРТОМ!

Для того чтобы моряки никогда не терялись и заранее знали, что надо им делать в бою, при пожаре и в любых других случаях, на корабле во время похода объявляют неожиданные тревоги и учения. Мы расскажем об одном таком учении, которое называется «Человек за бортом».

Командир, не предупреждая никого, сбрасывает вдруг за борт койку с привязанным к ней пробковым матрацем. Первый, кто это, заметит, должен сейчас же крикнуть: «Человек за бортом!» Сразу же вахтенный начальник, стоящий на мостике, ставит ручку машинного телеграфа на «стоп». Машинисты стопорят машины, а рулевой поворачивает руль так, чтобы корма корабля отошла подальше от «упавшего в воду».

Спускают спасательную шлюпку.

Все это делается для того, чтобы «тонущего» не затянуло под корабль и не покалечило винтами.

Если за кораблем следуют еще другие суда, тогда дают им знать выстрелом из пушки, чтобы они шли осторожнее, не наехали на «человека в воде».

Пока делается все это, с корабля сбрасывают в воду спасательные круги, чтобы «тонущий» мог за них ухватиться.

В это же время быстро спускают на воду спасательную шлюпку, в нее садятся матросы и гребут изо всей силы, идя на помощь «тонущему». Сигнальщик указывает с корабля флажком, куда итти шлюпке.

Подойдя к пробковому матрацу, матросы забирают его к себе на шлюпку и начинают грести назад. Шлюпку подымают снова на корабль, а пробковый матрац несут бережно на носилках в лазарет, как будто это в самом деле человек...

Пока происходит все это, командир следит, расторопно ли идет работа, всякий ли знает, что ему надо делать, достаточно ли быстро успевают спасти «человека за бортом».

ЧТО ДОЛЖЕН УМЕТЬ ВСЯКИЙ МОРЯК

Вот те требования, которые предъявляют любому моряку, какова бы ни была его специальность.

Не бояться качки! Чтобы добиться этого, надо почаще кататься на лодке в свежую погоду. Так можно постепенно привыкнуть к качке, победить морскую болезнь.

Уметь плавать! Об этом говорить много нечего: что это за моряк, если он боится воды, не умеет плавать?

Уметь грести! Без этого никак не обойтись: моряку часто приходится переправляться на шлюпке с корабля на берег или, наоборот, с берега на корабль.

Знать, когда какой узел завязывать! Это требование покажется, пожалуй, самым странным. Надо, однако, вспомнить, что во время качки все предметы на корабле сорвутся со своего места и полетят за борт, если их хорошенько не закрепить и не привязать.

Да и во многих случаях без крепких узлов не обойтись: например, когда моряку приходится работать за бортом, на весу; когда ему надо крепко-накрепко привязать шлюпку, чтобы ее не сорвало волной и не унесло в море, или когда ему надо поднять на шлюпке парус-В каждом случае завязывают особый, самый для этого подходящий узел по специальным правилам.

Уметь издали, как говорят — по силуэтам, различать корабли: военный от торгового, линкор от крейсера или авианосца, эсминец от подводной лодки. Совершенно ясно, как это важно на войне.

Грести, плавать, знать силуэты кораблей, уметь завязывать узлы, не поддаваться морской болезни — эти требования предъявляют моряку прежде всего. И этому надо научиться заранее тому, кто хочет стать моряком.

МОРСКОЕ ВРЕМЯ

Слово «узел» часто употребляется моряками в совсем особом значении: как мера скорости. «Корабль делал двадцать узлов» — это значит: корабль шел со скоростью двадцати миль в час. Миля же равна почти двум километрам: 1852 метрам.

Почему скорость меряют узлами, откуда пошло это странное выражение?

В старину не было никаких механизмов, никаких счетчиков, которые показывали бы, как быстро идет корабль. Чтобы все же узнать это, моряки поступали так: они привязывали к мотку веревки деревянную доску со свинцовым грузом и сбрасывали доску в воду. Доска оставалась на месте, а корабль шел вперед, поэтому веревка начинала сама собой разматываться. Понятно, что она разматывалась тем быстрее, чем быстрее шел корабль. На веревке через определенные промежутки были завязаны узлы. Следя за тем, как быстро уходят эти узлы за борт, можно было рассчитать скорость, с какой идет корабль.

Давно уже перестали моряки сбрасывать за борт доску с веревкой-Но и теперь, как в давние времена, скорость на море принято выражать в узлах.

Время на море меряют тоже по-особому: не часами, а «склянками». Каждые полчаса раздаются на корабле удары колокола: это «бьют склянки».

И этот обычай тоже пошел издавна, с той поры, когда еще не умели изготовлять часовой механизм и на корабле стояли песочные банки. Из верхней банки песок сыпался тоненькой струйкой в нижнюю. Проходило полчаса, весь песок за это время успевал пересыпаться, надо было склянки переворачивать. В этот миг и били в колокол.

Теперь на корабле имеются точнейшие часы — хронометр. Но и теперь, как тысячу лет назад, каждые полчаса колокол отбивает «склянки». От одного до восьми ударов разносится по кораблю. Проходит четыре часа, и начинается новый счет склянок. Шесть раз в сутки дает колокол по восьми ударов: в полночь, в четыре часа утра, в восемь утра, в полдень, в четыре часа дня, в восемь вечера.

КАК ЖИВУТ НА ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ

Есть во флоте такие моряки, которым приходится подолгу работать под водой. Как живут они, чем их подводная жизнь отличается от обычной?

В отсеках подводной лодки

Подводная лодка, в отличие от других кораблей, не имеет окон — иллюминаторов. Да и зачем подводной лодке окна? В глубинах моря не светит солнце, там всегда темно, — морякам приходится работать при электрическом свете.

На подводной лодке места немного. Столы и койки там складные, наподобие тех, какие бывают в поезде.

На крупных кораблях отопление паровое, на подводной лодке — электрическое. Когда становится слишком холодно, моряки поворачивают выключатель, и электрические грелки начинают излучать тепло.

Кухня на подводной лодке тоже электрическая.

Самое же удивительное в жизни подводников то, что они часто дышат искусственным воздухом. Когда лодка долго идет под водой, воздух в ней начинает портиться. И вот тогда особыми приборами очищают воздух от накопившейся в нем углекислоты и прибавляют кислород. Получается воздух, вполне годный для дыхания.

Перископ.

КАК ПОГРУЖАЕТСЯ ПОДВОДНАЯ ЛОДКА

Каким способом подводная лодка уходит в глубину моря? Обычно на этот вопрос отвечают так: она набирает в свои цистерны воду и потом уходит вниз.

Это и верно, и не верно. Действительно, подводная лодка может погрузиться таким самым простым способом: набрать в цистерны столько воды, что она станет очень тяжелой и сама уйдет вниз. Однако это неудобный способ погружения: при нем теряется управление лодкой, — она начинает плыть неровно, зигзагами, то ныряя, то поднимаясь, пляшет в воде, как пылинка в воздухе-

Поэтому обычно применяют не такой простой способ погружения. Воды набирают в цистерны столько, чтобы лодка хотя и стала тяжелой, но все же еще держалась на поверхности моря. Как же заставить ее теперь уйти в глубину? Это сделать совсем не трудно: для этого у лодки имеются горизонтальные рули.

Эти рули ставят косо: так, чтобы вода при движении лодки давила на них сверху вниз. Из-за этого давления на рули подводная лодка и уходит вниз, под воду.

ПОЛОЖЕНИЯ ПОДВОДНОЙ лодки

Крейсерское положение.

Позиционное положение.

Боевое положение.

Лодка на глубине.

Регулируя наполнение цистерн и придавая горизонтальным рулям, различный уклон, командир может ставить лодку в разные положения. Вот эти положения:

Лодка плавает на воде — «крейсерское» положение.

Лодка погрузилась так, что над поверхностью моря выступает ее верхняя палуба с рубкой, — «позиционное» положение.

Лодка погрузилась так, что из воды торчит только кончик ее перископа, — «боевое» положение.

И, наконец, лодка может уйти совсем под воду или даже лечь на морское дно.

КАК СПУСКАЮТ КОРАБЛЬ НА ВОДУ

Корабль строят на суше, а потом спускают его на воду. Как его тащат к берегу и сталкивают в воду? Ведь корабль весом в десятки тысяч тонн не поднять подъемными кранами, его не сдвинуть никакими силами!

Как же спускают его на воду?

Нужно, чтобы корабль сам собою пополз по земле и вошел в воду-Для этого его строят на стапелях. Стапеля можно сравнить с покатой горой, склон которой обрывается уже в воде. В эту гору вделаны два широких деревянных рельса, а на них лежит корабль. Под строящийся корабль кладут подпорки для того, чтобы он раньше времени не пополз под уклон. А потом, когда корабль уже почти построен, стапеля густо намазывают салом, подпорки вынимают. И корабль соскальзывает со стапелей, точно сани с ледяной горы.

Это величественное зрелище! Огромный корабль, стоявший до той поры неподвижно, вдруг зашевелился, ожил. Он пополз, сначала совсем, тихо, чуть заметно. Затем все быстрее, быстрее. И вот с неудержимой силой влетает он в воду, врезается в нее, проплывает с разбегу еще некоторое расстояние и наконец останавливается, слегка покачиваясь.

Какой у него красивый, гордый вид! Там, на стапелях, он казался огромным несуразным чудовищем. А теперь, в родной стихии, он выглядит стройным, поворотливым, сильным.

Это торжественный день — спуск со стапелей: день рождения корабля!

ФЛАГИ

Каждый краснофлотец, входящий на корабль, прикладывает руку к фуражке: отдает честь военно-морскому флагу-

Наш государственный военно-морской флаг такой: белое поле с голубой каймой внизу, на белом поле красная звезда, серп и молот. Каждое утро на всех наших военных кораблях, где бы они ни находились, подымают этот флаг.

Нa корабле много разных флагов.

Его подымают на корме. Спускают его вечером, когда зайдет солнце.

Только в бою флаг никогда не спускают, хотя бы солнце зашло и настала ночь. Пока идет бой, флаг должен развеваться над кораблем!

На время плавания корабль подымает еще другой флаг — узкий и длинный. Его называют вымпелом. Этот флаг спускают только тогда, когда корабль возвратится из плавания домой.

Бывает, что на корабле подымают еще третий флаг. Это делают в том случае, если на этом корабле находится адмирал. Корабль в этом случае называют флагманским.

Кроме того, на каждом корабле имеется еще запас сигнальных флагов- Они бывают различного цвета, с рисунком. Каждый флаг обозначает какую-либо букву, слово или даже целую фразу. Подымая по очереди эти флаги, корабли могут переговариваться друг с другом.

Тот, кто живет в Ленинграде, видел, конечно, эти флаги: в большие праздники военные корабли Балтийского флота входят в Неву и становятся тут, разукрашенные целыми гирляндами флагов. Это и' есть сигнальные флаги, нанизанные на веревку, протянутую через весь корабль, от кормы до носа. Они, действительно, очень красивы, когда висят так, все в ряд, разноцветные, одни — треугольные, другие — четырехугольные.

ЛЕДОВЫЙ ПОХОД

Когда в праздник мы смотрим на красиво иллюминованные корабли Балтийского флота, стоящие на якоре посреди Невы, нам не приходит в голову, через какое страшное испытание прошли некоторые из наших кораблей, как много пришлось им пережить...

Вести корабли через лед без ледокола — это кажется невозможным делом. Но двадцать три года назад советские моряки решились на это.

Наш Балтийский флот стоял в ту зиму в Гельсингфорсе, в финляндском порту. Если бы наши корабли не ушли оттуда до весны, им бы уже не удалось вернуться на родину: их захватил бы враг-

Наши моряки решили во что бы то ни стало спасти флот.

В феврале 1918 года наши военные корабли пошли из Гельсингфорса в Петроград по скованному льдом морю.

Впереди шли корабли-великаны: тяжелые, покрытые броней линейные корабли. Всей своей тяжестью наваливались — они на огромные льдины, проламывали их, расчищали путь. За ними шли миноносцы и другие небольшие корабли.

Медленно, очень медленно продвигались караваны кораблей. Часто линкорам приходилось возвращаться назад, чтобы выручать застрявшие во льду маленькие корабли. Иногда даже это не помогало. Лед напирал со всех сторон, затирал корабли, сжимал их с чудовищной силой. Ледяные торосы вдавливались в борта. Казалось — еще мгновенье, и борта не — выдержат, корабль погибнет.

Ледовый поход.

Тогда моряки выбегали на льдину, долбили ее ломами, закладывал»» в углубления подрывные патроны. Раздавался взрыв, льдина раскалывалась. Теперь корабль мог итти вперед до тех пор, пока снова не упрется во льды...

Не день, не два продолжался этот небывалый поход. Но в конце концов упорство и смелость советских моряков преодолели все препятствия. Балтийский флот был спасен: его корабли пробились к Кронштадту и стали здесь на страже наших морских границ.

ГИБЕЛЬ КОРАБЛЯ