Я больше о тебе не мечтаю

8 глава

Время в квартире Карима тянется еще медленнее, чем в больнице, либо это мне просто нечем себя занять. Я пытаюсь не думать о тесте ДНК, о том, какое будущее ждет нас с Каримом, учитывая то, что он меня не любит и не доверяет, но мысли то и дело возвращаются к этим злополучным вопросам.

Как итог, я начинаю делать что угодно, лишь бы не застревать в этих мыслях. Перебираю сто раз вещи, переставляю посуду, хотя в этом нет необходимости, щелкаю каналы, не задерживаясь толком ни на одном фильме, даже знакомлюсь с приставленным ко мне охранником. Да уж, так дело точно не пойдет. Завтра поеду в универ на пары. Отдых отдыхом, но если сидеть в четырех стенах и совсем ничем не заниматься, то я тут точно свихнусь.

На улице уже смеркается, а Карима все еще нет. Не то чтобы я его ждала, но мы же как бы живем вместе. Наверное нам нужно научиться общаться, проводить время вместе, ужинать... Хотя, о чем это я? Это же Карим. У него вечно ни на что не хватает часов в сутках. Только на Мадину он всегда время находил.

Мне непонятно, где он ляжет спать сегодня, со мной в спальне или в гостиной? Так странно ощущть волнение и трепет от мысли, что возможно через час-другой Карим вернется с работы, примет душ, а затем ляжет в постель ко мне. Да, он сказал, что пока не собирается спать со мной, потому что существует угроза прерывания беременности, но, я думаю, что он имел в виду только секс. Или он говорил и о разных комнатах тоже?

Да черт его знает! Я даже в собственных чувствах по этому поводу разобраться не могу, что уж говорить о чувствах и планах Карима.

На всякий случай надеваю чистую кружевную сорочку и намазываюсь банановым кремом для тела, которым пользовалась в больнице. Не хочется показаться неряхой. Только это, ничего больше, конечно же. Перед камерой вновь разыгрываю представление - медленно снимаю халат, как кошка ползу к подушкам, позволяя сорочке чуть приоткрыть ягодицы, и только после этого хлопком выключаю свет и накрываюсь. Даже не думала, что так сильно хочу спать, пока щека не прижилась к мягкой, приятно пахнущей подушке. Спустя минуту я уже погружаюсь в объятия Морфея.

Мне снится мой ребенок. Это мальчик. Он уже такой большой. Бегает по детской площадке, машет мне рукой и называет меня мамой. Смеется и дует на одуванчик. К нему подходит Карим и подхватывает на руки, целует сына в щеку и широко улыбается. У него потрясающая улыбка. Я редко вижу ее в реальности. Карим с сыном на руках направляется ко мне, наклоняется и целует в щеку, затем просит сына тоже поцеловать меня.

Кадр сна меняется. Теперь я в спальне Карима. Лежу на кровати. Мои руки связаны. Я полностью обнажена. Карим заходит в спальню. Свет приглушен, я замечаю вокруг свечи. Много-много свечей. Как красиво. Карим приближается ко мне медленно, как хищник. Опускается на постель и резко разводит мои ноги в стороны, ложится между ними. Я ощущаю тяжесть тела мужчины, его запах. Он гладит меня, мои бедра, целует грудь, сначала облизывает один сосок, потом другой. Я громко стону и выгибаюсь. Хочу обнять его, но не могу, потому что руки связаны. У меня не сил ему сопротивляться. Никогда не было. Я так любила его. Так давно. Так долго. И все еще люблю его. Люблю?

"Я п*дец как хочу тебя... Нимб... Здесь останешься... Ты здесь со мной останешься... Навсегда" - голос Карима звучит искаженно, будто я нахожусь под водой.

Его пальцы проникают в меня, раздается хлюпающий звук, и в этот момент я просыпаюсь.

В комнате светло. За окном тоже. Значит, уже утро. А это был всего лишь сон. Очень реалистичный, надо вам сказать. Особенно учитывая то, что проснулась я с раздвинутыми ногами, и запах Карима отчетливо ощущается в спальне, как если бы он на самом деле тут был.

Я медленно свожу ноги вместе и поправляю сорочку. Я мокрая, возбужденная, внутренние мышцы тянет, пульсация сильная, как перед оргазмом. Все только из-за сна? Беру халат, висящий на спинке кровати, и, набросив сверху, опускаю босые ноги на пол.

Так он был здесь или нет? Он спал со мной? Я имею в виду, рядом.

Машинально смотрю на подушки. Смята только моя.

Странно...

Выхожу из спальни и неторопливо направляюсь вперед по коридору, прислушиваясь к звукам в квартире. Шумит вода. Значит, Карим дома и сейчас в душе. Не знаю, зачем я подхожу к двери, когда иду мимо ванной, и прислоняюсь к ней ладонями. Сквозь стены я смотреть точно не научилась, тогда чего тут встала?

Ответить себе на вопрос не успеваю, потому что дверь ванной резко открывается, я начинаю падать вперед, но меня хватают за руку и затаскивают внутрь.

**********

- Проснулась? - звучит хриплый голос сверху.

Я не тороплюсь поднимать взгляд. Передо мной сейчас обнаженная влажная грудь Карима. Я слежу, как прозрачные капельки воды стекают вниз и исчезают в густых темных волосах, которыми покрыта грудь мужчины. А еще я замечаю, что на Кариме ничего нет из одежды. То есть, вообще ничего. Он абсолютно голый стоит вплотную ко мне, халат намокает от соприкосновения с его телом. Его эрекция упирается мне в живот, отчего возбуждение, что я испытывала во сне, возвращается с новой силой, пульсирует между ног и растекается жаром по бедрам.

- Я... что? Ддда... проснулась, - начинаю лепетать, все еще упорно разглядывая его грудь и боясь как опустить взгляд, так и поднять его. - Ты... давно дома?

- Конечно. Я ночевал дома, - отвечает Карим, склонившись чуть ниже. Его горячее дыхание скользит по моим волосам, касается шеи и уха.

Он не говорит, спал ли он со мной или в гостиной, а я почему-то не спрашиваю, наверное, потому что сейчас меня больше волнует тот факт, что мы одни в квартире, стоим в ванной, заполненной паром от горячей воды, он голый, а у меня во рту слюни собирается от невероятного желания поднять руки и провести по его влажным плечам и груди. Я буквально заставляю себя не шевелиться.

- Ясно... Карим... ты, может, отпустишь меня? Ты, вроде как, душ принимал...

Он молчит. Только чуть сильнее вжимается в мой живот своей эрекцией. Ладонь мужчины неожиданно вплетаеся в мои волосы и тянет. У меня не остается выбора кроме как поднять голову и посмотреть на него в упор.

Зрачки расширены, а в глубине - мое отражение, будто в самом сердце.

- Любишь, значит, свои прелести демонстрировать, а? - Карим резко разводит в сторону полы халата и тянет ткань сорочки вниз. Грудь выскакивает. Теперь он может видеть мои напряженные соски, которые находятся в опасной близости от его груди.

Смотрел все-таки мое представление на камеру...

Следующее движение - его рука ползет вниз, к краю сорочки у бедер. Тут я успеваю ее схватить. Обхватываю мощное запястье пальцами, не давая исполнить задуманное и поднять ткань.

- Ты говорил, что я могу чувствовать себя как дома, и что ты не будешь часто смотреть камеры, - стараюсь говорить твердо, но голос все равно слегка дрожит. Тело предательски ноет - оно прекрасно помнит, как было хорошо с ним в ту ночь. И чтобы не случилось между нами после, данный факт никогда не изменится.

- Да. А еще ты сказала, что я имею какие-то извращенные наклонности и хочу наблюдать за тобой. Что я на это ответил, Нимб?

Он по одному отцепляет мои пальцы от своего запястья, а когда полностью освобождает руку, ведет ладонью по бедрам вверх, пока она не касается моей промежности. Мне еле удается удерживать веки открытыми и окончательно не потерять себя в ощущениях, что дарят его прикосновения.

- Что я ответил, Нимб?

- Ты ответил "может быть", - говорю тихо, упершись ладонями ему в грудь. - Пусти... Мне все равно нельзя... И я не хочу...

- Я ответил "может быть", - его палец отодвигает трусики в сторону и беспрепятственно скользит в меня - я очень мокрая. Стыдно, что меня так быстро раскусили. Больно от того, что тело, разум и сердце вступают в борьбу между собой, раня меня. Сердце кричит "он тебя не любит", разум говорит "оттолкни, уважай себя", а тело просит "отдайся". А чего хочу я? Кто из них я?

- "Может быть", Нимб, а ты все равно стала ходить полуголой перед камерами, и не думай, что я не понял - ты это специально делала. Запомни уже наконец, что любой нормальный мужчина подобное поведение воспринимает, как приглашение. Пусть замаскированное под игру, но все же приглашение. Играть со мной не надо.

Его палец начинает двигаться во мне. Я прикусываю губу до боли, но все равно не справляюсь с удовольствием. Оно меня скручивает, стягивает, а затем разрывает. Я хочу высвободить его, и в то же время хочу, чтобы оно не кончалось. Карим держит крепко, когда я начинаю сползать по двери. Ноги дрожат. Стоять просто невозможно.

- К тому же, ты не выиграешь, Нимб.