Глава 20

Много ли надо человеку для счастья? Как по мне, так дофига. Если подумать, я вечно чем-то недоволен: то мне денег мало, то свободы; то приключений много, то скука разбирает. Но вот сейчас, я был очень близок к тому заветному состоянию. Менее чем за сутки, я устал от Вешны и ее ядовитого воздуха, поэтому просторная герметическая комната с идеально отфильтрованным воздухом влияла на мое настроение крайне положительно. Минимум мебели был рассчитан на длительное пребывание одного человека, а за одной из дверей обнаружилась ванная. В крайнем случае мы могли бы задержаться тут с Эрикой. То, что кровать одна — только плюс. Эх, мечты-мечты… Нельзя, принц и психи на меня надеются.

Я все еще немножко теряюсь в том, как мыслят местные и не уверен, есть ли здесь скрытые видеокамеры. Я бы точно пару поставил, но Эрике было плевать на жучки, и она, достав одежду со шкафа, в довольно ультимативной форме заставила меня соблюдать приличия, отправив в ванную, пока сама переодевалась. Хорошо хоть куртку дала сбросить. Высморкав с носа фильтры, я первые несколько минут чихал от чертового зуда в носу, потом с наслаждением умылся и напился холодной дистиллированной воды. Стуком в дверь Эрика сообщила, что закончила.

Похоже я погорячился, назвав одеждой короткий халатик и безразмерные штаны-шаровары. Хотя на Эрике все это смотрелось довольно неплохо, у меня даже возникло острое желание лишить ее этой одежды. Пришлось брать себя в руки и одевать точно такой же комплект, в котором я выглядел нелепо.

— Готов? — спросила меня девушка?

— Прошу, — пригласил я ее ко второй двери, ведущей из комнаты. Эта ручкой снабжена не была, зато была оснащена средством связи.

— Мы готовы к встрече, — сказала Эрика в микрофон, зажав кнопку связи.

— Проходите, — лязгнул голос из динамика вместе со сталью замка. Дверь не скрылась в стену, как стало модно в человеческой архитектуре, а медленно открылась, показав два толстых сервопривода вместо завес.

Мы сделали два шага внутрь и оказались в коморке на пару квадратов с тусклой лампочкой вверху и такой же глухой дверью спереди. Та, что осталась за нами, тот же час стала закрываться, а у меня похолодело подмышкой. Теперь там даже кобуры не было, только иглы в левой руке — их никто не отнимет.

Когда дверь за нами полностью закрылась, лампочка потускнела еще больше, трижды мигнула и засияла ярче прежнего. Не знаю, какой в этом смысл, но сомневаюсь, что в посольстве перебои с электричеством. Дверь впереди лязгнула так же, как и задняя, выпуская нас в геометрически точную копию комнаты с чистым воздухом, где мы переодевались, только вместо повседневной мебели, там был сервирован небольшой столик на троих. Одно место, уже занимал посол Ардарика.

— Мистер Эм, мисс Редан, прошу, — сказал он, учтиво подымаясь сам.

— Одну минутку! — ворвался в комнату военный атташе. Сделал он это с двери, за которой в соседней комнате была бы ванная. — Боюсь, я не могу оставить вас одних.

— Ратан! Это уже лишнее, — разозлился посол.

— Не совсем. Мы понятия не имеем, что являет собой левая рука мистера Эма. На обычный протез это не похоже.

— Вы нас просканировали! — догадалась Эрика.

— Прошу прощения, — ответил Тодака, — но в вопросах безопасности, я обязан прислушиваться к мнению военного советника.

— Это было необходимо хотя бы для того, чтобы понять, действительно ли вы те, за кого себя выдаете, — добавил Ратан.

— Моя левая рука — лучшее тому подтверждение, — сказал я.

— Но там стоят другие мышцы и металлические кости, — возразил атташе. — Судя по нашей информации, такие мышцы намного сильнее естественных. Я останусь. Могу даже уши заткнуть, если пожелаете, но останусь.

Тодака что-то проворчал под нос, а мы с Эрикой пожали плечами. Нам то особой разницы не было.

— Почему бы и нет, — озвучила она мои мысли. — Преступим, — и первой уселась на стул. Я даже не успел его отодвинуть, как подобает воспитанному мужчине.

Мы с послом тоже заняли свои места, а его сторожевой стал возле стены и скомандовал нам рассесться так, чтобы Тодака не оказался на одной линии с нами, а мы не прикрывали друг друга телами. Блин, как мишени в тире расставил, да еще и правую руку едва ли не на рукояти пистолета держит.

— Угощайтесь, — поп-посол снял с большой тарелки крышку, выпустив на волю запахи жареного мяса. — Свинина, подтвердил он мои догадки.

— А-а-а…

— Закупалась в вашем посольстве в более мирные времена.

Эрика, как знаток местного этикета положила на мою тарелку несколько кусков жаркого, используя вилки-грабли, ну а есть все это полагалось острыми и гибкими металлическими спицами, каждая из которых была изогнута посередине так, что концы образовывали параллельные линии. Орудовать спицами можно при желании — на манер китайских палочек, но острые концы позволяли прокалывать мясо как обычной вилкой, что значительно упрощало дело.

— Никак не могу привыкнуть, что мясо может быть сладким, — покачал головой Тодака.

Никакое оно не сладкое. Я бы даже сказал, немного пересоленное, но все-таки вкусное, а пережитый стресс не помешает заесть. Вот только время терять не стоит.

— Ваше преподобие, надеюсь, я не сильно нарушу этикет, если перейду к делу, не прерывая трапезы?

— Этикет — условности, а они никогда не должны мешать человеку творить хорошие дела. Я надеюсь ваше дело принесет разумным пользу? — улыбнулся он и я совершенно не понял, что имелось в виду. Может он просто меня подкалывает, а может намекает на что-то.

— Возможно. Вы уже знаете о перевороте? — спросил я его в лоб. Приятно было видеть, что святоша едва куском не подавился.

— Кхм… Нам… кхм-кхм… известно, что ночью на дворец было совершено нападение. Более подробной информации пока что нет.

— Ну так слушайте.

— Сначала стало известно, что террорист Патриот — турианин, а потом нелепейшая оговорка привела к тому, что совершенно случайно вскрылись отношения принцессы с Сильной Вешной и Герцогом.

Я сделал небольшую паузу, чтобы пережевать кусок и отметил, что у посла глаза готовы выскочить из орбит. Будем добивать.

— Поскольку информация вскрылась в присутствии принца, то принцесса попыталась сразу же убрать всех свидетелей. У нее не получилось, но на такой случай видно все же был припасен запасной план. Ну и как результат — переворот. Сразу говорю, что случилось с королем — я не знаю.

— А принц, что с ним?

— Жив, здоров и в относительной безопасности.

— Какое отношение ко всему этому имеете вы?

— Я прилетел на Вешну чтобы предупредить принца о том, кто такой Патриот.

При этих словах посол почему-то задумчиво посмотрел на Эрику. Скорее всего мои действия получили неверную оценку. Вернее, даже не так, он посчитал меня исполнителем чужой воли.

— Это была моя личная инициатива. Ради мести. Что по моим убеждениям, дело весьма благое. Сьюзен тут, потому, что нас связывает общее прошлое. Федерацию же больше устроит Онтура на троне. Тем более, что она похоже многого наобещала за невмешательство.

Вот это был удар. Нокаут, как есть. Такого дивного сочетания выпученных глаз и заостренных скул мне ни один вешнец еще не показывал.

— Думаю мясо мы с Эрикой и вдвоем прикончим, а вам стоит пойти посоветоваться, проверить кой-какие факты. Пускай условности не останавливают вас от совершения добрых дел.

— Кхм… Вы правы, прошу меня извинить. — Тодака вскочил с места. — Пойдем, Ратан!

— Ваше, преподобие, — обозвалась Эрика, что все это время молча жевала мясо. — Как думаете, сможет Онтура расплатиться и с людьми, и с турианами?

Фи, как грубо она его мысли в нужное русло направила. Даже я постеснялся такое говорить, хотя без этих слов его размышления могли бы уйти далеко от необходимого нам русла.

— Я подумаю над этим вопросом, — сказал Тодака.

Не сомневаюсь, что он подумает еще и над тем, почему его задали. Да пофиг, чем больше надумает, тем лучше нам.

Тодака отсутствовал примерно час. За это время мы доели мясо, выпили виноградный сок, слишком вкусный, чтобы быть натуральным. Был бы диванчик, так еще бы и вздремнули. В общем расслабились, чего перед важным разговором делать не следовало.

— Королевская пресс-служба сделала официальное заявление, — сказал Тодака, едва войдя в комнату и принеся с собой едкую горечь местного воздуха. — Ночью на дворец была совершена террористическая атака. Гвардия понесла значительные потери, множество верных подданных убито и покалечено. Король в тяжелом состоянии, а принц Мидал — скончался утром от тяжелых травм. Сегодняшний день объявлен трауром.

— Занимательно, — сказал я, размышляя куда девался верный пес Ратан. — Не думал, что она решиться убить брата. В переносном смысле убить. В буквальном она решила его убрать давным-давно.

— Почему же, — не согласилась Эрика и спросила посла. — Она ведь теперь правит от имени отца? — Тодака кивнул. — С ее точки зрения: двое в коме — это уже перебор. Убить отца она не может, потому что сразу же возникнет вопрос престолонаследования, ну а Мидала, реального Мидала, когда объявится, всегда можно назвать самозванцем. Вспомни, он сам говорил, что люди охотней пойдут за ней, чем за ним. А так она даже на законную власть не посягает, просто благочестиво греет место, пока дорогой папочка не выздоровеет.

— Думаешь он выздоровеет? — удивился я.

— Почему бы и нет? Через пару лет, когда все привыкнут видеть на троне Онтуру, а она подчистит хвосты, король очнется, назовет ее наследницей и умотает на юга поправлять подорванное здоровье.

— На запад, — поправил ее Тодака. — Лучшие курорты Фатгори находятся на западном побережье. Вот только я не заметил в ваших рассуждениях ни Амардака, и республики с федерацией.

— Она считает, что сможет водить их за нос, как вы делали до этого. Ее ведь даже в перевороте обвинить нельзя, иначе вскроется участь людей и туриан. И не важно сколько ее там было. Ведь во всем всегда виноваты проклятые чужаки.

— И вы это проглотите? — заинтересовался Тодака.

— Ваше преподобие, вам известна фраза «принуждение к миру»? Если на Вешне продолжит литься кровь, если местный национализм станет перерастать в откровенный нацизм, более развитым расам, — с издевкой высказалась Эрика, — придется вмешаться. С самых гуманных помыслов конечно же.

— Понятно, — скрипнул зубами Тодака.

— Ну а что вы хотели, — сказал я. — Вы же как девственница, дразнитесь, но не даете. — Блин, вешнецы аналогию могут и не понять. Я обернулся к Эрике. — Бывает у них такое?

— Не знаю, я этой частью культуры как-то не особо интересовалась.

— Да понял я, — отмахнулся посол. — Бывает у нас такое, но тут ситуация другая. Девственница одна, а ухажеров двое.

— Двое? — Эрика картинно воздела брови. — Просто другие не хотят ссорится одновременно и с людьми, и с турианами. А насчет девственниц, как вы считаете, почему люди обхаживают только Фатгори? Не стройте иллюзий, Вешна уже поделена, девственность давно обещана, вопрос только в том, как ваши страны ее лишаться. Добровольно и по любви или же жестко отвечая за невыполненные обещания.

Ух как она его. Жестко и немного противно, зато доходчиво.

— Но, если Фатгори обещана людям, почему сюда влезли туриане? — спросил Тодака.

— Могу только гадать, — ответила Эрика — возможно Фатгори показалась им более податливой, возможно они действительно провоцируют силовой вариант, а возможно играют против людей. В этом случае у Вешны появляется шанс.

— Шанс на что?

— Сохранить лицо и оплатить самостоятельность, — сказала Эрика. — Просто дайте чуть больше тертерия, за чуть большую цену.

— И тогда, к моменту, когда мы сможем его использовать сами — у нас не останется ничего.

Тут в перепалку вступил я. Мне это словоблудие уже изрядно надоело. Идут они далеко вместе со своей международной политикой. Плевать мне на их ядовитую Вешну. По большому счету меня интересуют жизни всего лишь нескольких отдельных вешнецов.

— Тодака, из меня плохой торговец, но даже я знаю, что откладывать на будущее — плохая затея. Сейчас у вас есть уникальный товар и целых два покупателя готовых перегрызть друг другу глотки за него. Продавайте, пока где-то еще не нашли такой же.

— Но как же…

— Вот вам лично тертерий нужен? Не гипотетически в будущем, а прямо сейчас.

— Нет…

— А кому он нужен?

— Ну, физикам думаю сгодится.

— Отсыпьте им горку, а остальное продавайте. Не знаю как оно в вашей религии, а у нас стяжательство — грех.

— Стя… что? — не понял редкого слова Тодака, что еще больше спутало его мысли.

— Стремление и действие по накоплению материальных благ, — быстро отчеканила Эрика.

— Но ведь это стратегический ресурс!

— На работающую ловушку Спаркса поменяйте — экологически чистая энергия. Море экологически чистой и дешевой энергии. Все, эту тему закрыли и возвращаемся к Онтуре. Она устраивает вас на троне Фатгори? И не надо мне вешать лапшу о невмешательстве.

— Я так понимаю, что если она не получит желаемого, то и счет ей не предъявят?

— Почему же, обязательно предъявят, — ответила Эрика. — Вот только счета будут разными.

— Тогда я помогу. Как частное лицо. После этого разговора я подам прошение об отставке считайте, что оно уже принято. И так, что вы предлагаете?

— Нужно восстановить принца в правах, поймать Патриота, выбить его признание в связях с принцессой и препарировать на камеру. Хотя, может в застенках Ардарика и так найдется парочка турианских оборотней? Тогда можем ими обойтись.

— Все пойманные оборотни были возвращены турианам, — тут же ответил посол. Может врет, может правду говорит, а может и не знает чего.

— Тогда будем ловить.

— Как?

— На живца. Если мы с принцем засветимся в городе, за нами точно придут. Абы кого на такое задание не пошлешь. Думаю, это будут доверенные вешнецы Герцога. Много таких знаете?

— Хорошо, а в правах вы принца как восстанавливать собираетесь?

— Это уже он сам пускай, — загадочно улыбнулся я. План у нас был, хотя и принял его Мидал скрипя зубами. Осталось только проверить все ли у него хорошо. — Можно нам получить личные вещи?

Посол порылся в кармане своего балахона и достал оттуда крохотное средство связи.

— Откройте двери в соседнюю комнату.

Обе двери прохода открылись настежь без вопросов, но, чтобы не нервировать охрану я захватил только мобильник, да и тот бросил Эрике. Девушка набрала номер и стала ждать.

— Мидал? — Спросила она с легким местным акцентом, но после ответа продолжила на бэйсике. — У нас все хорошо… Да, договоренность достигнута, он поможет… Думаю дня два, не меньше… Удачи. — Эрика отключила телефон. — У него все пошло по плану.

— Вот и прекрасно. Тодака, вы со службы ушли сами, или может прихватили с собой несколько вешнецов? Я бы хотел поговорить с военным человеком.

Тодака рассмеялся.

— Позвольте представится, полковник воздушно десантных войск Ардарика в отставке, Тодак Прим.

— Да уж, похоже насыщенной жизнью жили, ваше преподобие.

— Было дело. Кажется, так вы говорите в подобных случаях.

— Есть такое, — ответил я в тон ему.

— Так зачем вам военный?

— Нужно развернуть ловушку. Вы должны знать этот город лучше нас.

Тодака много чего знал о столице Фатгори, но это была информация другого рода, так что без его пса не обошлось. Кроме того, пока мы общались, Ратан работал, выясняя кто в силовых структурах, прежде всего полицейских, проявил необычайную активность, и таки нашел. Оказывается, наши головы оценили в целое богатство, и я не имею в виду Мидала, нет, искали уцелевших инопланетян. При чем искать их стали только утром.

— Значит канал для слива приманки готов? А как быть с локацией и вешнецами в поддержке?

— Поддержку вам мои бойцы обеспечат, а место… Надо думать.

— Как будешь думать, рассчитывай еще на четырех бойцов. Они к месту дислокации доберутся своим ходом.

Вечером вновь зазвонил телефон Эрики. Мидал сообщил, что первая часть плана исполнена. Надеюсь моим ребятам предоставят такую же комнатушку и позволят расслабиться. Я вот, пока Ратан думал, пытался расслабиться, заняв кровать. Тяжело было, поскольку Эрика в своем сексуальном халатике все время была рядом.

— Спать как будем? — отважился я на животрепещущий вопрос. В ответ девушка изогнула брови вопросительными знаками. — Я к тому, что кровать одна, и ты гарантированно опять начнешь на меня бросаться и обвинять…

— В чем?

— Либо в том, что я клеюсь, либо наоборот.

— Хм… На этот раз я на полу спать не собираюсь.

— Мы свободно поместимся вдвоем.

— Ладно, — сдалась она, сделав шаг к кровати.

— Руки распускать? — спросил я, и тут же поднял руки, потому что девушка занесла кулак, а удар у нее отнюдь не женский. — Шучу!

После неудачной шутки пришлось забиться под самую стенку. Фурия была раздражена и напряжена. Эрика легла на некотором расстоянии спиной ко мне. По мере того, как расслаблялись ее плечи, я решился на повторную атаку.

— Как думаешь, что с нами будет?

— Прищучим Онтуру и вернемся к нормальной жизни, — неохотно ответила Эрика. Возможно и сама в это не верила.

— Ну, я бы не назвал ни твою, ни мою жизнь нормальной. Кроме того, ты не задумывалась, что она тоже может нас прищучить? — Эрика не ответила, и я отважился положить руку ей на плечо. — Что если на этот раз я не отделаюсь сожженной рукой?

Девушка развернулась ко мне, заглянув практически в самую душу своими глубокими и очаровательными глазами. Я положил руку ей на щеку и попытался не смотреть на вид открывающийся под отклонившемся воротом халата.

— Пытаешься развести меня под соусом близкой смерти?

— Да, — не стал отрицать я очевидное. Честность — лучшая политика.

Эрика улыбнулась, поджала губки, и повела плечом, от чего груди едва не выскочили из халата. Я едва не растекся лужицей по кровати, одновременно окаменев в определенных местах. Девушка провела коротким ноготком по моему носу, опустилась к губам, а потом томным, голосом, будто играя на струнах моей души произнесла.

— Если я оторву тебе голову, которой ты сейчас думаешь, тебе придется использовать ту, что на плечах. Но я очень не хочу, чтобы боль отвлекала тебя от предстоящей операции.

— Да… А?! — сказанное дошло не сразу.

— Оторву, — пообещала она довольным голосом, — то, что у тебя в штанах топорщиться.

— Душ! — решил я. Срочно в душ. И термостат на холод, чтобы льдом по коже. Я попытался перелезть через Эрику, но зацепился тем самым твердым местом. Не думаю, что у нее получилось бы оторвать, но еще немного и он сам лопнет. Она-то свое удовлетворение получила, обломав меня на корню, а мне мучайся. Жестокая женщина!

— Молодец, — бросила Эрика вдогонку, — Правильное решение.

Вот злодейка, ничего, возьмем мы еще твою крепость!

Загрузка...