Запрещенный юг (Альфа-10)

Глава 8 Сила молний

Я почти с самого начала облавы подозревал, что у противника хорошо налажена связь. Не представляю, как это возможно, ведь на юго-западе Мудавии с ней сплошные нелады. Обычные ухищрения или вообще не работают, или работают очень редко и плохо. И это не я наговариваю, это всеобщее мнение. Неважно, насколько дорогие амулеты или мудрёные контуры используешь, поблизости от границ Запретной пустыни ничего толком не функционирует. Да, случаются просветления, но это, так сказать, всплески кратковременные и непредсказуемые. Иногда за неделю пару раз можно сообщение передать, а иногда за целый месяц ни одного «окна» не выпадет.

У врагов явно что-то иное, куда более надёжное. И если несколько часов назад я о таком лишь подозревал, сейчас почти не сомневаюсь.

Отряд, что засел выше по ущелью, всё это время просидел на месте, не проявляя ни малейших признаков активности. Степной пожар знатно потрепал южан, командир решил устроить своим людям хороший отдых. Все признаки указывали именно на это.

И вдруг без каких-либо предварительных действий, без видимых причин враги резко срываются с места, выдвигаясь в нашу сторону. Они даже бросили несколько бойцов. Те или покалечились при падениях с лошадей, или ранены нашими стрелами, или дыма сильно надышались. В общем, по каким-то невыясненным причинам лежали в углу лагеря, где их сейчас и оставили.

И случилось это именно в тот момент, когда мы начали атаку.

Нет, это не может быть совпадением. Не представлю, каким образом они узнали о происходящем, но не сомневаюсь, что да, это не совпадение, это именно знание. Вон, наблюдатель не закрывает рот, расписывая, как торопливо южане следуют в нашу сторону.

Я похвалил себя за предусмотрительность. Заранее приказал отправить послание с наблюдательной птицей. Она скинула свиток мудавийцам, что разыскивали среди казнённых тела своих родственников. Написал им, что в двух шагах выше по ущелью расположился большой отряд южан. На случай, если грамотных не найдётся, продублировал информацию простой и, надеюсь, всем понятной картинкой.

По словам наблюдателя, местных жителей на месте казни нет.

Это хорошо, — послание сработало.

Мудавийцы ушли, а вот нам куда уходить? Мы только что пнули от души здоровенное осиное гнездо, и осы столь несусветную наглость спускать не намерены. Мчаться вниз, пытаясь оторваться от двойной погони — не вариант. Из-за обвалов ущелье дальше местами труднопроходимое, быстро двигаться не получится. А у нас за спиной останется тысяча разъярённых недругов.

И ещё несколько сотен направляются сюда на максимально возможной скорости.

Причём меня они напрягают куда больше, чем эта тысяча.

Тревожные размышления не мешали действовать. Мои бойцы заняли позицию за двумя кучами камней — следами недавних обвалов. Из-за этого нагромождения легкопроходимый просвет сузился до минимума. Для всадников остался промежуток шагов в двадцать, пехоте немногим больше места перепало. Там чуть левее или правее от прохода, и даже самый ловкий человек запросто ноги переломает.

Выдвинувшись вперёд, я обернулся, оценил взволнованно-возбуждённый вид бойцов, и самым небрежным тоном бросил:

— Валите тех, кто попытаются проскочить сбоку. Постарайтесь убить их побольше до того, как они разбегаться начнут.

Судя по напряжённому лицу Камая, он не очень-то понимал, по какой причине враги вскоре начнут разбегаться. Ведь ничто не предвещает. Возможно, опасался, что я таки решил использовать свой сильнейший козырь — Гнев грозовых небес.

Идзумо так и не свыкся с тем, что козырей у меня много.

Самых разных.

Развернув окта, я обратился к Скрытому вместилищу и напрягся, готовясь принять необычный предмет. Заказал его несколько недель назад, перед уходом из города, капитально озадачив мудавийских кузнецов. Изрядно им переплатил за срочность и сложность, но даже так они едва успели справиться. Хотел использовать в той стычке у рудников, когда мы с южанами гоняли друг друга весь вечер, но в тот раз удобного случая как-то не представилось.

Зато сейчас представился. Прям идеальный вариант выпал, будто высшие силы подгадали. Захоти я лично создать для запланированного трюка все условия, вряд ли бы сумел обставить всё лучше.

Окт недовольно всхрапнул, когда всадник неожиданно потяжелел раза в полтора, если не больше. Ну а как мне не потяжелеть, если из вместилища вывалился…

Даже не знаю, как это назвать… Гриф от штанги великана? Нет, тонковат… Прут? Нет, прут, пожалуй, должен быть тонким. Наверное, правильнее сказать — стержень. Что-то вроде стального древка для непомерно-длинного копья толщиной с запястье и длиной шагов четырнадцать.

Для высоких атрибутов ПОРЯДКА — тяжесть не такая уж большая. Было дело, я лошадей на плечах таскал, что мне эта железяка. Но держать неудобно, очень уж длинная и при этом недостаточно толстая. Прогибается. Ну да некритично, задуманному деформация не помешает.

Услышав стук копыт, я скосил взгляд в сторону противника. Тут же успел увидеть, как одна стрела пролетает мимо, вторая бессильно скользит по коже окта, после чего отскакивает. Вражеские лучники работают в быстром темпе, на лицах их всё сильнее и сильнее проявляется недоумение. Не понимают, почему они выстрел за выстрелом дружно мажут по одинокому всаднику, далеко отошедшему от строя.

Несколько лучников, впрочем, оставили меня в покое и разбегаются в стороны, пропуская конный клин. Тяжёлая конница, наконец, занялась делом.

Сбоку от всадников взметнулся огненный шар. Вражеский маг убрал щиты, чтобы пропустить конницу, и, оставшись без дела, решил атаковать. Дистанция великовата, таким не самым дальнобойным навыком не каждый сумеет хотя бы дотянуться, а уж попасть — та ещё задача. Но этому южанину почти повезло, ещё бы чуть-чуть и проверил на прочность мою защиту. Заряд с гудением пронёсся в полуметре над головой, стремительно при этом скукоживаясь и разделяясь на части. До моих бойцов ошмётки не долетели — раньше рассеялись, бессильно обдав строй волной горячего воздуха.

Земля задрожала под копытами могучих лошадей. Они у тяжёлой конницы Тхата все как на подбор — не самые крупные, зато массивные, мускулистые. Что-то среднее между скакунами и обозными тяжеловесами, без труда тащат свои кольчужные попоны, латную защиту шеи и бронированных всадников.

Красиво идут, узким как игла клином. Идеально должны вписаться в проход, оставшийся между грудами камней.

Но не вписались, потому что в этом проходе стоял я.

Не обращая внимания на тяжесть длиннющего стального стержня, отвёл его от себя, остановил, держа на вытянутой руке.

Прикинул положение. Вроде нормально.

Можно начинать.

Смертельное удержание.

Стержень больше не оттягивал руку и даже не нуждался в опоре. Более того, если вдруг все эти южане сейчас захотят сдвинуть его хотя бы на миллиметр, у них ничего не получится.

Подозреваю, во всём Роке не существует силы, способной сейчас изменить положение стержня хотя бы на самую ничтожную величину. Я, разумеется, имею ввиду положение железяки относительно планеты, а не всякие там космические «относительности».

Никуда не торопясь, отъехал от зависшего в воздухе «подарка» на несколько шагов, после чего обернулся.

Мчащиеся впереди всадники заметили странную преграду. Некоторых она смутила, они начали смещаться в стороны, намереваясь проскочить между стержнем и каменными завалами. Но большинство никак не реагировали, так и мчались прямо и красиво, чётко держа строй.

Даже не самая развитая тяжёлая конница этого мира способна играючи сметать заграждения полевых лагерей и разваливать до основания саманные постройки, так что куском железа её смутить сложно.

В прорези шлема блеснули глаза переднего всадника. Того, что мчался на самом острие клина. Доспех достаточно дорогой, но без излишней вычурности, в глаза цена не бросается. За красотой не гонится, возможно, действительно опасный противник.

Был.

Конь пригнул голову, пропуская непонятную вещь над собой, и всадник переломился в груди, когда стержень смял доспех, вбивая ломающийся металл в мясо, дробя кости и раздирая плоть. Офицера почти пополам разорвало.

Ну да, на совесть разогнаться успел, и масса у него солидная.

Так что неудивительно.

Искалеченного южанина вырвало из седла, ноги при этом увлекло вперёд, и тело зависло на миг в нелепом горизонтальном положении.

И тут же в него начали врезаться новые и новые тела. И трёх секунд не прошло, как передо мной образовалась баррикада, в которой смешались живые и мёртвые, кошмарно покалеченные и с виду целые, кони и люди. Ржание лошадей, крики ярости и боли, стоны.

И всё новые и новые жертвы, налетающие на несокрушимую преграду.

Я при этом не оставался праздным наблюдателем. Первым делом один за другим отправил Огненные шары в обе стороны от весьма импровизированной баррикады. Расчётливо накрыл ими самых прытких хитрецов. Тех самых, которые попытались избежать встречи с непонятным стержнем. Заряды у меня прокачаны и вдобавок подвергнуты апгрейду, да и дистанция мизерная, так что прилетело им хорошо.

Следующие за ними кони испугались рёва вспыхнувшего перед глазами пламени. Но деваться им некуда — с одной стороны каменные завалы, с другой кошмарная груда тел и лошадиных туш. Сбились с ритма атаки, замедлились.

И выскочили на моих бойцов, стреляющих почти в упор.

Снова покатились кони и люди. Свободного пространства слева и справа коварный стержень много не оставил, всадники не могли атаковать всей массой, выдвигались по одному, по двое. Четыре десятка лучников разбирались с ними моментально.

Несколько секунд, и здесь тоже образовались завалы из тел и туш.

Всё, тяжёлой конницы у врага нет. Быстро пришла, быстро ушла. Единицы сумели не попасть в западню, но вступать в бой они уже не торопились, наоборот — назад пятились. При этом безнадёжно вязли в массах лёгкой кавалерии и пехоты, что мчались за ними следом, дабы покарать тех из нас, кого не сметёт клин бронированных всадников. Там, позади, пока не понимали, что наступление пошло как-то не по плану, солдаты упорно продолжали двигаться вперёд. Напирая, они натыкались на кровавые завалы и останавливались, только тогда до некоторых доходило, что дела не так хороши, как казалось. Познавшие свет истины тоже пытались отступать, но получалось плохо, ведь на них давили те, которые продолжали пребывать во мраке заблуждений.

— Алхимия! — рявкнул Камай.

Молодец идзумо, без лишних указаний понял, что сейчас самое время «подогреть» неприятеля.

В сдавленную массу, состоящую из коней и людей, полетели десятки горшочков с зажигательным составом. Те самые, что мы приготовили для взрывов и прочих диверсий. Разбиваясь, они ослепительно вспыхивали, разбрасывая яркие искры. При такой скученности каждый накрывал до десятка и больше врагов. Умей мои бойцы идеально распределять цели, мы могли бы сейчас за неполную минуту вывести из строя до половины отряда.

Но и так неплохо вышло. Стена огня, ужасающие крики, обезумевшие лошади, ударами копыт расшвыривающие со своего пути пехоту.

И стрелы, что так и продолжают густо прилетать с нашей стороны.

С высоты седла я высматривал офицеров или хотя бы инициативных рядовых, пытавшихся навести порядок в этой несусветной толкучке. И бил целенаправленно. Если кого из них и спасали амулеты, то ненадолго. Противники почти сплошь светло-зелёные, опасаться стоит разве что мага. Хитрый попался, сумел остаться незамеченным для наблюдателей. Даже я его ещё ни разу не увидел, поэтому не могу определить цветность. Магия у него пока что не впечатляет, но кто знает, может он до поры скрывает главные козыри.

— Они бегут! — не удержался от радостного крика один из бойцов.

Верно, побежали. Пока что лишь задние ряды развернулись, но тенденция нарастает. К тому же все сразу никак побежать не могут, многие пока что стиснуты в узком проходе, выбраться из обезумевшей толпы непросто. Некоторые даже на каменные навалы лезут, бросая лошадей и оружие, а один ловкач попытался по головам товарищей выскочить из давки, но не удержался и завалился под копыта.

И ни стрелы в нас не летели, ни магия.

Хотя мага я, наконец, разглядел. Вражеский волшебник не пытался улепётывать, он просто сидел в седле, изумлённо взирая на то, как победоносная, казалось бы, атака внезапно превратилась в бесславную и безответную бойню. Именно в этот момент к нему удачно подскочил офицер, что-то начал втолковывать, будто торопливо уговаривая, то и дело тревожно показывая назад.

Направив на парочку жезл, я выпустил пять Искр за раз. Вовремя возможность откатилась. И спустя мгновение взявшись за лук, отправил две стрелы. Одну в лошадь офицера, что-то продолжавшего говорить, вторую в грудь магу.

Вокруг поражаемых целей мелькнули эффекты сработавших артефактов защиты. Но, как я и надеялся, маг оказался так себе, прилетевшую чуть позже стрелу ничто не остановило. Офицер рухнул вместе с лошадью, причём его удачно придавило.

Так же молниеносно вернув лук во Вместилище, выхватил меч:

— В атаку!

Ну да, стрел всего ничего осталось, пора начинать работать экономнее.

Атаковать непросто, мешали завалы из тел и туш, нами же устроенные. Местные лошади куда хладнокровнее земных собратьев, они бесстрашно способны ступать по трупам, даже если от них такое потребуют не слишком настойчиво. Но очень уж этих трупов многовато, сплошная масса. Причём местами эта масса в несколько слоёв возвышается, там она почти непроходимая для обычной конницы.

А местами ещё и шевелится.

И стонет страшно.

Для окта всё это мелочи, не заслуживающие ни малейшего внимания. В две секунды преодолев самые непроходимые завалы, я ворвался в задние ряды отступающего отряда. Забрасывая врагов магией и рубя мечом, направился прямиком туда, где пытался выбраться из-под лошади определённый под неё офицер.

Надо отдать врагам должное, меня то и дело пытались остановить. Швыряли дротики и копья, разряжая щиты, пару раз мелкими группами перекрывали дорогу. Но это обычные рядовые простолюдины, сплошная бледная «зелень», я играючи сметал все преграды, прорываясь дальше и дальше. И, глядя на кровавую тропу, что стелилась за мной, всё меньше и меньше врагов отваживались встать на пути.

Успел в последний миг. Офицер как раз поднимался, когда окт врезал ему грудью, снова отправляя на землю.

Слетев с седла, я прижал остриё меча к горлу поверженного противника и рявкнул:

— Ну что, отрыжка Тхата, добегался⁈ Если не хочешь подохнуть прямо сейчас, отвечай, как вы связываетесь⁈

— Ч… что?.. — пробормотал молодой воин, опасливо косясь на меч.

Почти ребёнок, как это нередко бывает в войсках Тхата. Южные аристократы полагали, что поход в Мудавию станет лёгкой прогулкой, и заранее забили офицерские должности своими отпрысками. Пребывание на войне — плюс для репутации и полезный бонус для тех, кто рассчитывают на карьеру при королевском дворе.

Вот и этот из таких. В глазах страх и растерянность, похоже, толком не понимает, что здесь вообще происходит.

Но уже начал пугаться, а это именно то, что нужно.

Я продолжал давить, не останавливаясь:

— Даже не вздумай врать! Я знаю, что вы можете связываться с другими отрядами! Вам, южным ублюдкам, Запретная пустыня ничего не запрещает! У вас есть какой-то амулет⁈ Или хитрый навык⁈ Говори, или я тебя прямо здесь выпотрошу, а труп оставлю стервятникам!

Чуть шевельнув клинком, я слегка рассёк кожу на горле.

Судорожно пытаясь вжать кадык, несчастный офицеришка затараторил:

— Постойте, господин! Постойте! Это не я вам нужен! Не я! Вам нужен господин Ицх Боцер!

— Что за Ицх⁈ Голову мне не морочь, падаль!

— Я не морочу! Господин Ицх. Он… он… Мне дали двух солдат, мы должны его охранять. Солдаты… ну… солдат нет теперь… А господин Ицх… вот… Это он связывался с другими отрядами.

Юнец опасливо вытянул руку, указывая на мага.

Тот на происходящее предательство никак не отреагировал. Лежал себе смирно на боку, уставившись куда-то в бесконечность стекленеющими глазами.

Да уж, рановато я решил с некромантией завязать. Сейчас остро не хватает навыков допроса недавно скончавшихся.

Впрочем, у меня есть живой источник информации.

— Ты хочешь сказать, что был при этом маге заботливой мамочкой, и знать не знаешь, как он связывался с другими отрядами⁈ Ты лжец, южанин! Я твои гнилые кишки на меч намотаю!

Убрав цзянь от горла, повёл клинок к животу, что резко повысило словоохотливость пленника:

— Господин, не надо! Умоляю! Сумка! Сумка за седлом господина Ицха! Сумка из чёрной кожи! Там то, что вам нужно!

— Если солгал, проклянёшь свою мать за то, что на свет недоумка родила! — пригрозил я, направляясь к лошади.

Отцепил сумку, раскрыл, заглянул. В ней ничего не было, кроме закопчённого детского черепа и такой же тёмной кости. Похоже на ребро, и тоже явно не от взрослого человека, но не уверен.

Почти снёс голову невесть откуда выскочившему солдату, намеривавшемуся ткнуть меня коротким мечом, после чего обернулся к пленнику, подбросил в ладони маленький череп и растянул губы в улыбке маньяка:

— Как тебя звать, ничтожество?

— Алле Накеар из семьи Бонамера.

— И что ж ты, дурашка из семейки Бонамера, совсем жить не хочешь⁈

— Хочу, господин! Очень хочу! Я правду говорю! Господин Ицх тёр костью по черепу, и у черепа загорались глаза! После этого он говорил с черепом, и тот ему шептал в ответ. Такая кость и череп есть в каждом отряде. Правда! Ну, наверное, в каждом… это я так думаю. И, наверное, у генерала Шаена есть особенные кости. Ведь господин Ицх почти каждый час ему лично что-то докладывал и как-то раз сказал, что генерал умеет то, что никто кроме него не умеет. Поэтому у нас всегда хорошая связь.

Уставившись на череп, я обратился к ПОРЯДКУ.

Проклятые кости. Результат неизвестного ритуала Смерти. На ритуале была пролита невинная кровь.

Бросил взгляд на ребро, но ничего нового не узнал, — информация повторилась слово в слово. Покрутил кость в ладони, провёл ею по черепу. Ноль реакции, и надпись не изменилась ни на букву.

Надавил посильнее.

Глаза черепа начали разгораться.

— Я же говорил! Я же вам говорил! — пленник почти визжал. — Как глаза загорятся, можно говорить! Череп слышит! Клянусь, он всё слышит! А может и видит! Простите, господин, я не могу точно знать!

— Заткнись! — рявкнул я, поднимая череп на ладони.

Уставившись в глазницы, где мерцали нездорово-зеленоватые отблески, осклабился и прошипел:

— Какая удобная штука, эти кости! Я вас теперь быстро найду! Вы у меня за всё ответите, шакалы!

Растопырил пальцы, затем медленно сжал их, ломая череп на множество осколков. Одна глазница лопнула, свет во второй замигал и потух.

Разумеется, никого искать я не собирался. Да и понятия не имею, как в таких поисках может помочь загадочный череп.

Но если враги получили моё послание, оно может их озадачить. Они ведь не знают, что с такими артефактами я доселе не сталкивался, и потому полностью дремучий. Зато знают, что человек я непростой, полон загадок, регулярно сюрпризы преподношу. Глядишь, задумаются, засуетятся попусту.

Ладно, раз я их обманул, и никаких поисков не будет, что же тогда будет вместо них?

Что-что… Всё то, что предусмотрено планом.

Убегать мы будем, вот что.