Земля: Выживание. Том IV

Глава 14

Ночной ветер в разбитых окнах подъезда завывал по-волчьи, швыряя в лицо пыль и каменную крошку, которая осталась после сражения с парой сиархов, вылетевших с верхних этажей.

Мои «подопечные». А именно парень с именем Денис и та радистка, имени которой я так и не спросил, брели впереди, ссутулившись и вздрагивая от каждого шороха. Вот уж точно, кто бойцами в их отряде не был. А может на них так действовало отсутствие оружия?

— Ты слишком глубоко ушел в себя. — мягко заметила Вейла. — Твой эмоциональный фон скачет, как кардиограмма у сердечника. Что случилось, Алекс?

Я не ответил. Просто продолжал идти, сканируя пространство и наблюдал за затылком Дениса. Очень сильно выделялась его грязная шея и рваная кофта под новенькой разгрузкой.

Зеленый Бор. Детский дом номер восемь.

Это название, как ключ-карта с максимальным доступом, вскрыло в памяти один из секторов, который я последние месяцы тщательно старался забыть и похоронить под тоннами пепла новой реальности. Слишком больно было помнить о том, каким мир был до.

Стекло под ногами хрустнуло, но звук этот вдруг изменился. Стал мягче. Тише. И вместо запаха протухшего мяса и крови, в нос ударил аромат мандаринов, дешевого растворимого кофе и перегретого пластика серверных стоек.

Реальность моргнула и рассыпалась, уступая место воспоминанию.

Где-то около пары лет назад, это происходило как раз в декабре месяце.

В офисе царил тот особый вид хаоса, который бывает только перед длинными праздниками. И это несмотря на то, что обычно нас тут было только трое! За окном падал пушистый, кинематографичный снег, превращая грязную столицу в сказку, а на нашем этаже бизнес-центра, вовсю кипела работа.

Сережа сидел за своим столом, окруженный баррикадами из пустых банок энергетиков и коробок из-под пиццы. Его пара мониторов светилась в полумраке, выплевывая бесконечные строки кода. А ещё один, третий, то и дело выдавал по одному всплывающему сообщению каждые десять минут.

Письма с поздравлениями от партнеров.

— Если этот заказчик еще раз попросит поменять шрифт на «более красивый», я взломаю его умный чайник и заставлю кипятить воду каждый раз, когда он заходит на кухню. — проворчал он, не отрываясь от клавиатуры. — Вот нахрена, спрашивается, им красивый шрифт в софте, созданном для сетевой безопасности? — неожиданно всплеснул он руками.

Я хмыкнул, откидываясь в кресле и потягиваясь до хруста в позвоночнике.

— Терпи, Серега. Это новогодний бонус. Пусть он и принимает вид клиентских замашек. Ну хочешь мы тебе что-то классное купим, заешь свое горе?

В углу, у окна, сидела Рита. Она должна была сводить наш бюджет, так сказать, годовой дебет с кредитом. После чего закрыть квартальные отчеты для налоговой, но вместо этого уже минут двадцать яростно терзала колесико мышки, а её лицо, обычно спокойное и улыбчивое, сейчас напоминало грозовую тучу.

— Уроды… — тихо, но с чувством гнева произнесла она.

Мы с её братом одновременно переглянулись.

— Кто на этот раз? — лениво спросил я. — Налоговая? Пенсионный фонд? Или курьер в очередной раз привез не те документы?

— Хуже, Саша. Гораздо хуже. — Рита развернула кресло к нам. В её глазах стояли злые слезы. — Смотрите. Это пост директора детского дома в Зеленом Бору. Я случайно на него наткнулась.

Я подкатился на кресле к её столу. Сережа, почуяв неладное, тоже оторвался от своей работы.

На экране был открыт текст, полный отчаяния. Сухие факты, за которыми стояла катастрофа. Детский дом заключил договор с подрядчиком на капитальный ремонт отопительной системы. Деньги — бюджетные плюс спонсорские, которые собирали всем миром, были переведены. А подрядчик… исчез. Просто испарился. Трубы срезали, новые не привезли, а на дворе скоро будет минус двадцать. Детей греют тепловыми пушками, но проводка не выдерживает, регулярно выбивает пробки. Счета компании пусты, телефоны молчат.

— «Вектор-Групп». — прочитал название фирмы. — Классическая однодневка.

— Елена Сергеевна пишет, что полиция приняла заявление, но «возбуждение» органов, как всегда, требует времени! — Рита сжала кулаки. — Времени! У них дети спят в одежде, ребята! Новый год через две недели, а у них там ледниковый период.

Сережа потупил взгляд, и с какой-то злостью хрустнул пальцами. В этом звуке отлично слышалась знакомая угроза. И это несмотря на его вид, который обычно всем говорил, что он и мухи не обидит.

— Вектор-Групп, говоришь? — он уже вернулся к своему месту и быстро застучал по клавишам. — Дайте мне минутку. Пробьем этих бизнесменов.

Я тоже не стал зачитываться дальше, и просто вернулся за собственный стол. Рабочее настроение улетучилось, уступая место холодному, расчетливому азарту.

Как-никак, но мы были не простой интернет компанией и поставщиком различного рода программ. Скорее, я смело мог бы причислить нас к тем, кто знал изнанку сети. И иногда, очень редко, мы позволяли себе быть судьями.

Правда это чаще с подачи Риты… по понятным причинам.

— Ритуля-я. — протянул я. — Завари кофе, пожалуйста. Крепкий. — после чего перевел свой взгляд на её брата, и обратился к нему. — Серега, что у нас по открытым реестрам?

— Смотрите, гендиректор… чистый номинал, какой-то бомж из дальнего мухосранска, судя по прописке. Уставной капитал, классически, десять тысяч рублей. Но! — Сережа хищно улыбнулся. — Они оставили цифровой след. Сайт висит на хостинге, который оплачивался с карты некоего господина Вавилова. А Вавилов у нас… о, какая прелесть. Замдиректора крупного строительного холдинга. Решил подхалтурить на сиротках, паскуда…

— Маршрут переводов посмотрел? — коротко спросил у него, запуская свой любимый дистрибутив для взломов.

— Прошли через три «помойки», сейчас осели на счетах офшора, расположенного на островах Джерси. Уверен, что их готовят к выводу в крипту, чтобы окончательно обрубить концы. Сумма… ого. Четыре миллиона. В принципе не так много, но всяко больше, чем ремонт. Они через эту компанию, похоже, кинули не только детский дом.

Я надел наушники, отсекая шум внешнего мира. Мир сузился до черного терминала с зелеными строками.

— Значит так. — скомандовал, одновременно включая таймер отсчета на сорок минут с копейками. Чистый ритуал. — Серега, возьми на себя периметр холдинга Вавилова. Поищи аккуратно уязвимости в их корпоративной сети. Нам обязательно нужен доступ к его личному ноуту или телефону. Рита, мне нужна социальная инженерия. Найди почту его секретарши, бухгалтерии, кого угодно. Составим красивое фишинговое письмо от «Налоговой» или «Судебных приставов». Может купятся на такой финт.

— Будет сделано! — бодро отрапортовала та, уже что-то активно печатая. Её лицо, благородное и манящее, так и выражало мстительное удовлетворение.

Работа закипела. Это было похоже на сложный и горячий танец любви.

Я запустил набор инструментов для сканирования сети. В первую очередь обращая внимание на порты серверов, где крутилась бухгалтерия «помоек». Защита там была смехотворной. Самые стандартные админские пароли, дырявые протоколы удаленного рабочего стола и так далее.

— Есть контакт… — пробормотал я, спустя каких-то пару минут неспешной работы. — Зашел через обычную инъекцию на сайт их бухгалтерского аутсорсера. Вижу базу данных. Хэши паролей… пятая мд-шка… Представляете, даже без соли. Серьезно? Это даже не спорт.

Я запустил так называемый взломщик паролей, правда модифицированный мной лично. Классический хэшкэт мне не очень заходил, а вот мой… В общем просто скормил ему украденные хэши, следом за чем компьютер заработал активнее, перебирая варианты по радужным таблицам.

Динь!

Система отозвалась не больше, чем через три минуты. Пароль был идиотским, который при желании любой школьник сам бы смог обнаружить в течение тридцати минут. «123456Aa». Гении криминального мира, мать их.

— Серега, как у тебя процесс двигается?

— Сложнее. — отозвался друг. — У Вавилова стоит асашка от циско на периметре, настроена вполне грамотно. Но… он сидит через домашнюю вафлю. А там у него, сюрприз-сюрприз, роутер с прошивкой пятилетней давности. Я внутри. Сниффер перехватывает пакеты. Жду, когда он залогинится в банк-клиент.

— Будь осторожнее, мало ли мониторят. — предупредил я. — Обязательно используйте каскад из виртуальных сетей. Сами понимаете, если нас засекут, маски-шоу приедут к нам в течение тридцати минут максимум.

— Обижаешь, друг. — хмыкнул в ответ он. — Сижу через сервер в Панаме, который арендован на имя Джона Доу из Нигерии. Всё как всегда.

Через двадцать минут мы имели полную картину по нашему локальному гринчу, пытающемуся лишить рождества и нового года детишек. Вавилов действительно украл деньги. И не собирался на этом останавливаться. Транзакция на перевод в биткоин-миксер была запланирована на завтрашнее утро, если верить их движениям.

— Не успеет. — усмехнулся я. — Рита, ты отправила «подарок»?

— Секретарша открыла вложение около трех минут назад. Значит, Вавилов должен был уже получить уведомление, что пришла информация о блокировке счетов.

— Отлично. Троян внутри. Проверим, есть ли у нас удаленный доступ.

На моем мониторе развернулся рабочий стол чужого компьютера. Я видел, как курсор мыши судорожно мечется по экрану. Вавилов явно нервничал. И сейчас, судя по всему, он собирался добавить токен электронной подписи, чтобы проверить наличие блокировки на счетах.

— Спасибо за авторизацию, ушлепок. — прошептал я.

Перехват управления занял не больше пяти секунд. Я моментально заблокировал его клавиатуру и мышь, подменив картинку на экране. Специально для него повесил экран с загрузкой, которая будет длиться пока надо нам. А в реальности мои загребущие руки уже были в меню переводов.

— Четыре миллиона двести тысяч. — констатировал финальную сумму, значащуюся на счетах офшора. — Серега, диктуй номера наших транзитных кошельков, которые сможем завтра же убить.

— 0×4E… давай. Дробим по сотне, чтобы не спровоцировать финансовый мониторинг банка слишком уж быстро.

Мои пальцы летали. Это было похоже на игру на пианино. Создать платежку, подписать токеном, отправить. И так повторить сорок два раза.

Вавилов, видимо, понял, что что-то не так, когда экран, после обновления, заморгал. Скорее всего, сейчас он пытался выдернуть шнур из розетки, но для него это было поздно.

Пакеты ушли в сеть минуту назад.

— Деньги ушли. — выдохнул с каким-то наслаждением, откидываясь на спинку кресла. Спина слегка была влажной от напряжения, которое приходилось испытывать каждый раз во время взломов. — Теперь быстренько чистим логи. Надо сделать так, чтобы для банка и для кого повыше… это выглядело как легальные операции, подтвержденные личным ключом владельца.

— А теперь самое вкусное! — Серега заговорщицки потер руки. — Куда деваем награбленное?

— Как всегда. — ответил ему. — Прогоняем через крипту, миксуем через монеро, а потом через подставников, наличкой, вносим на чистые счета благотворительного фонда-прокладки, который мы создали пару месяцев назад для оптимизации налогов. А оттуда…

— Покупаем трубы? — спросила Рита.

— Не только. — кинул хитрый взгляд на друзей. — Мы покупаем им Новый год. Самый лучший, мать его, Новый год в истории.

Следующие три дня прошли в безумии другого рода. Наша потрясающая команда опустошала магазины электроники, склады игрушек и строительные рынки.

Деньги «Вектор-Групп» жгли руки, и мы тратили их с мстительным наслаждением. Правда, конечно, на все их не хватало. Потому мы добавили туда и собственных средств.

Суммарно у нас получилось заказать пару грузовиков. Один как раз с радиаторами, трубами и бригадой монтажников, которым мы заплатили тройной тариф за срочность и работу в выходные. А второй с подарочными коробками.

— Ты уверен, что им нужны игровые приставки? — сомневалась Рита, упаковывая очередную коробку в яркую бумагу.

— Рита, им от десяти до семнадцати лет. — ответил ей, загружая в машину огромную плазму. — Им не только носки и тетрадки нужны. Они должны чувствовать, что мир не совсем дерьмо.

Мы выехали в Зеленый Бор рано утром тридцать первого декабря. Дорога была заснеженной, ели стояли в белых шубках. А в наших машинах играли новогодние песни, все вокруг заполнял запах мандаринов, которые Рита чистила на заднем сиденье.

Детский дом номер восемь встретил нас обшарпанным фасадом и запахом угольной гари. Кажется, что котельная работала на пределе.

Когда мы вышли из машин, к нам навстречу выбежала женщина. Невысокая, в пуховом платке поверх старого пальто.

Елена Сергеевна. Одновременно и воспитатель и директор этого приюта.

Я запомнил её глаза. Усталые, покрасневшие, но в которых вдруг вспыхнула такая надежда, что мне стало физически стыдно за то, что мы приехали только сейчас.

— Вы… вы из фонда? — спросила она с долей робости в голосе.

— Мы от Деда Мороза. — широко улыбнулся ей Сережа, распахивая один из бортов грузовика. — Принимайте отопление. Бригада большая, они сейчас начнут. К вечеру будет тепло. Единственное, ознакомьтесь с бумагами. — протянул парень ей папку с накладными.

Потом был сумбур.

Дети, высыпавшие на улицу, несмотря на мороз. Крики, смех. Монтажники, матерящиеся шепотом, таскающие трубы. И мы с Ритой, Сережей, раздающие подарки.

Я помню актовый зал. Елку, украшенную старыми советскими игрушками и самодельными гирляндами из цветной бумаги.

Ко мне подошел паренек. Худой, с острым носом и вихрастой челкой. Лет двенадцати. Он смотрел на коробку с приставкой, которую я держал, как какой-то артефакт.

— Это… правда нам? — спросил он тихо.

— Правда. — присел перед ним на корточки. — Держи. Там еще два джойстика, чтобы можно было играть не одному. Как тебя хоть зовут, боец?

— Антон… — ответил он, прижимая коробку к груди. — Спасибо большое… — после чего отвернулся, и побежал к парнишке постарше. — Денис, Денис! Пойдем поиграем, смотри что у меня есть!

— Играйте, ребят. И помните: добро всегда побеждает зло. — шепотом проговорил им в спины.

В тот вечер мы пили чай в кабинете Елены Сергеевны. Чай был дешевым, из пакетиков, но казался вкуснее любого элитного пуэра. Батареи уже начали теплеть, как-никак, но монтажники смогли сотворить чудо.

— Вы нас просто спасли! — говорила Елена Сергеевна, вытирая глаза уголком платка. — Я не знаю, кто вы, ребята, и откуда у вас такие возможности… но пусть судьба будет к вам благосклонна. Вы дали этим детям веру.

— Это не мы. — серьезно ответил тогда ей я, ещё прошлый Александр. — Это ведь фонд вам помог.

Вся наша компания уезжала под салюты, грохотавшие над столицей. Мы чувствовали себя победителями. И думали, что так будет всегда. Что мы сможем взломать любую проблему, исправить любую несправедливость парой строк кода и нашей решимостью.

Как же мы ошибались.

Воспоминание схлынуло, оставив после себя горькое послевкусие пепла.

Мы всё еще шли по темному коридору дома. Неужели это тот самый Денис, которого звал тот парнишка? Ну не может же быть таких совпадений. Правда… если тогда он выглядел щупло, то сейчас передо мной шел молодой человек, со связанными руками, сломленный, напуганный, ставший частью системы, которая убила ту самую Елену Сергеевну.

Я остановился так резко, что радистка чуть не врезалась мне в спину.

— Стоять. — тихо сказал я.

— Что? Что случилось? — испуганно прошептал Денис.

Кинув задумчивый взгляд из-под капюшона маск-халата, пристально наблюдал за парнем. В полумраке мои глаза, должно быть, светились неестественным зеленоватым холодом, потому что молодой человек вжался в стену всем телом.

— Денис. — произнес я его имя, пробуя на вкус эту странную связь времен. — Антон то был с вами?

Он моргнул, не понимая.

— Ч-что? Какой Антон?

— Года на три тебя младше, такой странный парнишка, с вихрами на челке.

Глаза парня расширились до невозможных пределов. Его челюсть отвисла. Он вглядывался в мое лицо, скрытое сейчас щетиной и мраком, пытаясь найти там черты кого-то знакомого.

— Не может быть… — прошептал он. — Это был-ли вы⁈

P. S

Дорогие мои читатели, мои любимые спутники в этом долгом путешествии!

Не знаю, какие эмоции вызвала у вас эта глава, но признаюсь честно: писал я её с особым трепетом. Несмотря на суровый мир «Инициума», мне хотелось подарить вам (да и себе тоже) кусочек тепла. Напомнить о временах, когда самой большой проблемой был выбор подарков, а чудо можно было сотворить своими собственными руками — просто проявив немного доброты. Надеюсь, эта новогодняя интерлюдия пришлась вам по душе и согрела точно так же, как горячий чай после долгого путешествия по развалинам.

И, конечно, я хочу поздравить каждого из вас с Новым Годом! Кого-то — с уже наступившим, кого-то — с тем, что вот-вот постучится в дверь.

Я искренне хочу верить, что в грядущем 2026 году мир откликнется на каждое ваше желание. Помните: вера в лучшее, пожалуй, это уже половина успеха. Мысли ведь материальны, и я, как никто другой, знаю силу воображения.

Как я люблю повторять: шанс, что на нас с неба свалится сто миллионов или внезапное счастье, может и мал, но он никогда не равен нулю! И знаете… говорят, что под Новый год законы вероятности работают по-особенному. Так что, если у вас вдруг возникнет порыв стать личным Дедом Морозом для кого-то, то почему бы и нет? Напишите друзьям, позвоните родственникам, или, просто, порадуйте прохожего поздравлением!

Так и получается, что каждый из вас — волшебник, магия которого для кого-то может работать безотказно! 😉

Верьте в себя, верьте в свои силы. Пусть ваши мечты, самые возвышенные, и самые земные — обязательно сбываются!

Автор в вас верит так же сильно, как вы верите в Алекса и других героев книги.

Огромное вам спасибо, что остаетесь со мной, читаете историю мира «Инициум» и проживаете эти жизни вместе с героями. Ваше внимание, пожалуй, главное топливо для моего творчества. В следующем году обещаю: будут новые повороты, будут эмоции, а может, и вовсе… новые миры и циклы!

С праздником вас, друзья! С Новым Годом!