Земля: Выживание. Том V

Глава 7

Взгляд этого человека, стоявшего там, внизу, среди битого кирпича и пыли, прошивал насквозь. И делал это не так, как обычно прошивает, например, пуля. Быстро и окончательно.

А скорее… медленно, тягуче, как если бы ржавый огрызок сверла вгрызался в кость, оставляя на живых тканях рыжие хлопья окисленного металла.

Он стоял внизу, и в его неестественно спокойной, почти расслабленной позе, сквозило что-то такое, от чего внутри распространялась необъяснимая тревога.

Особенно сильно выделялась улыбка на бледном лице. Губы растянулись тонкой, почти невидимой полосой, но именно это, пожалуй, и делало весь его образ завершенным.

Безумным.

Плащ, наброшенный на иссушённое, худое тело, хлопал на ветру, открывая шрамы и изгибы костей, которые в дневном свете ощущались живыми, шевелящимися узорами смерти.

— Алекс, почему ты всегда привлекаешь каких-то криповых людей к себе? — голос Вейлы в моей голове был наполнен таким количеством сарказма, что ещё чуть-чуть, и я в нем легко утонул бы. — Я же правильно употребила слово «криповых»? — неожиданно решила уточнить девушка в самом конце после небольшой заминки.

— Вполне, вполне. — похвалил её знания наших языков, которые та черпала из моих воспоминаний. — Но если бы я знал, когда это все закончится, то, может, и избегал бы такого…

— Алекс, будет просто чудесно, если у нас получится просканировать его энергетическую систему. — наставница материализовала прямо перед глазами желтый смайлик, который крайне хищно облизывался, после чего дополнила. — Можно даже просто труп…

— Легко сказать, конечно, просканировать. — подумал я, не отрывая взгляда от фигуры внизу. — Не думаю, что он просто так возьмет, и даст нам пошерудить в его тушке. Да и вообще, Нюхач говорил что он опасный.

Рядом со мной стоял мужчина, о котором как раз упомянул в разговоре с Вейлой, вот только… тот выглядел странно, можно сказать, буквально на глазах прирастал к полу.

Лицо некогда лесника, а сейчас нашего главного провожатого, приобрело землистый оттенок, а пальцы, сжимающие рукоять винтовки побелели, да с такой силой, что казалось, кости вот-вот прорвут кожу.

Его хваленое чутье, тот самый информационный след, сейчас играл с ним злую шутку. Мужчина впитывал этого человека каждой своей порой, и то, что он испытывал, кажется, лишало его здравых мыслей.

Внизу ситуация развивалась с пугающе отработанной методичностью. Часть группы, пришедшей с этим безумцем, как стая стервятников, накинулась на тела погибших в недавней стычке. Они действовали без какой-либо суеты, кто-то обшаривал карманы, кто-то срезал трофеи, а ещё десяток, во главе с женщиной, сорвавшись с места, устроили погоню за выжившими противниками, исчезая в развалинах.

Но сам босс и ещё полтора десятка его ближайших приспешников, выглядели как смертоносные тени, чья аура давила даже на расстоянии. У меня не было каких-либо иллюзий, было ясно, что они лишили жизни многих.

Звери.

Под такие мысли о гостях, те медленно, почти торжественно, двинулись к парадному входу нашего убежища.

— Сваливать… нам надо сваливать, командир. — голос Нюхача сорвался на свистящий шепот. Он наконец оторвал взгляд от окна, и в его глазах было видно чистое, незамутненное желание оказаться где-то далеко отсюда. — Я уверен, что ты мог бы с ним посоперничать, но их гораздо больше. — он немного потупил взгляд, после чего добавил. — И он немного больной на головушку, помнишь же, я тебе рассказывал.

— Помню, помню. — пробубнил в ответ, раздумывая, а что мы вообще можем сейчас сделать?

— Ученик, помни. — возник образ Вейлы. — Твоя наставница поддержит любое твое решение. Всегда и везде! — эта егоза проявилась в моем сознании ярко, с излюбленной указкой и боевым настроем. Не сомневаюсь, будь она материальной, то первой бы понеслась в атаку, чтобы стереть всех наших врагов. — Однако… Алекс. — решила сказать она явно нечто важное. — Я уверена, что они сюда за вами и шли. Не кажется тебе это все слишком странным? Так что побег… может даться очень тяжело.

— Нюхач, слушай меня внимательно. — я не заметил как перешел на жесткий, командирский тон. — Сейчас ты идешь к ребятам и забираешь их. После чего дружно мчитесь через второй корпус на выход. Там, с правой стороны, есть пожарная лестница. Она выходит прямо на соседнюю улицу. Оттуда, сделав небольшой крюк, сможете выйти на резервную точку эвакуации.

— А ты? — Нюхач замер, его зрачки судорожно расширялись.

— Думаю, что вариантов, кроме как задержать их, у меня нет. Потяну время, после чего уйду и сам. Одному всяко проще. А если мы побежим все вместе, не сомневаюсь, что нас настигнут минут через пять, максимум десять. И тогда есть риск жертв… которых мне хотелось бы избежать. — не знаю, что было в моем взгляде, но мужчину передернуло. — Сбереги их, пожалуйста. — пожал его мозолистую руку.

— Вот вообще не удивил, геройство — в твоем репертуаре. То-то на тебя та инопланятянка так смотрела, как на идиота. Это так предсказуемо и так… глупо. — Вейла хмыкнула, но в её голосе проскользнула улыбка. — Что ж, давай тогда порвем его под чистую, партнер.

— И на секунду не даешь пожалеть о том, что ты у меня есть, Вейла. — мысленно, и с такой же улыбкой, ответил девушке. А в слух сказал совсем другое. — Нюхач, иди уже. Это приказ.

Но прежде чем он успел ответить, пространство вокруг нас внезапно дернулось энергетическими вибрациями. Это был не звук, доносящийся с улицы. Это было так, как если бы голос возник прямо внутри моей черепной коробки, точно так же, как проходит общение с Вейлой.

— Куда же вы, маленькие, испуганные котята? — уверен, что этот голос принадлежал «боссу», как его называл Нюхач. Первая ассоциация, которая у меня сложилась, приобрела странный вид. Он походил на то, как сухие листья шелестят по могильной плите, одновременно перемешавшись со смехом гиены. — Я слишком прекрасно чувствую каждого из вас. Один… два… три… четыре… пять. Пять прекрасных баночек с гуашью… каждая из которых может стать идеальным мазком на сером, шершавом холсте… — в голове раздался легкий смех, который совсем не вязался с общим его тоном. — Вы так забавно дрожите. Особенно ты, мой дорогой Нюхач…

Обратил внимание на напарника, и заметил, что того действительно потряхивало. Он обхватил голову руками, слегка припадая на колено. Видимо довелось ему насмотреться дерьма от этого… нехорошего человека.

— Мне искренне жаль, что ты ушел от меня. — продолжал голос возникать рядом с нами, становясь почти ласковым, от чего к горлу подступил неприятный, противный, склизкий ком. — С тобой было бы гораздо проще найти моего «художника». Ты ведь помнишь его? Помнишь, как он разрисовал наших коллег? Но ничего. Ты все равно привел меня туда, куда и планировалось. Раз уж вы оба здесь, я сам закончу этот натюрморт. Верно, мой художник?.. Я чувствую в тебе нечто… особенное. У тебя очень вкусная тьма. Не трать время на бег… дай мне на неё посмотреть.

— К черту всё! Используем план «Б», валим все. — сорвался я с места, совсем не желая контактировать сегодня с психами. И схватив Нюхача за шкирку, буквально вытащил того в коридор, где мы внезапно столкнулись с ребятами.

Артем выглядел бледным. Если раньше можно было такое списать на последствия инициации, то сейчас, судя по тому, как его рука сжимала автомат, было ясно что и он слышал этого психа.

Алиса же всем телом жалась к Ане, её глаза, и без того большие, сейчас были просто огромными, полными удивления и непонимания, которое приходило вместе со словами новых гостей.

Кажется, что она чувствовала происходящее многократно сильнее, чем мы все.

— Саша, там… там какое-то безумие. Отвратительно грязная аура. — прошептала она дрожащим голосом. — Мне… мне совсем не нравится. Ощущение, что он хочет нас съесть.

— Я знаю, Лис. Слушайте все! Уходим вместе, и делаем это быстро! — осознание, что оставлять их нельзя, пришло так же быстро, как и желание защитить до этого. Нам обязательно нужно было выбраться из этого бетонного мешка.

И не сговариваясь, дружно рванули в коридор, стремительно приближаясь ко второму корпусу.

Это здание выглядело старше, чем то, где мы были до этого. Стены здесь покрывались сеткой облупившейся штукатурки, а запах мокрой бумаги и плесени неприятно забивал ноздри. Мы проносились мимо заброшенных кабинетов и аудиторий, где на столах всё еще стояли целые реторты, а местами, наоборот, валялись побитые колбы.

— Алекс, если вы хотите убежать, то делать это надо гораздо быстрее! — не знаю для чего, но Вейла подстегивала мои движения дополнительными словесными импульсами.

Пока двигался, не забывал и про способности. От чего сфера постоянно охватывала ближайшую территорию. Но, как и пару раз до этого, местами натыкалась на точки, который как будто экранировали энергию.

В один момент я обратил внимание на неестественность окружения, когда в боковом ответвлении коридора появилась незнакомая фигура. Короткое движение, за которым последовали яркие отблески оранжевой, пламенной иглы. А за ней звонкий вскрик, звук падающего тела, и запах опаленной плоти. Но даже это не остановило наших движений. Только краем глаз посмотрел на Алису, чуть-чуть позеленевшую лицом.

— Не задерживаться! — тихо скомандовал группе.

Мы выскочили в холл дальнего крыла, где нас встречали огромные панорамные окна. Некоторая часть из них были разбиты, и внутрь уже успело налететь приличное количество пыли вместе с песком. Солнечный свет же падал на пол резкими, теплыми квадратами, превращая грязно желтый пол в шахматное поле. На котором мы были лишь фигурами.

— Туда! — Алиса указала на один из проемов, за которым находилась лестница вверх.

Каждый из нас метнулся сразу на её верхнюю половину, сильно отталкиваясь от земли, и толком не замечая преграды в виде гравитации. С такими силами, казалось, мы могли бы дать бой противнику. Но я сильно сомневался, что Алиса и Артем вообще понимают, как контролировать новые способности. Более того, мы пока даже не разбирались в чем они заключаются. А тут ещё надо забрать жизни людей…

— Столкнись мы с ними через недели или две… — с горечью мысленно обратился к наставнице, но ответа от неё не пришло.

Быстро преодолев остатки расстояния, нам удалось наконец попасть наружу, туда, где в лицо бил горячий воздух полуденного солнца. А легкие, тем временем, работали как кузнечные меха, услужливо подкидывая порцию за порцией кислорода в кровь.

Казалось бы, вот она, свобода, развалины города впереди, тысячи мест, где можно затеряться… Но реальность в очередной раз показывала, что не одни мы тут «умные».

Прямо перед нами, преграждая путь к завалам, стояла тройка людей. Те самые, которые тенью следовали за своим «боссом». Нет, они не бежали, не суетились. Они просто ждали нас, стоя чуть поодаль друг от друга, словно изваяния из темного камня. А сзади, в тот же миг, из массивной двери института, медленно выходила фигура главного нашего загонщика.

Он шел, слегка пружиня в коленях, помахивая длинными и тонкими руками из стороны в сторону. В каждой из них виднелись какие-то странные тросы, такие же тонкие, как и его руки. А вот на их концах болтались металлические крюки.

Сейчас, когда его плащ развевался, вся фигура выглядела похожей на летучую мышь, огромную, и машущую своими крыльями.

— Ну вот и всё. — остановился мужчина в десяти шагах, а его глаза сверкнули безумным азартом. — Композиция завершена, мой художник найден… Идеальная симметрия. Нюхач, моя любимая собачка, посмотри на меня… не прячься за чужие спины.

Он замолчал, глядя куда-то сквозь нас, было ясно, что он сейчас не рядом. А потом вдруг резко дернул плечом и что-то зашептал себе под нос. — Нет-нет, еще рано, они еще не высохли… Краска должна схватиться, иначе всё поплывет, да, мой дорогой? Да, конечно… — мужчина хихикнул, и этот звук заставил все волосы на моем теле зашевелиться.

— Алекс, будь осторожен. — голос Вейлы в моей голове был холодным, как лед в арктическом океане. — Скорее всего, его тело выдержало спонтанную инициацию. А вот разум… разум не выдержал. Я уверена, что он не просто безумец живущий в другой реальности. Не исключено, что его ведут порождения Изнанки.

Я чувствовал, как за моей спиной мелкой дрожью било ребят. Нельзя сказать, что они прям были парализованы. Но… но им было страшно. Только Нюхач, зная на что способен этот человек, вел себя относительно сдержано. И это несмотря на тот ужас, который он судя по всему испытывал.

— Нюхач. — снова заговорил «босс», делая несколько дерганных шагов вперед. Его руки с крюками описывали в воздухе странные, ломаные дуги. — Мой самый верный питомец… Почему ты не слушаешься? Почему не смотришь на меня, как раньше? Ты ведь знаешь, что от меня не пахнет смертью. От меня пахнет… маслом.

Он вдруг замер, уставившись на меня своими безжизненными, почти прозрачными глазами, в которых не было ни капли человеческого сочувствия. Только лихорадочный азарт коллекционера, нашедшего себе новые игрушки и новых питомцев.

— А ты… — он вытянул в мою сторону тонкий, костлявый палец. — Ты мне нравишься. Александр, верно? Я видел, что ты сделал с Эдиком. О, это было грубо, топорно, но в этом была… искренность… честность. Эдик был скучным. Он был статистом, пусть и исполнительным. А ты… ты не такой. Ты можешь быть центральной фигурой!

Костлявая фигура опять начала разговаривать сама с собой, быстро-быстро перебирая пальцами свободной руки по воздуху, словно играя на невидимом пианино. — Он убил его, он его сломал… хороший мальчик… сильный мальчик… надо брать… надо вставить в рамку…

— Слушай меня, Александр. Или лучше Алекс? — почесал подбородок тот. — Впрочем, не важно. — он внезапно выпрямился, и на мгновение его взгляд стал пугающе осознанным. — У меня есть предложение. Такое, от которого не отказываются те, кто хочет дожить до следующего дня. Мне нужны такие, как ты. С твоими силами, с твоим потенциалом…

Неожиданно «босс» остановил свой монолог, как если бы забыл сами буквы, и его лицо приняло задумчивый вид. — Присоединяйся ко мне. — продолжал он, с проступившим подобием улыбки. — Твои друзья, эти щенки… я приму их. Я научу их видеть мир таким, какой он есть на самом деле. Прекрасным гниющим трупом, из которого рождается нечто новое. Но…

Сделал многозначительную и театральную паузу мужчина, после чего его глаза снова подернулись дымкой безумия. Он медленно повернул голову к Нюхачу.

— Но собаку нужно пристрелить. — пара пальцев, поднятых на уровень груди, сложились в виде пистолета. — Предатели не достойны находиться с нами на одной картине. Их стирают. Их закрашивают. Убей его, Александр. Прямо сейчас. Перережь ему горло, как ты сделал это с Эдиком. И мы пойдем дальше вместе. Это будет твой вступительный взнос в наше сообщество… сообщество ценителей прекрасного. Да. Именно так.

— Саша… — прошептал Артем, делая шаг ко мне и вскидывая автомат. — Не слушай его… он же конченый…

— Тихо. — шикнул брату, так и не обернувшись на него. Да, он, конечно, был прав. Но сейчас, ощущая каждое движение вокруг, я прекрасно видел что нас уже успели загнать в ловушку. — Всем стоять на месте.

Мой разум работал на предельных оборотах.

Я лихорадочно осматривал периметр.

Трое его подручных стояли неподвижно, перекрывая выходы на соседнюю улицу, куда мы изначально и планировали уйти. И несмотря на то, что они были как статуи, иллюзий я не питал, и знал, что по первому сигналу своего лидера они превратятся в эффективные машины для убийства. Какими были до этого там, в сражении с другой группой.

— Алекс, хочу добавить: не надо недооценивать его оружие. Оно явно получено из Изнанки. — Вейла начала выводить прямо перед глазами какие-то блоки с информацией, но в них я особо ничего не понимал. Да и явно было не до того.

— Можешь проще? — мысленно скривился в ответ.

— Если он будет ими пользоваться и крутить, то без энергии, радиус поражения составит около пятнадцати метров. А вот с энергией, думаю, что не меньше тридцати. Твои щиты, увы, не факт что смогут выдержать прямой контакт с этими крюками.

— И что ты предлагаешь, продать нашего напарника? Он хочет смерти Нюхача. Он хочет, чтобы я сделал выбор. — недовольно ответил ей.

— Ну? — босс нетерпеливо притопнул ногой, и под его подошвой трещинами пошел асфальт. — Неужели… ты тоже их слышишь? — довольно осклабился собеседник, покивав головой, как бы понимая что в голове у меня идет диалог. — Что скажешь, художник? Кровь предателя — отличный кобальт для нашего будущего шедевра. Или ты предпочитаешь сгнить вместе с ним?

Он вдруг схватился за голову обеими руками, крюки опасно качнулись возле его висков. — Заткнись! Заткнись! Я сам решаю! — закричал он на кого-то невидимого. — Он согласится! Он не идиот! Он видит истину! Он такой же, как и мы!

В этот момент я понял, что это идеальный, и, скорее всего, единственный шанс. Его припадок, его внутренний диалог — это те несколько секунд, которые могут стоить нам жизни.

— Нюхач. — я заговорил очень тихо, едва шевеля губами. — Слушай меня внимательно. Как только я дам знак — хватаешь близнецов и Аню. Бегите к тому проему, за завалами. Там должен быть коллектор, который мы видели на картах, перед тем, как выбирать эту зону для инициации. Самое главное, чтобы не случилось, не оборачивайтесь и не возвращайтесь.

— Но командир… — мужчине явно претила ситуация, когда ему опять придется оставить меня один на один с противником.

— Это не просьба. Это приказ. Посмотри на них. — махнул головой назад. — Для них ещё рано драться с такими противниками, и если вы останетесь здесь, получится, что все они будут обузой.

Я сделал глубокий вдох, понимая, как мои слова могли ранить ребят. Но это была правда. Сконцентрировав внутри энергию, которая восстановилась после инициации близнецов не больше, чем процентов на сорок, до меня дошли ощущения. Те самые ощущения, как пси резонирует внутри, отдавая легкой вибрацией по телу. Это опьяняло каждый раз, стоило чувствам добраться до меня.

— Ты хочешь увидеть мой выбор? — громко крикнул я, привлекая все внимание к себе.

Безумец замер, медленно опуская руки от головы. Его лицо прояснилось, глаза расширились в предвкушении. — О да… дай мне увидеть! Дай мне почувствовать!

— Мой выбор явно не будет связан с тобой! — оскалился ему в ответ, чувствуя, как воздух вокруг моих рук начинает вибрировать от избытка силы.

— Это очень грустно. — выдохнул он, и в этом предложение было столько искреннего разочарования, что мне на секунду стало не по себе. — Значит, придется соскребать вас с этого асфальта по кусочкам. Ребятки, начинайте!

— БЕГИТЕ! — взревел я, оборачиваясь к своим.

Нюхач, словно сорвавшись с цепи, схватил Алису за руку. Аня, не раздумывая, толкнула Артема в сторону завалов. Они рванули с места, вкладывая все силы в этот рывок.

Тройка теней одновременно пришла в движение. Один из них вскинул руку, и в сторону бегущих сорвалась серая, спрессованная клякса.

— Не сегодня! — махнул руками в стороны, выпуская похожие на серпы лезвия энергии.

Первое лезвие на лету перехватило атаку противника, разрезая ту на части, и изменило траекторию её движения. Второе отправилось по широкой дуге, заставляя троицу, явно одаренных, отпрянуть назад, выигрывая для ребят драгоценные секунды.

Босс жутко рассмеялся. Так заливисто, что от этого его тело извивалось в каком-то диком танце. Крюки под ладонями взметнулись вверх, описывая сияющие круги рядом с ломанной фигурой.

— Великолепно! Какая экспрессия! — орал он, срываясь с места в мою сторону. — Александр, ты превзошел все мои ожидания! Твоя смерть будет лучшей работой!

Я стоял один против четверых одаренных, и ещё десятка мусора, раскиданного рядом.

Вот только чувство, что за моей спиной ребята скрываются в облаке пыли у завалов — грело душу. Мои ладони горели от всполохов энергии, а каналы жадно поглощали выброс за выбросом.

— Ну, подходи. — прошептал я, чувствуя, как Вейла что-то химичит с моим состоянием. — Посмотрим, кто из нас здесь лишний на этом празднике жизни.

Крюк этого психа со свистом рассек воздух в сантиметрах от моего лица, а земля под ногами начала превращаться в зыбучий песок.