Золотая печатная машинка

30

Фредерик чувствовал себя героем книги. Как будто его жизнь сочинял кто-то, кто хотел ему исключительно добра. Эмили Папер, самая крутая девочка в его классе — нет, во всей его школе! — оказалась, пусть и в другой реальности, его лучшей подругой. Эмили Папер, к которой он всегда испытывал гораздо больше чувств, чем к любой другой однокласснице. Пусть даже он никогда не решился бы в этом признаться.

И сейчас она направлялась к нему, чтобы они вместе среди ночи подожгли библиотеку и спасли мир. Лучший день в его жизни!

Конечно, спалить целую библиотеку старинных, уникальных книг, представляющих огромную ценность, было более чем жестоко. Некоторые экземпляры сохранились исключительно здесь — последние в своем роде. Когда Эмили говорила об этом, в ее голосе звучала ужасная растерянность. Все истории и все люди в них умолкнут навсегда. Однако другого выхода не было.

Что делать, если их поймают? Будут ли родители нести ответственность за своих детей? Или их отправят в центр временного содержания для несовершеннолетних преступников? А может, в закрытую психиатрическую лечебницу? Фредерик задавался такими вопросами, но бушующий в крови адреналин был так силен, что они казались далекими темными тучками на фоне ясного голубого неба.

Он схватил один из двух световых мечей, висевших над его кроватью, и один из белых биноклей с планеты Хот. Шлем охотника за головами он оставил на полке: даже если завязать глаза, будет видно больше, чем в этом шлеме. А хороший обзор был важен.

Раньше он никогда не вылезал через окно на крышу гаража. Это ужасно его пугало, в том числе потому, что связанные узлами простыни не казались особенно надежными. Но он не мог пройти через дом, потому что и дверь в сад, и ворота были видны из гостиной, где родители сидели перед телевизором. К этому времени мама обычно засыпала, а отец досматривал кино в одиночестве, чтобы за завтраком пересказать ей все сцены, которые она пропустила.

Фредерик сильно дернул за большое полотно с напечатанными на нем волнами, чтобы проверить надежность конструкции. Вроде бы держалось крепко.

— Вперед! — сказал он сам себе, потому что так говорил капитан Жан-Люк Пикар, капитан звездолета NCC-1701-D, когда отдавал приказ о взлете.

— Вперед, — повторил Фредерик, потому что одного раза оказалось маловато. Затем он вылез наружу. Он напрягался, кряхтел, но справился. И крыша гаража тоже. Оттуда парень спрыгнул на дорожку, усыпанную гравием.

Расскажи он кому, никто бы не поверил. Да и сам он пока не верил. Тем более крутой казалась ему вся эта операция.

Фредерик быстро отпер дверь гаража. Свет включать не стал, воспользовавшись вместо того своим зеленым световым мечом. Машины тут давно не было, помещение переоборудовали в кладовку. Металлические полки на стенах, верстак в углу, пара велосипедов и большая газонокосилка, которую сложно было сдвинуть с места, не перебудив грохотом всю улицу.

Где же жидкость для розжига? Фредерик провел световым мечом вдоль полок. Прямо рядом с решеткой для гриля! Логично. Правда, нашлась всего одна маленькая бутылочка, которой вряд ли хватило бы на всю библиотеку Анны Амалии. Фредерик не знал, сколько вообще понадобится жидкости, чтобы как следует поджечь здание. Та старинная тяжеленная входная дверь… Горит ли она вообще? Она казалась твердой как камень. Или, может быть, лучше развести огонь внутри, ведь там много бумаг? Охраняют ли библиотеку ночью так же бдительно, как и днем?

Разве у папы не было канистры с топливом на всякий случай? Например, если в машине вдруг закончится бензин или наступит всемирный нефтяной кризис. Фредерик посветил мечом в угол, где должна была лежать зимняя резина и цепи противоскольжения для автомобиля. В яблочко!

— Фредерик?

Он дернулся. В этом гараже такие движения были не лучшей идеей. Велосипеды стали падать один за другим, как домино.

Эмили ободряюще положила руку ему на плечо:

— Я не хотела тебя напугать…

— Все в порядке, давай уйдем, пока мой отец не пришел сюда в пижаме и тапочках.

Выйдя из гаража, они увидели свет в саду бабушки и дедушки Эмили. Ребята подошли ближе и в темном силуэте узнали Мартина, в замешательстве блуждающего по саду. Его голова подергивалась, как у испуганного птенца. Эмили взглянула на часы:

— Я подойду к нему и выясню, что случилось.

— Понимаю, конечно. Я подожду здесь.

Осторожно, чтобы не напугать, Эмили подошла к дедушке Мартину:

— Здравствуй, дедушка.

— Привет, малышка.

— С тобой все хорошо?

Только теперь дедушка Мартин взглянул на нее ясно, как будто очнулся ото сна:

— Со мной — да. Но не с этим миром.

— Что ты имеешь в виду?

— Все не так, дитя. Может быть, мой разум совсем помутился, но дело здесь совсем не в нем. Разум не способен даже постичь этого, а сердце способно. С миром что-то неладно. Как-то… неправильно. Может такое быть?

— Может, еще как может.

— Ты поможешь мне найти?

— Что ты ищешь?

— То, чего не хватает.

— Кому не хватает?

— Моей жизни. Целыми днями и еще больше ночами я чувствую, что мне чего-то недостает. Иногда я сижу на диване и беседую с кем-то, но никого рядом нет. Или я смотрю на дверь, ожидая, что кто-то зайдет ко мне, но никто не приходит. Я жду не твою бабушку, я уверен. Кого-то другого, кто должен был приходить.

Эмили прижалась к его руке:

— Ох, дедушка…

— Здесь, в саду, я искал, но не нашел. Но когда ты пришла, мне не хочется продолжать поиски. Что со мной не так, малышка?

Эмили подавила всхлипывания:

— Мне так жаль…

— Ты не сделала ничего плохого! Ты все, все делаешь верно. Невозможно было бы поступать правильнее. Но кто-то подкрутил наш мир, как мы подкручиваем часовой механизм. — Теперь дедушка уже плакал. — Я снова весь в слезах? Последнее время мои глаза часто так поступают со мной. Глупые глаза. — Он поцеловал Эмили в лоб. — Утром мы снова почитаем газету. Хорошо?

Эмили взглянула на него заплаканными глазами:

— Откуда ты знаешь… — Она прикусила губу. — Это было бы отлично.

— Тогда так мы и поступим. А теперь иди в свою комнату, дитя. Уже очень поздно.

— Спокойной ночи, дедушка.

— И тебе, мой маленький ангел.

Весь путь до библиотеки Эмили была погружена в себя, и Фредерик не мешал ее молчанию. Он прекрасно понимал, что тишина нужна, чтобы перевести дух. Отдышаться, но не легкими, а сердцем. Его тянуло обнять ее за плечи, но он не хотел, чтобы Эмили решила, будто он воспользовался эмоциональным моментом, лишь бы приблизиться к ней.

В желтом свете изогнутых уличных фонарей библиотека Анны Амалии казалась поделкой из слоновой кости. Все окна были темными. Перед входом не виднелось ни одной коричневой рубашки.

— У меня сердце кровью обливается, — сказала Эмили хрупким, словно фарфор, голосом. — Я так люблю библиотеку, но Дресскау повергнет весь мир во тьму.

— Мы поступаем правильно, — Фредерик сжал ее руку.

— Давай скорее с этим покончим! — Эмили указала на булыжники, которыми был вымощен последний участок на пути к зданию. — Мы разобьем камнями окно, а потом останется только закинуть внутрь что-нибудь горящее. У меня в рюкзаке несколько газет.

Вместе им удалось поднять один из камней. Они ненадолго остановились перед зарешеченным окном зала рококо, чтобы оценить обстановку. Предполагалось, что огонь должен бушевать именно в этой комнате и вход в тайную библиотеку обязательно сгорит прежде, чем приедут пожарные. Но им мешали металлические решетки, так что лучше было разбить окно соседней комнаты — бывшей кухни. Той самой, где стояло кресло Эмили, которое вот-вот должно задымиться.

Вдруг в зале рококо зажегся свет. Дети тут же положили камень и прижались к кирпичной стене.

— Мы не можем поджечь библиотеку, если внутри люди, — прошептала Эмили.

Фредерик слегка вытянул голову, чтобы заглянуть внутрь:

— Это профессор Дресскау…

— Пожалуйста, осторожнее!

— Кажется, он один.

— Ты уверен?

— Насколько я вижу, да. — Фредерик еще сильнее вытянул шею. Затем изумленно выдохнул: — Так не бывает…

— Что? Как не бывает?

Фредерик опустил голову и посмотрел на Эмили:

— Он оставил ключ в двери!

— Правда? Я даже не знала, что так можно.

— Честное слово.

Эмили заглянула в окно. Золотая авторучка застряла в картине, а водоворот слов неумолимо утекал в замочную скважину. Опустившись на корточки, она поджала губы:

— Новый план. Я пойду внутрь. А ты будешь смотреть. Если Дресскау появится и мне нужно будет бежать, то…

— Я включу свой световой меч! Такой знак ты точно не пропустишь. Да пребудет с тобой сила!

Эмили улыбнулась:

— Она мне точно не помешает.