Альдери

Глава 27

Когда Альдери покидает номер, за окном стоит кромешная тьма. Непонятные мрачные сны всю ночь прерывали отдых девушки, в этот ранний час она чувствует себя будто не спала вовсе. Руки слегка трясутся, в голове сплошной туман. Метка привычно жжет, заставляя тело девушки вырабатывать иммунитет. С любым раздражителем можно освоиться. С тоскливым внутренним чувством она тоже примирилась.

Мужчина на ресепшене уважительно склоняет голову, принимая ключ от комнаты. Термос доверху наполняется крепким черным кофе. В фойе затишье, постояльцы не любят так рано просыпаться в субботний день.

На улице полный штиль, прохлада воздуха теряет попытки проникнуть в тепло-упакованное тело волчицы, она спешно идет к своей машине. Внутренний двор забит притихшим автотранспортном, владельцев и залетных посетителей не видно. Вокруг тишина, разрываемая проснувшимся двигателем черного спорткара. Девушка аккуратно выезжает с парковки, боясь быть замеченной раньше времени.

Одинокий путник в сером седане остается ею незамеченным, он следом заводит двигатель, отпуская девушку на расстояние.

Рамир сразу понял, что она что-то задумала. Её напряженный вид и чередующе-сменяющиеся эмоции на лице заставили его заподозрить неладное. Он скрытно наблюдал за ней. Во время обсуждения похода к отшельникам её напряженный и дерганный вид мог увидеть только он, что окончательно убедило в неблагих намерениях его волчицы. Сопровождение до отдаленного волчьего бара и её встреча с одиночкой заставили принять быстрые решения.

Третья ночь беспокойного сна пошла ему в ощутимый ущерб, вспышки гнева от воспоминаний её слов все чаще стали посещать его сознание. Внутренний волк требовал взять своё. Разуму сложно было сопротивляться своей второй ипостаси. Он и сам уже хотел закончить с этой игрой. Останавливало только отсутствие плана по дальнейшему поведению с ней. Он пока не знал как приручить её так, чтобы вся их жизнь не превратилась в ад.

Он бы и рад закинуть Альдери на плечо и увести в свой дом, но отчаянное сопротивление может вылезти ему боком, а девушку заставить навсегда закрыться от теплых чувств.

Приди он сейчас к её отцу, тот не смел бы встать на его пути. Истинность — это не праздные игрушки, Вольграну больше всех это известно. Хотя здесь он тоже был неуверен. Возможно, её отец не отдаст девушку просто так.

Все эти факты заставляют играть по-черному.

Рамир выезжает на ярко-освещенную трассу, держась на расстоянии полумили от черного спортивного авто. Взять незаметную машину пришло ему на ум вчера вечером. Он сразу по приезду с бара воплотил идею в реальность.

Следуя за девушкой, он понял куда лежал её путь сейчас. Впереди уже виднеется дорога, ведущая к старому бару у реки. Он останавливается недалеко от съезда на грунтовую дорогу. Дальше двигаться за ней нет смысла, иначе он рискует быть замеченным. Дорога за баром уходит в тупик, а резонных причин пожаловать в бар у него нет.

Он скоро раздевается и меняет форму. Быстро передвигаясь среди финиковых пальм, занимает свое наблюдательное положение.

Судя по потухшим задним стопам машины его истинной — девушка зашла в деревянное строение. Он ложится на прохладную землю, теряясь среди растительности.

Спустя какое-то время, девушка выходит с тем самым странствующим волком, который присаживается на корточки перед бампером и прячется с глаз Рамира. Альдери стоит рядом, сложив руки на грудь и рассеянно крутится по сторонам.

До слуха волка доносятся обрывки фраз и скрежет металла. Расстояние не позволяет услышать суть их разговора.

Как только бампер снимается с креплений и уносится в дом, Рамир стремительно возвращается назад к своей машине.

Они однозначно куда-то собрались. Осталось только понять — куда?

Приняв человеческую ипостась, он так же быстро одевается, нацепив на себя кепку и черные очки. Вся эта ситуация его порядком выбешивает, но другие идеи отказываются проникать в острое сознание волка. Он бы и поставил следить за ней своих людей, только щепетильность ситуации не позволяет доверить это дело кому-либо кроме себя. Он сам не готов раскрывать тайну проявившейся истинности. Рано.

Машина выезжает из поворота с первыми лучами солнца, Рамир отпускает её на расстояние, замечая сидящего рядом с Альдери пассажира. Это усложняет задачу, странствующие волки чересчур внимательные, придется быть осторожным.

Желание остановить черную машину и вытащить от туда девушку усиливается с каждой пройденной милей. Он усилием гасит свои животные инстинкты, чтобы не наломать дров раньше времени. Забрать её силой он всегда успеет. Главное чтобы она ничего не сделала с собой. А с её мужиками он разберется самым традиционным способом — потушит их свет парами ударов в голову. Простой и действенный способ.

С Лебраном тоже надо будет разобраться. Слишком часто мелькает там, где не надо.

Альдери спешно покидает границы Арханской столицы, редкий поток машин в раннее утро позволяет проходить дистанцию быстро и беспрепятственно. В машине царит тишина, девушка сосредоточено смотрит на мелькающую разделительную полосу, Раймонд бесстрастным взором следит за однотипными картинами за окном. Дорога среди арханской степи мало может порадовать яркими красками, только бескрайняя степь и редкая растительность со слоем пыли. Изредка встречаются стайки аддаксов и газелей. Еще реже — группы потрепанных, но горделивых страусов. Насыщенный серый асфальт ярким пятном пересекает желтые краски местности.

— Ты уверена, что никто не кинется тебя искать?

— А с чего бы? Нашей семье не свойственно интересоваться досугом членов. Не могу понять, что именно тебя беспокоит?

— Вчера вечером я почувствовал запах волка в окресностях бара, — Раймонд отрывается от бокового стекла. — Запах также резко пропал как и появился. В бар никто не заходил. Сомневаюсь, что кто-то из стаи решил просто прогуляться вдоль реки. Он был в волчьей шкуре, запах стоял очень явный. Если бы место не стояло на отшибе, я бы не придал этому значения.

— Ты преполагаешь, что за нами кто-то следил? — Альдери кидает беспокойный взгляд на друга.

— Возможно, за тобой. С твоим уходом волк исчез. Поэтому и спрашиваю, кто может за тобой наблюдать? Видела что-то подозрительное?

— Нет. Вечером брат ко мне заходил, мы с ним мило пообщались, я объяснила ему, что еду погостить к подруге. Подозрений он никаких не высказал, даже одарил братскими объятиями на прощанье.

— Альдери, — Раймонд окинул её снисходительным взглядом. — Есть желающие твоего внимания по-существенней. Рассарманов видела рядом с собой?

Девушка неразборчиво усмехается:

— За последние два дня его пыл заметно поубавился. Я бы даже сказала — он потерял интерес ко мне.

— Не будь наивной.

— Что ты предлагаешь? Последний раз я видела его на черном седане, — Альдери бросает внимательный взгляд по зеркалам заднего вида. — Марку и номер не запомнила. Сменим машину в Аръюзе.

— Увы, Рамир — не дурак. Я навел на него справки. Он не только один из самых сильных и резвых волков в Архане, он также жесткий боец. Тренирует волков своей стаи. Кроме того, там не все чисто с их охранными агенствами. И ночные клубы — я думаю, это только прекрытие.

— У моего отца тоже есть свои секреты, как-нибудь справимся.

— Дело твоё, моё — предупредить. Рассарман — серьезный противник.

— Ты сам сказал, что он не дурак. Разжигать войну не будет. Мне главное понять как связь разорвать. Все остальное второстепенно.

— Альдери, почему ты так уверена, что её вообще можно разорвать?

— Потому, что не бывает безвыходных ситуаций. У каждого явления есть свое начало и конец. Просто нужно раскопать знания. Раймонд, я не успокоюсь, пока не найду решение.

— Это я уже понял. Но если отшельница скажет тебе, что выхода нет? Что думаешь делать дальше?

— Обойду всех отшельников, — Упрямость девушки заставила бы Раймонда улыбнуться, но здесь не тот случай. Губительный настрой. Отчаянных ему доводилось видеть раньше. Исход был печальным во всех эпизодах. Он не знал как облегчить её участь и принести помощь. — А если и они не дадут ответов — покину страну. Спрячусь так, что все стаи мира не найдут мой след.

Он отворачивается к окну, не желая нагнетать обстановку и продолжать разговор. Слова Альдери отдают злостью и порывами безрассудства. Нет смысла в чем-то убеждать её. Надежда только на пресловутое время. И проблеск её сознания.

Город Аръюз встречает их, когда на часах уже час дня. Серые облака вовсю плавают по неспокойному небу. Дождь будет некстати. Хотя Раймонд сомневается, что это как-то остановит упрямую девушку.

Придорожное кафе скрывается за раскидистыми кедрами. Альдери неспешно идет с провизией к сидящему на капоте Раймонду.

— Не знаю, чем питаются одиночки, поэтому взяла тебе сэндвич с курицей. Универсальная пища, — Альдери со смешком откусила кусок от своего и протянула еду другу. Дымящийся кофе отставился на крышу. — Заметил кого-нибудь?

— За нами с самой столицы следовало две машины, какой-то белый седан и серый внедорожник. Обе проехали дальше. Если кого-то из них заметим по дороге впереди — можем не сомневаться, идут по нашу душу.

— Если повернуть назад и свернуть направо — найдем авторазбор. Там можно купить какую-то поддержанную машину недорого. Она правда убитая будет в хлам.

— Ты о моем комфорте чтоли беспокоишься? — Волк спрашивает с набитым ртом. — Или о своем?

— Раймонд, мне сейчас абсолютно все равно на чем передвигаться. Если ситуация потребует — поеду на велосипеде.

— Я могу пойти на своих четырех рядом, — С улыбкой отзывается друг.

— Ага, и распугать всю округу. Боюсь, так мы быстрее заявим о себе.

— Машину можно купить только за наличку. Да и не уверен, что тебе стоит деньги с карты снимать в этом месте. Это если уж совсем быть осторожным.

— У меня есть пара тысяч. На машину должно хватить. Сомневаюсь, что они будут хлам продавать по цене нового авто.

— Он будет без документов.

— Нам какая разница? Потом вернем им обратно и денег не потребуем. Свою под охрану там сдадим.

— Поедем по объездной, чтобы город не пересекать. Путь будет чуть длиннее, зато без рисков встретить госслужащих.

Альдери молча кивает, разглядывая серые тучи. Непогода ей не страшна, болезни тоже. Слова Раймонда о личности Рамира Рассармана заставили принять боевую готовность. Чего ждать от него — она не знала. На семью Рассарманов всегда было плевать, главное чтобы они не появлялись в её поле видимости. Силу их стаи тоже проверять не приходилось.

Хотя бы искорка отеческой заботы должна проявиться в отстраненных серых глазах. Не может же он быть отъявленным тираном. Ведь не может?