Бэтгерл в Школе супергероев

Глава 14

У Бэтгерл не было оснований нервничать. Показательных выступлений у мистера Фокса она ждала с нетерпением. Но все же это ее первая крупная презентация в Школе супергероев. Мало ли как ее оценят одноклассники.

Первым выступил Киборг. Посреди комнаты стоял большой металлический пресс – уменьшенная версия тех, что применяли для расплющивания старых машин. Не говоря ни слова, Киборг забрался внутрь. Он показал мистеру Фоксу большой палец, и преподаватель нажал красную кнопку. Тяжелый пресс начал медленно надвигаться на Киборга, грозя его раздавить. Тот развел руки, и Бэтгерл задержала дыхание. Киборг зажмурился, стиснул зубы, а машина заскрежетала. Металл боролся с металлом, и в итоге пресс замер.

Все зааплодировали, Киборг улыбнулся. У него была очаровательная улыбка. Киборг без устали махал и махал рукой. Это длилось целую минуту, пока Бэтгерл не сообразила, что он сломался и не может остановиться.

Она подбежала и быстро отладила внутренний контур. Его кибернетическая рука часто подводила при перегрузке.

– Ты просто потратил много энергии, – утешила его Бэтгерл.

Он с глуповатым видом пожал плечами: мол, с полумашинами такое случается.

– Послушай, давай-ка ты потом заглянешь в бункер. Я создам в твоих катушках обратную связь, чтобы избавиться от дефекта в контуре.

– Спасибо, – с облегчением сказал Киборг. – Отличная мысль.

– Для того и нужны друзья, – улыбнулась Бэтгерл.

– Раз ты уже вышла, то почему бы тебе не стать следующей? – спросил мистер Фокс. – Что ты для нас припасла?

– Ничего, – ответила Бэтгерл.

– Вот халтурщица, – шепнула Стрелочке Фрост.

– Ничего?.. – опешил мистер Фокс и поправил очки. – Не понимаю. Ты же знала, что сегодня показ?

– Знала, – эхом отозвалась Бэтгерл. – Но я решила не приносить уже готового оружия – лучше создать на месте. Я хочу показать, как можно выйти из трудного положения при помощи обычных предметов.

– Продолжай! – просиял мистер Фокс, садясь.

– Кто даст мне что-нибудь для начала? – спросила Бэтгерл, обведя взглядом класс.

Гепарда подняла руку.

– Держи! – сказала она и бросила ей авторучку. Та рассекла воздух со скоростью пули, и Бэтгерл поймала ее одной рукой.

– Спасибо, Гепарда, – поблагодарила она, переложила предмет в другую, как фокусник, и швырнула обратно. Но когда Гепарда поймала ручку, та окутала ее клубами черного дыма.

– Можно было взять больше дымного пороха, – пояснила Бэтгерл. – Но раз у нас просто показ, я использовала поменьше. В настоящем бою правильное количество замутит злодею обзор или хотя бы отвлечет его.

Фокс улыбнулся, а Харли начала снимать демонстрацию на камеру.

Бэтгерл успешно вырубила всем наушники оглушающим дезинтегратором звука, потом превратила в снаряд бутылку с водой и преобразовала карманные часы мистера Фокса в детонатор, который взорвал бутылку на учебном плацу снаружи.

Даже Гепарде пришлось выгнуть бровь и с мурчаньем признать, что Бэтгерл поистине изобретательна.

– Что подводит нас к общей теме, которую я раскрою, – сказал мистер Фокс, когда гомон стих. – В истории супергероев были времена, когда сверхспособности являлись обязательными, но это больше не так.

Киборг посмотрел на Бэтгерл. Все поежились, каждый – по своей причине.

Для пущего эффекта мистер Фокс выдержал паузу.

– Какое оружие самое мощное на свете?

– Криптонит!

– Шумовые гранаты!

– Мечи!

– Аркан Истины!

– Кольца Силы!

– Грубая мощь!

У всех было отдельное мнение.

Мистер Фокс упорно качал головой.

– Все ответы хороши, – сказал он классу. – Но мощнее всего то оружие, которое у вас уже есть. И кое- кто из вас способен оценить его по достоинству.

Все заозирались.

– Ваш мозг! – вскричал преподаватель оруженомики. – Он плюс умение в полной мере им пользоваться! Острый ум преодолеет любые препятствия.

Большая Барда толкнула Бэтгерл:

– Ты с этим полностью справилась!

Езда туда-обратно просто убивала. Не буквально, но это было то еще мучение. Комиссар Гордон расследовал крупное дело, а потому, даже если Бэтгерл вовремя поспевала к ужину, отца часто не оказывалось дома.

– Мы сумеем тебя разместить, – заявила директор Уоллер, выводя на монитор план спален. – В седьмом секторе есть свободная комната.

Бэтгерл просияла.

– Но нужно отцовское разрешение, – предупредила Уоллер. – Желаю удачи. Твой отец – человек упрямый. Замечательный, но упрямый.

Бэтгерл понимающе кивнула.

– Сядь, – велела Уоллер. – Позволь мне кое-что о нем рассказать.

«Что может директор сообщить нового об отце?» – мысленно удивилась Бэтгерл.

– Твой отец не терпит помех правосудию. Он лучший полицейский в стране. Едва начав, он сразу выделился и после шел на любой риск, ловя преступников и суперзлодеев, которые стремились захватить и уничтожить Готэм-сити. Но с годами набрался ума, стал рисковать меньше и начал принимать более продуманные решения. Его преданность делу ни разу не пошатнулась, но подход к борьбе с преступностью изменился.

Отец был беспечным? Не может быть.

– Знаешь, почему он теперь расчетливее? – спросила Уоллер.

Бэтгерл мотнула головой.

– Из-за тебя.

– Меня?

– Да. Этот человек живет и дышит ради тебя. Он понимает, что, если с ним что-то случится, ты останешься одна. И наоборот, ему конец, если что-то стрясется с тобой. Поэтому он продолжает рисковать, но обдуманно, а потому добивается еще больших успехов. Это ты сделала из него лучшего борца с преступностью. У тебя, Бэтгерл, есть все, что нужно, чтобы стать супергероиней – может быть, даже величайшей. Но я чувствую, что тебя что-то сдерживает.

Бэтгерл моргнула, не зная, что сказать. Отец изменил жизнь... ради нее? Но он не передумает и не поддержит ее супергеройские устремления. Бэтгерл знала, что первым шагом к осуществлению мечты было бы полное погружение в Школу супергероев. А это означало и проживание там. Но как убедить отца?

Тем вечером Бэтгерл поехала в Готэм-сити на автобусе. Влетела в комнату, чтобы выпустить Бэтти из переноски. Летучая мышь достаточно окрепла, и ее уже можно было оставить дома на целый день.

Бэтгерл выключила свет и закрыла дверь, чтобы Бэтти полетала. Отец еще был на работе, и она стала готовить ужин.

– Вкусно пахнет! – объявил комиссар, вернувшись часом позже.

Передавая ему салат, Бэтгерл отметила перемену в его настроении. Оно было на редкость хорошим.

Отец научил ее прочитывать чужие эмоции. Это опять про кризисные переговоры? Или нет? Она вспомнила, что на уроке комиссар требовал к себе самого пристального внимания.

– Мир суров, – изрек комиссар, накалывая на вилку помидор.

– Это точно, пап, – кивнула Бэтгерл. – Прошлым вечером, когда я ехала домой, в автобус вломились какие-то мутные типы.

Он сел прямо:

– Почему не позвонила мне? Я бы тебя забрал.

– Ты работал, – напомнила она. – Ты слишком много трудишься, пап.

Она миновала второй этап кризисных переговоров: обозначила сопереживание.

– Да уж, тут ничего не поделать, – ответил отец. – Но я мог кого-нибудь послать. Сейчас много чего творится. Это... короче, пропасть всякого. Эй, завтра обещают солнце! Что скажешь?

– Солнце – это классно, – отозвалась Бэтгерл, переходя к фазе согласия. – Люблю хорошую погоду. Только порой она резко меняется, и к вечеру уже дождь.

– Да, льет, – согласился отец.

– Папа, – продолжила Бэтгерл, готовясь привести убедительный довод, – мне хочется учиться хорошо, и я, как ты знаешь, часто засиживаюсь в школе допоздна. – (Отец кивнул.) – А ты постоянно занят в участке и городе, ловишь всяких негодяев – вот я и подумала, что будь у меня мотоцикл, я могла бы ездить туда и обратно сама.

Бэтгерл дождалась, пока цвет его лица сколько-то восстановится, и заговорила дальше:

– На уроках вождения Красный Смерч говорит, что я отлично вожу мотоцикл и блестяще прошла испытания. Даже получила права! Так что скажешь, пап? О мотоцикле?

С застывшим лицом он отложил вилку.

– Я никогда не позволю дочери ездить на мотоцикле по темному Метрополису и Готэм-сити! Это небезопасно, крайне небезопасно!

– Но папа! – уперлась Бэтгерл. – Мне постоянно приходится задерживаться, и я не могу вечно проситься к Супергерл ночевать на полу. А ты слишком занят спасением Готэма, чтобы быть моим шофером, а городской транспорт больше не обсуждается, и мотоцикл – единственный выход.

Отец молчал. Бэтгерл буквально видела работу его мысли. Наконец он сказал:

– Лучше тебе ночевать в школьной спальне, чем мотаться туда-сюда на смертоносной машине о двух колесах.

– Ночевать в школе?! – невинно поразилась Бэтгерл. – Я об этом не подумала...

– Ну да, – подхватил отец, размышляя вслух. – Не каждую ночь, только по будням. А в выходные будешь здесь.

– Вау, по-твоему, нам удастся это устроить?

– Я договорюсь, – ответил он, отталкивая стул и вставая. – Прямо сейчас позвоню Аманде Уоллер.

Выходя из комнаты, он обернулся со словами:

– Мотоцикл? Серьезно, Барбара, о чем ты только думала?

Бэтгерл лишь покачала головой.

– Понятия не имею, – сказала она, пряча улыбку.