– Я видел ваши оценки. С нашей первой встречи вы показали себя отличной ученицей, – сказал доктор Аркхем, поглаживая внушительную бороду. – Вам же известно, зачем вы здесь?
– Да.
Бэтгерл надеялась, что дело не затянется. Она не хотела пропустить урок истории у Либерти Белл. Предстояла контрольная, а значит, можно будет передохнуть.
– Про меня думают, что я переутомляюсь, – сказала она. – Но это не так. Ладно-ладно – может быть, капельку. Иногда. Но не постоянно. Не когда сплю!
Она преувеличенно громко хихикнула. Бэтгерл снились недоделанные дела, и она просыпалась измученной.
– Наверно, можно немного притормозить, – принялась размышлять она вслух. – Или правильнее расставить приоритеты. Не бросить все сразу, а разбить на группы: А, Б и В. А – дело срочное, Б – важное, но не смертельно, а В – можно сделать, когда получится.
Доктор Аркхем кивал, время от времени прикрывая глаза. Бэтгерл продолжала:
– Всем кажется, что только у них техническая проблема. Можно раздать им анкеты. Тогда они сбавят обороты и подумают, прежде чем бежать ко мне при первом же сбое.
Планы множились, и Бэтгерл тараторила все быстрее. К концу приема она почувствовала себя намного лучше.
– Спасибо, доктор Аркхем! Вы классный!
Он начал было говорить, но осекся. В конце концов, Бэтгерл сама провела всю беседу, и этот прием был одним из самых успешных за неделю!
– О-хо-хо, – произнесла Бэтгерл, покидая его кабинет. – Приложение «Харлиграмма» скоро заработает. Времени сожрало уйму, но когда все будет готово, я вздохну гораздо свободнее.
– Офигеть! Бам! Бум! Я в восторге!
Бэтгерл не могла не разделить ликования Харли. Она положила столько сил на «Харлиграмму», и вот наконец компьютерные коды воплотились в реальность!
«Вот что нужно сделать, – объясняла Харли с домашней странички “Харлиной Квинтэссенции” – Кликните по моему лицу, и харлиграммы мигом прыгнут на ваши клавиатуры. А потом начнется развлекуха!»
– Попробуем? – спросила Харли с горящими глазами.
– Честь достается тебе, – великодушно отозвалась Бэтгерл.
– Вперед! – вскричала Харли и театрально кликнула мышкой.
Почти мгновенно появилось ее маленькое голографическое изображение. Уменьшенная Харли Квинн вприпрыжку забегала по клавишам, размахивая мегамолотком и крича: «Харлина Квинтэссенция!»
– Это потрясающе, – сказала Харли. Лоис Лейн вела репортаж о новейшем ажиотаже, охватившем страну. – Приложение «Харлиграмма» работает меньше недели, а подключилось уже почти полмиллиона человек!
– Ты создала его сама? – спросила Лоис Лейн.
– Ну, идея большей частью моя, – похвасталась Харли и совершила кувырок. – Так оно и есть! Кто на коне? Харли! Офонареть!
Бэтгерл смотрела интервью молча.
– Это же ты сделала, а не она, – заметила Катана.
– Ничего страшного, – сказала Бэтгерл. – Серьезно. Я наелась внимания за последнюю пару недель и очень рада побыть в тени.
Побыть в тени удалось недолго. Лоис Лейн была слишком опытным журналистом, чтобы принять за чистую монету все, что услышала. Она продолжила рассказ о «Харлиграмме» и указала, что за сетевым сумасшествием стояла Бэтгерл.
Вскоре на «Супергеройской горячей линии» выделили целую рубрику для канала «Харлиграмма»; в ней идиотского вида тетки-ведущие носились друг за дружкой с молотками по гигантской клавиатуре, демонстрируя, как работает приложение.
Конечно, основной материал поступал от самой Харли. Она брала интервью у Чудо-Женщины, Супергерл, Катаны, Ядовитого Плюща и других, прося «честно и откровенно высказаться о потрясающих харлиграммах».
– По-моему, они забавны! – сказала Чудо-Женщина.
– Никогда такого не видела – по крайней мере, на Земле, – призналась Супергерл.
– Лучше бы «Гепардаграмма», – заметила Гепарда.
– А этот канал не вредит окружающей среде? – спросила Ядовитый Плющ.
Интервью с ней вырезали.
Единственной, кого Харли забыла пригласить, была Бэтгерл. Но это не отвлекло от нее всеобщего внимания. Вскоре крупные технические компании наперебой стали предлагать ей работу. Харлиграммы оказались игрушкой повышенного спроса, и Бэтгерл расхваливали за мастерство. Отказавшись от всех интервью, она стала еще загадочнее и притягательнее.
Сама того не желая, Бэтгерл сделалась настоящей звездой и почти ничего не видела за ослепительными лучами прожекторов.