Катя
Сон это или шокирующая явь?
А может, чья-то дурная шутка?
Как в замедленной съемке, поворачиваю лицо к маме, чтобы убедиться, что я не тронулась умом и что передо мной действительно он.
Мама что-то говорит. На ее лице широкая улыбка, а в глазах слезы. Ярослав, как мне кажется, тоже вот-вот расплачется.
Сын как-никак. И все равно, что подонок.
Ярослав-то не знает всей правды, для него Тимур — первенец. Родной старший сын, которого не видел почти шесть лет…
Мама хватает меня за руки и что-то эмоционально говорит. Я киваю на автомате, а сама не воспринимаю ни слова, в голове шум.
Музыка, гул, чужие голоса — всего этого нет. Я лишь слышу, как бешено стучит мое сердце, и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, того самого важного гостя. Его приход вызвал столько суматохи и произвел фурор, который можно сравнить разве что с разрывом бомбы.
Тимур изменился.
Очевидно, прошедшие годы повлияли на него — он раздался в плечах, скинув легкомысленный флер, свойственный молодости, сменил модную прическу на короткий ежик. Выражение лица стало чересчур серьезным.
Белая рубашка и черные брюки дополняют образ, делая из стильного парня, каким я знала Тимура, настоящего мужчину.
Через пару недель ему исполнится тридцать.
Чертовски красивый. Уверенный в себе. Ни грамма беспутности, исключительно строгость и сдержанность.
Мы не видели Тимура все это время, как и он нас. Нам было запрещено рассказывать ему какие-либо подробности о жизни, а ему так вообще слова лишнего сказать было нельзя, настолько все секретно.
Поначалу, когда Тимур только уехал, я подсознательно ждала, что он вернется. Вот-вот приедет, его отпустят. И тогда я…
Что именно я сделала бы — не знаю, но через год Ярослав ясно дал понять, что ждать сына в ближайшие несколько лет не стоит.
Шесть лет.
Столько мы не виделись.
Шесть лет одиночества, хотя ты и окружен любимыми и родными. Шесть лет косых взглядов и неудобных вопросов. Шесть лет тающих надежд и фантазий, которые я душила собственными руками.
Мне было восемнадцать, и все, о чем я мечтала, — его любовь.
Сейчас мне двадцать пять, и я мечтаю об уверенности в завтрашнем дне, о стабильности и покое.
Я чувствую, как лицо Тимура расплывается перед глазами, слезы нахлынули в самый неожиданный момент. И это отрезвляет меня.
Звуки возвращаются так резко, что я невольно вздрагиваю.
Тимур идет к нам. Приближается шаг за шагом.
Ярослав, не сдержавшись, срывается с места и направляется навстречу к нему, распахивает объятия, и мужчины обнимаются.
— Дождались, — мама украдкой смахивает слезу.
— Ты знала? — мой вопрос звучит с резкой претензией, и мама переводит на меня удивленный взгляд.
— Нет, откуда? Видимо, Ярослав сам недавно узнал, что Тимур возвращается. Еще пару недель назад он говорил,что, к сожалению, сына не будет на нашем празднике.
Он не знает… он ничего не знает о моей жизни.
Тимур и Ярослав размыкают объятия и идут в нашу сторону, разговаривая о чем-то и улыбаясь друг другу.
Я же чувствую, что вот-вот грохнусь в обморок, — сердце бьется с такой силой, что становится тяжело вдохнуть. Грудную клетку будто сдавливает что-то.
Боль от прошлых обид или правда — черт его знает, но в эту секунду я отчетливо понимаю, что моя жизнь уже не будет прежней.
— Ольга! — Тимур обращается к моей матери, и его голос повышает еще сильнее уровень моей тревожности.
Все, чего мне хочется прямо сейчас, это сбежать. По-детски? Плевать.
— Тимур! Боже, как ты изменился! Настоящий мужчина! — мама обнимает его, а я замираю и сжимаю пальцы, понимая, что руки просто ледяные.
Настоящий мужчина, который дал мне бабки и приказал выпить таблетку, веди дети ему были не нужны.
— А ты все такая же красавица, — Тимур отвешивает комплимент моей матери и переводит взгляд на меня.
Я приказываю себе не шевелиться. Не плакать. Не роптать. Не пресмыкаться.
Мне больше не восемнадцать, и мои чувства наглухо законсервированы.
Теперь он чужой.
Хотя и родным не был никогда, иначе разве он позволил бы этому случиться? Перешагнул бы грань? Нет. Конечно нет.
Я расправляю плечи и смотрю в его глаза.
Темные, но отдающие теплом. Они, наверное, то единственное, что не изменилось, разве что взгляд стал более равнодушным.
Он проходится по мне этим самым взглядом.
Что? Неужели не узнал?
— Катя, ты совсем не изменилась, — дергает уголками губ, а мне хочется взвыть.
Прошло шесть лет! Конечно, я изменилась, придурок!
Не знаю даже, что хуже… лучше бы он меня и вправду не узнал…
— Да? — переспрашиваю саркастически. — Уверена, тебе кажется, Тимур.
— Или нет, — усмехается.
Ты что же, думаешь, я до сих пор та восемнадцатилетняя деваха? Юная и зеленая, не знающая ничего о взрослой жизни?!
— Тимур, как мы рады, что ты вернулся! — мама, будто не замечая напряжения, продолжает говорить.
А Тимур так и смотрит на меня… будто просверлить взглядом дыру хочет.
— Надо попросить официанта принести еще один комплект приборов, — кивает на стол, который накрыт на четыре персоны.
— А что, вы ждете еще кого-то? Наверное, Камилу? — Тимур оглядывается по сторонам в поисках моей сестры, но зря, ее тут нет.
— Нет, — Яр бросает взгляд на меня, — мы ждем…
Ярослав не успевает договорить, потому что мою талию со спины оплетают мужские руки.
— Прости, любимая, — Филипп целует меня, а я смотрю на Тимура.
Он наблюдает за этой сценой безэмоционально, так, будто ему совершенно наплевать, что меня целует чужой мужчина.
Девочки, всех приветствую в новой истории) Нас ждут не идеальные герои. Они могут ошибаться и вас бесить, но уверена, вы все равно их полюбите (я не оставлю вам выбора 😁) И как всегда - моя вам благодарность вам за поддержку, каждую звездочку и комментарий ❤️