Целители не лечат (СИ)

27 глава. Лед за золотыми бликами

Голубоглазый парень, которого я, можно сказать, бросила на амбразуру, окончательно справился с кашлем. Поставил кружку на стол и смущённо почесал затылок.

— Эм… спасибо, наверное, — протянул он, глядя то на меня, то на остальных. — Честно, не ожидал попасть в центр внимания.

— Вот и я не ожидал, — процедил Илар, не сводя с меня взгляда. — Умеешь удивлять, Снежинка.

— Ага, — парень хмыкнул и расправил плечи. — Но я, между прочим, не против. Если уж сама героиня забега выделила меня среди всех, то, пожалуй, стоит гордиться.

Девчонки прыснули ещё громче. Лори даже ладонью рот зажала, чтобы не разразиться смехом вслух, что удивительно с её-то характером. А вот Брина захлопала глазами, явно представляя, как Илар сейчас закипает изнутри. Я едва удержалась, чтобы не прыснуть вместе с ними.

Ну конечно, именно такой реакции я и добивалась: Илар — раздражён, девочки — в восторге, а парень с соком — ошарашенный, но уже готов принять роль победителя.

— Ладно, — я махнула рукой. — Вопрос был, я ответила. Брошь не дала соврать, значит, играем дальше.

— Да уж, — буркнул Илар, но его улыбка уже была куда более жёсткой, чем раньше. — Играем…

Игра закрутилась всерьёз. Никто уже не вспоминал о том, что мы тут из-за желания Риана собрались — азарт перебил всё. Каждый тянул жребий, выбирая между правдой и действием. Наконец-то я познакомилась с боевиками, а то даже имён их не знала.

Так вот, тот самый голубоглазый парень с соком, спокойный, слегка отстранённый, но с чувством юмора (как оказалось, оно у него отменное), — его звали Элиан. Второй первокурсник, Торэн — жгучий брюнет, более горячий и вспыльчивый, допив чай, показал, что легко может ввязаться в любой спор. Да, именно на него смотрела Обина из-за своей кружки, пуская глазами сердечки. Они полные противоположности и должны притянуться как магниты. Уверена в этом.

Старшекурсники оказались адептами третьего курса. Брине понравился Киран, как я успела заметить. Высокий, уверенный, с лёгкой насмешкой в голосе, любитель понаблюдать, а не делать — именно так я бы его охарактеризовала. А вот Лори поглядывала на Дейна — более спокойного, рассудительного, но если он говорил, то метко.

Первым «под раздачу» попал Киран. Ему выпало действие, и девчонки дружно решили: «Вперёд, в кабинет Ювина!» — достать хоть что-то покрепче чая. Киран, ворча и изображая оскорблённую добродетель, исчез в коридоре. Вернулся минут через десять с бутылкой тёмного стекла, и по самодовольному лицу сразу было ясно — миссия выполнена блестяще.

Дейн попался вторым. И, к его несчастью, Брина настояла на танце. Решила, так сказать, Лори продемонстрировать, на что он способен. Мы хохотали, когда обычно серьёзный и собранный старшекурсник, слегка покраснев, изобразил что-то между боевым ритуалом и карикатурным вальсом.

Торэн, наш брюнет, выбрал правду — и получил крайне неудобный вопрос от Обины про первую влюблённость. Бедняга вспыхнул ярче свечи, но всё же признался, а она сделала свои умозаключения.

А вот Элиан, тот самый «спокойный с соком», выбрал действие и получил задание — надеть один из девчачьих аксессуаров. Он без колебаний приколол к себе брошку Лори и, сделав невозмутимое лицо, так и просидел до конца раунда.

Смеялись все. Смеялись искренне, до слёз. Сообразительный малый — или это напиток Ювина крепким оказался, хотя пился как сок.

Может, поэтому, когда очередь дошла до девочек и выпало имя Роналии, я, не удержавшись, озвучила:

— Поцелуй одного из парней.

Тишина накрыла комнату плотным покрывалом. Я прекрасно знала, кого выберет наша смелая блондинка. И не ошиблась: она не стала тянуть, не стала смущаться, а шагнула прямо к Риану и, схватив его за ворот, поцеловала так, что у остальных уши покраснели.

И да, они увлеклись. Настолько, что даже когда мы демонстративно зашумели кружками, парочка и не подумала оторваться друг от друга.

Парни посмотрели на меня одинаково: «А что, так можно было⁈»

Я только широко улыбнулась и невинно развела руками.

Что ж, миссия «устроить личную жизнь одногруппниц» явно шла по плану.

Когда всё это безобразие наконец закончилось и мы начали расходиться по комнатам, я чувствовала себя выжатой. Смех, бутылочка из закромов Ювина и бесконечные задания сделали своё дело. В коридоре, сонная и слегка расслабленная, я повернулась к Илару, который, конечно же, за всё это время никуда не делся, и ткнула пальцем ему в грудь:

— Выполняй свою работу, ящер. — Я зевнула. — Отнеси меня в комнату.

Он приподнял бровь, усмехнулся, но подхватил меня так же легко, как и всегда. Словно это его законное право, а не приказ слегка охмелевшей студентки.

— Лёгкая, как пушинка, — протянул с ленивой усмешкой. — Ты вообще ешь, Снежинка? Или только наглостью питаешься?

— А тебе какое дело? — я уткнулась лбом ему в плечо, лишь бы не видеть этого хищного самодовольного лица. — Занеси куда положено — и свободен.

— О, я как раз иду туда, куда мне хочется, — его грудь дрогнула от тихого смешка. — А совпадёт ли это с твоей комнатой… вопрос интересный.

Я приподняла голову, подозрительно прищурившись:

— Только попробуй, и я укушу.

— Хм, — он наклонился чуть ближе, и в его глазах мелькнула опасная искра. — Напоминаешь, что ты не только колешься словами? Спасибо за предупреждение.

— Вырубай этот режим «флиртующего мачо», меня этим не впечатлить, — фыркнула я, устраиваясь поудобней. — Девушке будешь своей надоедать подобными речами.

Честно говоря, идти самой уже не хотелось — ноги будто налились свинцом. И пусть я себе не признаюсь, но на его руках было чертовски тепло и… безопасно. Надеюсь, последняя фраза не прозвучала как наезд от ревнивой дурочки? Ай, да пофиг!

Мы миновали поворот, и я вдруг уловила, как его хватка стала чуть крепче, словно он поймал себя на мысли и решил спрятать её глубже.

— Скажи, Снежинка, — его голос прозвучал неожиданно тихо, без обычной бравады. — А если бы не в игре я задал тебе тот же вопрос, что и раньше… кого бы ты выбрала?

Я прикрыла глаза, чтобы не встретиться с его взглядом.

— Знаешь… — зевнула и позволила себе ухмылку. — Возможно, я бы снова удивила тебя.

— Умеешь, — пробормотал он, почти неслышно.

И только когда он мягко опустил меня на кровать, я поняла, что за всю дорогу даже не подумала сопротивляться. Привыкла уже к нему, что ли?

Разбудил меня настойчивый запах хвои и ещё какой-то, который так сразу распознать не смогла. Ни первый, ни второй явно не были свойственны моей постели. Уже одно это должно было насторожить, но тело ощущало такую расслабленность, словно я впервые за долгое время выспалась. Будто спала на облаке, а не на… синее бельё?

Глаза вмиг распахнулись шире, остатки сна слетели, как пыль с ковра после хорошей встряски. Шок. Где я⁈ Это точно была не моя комната с нежным розовым постельным бельём и милыми занавесками, не говоря уже про цветок на подоконнике. Всё здесь выглядело строго и по-мужски…

«Вот же ящер недоделанный!» — прошипела я мысленно, едва вспомнив, кто именно меня сюда принёс. А ведь я доверилась. Уснула.

Мотнула головой по сторонам — и тут же забыла, о чём думала секунду назад. В комнате оказалось ещё две кровати. Причём одну явно притащили совсем недавно и поставили у окна. На ней спал виновник моего вечного беспокойства — Илар, а на второй… Кейл.

Всё-таки это лучшее утро в академии!

Честно говоря, оба выглядели такими умиротворёнными и привлекательными. Ха! Один — без своей вечной ухмылки, второй — без хмурости и отчуждённости. Я тихо выскользнула с чужой постели и на цыпочках приблизилась, чтобы получше рассмотреть спящих.

Шаг. Ещё шаг. Всё шло идеально. Я уже почти склонилась, чтобы получше разглядеть торс Илара и мордашку без лишней спеси, как вдруг носком задела что-то твёрдое.

Хрясь! — ботинок, небрежно оставленный прямо посреди прохода, едва не улетел в сторону.

Я вцепилась в ближайший столбик кровати, сердце ухнуло в пятки.

Илар недовольно поморщился во сне и что-то пробурчал сквозь зубы, но не проснулся. Кейл тоже только перевернулся на другой бок, откинув руку за край кровати.

Я замерла, стараясь даже не дышать.

«Ну конечно! И где, скажите на милость, нормальные люди разуваются? Ах да, это же боевики, им и в сапогах спать не зазорно…»

Убедившись, что оба снова мирно сопят, я осторожно отодвинула предательский ботинок ногой в сторону и, выдохнув, сделала ещё шаг.

Я всё-таки добралась до второй кровати и замерла. Глазами будто сканерами жадно скользила по телу и лицу Кейла.

Обычно угрюмый и такой далёкий, сейчас он выглядел таким… спокойным. Никаких нахмуренных бровей, никакой привычной мрачности. Просто парень, который наконец позволил себе расслабиться.

Я наклонилась чуть ближе и заметила, что одеяло сползло с его руки. На предплечье проступал странный узор. Он тянулся по ключице аж до груди. Не татуировка, не шрам — линии словно сами собой собирались в рисунок. Созвездие.

Прикусила губу, всматриваясь: звёзды, соединённые невидимыми нитями, сияли холодным светом, будто на коже живьём отпечатался кусочек ночного неба.

И тогда я почувствовала.

От узора исходила чуждая аура — ледяная, вязкая, словно цепи, накинутые на душу. Моё собственное ядро магии встрепенулось, будто зверь, почуявший хищника. В груди защипало, магия пробормотала предупреждение: «Не трогай». А потом другой импульс, куда более жёсткий: «Уничтожить. Немедленно».

Я зажала ладонью рот, чтобы не выдохнуть слишком громко. Это не просто метка. Это проклятие. Настоящее. Сильное. Глубоко вплетённое в его суть.

Кто мог наложить такое?..

И зачем?

Не знаю, чем я дальше руководилась, раз решила потянуться рукой и коснуться узора на коже, но… Буквально в нескольких сантиметрах мою руку перехватили за запястье и больно дёрнули. Я подняла глаза — и встретилась с злым ледяным океаном, бушующим во взгляде Кейла.

— Никогда не прикасайся ко мне, если хочешь жить!

Угроза в самой чистой концентрации. Обжигающая и болезненная — и всё это из уст того, кто мне нравится, ещё и таким обволакивающим приятным голосом. Мда… не таким я представляла наш первый разговор и не подобные слова, слетающие словно клинки с его губ.

— С добрым утром, Снежинка! — раздалось со стороны голосом Илара. — Не обращай на Чёрного внимания. Он всегда с утра не в духе. Вот если бы ты к нему со свежими булочками и сладким чаем… — мечтательно протянул он, потягиваясь, от чего мышцы под его кожей пришли в движение.

Но меня это мало волновало. А вот рука на запястье, всё ещё удерживающая меня, будто капкан, — очень даже.

Кейл держал моё запястье так, будто оно — ключ к его проклятому созвездию. Пальцы сжимали крепко, даже больно, но я и дёрнуться не решилась — в его взгляде не было ни намёка на жалость.

— Отпусти… — прошептала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, а не так, как на самом деле — со смесью паники и глупого восторга.

Он прищурился, выдержав ещё несколько долгих секунд, и только потом разжал пальцы. Рука вспыхнула красными следами от его хватки, а кожа ещё долго помнила холод его пальцев.

Я тут же спрятала её за спину и, стараясь скрыть дрожь в голосе, хмыкнула:

— Интересный способ сказать «доброе утро», надо признать.

Илар, всё это время лениво наблюдавший за нами из-под ресниц, едва не расхохотался:

— Не смотри ты на неё так, будто задушить готов.

— Заткнись, — процедил сквозь зубы Кейл и, не глядя больше на меня, сел на кровати, опустив ноги на пол. Его плечи напряжены, словно он собирался уйти или, наоборот, встать на защиту.

А я… я впервые за долгое время ощутила, что между нами есть что-то куда опаснее, чем ненависть или равнодушие.