Чили

28

Ничего не мог с собой поделать — хотел ее до черных точек перед глазами, и первый раз показался лишь аперитивом, разбудившим настоящий голод. Да еще какой! А она — такая маленькая, легкая, горячая и чувственная — смотрит на него исподлобья и трепещет мокрыми ресницами, сама не понимая, что творит с ним. Как ее вообще отпускали прежние любовники? Куда они смотрели? Разве такой можно позволить уйти? А с другой стороны, ему повезло, что она осталась одна и ни в кого не влюбилась за это время. Отдать бы — не отдал, но сложностей бы добавилось.

Только нужно было все же сначала накормить девочку, а потом обязательно продолжить.

Пока она онемела от его слов, он воспользовался ее податливостью, завернул в халат, вытерся сам и утащил ее обратно в кухню.

— Не пошло бы теперь все к чертям… — подошел к плите.

Чили выглянула из-за спины:

— Ну даже не знаю, — усмехнулась коварно, — приму ли я такой ужин для отчета в блог…

— Отчитаешься, горячо ли было слизывать с моих пальцев остатки чили, — зажег конфорку снова, выудил со дна сковородки чеснок и перец и отправил их в мусорку. — Думаю, так даже лучше — больше вкуса.

— Это точно, — усмехнулась она за спиной. — Может, ты все же оденешься?

Он обернулся к рыжей, смущенно кусающей губы и старательно отводящей глаза.

— Я тебя смущаю? — прищурился, усмехаясь. — Может, мне фартук надеть?

— Давай, — подначила бестия, — а я сфоткаю! Сзади вид будет — отпад!

— Спереди тоже неплохо, — повернулся к плите. Вспомнить бы, что там дальше надо делать по рецепту. Хорошо хоть лапшу успел приготовить. Все мысли были о рыжей в халате. А лучше — без халата. — Подай джинсы, а то я спалю тут все сейчас.

— Главное, себе не спали ничего, — хихикала Элль.

— Только с тобой, — сцепил зубы.

Да что же это такое?! Креветки снова зашипели на сковороде в ароматном масле с соком чили и чеснока, а ему пришлось вздохнуть несколько раз, чтобы влезть в чертовы джинсы! «Сейчас ты у меня дохихикаешься», — пообещал себе, еле застегивая молнию и болезненно морщась. Бросил короткий взгляд на рыжую, и та сразу закусила губы. Улыбнулся и взял помидор.

Еще никогда секс для него не пах так остро и пряно. Будто его вожделение смешивалось сейчас с насыщенным ароматом мелко нарубленного базилика, а ощущение ее взгляда в спину, трепета, предвкушения и смущения заставляли все чувства обостриться до предела. Это был какой-то новый рецепт, их собственный, выдержанный временем, но не потерявший свойств, наоборот — ожидание и время пошли обоим на пользу. Теперь он точно знал, чего хочет.