Чума Эпсилона

Глава 2

Это же бот, он так и неделю простоять может.

Но для того, чтобы держать тетиву натянутой, нужна выносливость, а выносливость тратится даже у ботов. Поэтому тетива натянута не была.

Он только начал это делать, убирая наконечник стрелы от моей груди, а я уже приставил к его голове большой и шумно стреляющий револьвер охотника на ведьм.

Не думаю, что бот собирался в меня стрелять. Убивать моего персонажа в вирте было бессмысленно и не приблизило бы эльфа к цели. Скорее, это была дополнительная система оповещения, или, может быть, поехавший на теме эльфов Глорфиндель хотел мне этим что-то сказать.

Ну, у меня тоже было для Глорфинделя послание, поэтому я тут же снес его стражнику башку. Никаких просадок быстродействия при этом игровом момента замечено не было.

Потом я достал из инвентаря склянку с горючей жидкостью и бросил ее на пол. Сразу же вспыхнуло пламя. Я выбрался из дупла на широкую ветку и пристрелил еще одного стражника, бегущего мне навстречу.

Высота тут была небольшая, метров пять, по законам местной игровой вселенной все равно, что с табуретки на пол спрыгнуть. Покрытая изумрудной травой земля пружинила под ногами. Я разбил о ствол мэллорна еще одну склянку и…

— Хватит! — рявкнул Глорфиндель, приземляясь в десятке метров от меня. На этот раз он был в броне. Такого же цвета, как у его стражников, но более искусной и вычурной. На поясе висел меч. — Прекрати уничтожать мое поселение, Торманс! И, Илуватара ради, объясни мне, зачем ты вообще это делаешь!

— Это был жест, — объяснил я.

— Какой еще жест?

— Призванный донести до тебя мое неудовольствие, — у меня был подключен профиль Волшебника, и я видел, как какой-то невидимый хакер пытается разматывать нити из моего цифрового шлейфа. Поскольку за все это время он подобрался только к первому узлу, я сделал вывод, что это специалист крепкого среднего уровня.

Далеко не топового.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — заявил светлейший князь. — Чем ты недоволен? Причем тут я?

Волшебник аккуратно подхватил его шлейф и послал демона… бота-шпиона вдоль нитей. Если защиту Глорфинделю тоже ставили специалисты крепкого среднего уровня, много времени это не займет.

Надо только немного позаговаривать ему зубы.

— Пока ты будешь делать вид, что ничего не понимаешь, я продолжу, — сказал я и подкинул в руке еще одну склянку. — Или мы можем поговорить, как деловые люди.

Похоже, что парню был очень дорог его нарисованный мир. Точнее, его кусок нарисованного другими людьми мира. Настолько дорог, что он перестал придуриваться и отозвал засевших на ветвях лучников.

— Если мы говорим, как деловые люди, то я тем более не понимаю, чем ты недоволен, — сказал он. — Прежде, чем побеспокоить «наследников», которые являются частью государственной структуры, я должен был понять, что ты из себя представляешь.

— Значит, это была проверка?

— И похоже, что ты ее прошел.

Разумеется, это был бред и он просто пудрил мне мозги. Никто такие проверки контрагентам не устраивает. Он скармливает мне липу, понимая, что если я снова здесь, то все еще заинтересован в сделке. Он врет, я знаю, что он врет, а он знает, что я знаю.

Бизнес, построенный на доверии, как же.

Все аферисты обычно так и говорят.

Его «проверка» не вскрыла вообще ничего. Он не узнал, кто я, есть ли у меня группа поддержки, на что я способен на самом деле. Для того, чтобы пострелять несколько малолетних бандитов на нижних уровнях мегаполиса, много скиллов не требуется.

Он сделал ход, у него не получилось. Теперь ему придется за это заплатить.

— То есть, ты на самом деле считал, что я могу оказаться идиотом, который носит эту штуку с собой? Или на что ты вообще рассчитывал?

— Никогда не стоит недооценивать глубину человеческой глупости, — сказал Глорфиндель. — Вероятность того, что ты мог оказаться именно таким, как только что описал, очень мала, но не равна нулю. Я должен был попробовать. Ничего личного, Торманс, это исключительно деловой подход. Те, кто не могут себя защитить, в нашем бизнесе не преуспевают.

— А люди, которых ты нанял?

— Это просто расходники, — сказал он. — Отребье.

— Хотя в этом мы с тобой сходимся, твой процент только что уменьшился до восьми, — сказал я.

— Значит, мы все-таки продолжаем? Приятно слышать голос разума.

Деловые люди не обижаются. Вместо этого они продолжают торговаться.

— Мне нужна эта сделка, — сказал я. — Но если ты попытаешься «проверить» меня еще раз…

— Восемь — это несерьезно, учитывая, какой ущерб ты мне нанес, — убедившись, что я все еще на крючке, он тут же принялся торговаться.

— Какой? — мэллорн оказался не особо горючей деревяшкой. Из дупла все еще валил дым, но языка пламени оттуда не вырывались и пожар не охватил ни ствол, ни ветви. Второй очаг возгорания, который я устроил снаружи, и вовсе потух сам по себе, после того, как выгорела вся воспламеняющаяся жидкость. — Ты мне тоже создал определенные неудобства, знаешь ли. Я теперь в розыске.

— Это решаемо.

— Только решать я это буду уже без тебя, — сказал я.

— Я мог бы помочь с этим, но если ты хочешь сам, то… В качестве извинения я готов понизить свою комиссию до девяти процентов.

Несколько эльфов забрались на дерево и использовали какое-то заклинание для тушения пожаров. Из дупла донеслось громкое шипение и вместо дыма повалил пар. Жаль, но эльфов с огнетушителями я так и не увидел.

— И я прощу тебе убийство моих стражников, — добавил Глорфиндель.

— Разве они не респаунятся?

— Нет. Мне придется заказывать новых.

— Тогда закажи в другом месте, — посоветовал я. — Эти не впечатляют.

Его хакер наконец-то добрался до первого узла. За это время демон Волшебника прошел уже три. Похоже, что я выигрываю в этой гонке.

Алекс, несомненно, видел атаку, но пока ничего не предпринимал. Мы с ним условились, что он начнет противодействовать только когда враждебный хакер пройдет половину пути. Прямой связи мы с Алексом не поддерживали. Это выдало бы мое местоположение, как зажженный в ночи прожектор.

Если пройдет.

— Я подумаю над твоими словами, Торманс.

— Впрочем, я не настаиваю, — сказал я. — Так как мы это сделаем?

— Приходи сюда же через пять часов, — сказал он. — Я приглашу нужных людей и вы поговорите.

— Здесь?

— Это неплохое место, — сказал он. — По крайней мере, было таким, пока ты не заявился.

Хакер добрался до второго узла.

Мой демон прошел весь путь до конца.

Те, кто строил защиту Глорфинделя, очевидно, обучались с Алексом в одной хакерской школе, потому что узлов оказалось всего шесть. Демон прошел их все и добрался до базовой станции — капсулы, в которой покоилось тело Глорфинделя. Как и следовало ожидать, это была одна из самых дорогих моделей, с полным комплексом медицинских услуг, подачей питания и автоочисткой. Из нее действительно можно было не вылезать годами без негативных последствий для организма.

Волшебник запомнил адрес и развеял демона в цифровую пыль, пока его проникновение никто не заметил.

— Значит, через пять часов, — повторил я. — Здесь.

— Да.

— Тогда я не прощаюсь.

Башня Прибытия.

Выход.

— Мне кажется, ты их переоценил, — заметил Алекс.

Я сидел внутри капсулы с откинутой крышкой и гель медленно стекал с моей кожи. Не самое приятное ощущение.

— Лучше так, чем отнестись к противнику недостаточно серьезно, — сказал я.

— Они и до третьей точки не добрались.

— Я и не говорил, что они могут. Я сказал, что это в принципе возможно.

— И ты сделал все, что хотел?

— На данном этапе, да. Но это не последний этап.

— Вылезать собираешься?

— Нет, — сказал я. — Мне нужно повторное подключение. На этот раз можно по вашему стандартному протоколу, шесть узлов. И можешь не отслеживать.

— Личные дела?

— Типа того.

К сожалению, капсула должна была завершить цикл, прежде чем начать новый, так что пришлось ждать.

Джей уже ушла на работу в ночлежке, так что мы с Алексом остались здесь вдвоем. В соседних помещениях были еще люди, погруженные в вирт, и где-то у двери маячил похожий на киборга охранник, но поговорить я мог только с Алексом.

— Чем вы вообще тут занимаетесь? — спросил я. — Просто из любопытства спрашиваю, если что.

— Клуб по интересам, — сказал Алекс. — Промышляем всякой мелочью. Кто-то работает по заказу, кто-то по велению души. Ну, и расслабляемся иногда. Там, откуда ты пришел, такого нет?

— Я из свободных миров, — сказал я.

— А, из отсталых.

— Просто там другие приоритеты, — сказал я.

— Сдохни во имя прибыли корпораций?

— А вы тут во имя чего дохнете?

— Туше, — сказал он. — По большому счету, все мы барахтаемся в одной луже. Вы, там, в свободных мирах, стараетесь сделать ее чуть шире, а мы здесь изучаем дно.

Дна нет, говорил нам Трехглазый Джо. Всегда существует вероятность, что кто-то постучит снизу.

— Надо отдать вам должное, вы глубоко забрались.

— Это старые технические туннели, — сказал Алекс. — Здесь безопасно, а все байки про крыс-мутантов мы распускаем сами. Федералы сюда не суются, мы по всем раскладам для них слишком мелкие, а муниципалах хватает забот на поверхности.

— Энергию крадете у города? — спросил я.

— Да, но аккуратно, — сказал Алекс. — Немного здесь, немного там, все в рамках статистических погрешностей. Здесь тихо, Карл, и я бы хотел, чтобы так оно и осталось.

— Я шуметь больше не собираюсь.

— Я так понимаю, ты и в прошлый раз не собирался, а вышло, как вышло.

— Туше, — сказал я.

— Можно задать личный вопрос? Если он нарушит твои границы, можешь не отвечать.

— Попробуй.

— Что у тебя с рукой?

Я поднял левую руку, согнул в локте, поднес к лицу.

— А что с ней?

— С другой.

— А, это, — сказал я. — Несчастный случай на производстве.

— Капсула пишет… всякое, — сказал Алекс. — Она слишком хороша для обычного протеза.

— Это дорогой протез, — сказал я. — А записи лучше сотри.

— Уже стер, — сказал Алекс. — Ты работал на корпорацию, да?

— Почему думаешь, что сейчас не работаю?

— Тогда бы ты не сидел тут один, без поддержки, да и в гостинице к тебе бы никто не подобрался. Если бы ты в принципе знал о существовании таких гостиниц.

Удачная догадка или он что-то увидел?

— Как я уже говорил, не хочешь, не отвечай.

— Я работал на корпорацию, — сказал я. — Протез делали они.

— Удивительно, что они позволили тебе сохранить его после увольнения.

— Не то, чтобы их мнения по этому поводу кто-то спрашивал.

— «Си-Макс»? — нет, он ничего не увидел, просто стреляет наугад.

Я покачал головой.

— Это уже лишнее.

— Надеюсь, это не те слова, после которых тебе придется меня убить.

— Были такие мысли, — сказал я.

— Капсула готова для повторного подключения.

— Я тоже готов, — сказал я.

Башня Прибытия.

Я подошел к самому краю, с которого все равно было невозможно упасть, и посмотрел на мегаполис. Картинке не хватало детализации. С обычным зрением этого, может быть, и не заметишь, а вот с моим — вполне.

Визит в мир «Королевств» для моей текущей цели не требовался, и я, дождавшись своей очереди, вышел в цифровую копию города.

В прошлый раз хакер Глорфинделя до меня не добрался, а теперь у меня было новое подключение, новые узлы, и он понятия не имел, где меня искать. Я был в безопасности.

Пока.

Я прогулялся до ближайшего сквера и присел на скамейку, делая вид, что любуюсь природой. Мой демон добрался до капсулы Глорфинделя, и я не видел никаких признаков, что системы безопасности самозваного эльфа заметили это проникновение.

Щелк.

Воспользовавшись адресом капсулы, Волшебник вычислил физический адрес, по которому она была установлена. Воспользовавшись физическим адресом, он нашел связанные с ним платежные документы. А получив платежные документы, он выяснил о Глорфинделе все.

В реальности этого типа звали Жан-Жак Вильнев, ему было восемьдесят девять лет. Одинок, ни родственников, ни друзей. Хронических болезней и показаний для постоянного пребывания в капсуле у него не было. Похоже, ему просто нравилась такая жизнь.

Он выстроил свой бизнес, сидя в вирте, но был достаточно влиятельным человеком в реале. Он был богат. У него были связи. Он был опасен и чувствовал себя безнаказанным. До него можно было добраться в вирте, но смерть персонажа игровой вселенной никак не отображается на владельце, да и персонаж может легко воскреснуть. А в реале к нему было не подобраться, он превратил свое жилище в настоящий сейф и нанял лицензированных охранников, вооруженных отнюдь не игрушечными пистолетами.

Даже мне потребовалась бы пара дней подготовки, если бы я собрался брать его апартаменты штурмом.

Но мне это было не нужно.

Я не сомневался, что после моего первого визита он ни с кем не связывался, а решил попробовать урвать большой куш в одиночку. Сто процентов — куда лучше, чем десять, к тому же, он мог выторговать у «наследников» дополнительные преференции.

Он понял, что я не местный, и решил, что имеет дело с обычным провинциальным дурачком, поэтому не стал особо заморачиваться с планированием, сделав ставку на скорость. Его ошибка заключалась в том, что я был хорошо подготовленным провинциальным дурачком, и местная шпана не смогла составить мне конкуренцию.

Теперь, после провала банды Паука и неудачной попытки отследить меня во второй раз, он, быть может, и готов играть честно, и на самом деле может свести меня с нужными людьми.

Только вот я сам этого уже не хотел.

Я готов был заплатить ему десять процентов до его авантюры, по итогам которой одна из моих личностей оказалась в розыске. Но теперь он был лишним звеном.

Волшебник внедрил в оболочку его капсулы шпионский скрипт, дублирующий трафик сообщений и распределенными пакетами посылающий его в сеть. Делающий это незаметно, как сказал Алекс, в рамках статистических погрешностей. Теперь я мог видеть все его контакты, читать все его переписки и слушать все его разговоры.

Через полчаса я получил все, что мне было нужно.

Глорфиндель таки вышел на связь с «наследниками», и я узнал адрес контакта.

Это был человек, к которому просто так с улицы не зайдешь, и без Глорфинделя я бы информацию о нем не нашел, или искать ее бы пришлось слишком долго. Но сейчас она у меня была, и помощь посредника мне больше не требовалась.

Он напал на меня. Пусть он и не преуспел, его действия все равно требовали ответа.

Как я уже говорил, у него была продвинутая капсула с полным пакетом услуг. Волшебник взломал ее программную оболочку и подделал медицинские показатели Глорфинделя таким образом, чтобы спровоцировать реанимационные процедуры.

Как говорится, вскрытие показало, что больной умер в результате реанимационных процедур…

Я имитировал остановку его сердца, и медицинская начинка капсулы принялась бить его током, и продолжала делать это до тех пор, пока сердце действительно не остановилось. Параллельно капсула попыталась вызвать бригаду медиков, но я перехватил сигнал, и клиника его не получила.

Я отнюдь не наслаждался тем, что я делаю, но он не оставил мне выбора. Заключать сделку при участии человека, который один раз уже пытался тебя поиметь, было глупо, и если существовала хоть какая-то возможность этого избежать, ею следовало воспользоваться.

Через пять минут все было кончено. Я подождал еще парочку для верности, а потом вернул все показатели к нормальным значениям, восстановил оболочку и убрал все следы своего вмешательства.

Если бы у Глорфинделя были наследники, они могли бы засудить производителей капсулы за вызванный производственным браком технический сбой.

Думаю, что на этот раз Трехглазый Джо был бы мной доволен.

Но не то, чтобы меня сильно интересовало его мнение.