CRM. Просто о несложном. Настольная книга хорошего пилота

Что такое CRM?

Наиболее частым ответом на вопрос «Что такое CRM?», который я обязательно задаю в начале занятия, является примерно следующее:

— CRM?.. Ну, это когда в кабине дружеская атмосфера, никто не кричит, пилоты вежливо и уважительно относятся друг к другу.

Много лет назад, когда CRM в авиации меня еще не очень-то интересовал, но что-то о нем я уже слышал, у меня было точно такое же понимание: если командир на тебя не орет или хотя бы не лезет в душу своими нравоучениями, то есть тебе с ним комфортно, — значит, в экипаже хороший CRM! Все просто!

Прошло два десятка лет, и по моим наблюдениям такое понимание CRM до сих пор имеет место если не у большинства пилотов-соотечественников, то у многих точно.

Я попытаюсь развенчать сей устойчивый миф.

«Добрый» и «Строгий»

Задумайтесь, пожалуйста: с кем бы вы хотели лететь на проверку?

a) С «добрым проверяющим», который в доску свой, но работает не всегда (или всегда не) в том порядке, которого требуют стандартные эксплуатационные процедуры (SOPs), не особо задумывается о соблюдении правил стерильной кабины. Но — главное! — не лезет вам в душу, и вы точно знаете, что достаточно долететь до аэродрома назначения и проверка у вас в кармане. Вы еще ни разу не слышали, чтобы он ставил кому-то «фэйл»1.

b) Со «строгим проверяющим», который требует точного соблюдения процедур, рекомендаций, правил стерильной кабины, задает вопросы для проверки ваших знаний, и вы точно знаете, что он из тех, кто ставил «фэйлы» вашим друзьям. Но — важно! — вы с ним еще не летали.

Если вы выбрали пункт b), то похоже, вы достаточно уверенный в себе пилот. Поздравляю!

Следует заметить, что в обоих случаях я не указал полную характеристику проверяющих — намеренно опустил важное условие: «орет/не орет в кабине».

Задумайтесь на минутку: как вам, после приведенных выше описаний, подсознательно кажется — кто из этих двух проверяющих склонен «орать в кабине»? (Слово «орать» вы можете заменить на рифмующееся, часто применяемое в отношении критики проверяющих в адрес проверяемых).

Уверен, ваше воображение с большей готовностью применит эту характеристику к еще незнакомому вам «строгому проверяющему», о котором вы столько страхов от коллег наслышали.

Почему?

Возможно, причина кроется глубоко в подсознании, еще со школьных времен. Так уж повелось в нашем обществе, что требовательность ассоциируется со строгостью, а последнее — с давлением, оказываемом на нас. В том числе и с «ором».

Когда мы впервые летим с неизвестным проверяющим, то, собрав о нем доступную информацию и слухи, начинаем либо расслабляться («А ладно, и так прокатит!), либо суматошно готовимся к рейсу, а то и заболеваем внезапно «медвежьей болезнью» и рейс пропускаем — лишь бы не лететь со страшным экзаменатором.

Хорошо. Я добавлю необходимые вводные: они оба не орут.

Первому инструктору понравиться весьма просто — достаточно тоже быть «хорошим парнем», особо не тупить и показать, что, собственно, ты знаешь, где у самолета штурвал (или сайдстик) и как им пользоваться. Он практически никогда не делает замечаний, не обращает особого внимания на ваши отклонения от установленных процедур и докладов, да и сам не очень-то напрягается их точным соблюдением. Он не мучает вас вопросами, разве что с целью поучить, как надо делать… ну, то есть тому, что он сам считает правильным.

Второй инструктор вежлив, но задает вопросы, например: «Что у нас с погодой?», «Прочитай этот SIGMET, пожалуйста», «А что означает BECMG?» — и тому подобные. В полете он работает, педантично соблюдая установленные процедуры и доклады, а после обязательно помучает вас вопросами для проверки теоретических знаний по самолету, правилам и процедурам, запишет выявленные замечания и, если вам-таки повезет, то допустит к дальнейшим полетам. В общем, все делает так, как предписано соответствующим документом авиакомпании. Не больше и не меньше.

С кем из этих двух проверяющих вам лететь заранее комфортнее?

Скорее всего, с первым.

Внимание, вопрос!

Если вам с ним комфортнее, то означает ли это, что у первого проверяющего CRM лучше, чем у второго?

Чей CRM лучше?

Вежливость и уважительное отношение друг к другу не только в кабине, но и вообще в жизни, являются нормой поведения в обществе. Быть хорошим парнем-пилотом, вежливо относится к другим, но при этом спокойно допускать отклонения и работать не так, как от тебя ожидает коллега в угоду каким-то собственных привычкам — это, увы, не лучшая демонстрация CRM в кабине самолета.

Удивительное противоречие: да, вам кажется комфортным лететь с этим человеком, и при наличии выбора из двух проверяющих вы с готовностью выбрали бы его, но…

Безжалостная правда заключается в том, что как бы комфортно вам не было, описанный выше «добрый проверяющий» и «хороший CRM» являются понятиями радикально противоположными. Пример, который он подает своей работой — это демонстрация крайне плохого CRM, которая в перспективе может оказать негативное влияние на ваше становление как безопасного пилота, если подобную модель поведения вы у него позаимствуете.

Более того, иногда CRM может быть и «с зубами», если того требует ситуация. То есть придется рявкнуть — и это будет хорошим CRM, если позволит повернуть течение данной особой ситуации в безопасное русло.

Что же плохого в работе «доброго проверяющий», с которым так комфортно?

Мы еще не дошли до обсуждения принципов CRM, соблюдение которых делает его хорошим пилотом, поэтому сообщу авансом: из того описания, что дано выше, явно следует, что «добрый» допускает нарушения принципов стандартизации и взаимодействия.

«Добрый» проверяющий отклоняется от стандартных процедур, докладов, не соблюдает правила стерильной кабины. Одних этих фактов достаточно, чтобы получить «фейл» при прохождении проверки у «строгого проверяющего», так как так называемые «нетехнические навыки»2 данного пилота не соответствуют требуемым.

Тем не менее вряд ли я ошибусь, если скажу, что каждый российский пилот сможет привести примеры подобных «добрых проверяющих», «добрых командиров» и «отличных парней — вторых пилотов».

Занимательным фактом является следующее, не раз наблюдаемое мной (в том числе и по личному опыту), явление.

По мере роста профессионализма пилота, его знаний, навыков, уважения к соблюдению «нетехнических скиллов» (например, появления привычки работать в строгом соответствии с установленными SOPs), понимание комфортности… меняется! Такому пилоту будет некомфортно лететь уже с «добрым» проверяющим, который SOPs не уважает и демонстрирует вольное и непрогнозируемое поведение в полете. Пилот скорее захочет полететь со «строгим», уважая его опыт и знания, желая получить конструктивную критику своей работы. Да и с точки зрения пресловутого комфорта, как ни удивительно, с ним лететь ему теперь будет куда предпочтительнее.

Очень комфортно летать в экипаже, в котором оба пилота знают банальные принципы чертового CRM, понимают и — главное! — их соблюдают.

Вывод

«Хороший парень» и «вежливое, уважительное отношение» — это норма, но не единственный признак правильного CRM.

Да, кстати, хорошие навыки CRM — это тоже норма сегодняшнего дня. CRM настолько прочно влился во все аспекты авиационной отрасли, что белой вороной в ней выглядит тот, кто пользу CRM отрицает.

Это примерно так же глупо, как утверждать, что Земля — плоская.

Свой путь

Ни одно занятие по CRM не обходится без воспоминаний о том, как плохо было раньше и как вдруг все стало куда лучше. Когда-то самолеты падали из-за несовершенства техники, но потом сила научного прогресса привела к тому, что самолеты стали падать исключительно из-за несовершенства человека.

В общем, вы и без меня это знаете, а если нет, то не раз еще услышите от преподавателей в учебных центрах, поэтому не буду рассказывать о том, как ужасная катастрофа на Тенерифе подтолкнула клятых капиталистов к зарабатыванию денег на обязательных курсах CRM.

Надеюсь, вы понимаете, что это сарказм.

Только вот ни на одном занятии я не слышал, чтобы на курсах рассказывали о том, как проходило внедрение CRM в США, первой стране, где эта «псевдонаука» и появилась. По умолчанию там все шло легко и просто — по крайней мере так показалось мне, когда я, еще молодой и стройный, начал краем уха слышать про CRM.

В наших учебных центрах преподаватели («сбитые» пилоты, экс-военлеты и дипломированные психологи), очень любят говорить, что в России мы, дескать, «не можем просто взять буржуйский CRM и скопировать», ведь «наш менталитет и западный сильно отличаются». Якобы «нам нужен свой CRM», со скрепами. И вообще, «советские психологи еще в 50-х проводили исследования, так что ничего нового в сиэрэме нет. У нас должен быть свой путь! Профессор Пономаренко3 наш рулевой!»

«Мы должны изобрести свой велосипед! Пусть он будет с квадратными колесами, зато свой!» — вот так можно характеризовать лозунги идейных преподавателей отечественного CRM.

Таким видят отечественный CRM иные преподаватели

Парни и девчата! Все это вода и очковтирательство из-за незнания материала. Если вам в руки попадет указанный ранее талмуд Crew Resource Management, то уже во вступительной части авторы этого самого CRM повествуют о том, что внедрение его в США отнюдь не было простым и гладким.

Barbara G. Kanki, Robert L. Helmreich, José Anca. Crew Resource Management. 2nd edition

«…Подготовка в области CRM, как и любой другой новый подход в хорошо „устаканившемся“, традиционном предприятии, не получила всеобщего признания в первые годы своего существования. Многие менеджеры авиакомпаний тянули время; они утверждали, что все равно это делают, просто не под названием CRM. И кроме того, у кого-нибудь вообще есть доказательства, что новое обучение эффективно? Федеральная авиационная администрация (FAA) поначалу отнеслась к этой области с некоторой долей скептицизма, несмотря на ряд рекомендаций Национального совета по безопасности на транспорте (NTSB) о том, что авиакомпаниям требуется обучение CRM».

В Штатах столкнулись с точно такими же проблемами непонимания «высоких материй», с теми же доводами больших начальников, что «под другим названием, но мы это давно используем», со скептическим отношением со стороны авиационных властей и т. д. и т. п. «Пилоты с другим менталитетом» демонстрировали удивительно схожее отношение к культуре безопасности. В западных экипажах существовала проблема «царизма», «мачизма», вольного отношения к соблюдению правил и процедур — в книге авторов CRM приведено множество подобных примеров.

В общем, принципиальных различий (по крайней мере в проблемах) точно не наблюдалось. Я не смог найти каких-либо значимой разницы в их «пути».

Мы, россияне, не отличаемся от заклятых заокеанских друзей так, как, например, отличаются от западного мира корейцы или японцы, у которых молодой человек скорее даст себя убить, чем сделает замечание старшему5.

Да, с проблемой «старший-младший» в России не все гладко, но, поверьте, — нам на многие порядки проще, чем азиатам. И уж точно не намного сложнее, чем за океаном в те годы, когда там решили насаждать CRM и столкнулись с аналогичными проблемами.

Предприимчивые заклятые друзья довольно быстро взяли ситуацию под контроль и приняли CRM на вооружение, из года в год развивая его понимание и применение, ну а мы…

Мы до сих пор (с 1997 года) спорим о том, надо или нет тренировать CRM, развивать навыки безопасного поведения.

В большом авиационном мире уже не одно десятилетие признано, что внедрение CRM во все сферы авиационной деятельности дало значительный положительный результат. Более того, вслед за внедрением CRM в авиации и признанием положительного эффекта, схожие принципы стали внедрять в других сферах человеческой деятельности: на железнодорожном и морском транспорте, в медицине и в пожарном деле. Пилоту, отрицающему CRM и тем более демонстрирующему навыки плохого поведения, заказан путь в приличную авиакомпанию!

Ну а мне, российскому пилоту, публицисту-общественнику, и в 2025 году приходится периодически встречать заявления, в том числе и от молодежи, как под копирку повторяющие бред непонимающих своего предмета преподавателей из моего уже отдаленного авиационного прошлого.

CRM — панацея от всех бед?

CRM показал безусловную эффективность, но тем не менее CRM — не панацея. Ни один курс CRM не обеспечивает 100% гарантии отсутствия авиационных происшествий.

Катастрофы все еще происходят, и теперь их совершают люди, неоднократно курсы CRM посетившие, что позволяет критикам CRM провозглашать: «И где же был этот ваш хваленый CRM?»

Увы, но во всех этих катастрофах или инцидентах, случившихся по вине человеческого фактора (а иных сейчас и не происходит практически), всегда можно найти признаки плохого CRM.

Повторю: во всех катастрофах по вине человеческого фактора всегда можно найти признаки плохого CRM. Или отсутствие правильного CRM вообще.

То есть не CRM привел к плохому событию, а недостатки или отсутствие CRM в работе конкретного экипажа сделало событие возможным, что, конечно же, говорит о том, что система подготовки в данной авиакомпании дала сбой — и причин тому может быть масса.

Очень часто причиной является некомпетентность руководящего и инструкторского состава. Как работают инструкторы — так работают пилоты, и если в один не самый прекрасный день одно наложилось на другое, а затем добавилось третье, четвертое…

Мы не роботы, мы не можем работать идеально. Авиация — это отрасль, связанная с риском. Мы совершали, совершаем и будем совершать ошибки. На нас со всех сторон давят: погода, расписание, планирование, бытовые проблемы, диспетчеры, пассажиры, самолет подкидывает каверзы… Давят и недалекие руководители, требующие достижения каких-то показателей, не всегда совместимых с идеями безопасности полетов.

При всем этом авиация умудряется быть самой безопасной транспортной отраслью, что не мешает публике бояться летать — потому что наши катастрофы обсасываются журналистами куда более охотно, чем ежедневные аварии на МКАД.

Что же касается курсов CRM, то вот вам наисвежайший пример, который я получил в виде комментария к публикации первой главы этой книги на Дзене:

«Вот только был на курсах „CRM“, в АУЦ компании, пишу на ходу. Не перестаю удивляться: преподаёт какой-то мужик (скорее всего, военный) лет 65—75, первое что сказал: „Этот ваш CRM — фигня на палочке в стеклянной баночке, враждебная наука вонючих капиталистов. Вот военные на Су-24 летают в двух метрах над землей, вот они профессионалы! И у них нет никакого CRM“. Тупые пиндосы (американцы) не могут выучить отказы, только по книжечке все читают (имеется ввиду QRH, я так понимаю). А надо все наизусть учить!»

Прошелся также и по пилотам РФ, поностальгировал по советским самолётам: современные, говорит, — это игрушки, а не самолёты. Продолжил историей CRM, иллюзиями, а далее включил кинцо про катастрофу на Тенерифе и ушел. Прямо вот в точь точь как вы, Денис Сергеевич, пишете.

Я повозражал немного, сказал что CRM — это основа коммуникации в экипаже, что в любой авиакатастрофе можно найти плохой пример CRM… Изложить до конца свою точку зрения мне не дали. Прервав, преподаватель посмотрел на меня яростным взглядом и сказал:

— Молодой человек, вы точно хотите пройти этот курс? Или вы собираетесь лично через начальство сдавать CRM?

Такие дела. Очень надеюсь что таких примеров мало, как-то не по себе от таких „ занятий «».

Как вы считаете, если человек прошел такие вот курсы, а потом допустил авиационное происшествие — это CRM был плохой или преподаватель оказался не очень?

А может, руководителю летной службы авиакомпании, отправляющему пилотов на подобные курсы, пора достать ножницы и поступить как офицер — порезать свое пилотское и уйти с почетом на пенсию? Прихватив с собой директора авиационного учебного центра, допускающего наличие бездарных… да чего там — преступных преподавателей!

Да, CRM — это не об инфантильных добрых парнях-тюфяках. CRM должен быть с зубами — и в первую очередь для того, чтобы исключить из авиации подобных руководителей и преподавателей во имя обеспечения безопасности полетов.

В чем же помощь от изучения CRM?

В том, что мы тренируемся, учимся минимизировать возможность совершения ошибок посредством применения простых до банальности истин — принципов правильного, безопасного поведения, иначе именуемых «принципами хорошего CRM».

CRM — это набор банальных жизненных и рабочих принципов, которые существовали и работали всегда, но не были четко описаны, структурированы и — важно! — не существовало методик обучения. CRM все это предлагает.

Русский язык появился задолго до того, как его изучили и описали правилами. Но когда правила структурировали, описали — и понятнее стало, и учить людей русскому языку стало проще.

Другой пример — библейские заповеди. Неужели до того времени, как Моисей записал десять заповедей, в почете были убийства, воровство и прелюбодеяние? Сомневаюсь. Думается, что соответствующее отношение существовало и до появления Библии, но она стала хорошим инструментом обучения правильному поведению в обществе. Говоря образно, появился документ, на который можно было сослаться.

Разве до появления CRM пилоты не принимали хорошие решения? Разве не было таких командиров, которые советовались с экипажем, прежде чем справиться с надвигающейся угрозой — которую они, опять же, распознали и без курсов CRM?

Все это, конечно же, было.

Но только вот у кого-то было, а у кого-то нет. Кто-то интуитивно правильно взаимодействовал, обращался к экипажу за помощью в работе, а кто-то играл в царя в кабине и самодурствовал.

Но и те самородки, у кого от природы или от воспитания было правильное поведение, не всегда могли четко и по полочкам разложить порядок своих мыслей, не всегда могли научить такому же своих коллег. Не было обоснованной базы для подтверждения эффективности именно такой модели взаимодействия, не было инструмента, с помощью которого можно было бы распространить проявившие себя полезные качества — обучить тех пилотов, которым от природы они даны не были.

Долгие годы авиакомпании делали упор на индивидуальном мастерстве пилота, на его умении крутить штурвал, на авторитете мудрого КВС, а роль второго пилота принижалась — и это я сейчас не про СССР и Россию пишу, а вольно пересказываю информацию из книги CRM, 2-е издание. При этом, конечно же, все сказанное применимо и к нашей истории авиации.

То есть авторитаризм КВС не просто присутствовал как следствие слабости человеческой сущности — он поощрялся авиакомпаниями!

Вот такая вот жуть творилась.

Согласно основоположникам, CRM — это методы обучения пилотов умению сработаться в команде в целях повышения эффективности и безопасности полета.

CRM — это не наука!

В стенах отечественных авиакомпаний и учебных центров можно услышать устойчивое выражение «CRM — это вражеская наука». Не буду спорить о том, насколько он вражеский, но утверждать, что это наука, неправильно в корне!

Когда-то изобрели радиоприемник, то есть прикладное применение теоретических и практических изысканий. Одни люди изучали теорию радиоволн, проводили исследования и эксперименты, а другие поставили изготовление приемников, работающих благодаря этим исследованиям, на поток. Точно так же CRM стал результатом исследований и набором инструментов, который продолжает пополняться благодаря неустанной работе ученых мужей и накоплению данных, которые можно исследовать.

CRM — это рабочий инструмент, а не наука.

CRM — это прописные истины

От многих пилотов можно услышать слова: «CRM — это то, что каждому человеку и так понятно».

И эти ребята чертовски правы!

Принципы CRM — это ни что иное, как банальные житейские истины, которые нам известны с младых лет. Так или иначе на уровне подсознания мы понимаем, что имеется в виду, когда вокруг говорят о рисках, ошибках, усталости, о необходимости соблюдать правила, о том, к чему приведет их несоблюдение и тому подобное.

Принципы хорошего airmanship (летного мастерства) были описаны задолго до победного шествия CRM по миру, и они вполне совпадают с теми, что проповедуют пророки последнего, что позволяет некоторым глубоко не копающим антагонистам заявлять, что авторы CRM просто-напросто сперли идею и теперь продают под новым соусом.

Есть важный нюанс: airmanship пилота — это индивидуальные навыки, а CRM пилота — это навыки хорошего участника команды. CRM больше применяется к команде, к экипажу, хотя есть понятие «CRM однопилотной кабины» — ведь даже один пилот все равно взаимодействует с ресурсами как внутри кабины, так и вне ее.

Занятный, не раз мною наблюдавшийся факт: если попросить возопившего о ненужности CRM человека описать, как он, к примеру, принимает решения, то скорее всего, он не сможет нарисовать четкую модель, даже если задумается.

— Э-э-э… Ну, думаю и принимаю. Чего тут рассказывать-то? Подумал, проанализировал — принял решение. Ну это же интуитивно ясно! — вот примерно так мне отвечают.

Интуитивно-то ясно, да. Многие решения — особенно у опытных пилотов — действительно принимаются посредством интуиции, на основании собственного прошлого опыта.

А какой совет он может дать новичку, у которого еще нет ни опыта, ни интуиции?

Как насчет собрать все факты о ситуации? Учесть все мнения, а не только собственную интуицию? Оценить риски, пересмотреть ситуацию через некоторое время после принятия решения? Многие беды случились от того, что какие-то факты учтены не были или решение не было пересмотрено после появления новых вводных, не были озвучены сомнения коллегами по кабине по причине слабой коммуникации, а если озвучены были, то не услышаны. Говоря иначе, — по причине недостатков в обеспечении CRM.

CRM раскладывает процесс принятия решений по полочкам, и нам, пилотам, достаточно проникнуться идеей, опробовать ее и следовать ей в реальной работе — день за днем, из полета в полет. Таким образом наша работа станет чуточку безопаснее.

Вот так работает CRM.

Так просто?

CRM — это практика

Увы, не очень просто.

Да, можно (и очень полезно!) слушать толкового инструктора и самостоятельно читать материалы и книжки о CRM. Еще лучше — изучить науку о человеческом факторе и ограничениях человека хотя бы в том объеме часов, в котором ее изучают в авиационной академии Оксфорда, и предлагают в книгах для подготовки к сдаче экзамена на ATPL.

Для того чтобы от CRM была действительная польза, одного проникновения идеями недостаточно. Необходимо тренировать навыки работы по принципам CRM.

И вот тут следует напомнить, что важная идея CRM (как ее видели авторы) в том, что это в первую очередь тренинг, ориентированный на командную работу.

Полноценный курс первоначальной подготовки CRM может занимать несколько дней. Группа тренируемых не только выслушивает речи инструктора и просматривает слайды из серии «Расследования авиакатастроф» с плохим переводом с английского, но в обязательном порядке участвует в «играх» — тренировках командного решения задач, например.

«А теперь давайте поиграем в летчиков!»

«Игры» записываются на видео, после чего участники могут посмотреть на себя со стороны, совместно с инструктором оценить свое участие в команде. И зачастую участник видит не себя (каким он себя представляет), а совершенно иного человека, так как будучи захваченным «игрой», не замечал свое не всегда правильное поведение. Например, излишне давил мнением, перебивал других, отмахивался от предложений. Либо, наоборот, вел себя тихо и скромно и даже имея дельное предложение, так и не попытался донести его до команды из-за своей неуверенности, стеснительности или следования принципу «не высовывайся», сгубившему не одну тысячу пассажиров в истории авиации.

Возможность посмотреть на себя со стороны позволяет умному человеку внести коррективы в свою модель поведения, и пусть не сразу, но со временем — измениться.

Пожалуй, следует дополнить предыдущий абзац уточнением: умному человеку, желающему и готовому меняться в лучшую сторону. Умеющему критически взглянуть на себя и признать свои недостатки.

Не каждый человек проникается идеей самокритики и меняет свое поведение. В полном соответствии с выкладками психологов, некоторое количество пилотов даже после очевидных фактов остается несогласным с негативной оценкой своего поведения и пытается убедить не только себя, но и остальных, что он — молодец, а CRM фуфло. Так сознание защищает собственную зону комфорта.

Некоторые пилоты считают, что в их жизни и так все идет гладко, потому что они родились со звездой CRM во лбу, а занятия рассматривают разве что как возможность отоспаться на галерке, считая их бесполезной тратой времени. Не раз и не два встречались мне такие люди и могу засвидетельствовать: да, то были те самые «хорошие парни» из начала этой книги, но с точки зрения беспристрастной оценки нетехнических навыков им всем было над чем поработать.

CRM — это норма жизни

Многие принципы CRM без каких-либо изменений применимы в обычной жизни.

Все мы знаем, что нельзя переходить дорогу на красный свет. Бегать, уворачиваясь от машин, тот еще риск, поэтому вряд ли вы побежите через три полосы в девять утра на МКАД.

А если рядов всего два, машин поблизости не видно, но рядом стоит машина ДПС — будете ли вы переходить дорогу на красный свет?

Скорее всего, тоже нет — ведь есть очевидный риск получить штраф.

А что если нет ни машин на дороге, ни ДПС?

Если вы в состоянии удержаться от соблазна нарушить правила несмотря на то, что риски неочевидны, то, поздравляю, вы — педант! В обычной жизни вы демонстрируете навыки правильного поведения, и мне верится, что и в самолете вы проявляете ответственность.

Можно привести множество примеров, в которых модели поведения CRM идентичны как в самолете, так и во взаимоотношениях с супругой, например. Если вы привыкли в семье утверждать свою роль безусловного лидера-диктатора (читай, конфликтовать), то с большой долей вероятности перенесете эту модель поведения и в кабину, примените ее к молодому второму пилоту, к стюардессам, к сотрудникам наземных служб…

Самоутверждение за счет других является прямой дорогой к плохому взаимодействию, к риску того, что ошибка будет совершена и не исправлена. Вам попросту не посмеют возразить, побоятся подсказать в тот момент, когда вы будете опасно неправы.

Соответственно, о каком хорошем CRM может идти речь?

Все мы неидеальны, но имеем шанс исправиться.

Если вы узнали в данном примере себя, но при этом остаетесь человеком разумным, то, критически проанализировав собственный характер, призна́ете подобное поведение ошибочным и будете учиться снижать свой градиент авторитета, уменьшать тягу к созданию конфликтных ситуаций. Тренироваться этому следует не только в кабине, но и в семье, в очереди в магазине — везде. Вы начнете тренировать умение выходить из созданных кем-то (даже не вами) конфликтных ситуаций, не дожидаясь очередного группового занятия в учебном центре (если оно вообще будет).

А если вы не только разумный, но еще и умный, то будете учиться не создавать конфликтные ситуации. Будете сглаживать собственное поведение. Будете учиться контролировать собственную раздражительность.

Как-то раз слетал я в Джедду (Саудовская Аравия) со вторым пилотом-арабом. Приземлились, рулим потихоньку к месту стоянки. Заруливаем, выключаем двигатели, выполняем процедуры, читаем чек-лист и жмем друг другу руки. Я начинаю заполнять бортжурнал, он заканчивает работу с документацией. Через минуту спрашивает:

— Кэптэйн, а что мне написать, почему мы не рулили на одном двигателе?

В авиакомпании принято всегда, когда это возможно, применять процедуру заруливания на одном двигателе после посадки. А если она не применялась, то в электронном задании на полет в соответствующем примечании следует указать причину.

Отвечаю:

— Я думаю, что в Джедде это не разрешено, — подразумевая, что в Части С РПП для этого аэропорта есть соответствующий запрет на руление на одном двигателе, о наличии которого я знаю точно.

Второму пилоту пилоту этого было достаточно, ну а мне вдруг подумалось: еще несколько лет назад я бы, пожалуй, вместо указанного выше ответа съехидничал: «О, значит, ты не читал РПП и не знаешь, что в Джедде не рулят на одном?» Подобная едкость (типа юмор) весьма распространена среди российских командиров, и вторые пилоты, привыкшие к такому поведению (тем более, если это маленькая авиакомпания, где каждый знает друг друга как облупленного), скорее всего и не обиделись бы. Ну а здесь, в зарубежной авиакомпании, так ехидничать не принято — не поймут. Разве что ну очень театрально это высказать и обязательно дружески улыбнуться.

В общем, пришлось мне понять, осознать, подстроиться и научиться сглаживать углы заранее, применяя корректное для данных условий поведение. На это ушли годы.

Подумал я также и о том, что в следующий раз правильным будет дополнить предпосадочный брифинг информацией о том, что после посадки в Джедде выключать двигатель мы не будем.

В уже не раз упомянутой книге было замечено, что после внедрения обучения CRM, даже несмотря на отмеченную эффективность курсов сразу после их проведения, через некоторое время ситуация плавно возвращалась к изначальной, что в итоге привело к пониманию необходимости проведения периодических курсов — для «освежения».

Вместо разовых занятий были внедрены периодические курсы CRM, параллельно менялся подход к проведению тренажерных подготовок… В общем, пошло-поехало и закрутилось.

CRM — это педантизм

Если вы в жизни привыкли надеяться на авось, на «вдруг пронесет» или на бога, то однажды вас действительно может пронести, и неслабо. И ладно если пострадаете только вы один.

Среди пилотов ходит выражение «пилот — это разумный трус». Я с ним полностью солидарен — лучше быть живым пилотом-трусом, чем мертвым героем, утащившим вслед за собой три сотни пассажиров.

Марк Лазаревич Галлай6 в своей книге «Через невидимые барьеры» процитировал одного из летчиков-испытателей той эпохи (по-моему, Михаила Громова):

— Хороший лётчик умеет делать всё то же, что и плохой, но, кроме того, достоверно знает, чего нельзя делать.

Это выражение запомнилось мне с детства, и оно вполне работает, когда примеряешь его на себе или на тех, с кем приходится работать.

CRM — это не твердолобость!

Вернемся к примеру с красным сигналом светофора. Какая вообще необходимость бежать через дорогу, если можно минуту подождать, даже если дорога пустая и ДПС отсутствует? Что изменится, если вы подождете? Ведь это всего лишь минута!

Кхм… Позвольте мне ввернуть одну пикантную вводную: а что если через дорогу туалет, а вам туда ну очень сильно надо?

Вот теперь вы стоите перед действительно сложным выбором. В каждом варианте есть свой риск и надо выбрать наименьшее из двух зол.

В авиации бывает точно так же: иногда соблюдение правил приводит к худшим последствиям, чем отступление от них.

Прежде чем продолжить, я бы хотел озвучить очень важное правило: надо стараться жить и работать так, чтобы не встречаться с неудобным выбором.

Хороший пилот планирует и выполняет работу так, чтобы исключить необходимость проявления героизма и появления в заголовках газет. По крайней мере делает все, чтобы это не произошло хотя бы по вине его экипажа, и для этого постоянно оценивает ситуацию и анализирует происходящее на несколько шагов вперед, дабы минимизировать риски быть прославленным в СМИ.

В CRM это называется Situational Awareness (ситуационная осведомленность) и Threat and Error Management (управление угрозами и ошибками).

И опять же, правильное «сиэрэмовское» поведение придумали не вчера — поговорка «хороший пилот летит впереди самолета» существует в международной летной среде со времен первых полетов братьев Райт. В CRM этот принцип подробно и с примерами изложен, а на соответствующих тренировках стараются привить необходимые навыки.

Иногда внешняя среда или самолет имеют свои планы, отличные от желаний экипажа, и ставят в такое положение, в котором приходится выбирать: или соблюсти правила, границы строгости которых имеют некий буферный запас, или же осознанно войти в этот буфер, не без оснований считая, что это будет иметь меньшие последствия для ваших пассажиров.

Сразу замечу: такая ситуация может возникнуть в исключительно редких случаях, в аварийных или очень усложнившихся обстоятельствах.

Да, отступление от процедур и правил в некоторых, исключительных случаях — это тоже хороший CRM. Ведь CRM — это не твердолобость!

Дабы закончить щекотливую туалетную тему, подумайте над следующей бытовой ситуацией, которая вполне может сложиться в полете по причине нашего с вами несовершенства.

Ситуация

Перед снижением вы почувствовали легкую физиологическую потребность, но считаете, что в состоянии дотерпеть до заруливания, которое произойдет через полчаса, поэтому решаете не покидать кабину.

На заходе на посадку вас задержали в зоне ожидания на двадцать минут. Вы начинаете ерзать и смотреть на часы, чувствуя все нарастающую потребность. Наконец вы заходите на посадку, по какой-то причине уходите на второй круг и вдруг хватаете птицу в двигатель… и получаете сильную тряску и сигнализацию о пожаре.

Как вы думаете, насколько работоспособны вы будете в ближайшее время, если значительная часть вашего сознания отвлечена на борьбу с физиологическими потребностями организма?

Никто не засмеет вас, если перед снижением или даже на снижении (пока позволяет обстановка) вы посетите туалет.

Оценивайте риски! Подстилайте соломку заранее.

CRM — это не демократия

Когда-то мастерство пилотов оценивали исключительно индивидуально — например, его умение выполнить тот или иной маневр. Собственно, и сегодня основой квалификационной проверки пилота в России является подобная оценка. Да, в какой-то момент появилась проверка нетехнических навыков, однако зачастую она не имеет такого же веса, как умение посадить самолет, что в совокупности с душевностью «добрых проверяющих» позволяет пилотам с не самым лучшим CRM проверки успешно проходить.

Почему я выше написал «в России»? Потому что в ИКАО вовсю переходят на новые рельсы, на оценку компетенций, которая куда более глобальная, чем застарелая проверка индивидуальных навыков. И да — оценка компетенций чуть менее чем полностью основана на CRM.

К сожалению, регламентирующие документы в нашей стране традиционно отстают от рекомендаций ИКАО, да и, как вы уже понимаете, желания что-то в подгтотовке менять не наблюдается даже у руководителей летных служб авиакомпаний, хотя именно они должны идти (но не идут) на скамью, если вдруг что случится.

Так вот. Сегодня считается, что если пилот не демонстрирует соблюдение принципов CRM, то проверку он пройти не должен. В серьезных авиакомпаниях такой пилот вряд ли пройдет даже первичный отбор, потому что личностные качества и навыки поведения кандидата на нем строго оцениваются.

Если пилот все же в авиакомпанию попал, но допускает намеренные нарушения, в том числе откровенно насмехается над принципами правильного поведения… Демократии в CRM нет, с таким пилотом серьезная авиакомпания расстанется, даже если он неплохо взлетает и садится. И даже если он человек хороший.

В общем, на загнивающем Западе за отрицание CRM положен расстрел, ну а мы можем продолжать спорить о том, вражеская это наука или нет и как найти свой собственный путь.

Краткий итог

1. CRM — это простые житейские истины, принципы правильного поведения, а не что-то недавно изобретенное.

2. Обучение CRM происходит через осознание себя, работу над недостатками и постоянную практику правильного поведения.

3. Применение CRM направлено на минимизацию ошибок и умение справляться с ними.

4. Быть хорошим парнем не означает обладать хорошим CRM.

5. CRM может успешно применяться в любых сферах.

6. CRM — это не панацея, но норма жизни.

7. CRM — это не твердолобость. Если для ситуации нет правил, или применение правил очевидно приведет к рискам — работайте по ситуации.

8. CRM — это не демократия.

В следующей главе поговорим про ошибки и нарушения.