Да, капитан!

Глава 27

Поговорить нам не удалось — ни сразу, ни ночью, ни на следующий день. Сначала все занимались похоронами, потом проверкой судна, а весь день на корабле и без того хватало работы. Но ожидание не лишило меня смелости. Наоборот, я крепчала в своей уверенности.

Поздним вечером, так и не дождавшись Шанарда, я сама отправилась на его поиски. Чэнси сообщил, что он у капитана, и я тут же явилась в каюту, намереваясь за руку оттащить Шанарда на разговор.

— …тридцать семь членов команды, — докладывал Бас, когда я появилась на пороге и увидела в каюте его, Шанарда, Кайда и Ксандра, — в том числе мы, готовы сойти на побережье Нертона. По расчетам навигатора, мы подойдем к островам на рассвете. Осталось пережить последнюю ночь. — Он захлопнул журнал, и вокруг нас воцарилось гробовое молчание. — Можно сказать, мы легко отделались, — добавил Бас. — Провизии в запасе достаточно…

— Потому что мы потеряли треть команды, — перебила его я, привлекая к себе внимание. — Я помню, что сделка с Иусхабией пришла в голову именно тебе. Но почему здесь, в запретных водах, ты не отговорил их не биться с обитателями моря?

— Может, потому что мое слово утратило силу после гибели Аври? — буркнул он, поправляя очки. — Капитан, если позволите, я вернулся бы к делам.

— Ступай, — кивнул ему Ксандр.

Бас обошел меня и, выйдя, закрыл за собой дверь. Я поймала на себе взгляд Кайда, который тоже спросил разрешения капитана, но едва тот открыл рот, как я заявила:

— Нет, останься! Мне нужно поговорить с вами. Со всеми вами, — уточнила я.

— Аврора, мы уже все обсудили. Ты достала со своими осьминогами! — Ксандр хлебнул рома из своего стакана. — Это тупой морепродукт!

— Заткнись! — рявкнула я и, дойдя до стола, уперлась в него руками. — Хватит считать и называть меня безмозглой! Надоело!

— Окей, — усмехнулся он.

Шанард, приблизившись ко мне, осторожно обвил мою талию рукой, но я рефлекторно отодвинула его от себя.

— Сядь. — Я кивнула на стул.

Его глаза чуть сощурились. Он заметно занервничал, но потеребив серьгу в ухе, все же сел.

— Ты тоже! — обратилась я к Кайду. — А ты кончай бухать! — это я сказала Ксандру, и стакан в его руке опустился на стол. Я отошла в сторону, чтобы могла видеть всех их, и вздохнула. — Я устала от лжи, секретов, интриг. Вы видите во мне просто женщину — слабую, запутавшуюся, неопытную. Да, я была такой там, в Плиесе, в Дуахтоне, на Уцабора, даже в начале нашего плавания. Но этот путь изменил меня. Не скажу, что я разобралась в себе. Скорее всего, наделала еще больше ошибок. И сейчас хочу положить этому конец.

— Аврора…

Я приподняла руку, жестом велев Шанарду молчать.

— Дай мне сказать. То, что вы услышите, вам не понравится. Но я должна. Иначе станет только хуже.

Ксандр напрягся. Положив локти на стол, он исподлобья уставился на меня. А Кайд свесил голову. Кажется, он даже улыбнулся.

— Шанард, я изменила тебе, — призналась я без былой решительности. Он сжал кулаки, но меня это не остановило.

— Дважды, — ухмыльнулся Ксандр.

— Трижды, — ответила я, стерев эту ухмылку с его лица.

— Что? — хрипло выдохнул Шанард, и его глаза округлились.

— Я не ищу себе оправдания. Я не была верной тебе…

— Аврора, давай поговорим наедине. — Он встал, стискивая зубы.

— Нет! Мы поговорим здесь! Потому что я спала с Ксандром и Кайдом!

— Ты спала с ним?! — рыкнул капитан, тоже встав и ошарашенно указав на Кайда.

— Да. И будь я проклята за это, — ответила я. — За то, как поступала со всеми вами. Я заигралась и превратилась в ту, кого осуждала. В Аври. Это неправильно.

— Когда это случилось? — как можно сдержанней спросил Шанард, не двигаясь с места. — В ту ночь, когда мы поругались?

— Да, — виновато кивнула я. — Мы с Ксандром выпили и… А второй раз на Уцабора.

— А с ним?! — продолжал возмущаться Ксандр, словно имел на меня какие-то права.

Я взглянула на Кайда, и он признался за меня:

— Вчера. Незадолго до появления русалок. А что, я один не осуждаю Аврору? — Он изломил бровь, медленно вставая и скрещивая руки на груди. — Вы же в первую очередь о себе думаете. О власти. О победе. Нельзя пренебрегать вниманием к любимой женщине. О ней надо заботиться.

— А ты у нас заботливый! — бросил ему помрачневший Шанард.

— Хватит! — прикрикнула я. — Я рассказала обо всем не для того, чтобы вы подрались и поубивали друг друга перед концом нашего плавания! Я приняла решение. Больше никакого предательства. Между нами все кончено, Шанард. И ты, — я взглянула на Ксандра, — не рассчитывай, что я брошусь в твои объятия. А ты, Кайд, прости, но если не с ними, то и не с тобой. Как только мы доберемся до амадина, я вернусь домой. У всех вас появится шанс начать все с начала, найти себе достойных женщин. Надеюсь, я не останусь вашим самым кошмарным воспоминанием. Я полюбила вас, увы. Каждого по-своему, но в равной степени. И мне легче порвать со всеми вами, чем выбрать кого-то одного. Ну вот я и высказалась, — выдохнула я и поджала губы.

В груди разрасталась такая страшная боль, будто кто-то ножом вырезал мое сердце. Я смотрела на остолбеневших мужчин, вспоминала их ласки, поцелуи, объятия и была готова разреветься.

Мой любимый Шанард — уверенный, предусмотрительный, справедливый, но пропитанный морем до мозга костей.

Мой главный порок Ксандр — расчетливый, эгоистичный псих, приспособившийся даже к самым лютым условиям.

И Кайд — милый, страстный пират, отвергающий власть короля, но совершающий куда больше благих дел, чем любой чиновник из адмиралтейства.

— Простите, — уже шепотом вымолвила я и покинула каюту.

Выйдя на палубу, я подняла лицо к небу и глубоко вздохнула свежего влажного воздуха. Мне надо было остыть, дать себе время и попрощаться с пиратской жизнью. Ведь уже завтра я могу вернуться домой.

Через минуту кромешной темноты перед глазами я смогла переключиться на более реальные проблемы. Я не видела звезд. Что это? Шторм?

Я опустила лицо. По палубе клубился туман — голубоватая дымка, обволакивающая все вокруг.

— Ядовитый туман! — прокричал смотрящий с грот-мачты. — Старпом! Туман ядовит… Я только что видел, как смотрящий с фок-мачты сбросился вниз. Уходите, мадам!

Я увидела, как к люку трюма бегут моряки, локтями закрывающие нижнюю часть лица. Один из них вдруг остановился, замер, а потом повернулся и двинулся к леерам левого борта.

— Нет! Стой! — Я кинулась к нему, в самую гущу тумана. Но не успела, парень прыгнул за борт. — Ах! — я схватилась за голову и поздно поняла, что дышу ядом.

Слишком поздно.

Я будто с головой погрузилась в воду. Уши заложило, и я с трудом слышала голоса, стуки, грохот и одиночные выстрелы. Туман отравлял рассудок тех, кто вдыхал его. Последняя преграда перед Нертоном — самая опасная. Едва до меня дошло, что нам не победить туман, потому что мы не сможем не дышать, как голова закружилась. Моим разумом овладел самый настоящий морской дьявол, расслабляющий меня и тем самым делающий меня счастливой покорной рабыней.

«Ты желаешь быть с ними, — нашептывал он мне. — Со всеми тремя. Любишь их. Знаешь, что они тоже любят тебя. Знаешь, что смирятся с твоим выбором. Но тебе не хватает решимости».

Я мотнула головой, избавляясь от этого голоса, но он продолжал: «Хочешь обрести покой? С ними? Со всеми тремя? Любить их и быть любимой?»

— Да, — честно ответила я тому, кто взял надо мной власть.

«Так пойди к ним. Приведи меня, и я помогу вам обрести друг друга, стать нерушимым целым».

Мое тело будто перестало принадлежать мне. Ноги повели меня в каюту капитана.

Я проходила мимо других моряков, совершенно не обращая внимания на суету. Считая нормой их склоки, драки и более ужасные вещи, на которые их подталкивал туман.

Реальность обратилась в компьютерную игру. Я наблюдала за всем через какую-то призму. Открыла дверь не своей рукой, проследила, чтобы туман заполз в каюту, потом убедилась, что Шанард, Ксандр и Кайд на месте, и взяла курс к первому.

— Аврора, что с тобой?

Я обвила его шею руками, подтянулась на носках и закрыла его рот поцелуем. Никогда не пробовала наркотические вещества, но подозреваю, что эффект похожий. Но лучше бы я гладила яблоки и считала волосы, чем делала то, к чему призывал меня внутренний голос.

— Авр…

Я приложила палец к его влажным губам, медленно отклеилась и, развернувшись, направилась к Кайду. И все это под опешившие взгляды всех троих.

«Останови меня, Кайд! — прокричала я где-то в глубинах своего сознания. — Он убьет нас всех! Неужели ты не видишь, что я не в себе?!»

Но другая я — та, что дьяволица, — уже целовала его, наплевав на то, что думает об этом Шанард.

— Туман, — донесся до меня голос Ксандра. — Вибас, закрой дверь. Здесь что-то не так.

Меня оторвало от Кайда. Я преградила путь Шанарду, вновь повисла на его шее и, хлопнув ресницами, улыбнулась:

— Не противься, милый. Ты же хочешь быть со мной.

Нас обволокло сизыми клубами. Прохлада брала нас в свои расслабляющие после утомительного жаркого дня объятия.

Я продолжала сопротивляться. Однако слишком сильным оказался тот, кто завладел мной. Я понимала, что он хочет сгубить нас, но бесповоротно переставала быть собой. Радовалась тому, что мои любимые мужчины тоже в нашей власти. Дольше всех боролся только Ксандр. Прикрывая лицо платком, он обошел стол и двинулся к двери, но я, отпустив Шанарда, метнулась к ней и сама закрыла.

«Да, Аврора! — мысленно похвалила я себя. — Еще бы на ключ!»

Спиной прижавшись к полотну, я подняла лицо и увидела выстроившихся передо мной мужчин.

«Выпусти их…»

— Нет! — замотала я головой. — Я не отдам их тебе!

«Выпусти!»

— Нет!

Его голос становился тише, но злее. Я победила его, брала верх, возвращала себя себе. К сожалению, поздно. Я собственными руками впустила туман в каюту и заразила Ксандра, Шанарда и Кайда. Теперь они были в его власти и горели желанием… умереть. И кто знает, что прикажет он им в следующую секунду? Поубивать друг друга? Или свернуть шею мне? Я не видела кровожадности в их глазах. Скорее, в них была пустота. А от этого еще сложнее предугадать, что у них на уме.

А что, если я смогу их защитить?

Защитить своей любовью…

Ксандр шагнул ко мне, закидывая руку за мою спину и берясь за дверную ручку, и я не придумала иного способа остановить его. Схватилась за ткань его плаща, дернула на себя и поцеловала.

Я сделаю что угодно, но они не выйдут отсюда, пока туман не рассеется.

«Проклятая женщина!» — последнее, что эхом отдалось в моей голове, прежде чем его голос исчез.

Поцелуй сработал. Рука Ксандра отпустила ручку и легла на мою спину. А я, не отрываясь от его губ, пальцами пробежалась по его плащу, отыскала связку ключей и чуть отстранилась. Развернувшись, сунула нужный ключ в замочную скважину, повернула до щелчка и услышала очередной выстрел с палубы.

Боже, нет! Если потребуется, я до самого утра буду держать здесь своих мужчин, но туда, где властвует смерть, не пущу!

Со спины меня обняли мужские руки. Мягкие, горячие поцелуи опустились на мою шею, и Шанард обманом попытался забрать у меня ключи.

Я выбралась из его объятий и под хищными мужскими взглядами попятилась к столу. Тумана в каюте не осталось. Почему же они не приходят в себя? Довольно долгоиграющий эффект!

Все трое стали обходить меня с разных сторон, и я сделала то, что посчитала самым действенным. Швырнула связку ключей в открытый иллюминатор.

Иллюминатор! В него по-прежнему заползал туман! Но я не успела закрыть его, потому что была подхвачена Шанардом на руки и брошена на стол. Его лицо не выражало ничего доброго. Он был одержим, и его пальцы уже смыкались на моей тонкой шее.

— Шанард, — задыхаясь, прошептала я, — это же я… Аврора… Шанард…

Борясь с ним, я заметила, как Ксандр вынимает мушкет из кобуры, а Кайд подворачивает рукава своей рубашки.

Только не это! Не поубивают же всех нас здесь?!

— Нет!

Я сумела подогнуть колено и ногой оттолкнула от себя Шанарда. Закашливаясь, села и, потерев шею, оглядела всех троих. Моя любовь победила злой глас во мне, победит и в них.

Вздохнув, я сняла с себя жакет, положила ногу на ногу и дрожащими руками принялась расстегивать пуговицы блузки. Наполовину обнажив грудь, развела руки в стороны, схватила Ксандра за плащ, а Кайда за рубашку и притянула их к себе.

— Может, сначала пошалим?

Меня трясло, но похоже, они этого не замечали. Пребывали в том же сне наяву, что я несколько минут назад. Немного смутившиеся из-за моего напора, они дали мне возможность зацепиться за ниточки.

Я осторожно забрала у Ксандра мушкет. Мне даже удалось нащупать мебельную ручку под собой и убрать оружие в ящик стола.

Я понимала, что затеяла игру с огнем. Может, отсюда и название этого моря. Но лучше я сгорю в страсти трех мужчин, чем дам им умереть. Глядишь, это объединит их, и они с умом подойдут к применению амадина и тратам прибыли с сокровищ Нертона.

Притянув к себе широкую ладонь Кайда, я положила ее на холм своей груди и языком скользнула по его разомкнутым губам. Мгновенье он медлил, почти не дышал, а потом ответил на поцелуй. Одна его рука начала мять мою грудь, проникая под ткань блузки, другой он обвил мою талию.

Ксандр же коснулся губами моей шеи и стал рисовать на ней узоры из поцелуев, занявшись тем временем моей второй грудью. И меня дико возбуждало то, что Шанард смотрит, наблюдает, запоминает. Видит меня со стороны в объятиях других мужчин, видит, как я выгибаюсь в их сильных руках, готовая продать душу дьяволу за одну такую ночь.

Губы Кайда тоже опустились на мою шею, и я, приоткрыв отяжелевшие веки, взглянула на приближающегося Шанарда — именно такого, каким я увидела его впервые. Вернее, представила в своем воображении. Пиратский капитан с грязными мыслишками и фантазиями. Вот чем он меня покорил! Не непоколебимостью, отвагой и силой. Он был сторонником свободы! Свободы от короля, от рабства, от угнетения, от закона, от навязанных обществом рамок. Ему нравилось, что я принадлежу только ему, но ему чего-то не хватало…

Моей раскрепощенности. Повода для ревности. Перчинки в отношениях.

Он искал мотив, чтобы схватить меня за шею, впиться в мой рот поцелуем, кусать мои губы, рвать на мне одежду, но при этом делить меня с другими мужчинами.

Едва не высосав воздух из моих легких, Шанард избавил меня от лоскутов разодранной мужскими руками блузки, стянул с меня сапоги и брюки и, разведя мои ноги, закинул их на свои бедра.

«Только не останавливайтесь, — мысленно молила я. — Можете растерзать меня. Но до утра вы обязаны думать только обо мне!»

Я не успела опомниться, как Шанард уже насадил меня на себя и стал рьяно двигаться. Исподлобья косясь на то, как я поочередно целуюсь с Ксандром и Кайдом, он стискивал зубы и одичало овладевал мной снова и снова.

Удерживаемая тремя парами рук, я почувствовала, как одна из них сползает к моему лобку, касается вершины средоточия моей женственности и начинает пальцами массировать ее. В опьяневших глазах Кайда сверкнула усмешка. Пакостник! Вызывающий у меня приятные спазмы и заставляющий меня двигаться навстречу ему и Шанарду.

Не дав мне и пискнуть, Ксандр намотал мои волосы на свой кулак, повернул меня лицом к себе и впился в мой рот. Его язык изучающие заскользил вокруг моего языка, и эффект подчинения трем мужчинам охмелил меня крепче вина.

Вспомнят ли они это наутро? Если честно, я не могла с уверенностью сказать, чего хотела. С одной стороны — эта ночь могла проложить мосты, сплотить нас. С другой — вряд ли я смогу быть с тремя мужчинами. От секса появляются дети. И даже если я буду знать, от кого у меня Кузенька и Машенька, как я объясню им, почему у них три папы?

Эти дурные мысли из меня выбило резким рывком.

Место Шанарда по негласному праву занял Ксандр. А я, покрытая липкой пленкой пота, едва дышащая, уже целовалась с Кайдом, осторожно укладывающим меня на стол.

Они не произносили ни слова, но были крайне аккуратны со мной. Одержимые уже не туманом, а мной, они ласкали мое тело и душу. Их объятия, поцелуи, ритмичные толчки, запах, дыхание, рычание отправляли меня в настоящий рай. Я спасала их, или они меня, уже было не столь важно, как то, что они, три собственника, сумели объединиться в общем чувстве ко мне.

До вялости расслабленную, но чертовски счастливую, они не оставили меня на столе посреди каюты, когда закончили и дали мне перевести дух.

Мое сердце отбивало чечетку, тело подрагивало, перед глазами плыло. Но я еще немного соображала, когда Шанард укутывал меня в найденное где-то Ксандром одеяло и укладывал в натянутый Кайдом гамак.

Я чувствовала, как время от времени моего лица касаются их губы. С легкостью определяла: вот Кайд поцеловал меня в нос, Шанард в щеку, Ксандр в лоб. Они давали мне время для передышки, а потом возвращались то поочередно, то все вместе. Три самца, сводящие меня с ума своим напором, чувственностью, порочно мощными обнаженными телами. Я растворялась в них, а они во мне. Но то, что происходило между нами, для меня было свято. Мое сердце обретало покой, когда я шептала им, как сильно люблю, и окончательно успокоилось, когда они, наконец, тоже заговорили.

— Малышка, — мурлыкал мне на ухо Кайд.

— Ведьма, — в своей манере скалился Ксандр.

— Капитан, — довершал наш союз Шанард…

Проснувшись первой, я обнаружила себя на полу в объятиях трех спящих мужчин. Оглядев эти крепкие рельефные тела, я не сдержала улыбки. У меня едва сыскались силы, чтобы встать с одеяла, дрожащими руками надеть на себя плащ Ксандра и, запахнув его, выйти из каюты. Чтобы кортиком вскрыть замок, пришлось немного поднапрячься, но он все же мне поддался, и дверь со скрипом отворилась.

«Бреаса» стояла на якоре. Вокруг было мертвецки тихо. Сглатывая ужас от мысли, что туман пережили только мы четверо, я вышла на палубу и поморщилась от слепящего солнца. Поморгав, я приложила ладонь ко лбу и посмотрела на… берег.

Мы приплыли! Мы стояли у побережья покрытого густым лесом острова!

«Нертон!» — щелкнуло у меня в голове, и до меня донеслись голоса.

— А в трюме все осмотрел?

— Да, чисто…

Я обернулась. Ко мне подошли Бас и Чэнси. За их спинами я видела туда-сюда ходящих моряков. Усталых, удрученных, но живых.

— Доброе утро, мадам, — поприветствовал меня юнга, а я хлопнула ресницами, не веря своим глазам.

— Вы… вы живы… — пролепетала я.

— Рад, что вы тоже. — Себастиан удивленно оглядел меня с головы до ног. — Капитан? Вибас? Кайд?

— Тоже. А вам как удалось?

— Туман не действовал на Чэнси. Он-то всех и спас. Как тогда, с русалками.

Что бы я делала без этого мальчишки! Я улыбнулась ему, а он, тяжко вздохнув, доложил:

— Одиннадцать человек из команды все равно погибли.

— Они знали, куда плывут, — подбодрил его Бас, потрепав по шевелюре. — Никто никого не тащил силой.

— А Джо?! — опомнилась я.

— На кухне. Собирает пайки. Мы ведь сходим на берег?

Я снова посмотрела на землю и, облегченно выдохнув, ответила:

— Да! Мы идем за амадином!