Да, капитан!

Глава 4

Пожалуй, пришло время вам побольше узнать о мире, в который я попала. Начнем с того, что здесь совсем не Карибы восемнадцатого века. Мир вполне себе дружелюбный, за исключением определенной части Южного Полушария. А виной этому послужили диктаторские условия прежних королей Латхана — одного из самых могущественных государств. Война с Пельяном, нескончаемые бунты и революции разорвали страну на куски, и нынешний правитель — король Ваплакс — всеми силами пытался наладить политику и экономику. Но его главной проблемой оказались размножившиеся морские разбойники.

Заручившись поддержкой влиятельных монархов соседних государств, он ликвидировал часть пиратских бухт и молов на береговых линиях своего королевства. Молодые солдаты не просто обучались военному искусству в латханских морских войсках, а вступали в самые настоящие схватки и сражения. Но потушить бушующее пламя ватагой идущих парусных грабителей — миссия, требующая времени, терпения, денег и сил. На месте одной отрубленной головы вырастало три. Беззаконие искоренялось мелкими шажками, и по-прежнему находились махинаторы, обналичивающие прибыль с пиратской контрабанды. Одним из них был Уолфин Кенаукут — владелец крупнейшей пиратской бухты на юго-западном побережье Латхана под названием Дуахтон. Бухта жила по своим законам выгодных сделок с авторитетными людьми, невзирая на их родовую и политическую принадлежность. Выигрывал тот, кто платил.

Капитан Шанард Вибас был лучшим. Кенаукут отправлял его в самые прибыльные плавания, ставил в пример остальным, хорошо платил и всегда шел на уступки. Так же было и в этот раз. «Бреаса» напоролась на рифы, а Кенаукут узнал о корсарском судне, на котором в Латхан переправляли пушки. Ему нужны были эти пушки, и чтобы не упустить их, он дал Шанарду во временное пользование «Гларка». И только теперь, когда корабль затоплен, а команда разбита латханским военным флотом, становится ясно, что информатор Кенаукута подставил его. Все было спланировано. Ваплакс решил весьма тонко разделаться с лучшим пиратским капитаном, а потом заняться остальными. К его несчастью, Шанард выжил!

Я смотрела на него и восхищалась. С первых страниц книги я поняла, что этот человек неубиваем. Он вовсе не марионетка в руках Кенаукута, но и не кукловод, иначе команда ненавидела бы его. Шанард мог дать волю кулаку, порой был безжалостен и суров. Вместе с тем он уважал каждого члена своей команды, был готов отдать жизнь за «Бреасу», а львиную долю прибыли жертвовал бедным — изгнанным из городов и крепостей калекам, больным, бездомным. Они жили в Холмах на востоке от Дуахтона. И Шанард был там частым гостем. Автор многое утаил от читателя о прошлом капитана, но я подозревала, что когда-то он занимал далеко не последнюю чинную должность.

— Пить, — попросил капитан.

Я налила в стаканчик еще воды, приподняла голову капитана и заботливо напоила его.

— Что с твоими ногами? — спросил он, обратив внимание на бинты.

— Пустяки. О ракушки порезалась, — улыбнулась я.

— Израэль осматривал тебя?

— Пока нет. У него без меня дел невпроворот.

Капитан прошелся по мне озадаченным взглядом. Аври первым делом помчалась бы к Израэлю. Она обращалась к нему с любой царапиной, лишь бы уединиться и предаться страсти. Она наивно полагала, что мужья не в курсе ее интрижек. Кайд и Бас, может, и не были осведомлены, но капитана не проведешь. В прошлом плавании он едва не застукал Аври в постели с коком. Даже подумывал выбросить ее за борт. Он дал ей все: еду, кров, защиту и свою любовь. Смирился с ее многомужеством, довольствуясь собственной выгодой от этого союза. Но у всего есть предел, о котором Аври забыла. И теперь я заняла место той, кого капитан уже давно тихо ненавидел.

— Ты поступила смело, пойдя на разговор с Иусхабией, — произнес он. — Рискнула жизнями Себастиана и Израэля ради спасения большинства.

— Я надеюсь, что Кенаукут послушает нас и заключит с ней сделку, — ответила я. — Плиесцы могут принести пользу Дуахтону.

— Плиесцы — это две стороны одной медали. Никто не гарантирует, что они не поступят двулично. Поручишься за них? Скажешь с уверенностью, что однажды они не проведут в бухту партизан или королевскую гвардию?

Как я могу быть уверена, если читала недописанную книгу? Рукопись оборвалась на описании побоища. А то, что происходило после, для меня в новинку.

Капитан повернул забинтованную руку ладонью вверх и зазывающе поманил пальцами. Я вложила в нее свою тонкую кисть и ощутила сильный жар.

— Ты весь горишь, капитан! — испугалась я. Быстро смочила водой полотенце, обтерла им лицо, грудь и руки капитана, смочила еще раз и положила на его лоб. Он вдруг улыбнулся. — Что? — спросила я.

— Не припомню, чтобы ты о ком-то заботилась.

Это верно. Аври не заботилась ни о ком, кроме себя любимой. Иногда во время чтения меня искренне поражало, что ее так любят. Но она брала хитростью. Капитану она была нужна, как дополнительные мозги. Единственная женщина на борту могла воротить великие дела, при этом оставаясь всего лишь женщиной — этаким хрупким, невинным созданием.

— Предлагаешь бросить тебя умирать? — произнесла я, поправляя мокрое полотенце. — Даже Ксандр не бросил.

— Ксандр? Ты назвала его по имени? — усмехнулся капитан, вяло приоткрывая глаза.

— Он спас тебя. — Моя ладонь скользнула на щетинистую щеку капитана.

Боже, как же он красив! Я явно пожалею, если не сделаю это, прежде чем меня выбросит из книги. Ну или того и гляди, эта сексуальная гора мышц преставится. В порыве неукротимого желания я склонилась и поцеловала капитана в губы. Легко, нежно, едва касаясь. Он положил свою слабую руку на мой затылок и ответил на поцелуй. От переизбытка чувств у меня закружилась голова. Раньше таких мужчин я видела только на страницах модных журналов, на постерах в студенческой общаге и в крутых рекламах. О поцелуе, даже о разговоре могла только мечтать.

Нехотя отстранившись, я быстро отвернулась, пряча свое покрасневшее лицо.

— Это что-то новенькое, — улыбнулся капитан. — Ты никогда не целовала меня так... сладко, — подобрал он подходящее слово.

Я, не глядя на него и кусая губы со вкусом его поцелуя, тихо пискнула:

— Тебе не понравилось?

— Наоборот! Я бы повторил.

Я совсем вспыхнула. Взволнованно поднялась и, задрожавшими руками поправляя платье, пропыхтела:

— Пойду принесу холодной воды. А ты поспи, капитан.

Я зашагала к выходу, чувствуя на себе его опьяненный любопытством взгляд.

— Аври, — окликнул он меня. Я остановилась и чуть повернула голову. — Я поддержу твою договоренность с Иусхабией. Спасибо тебе. Ты спасла команду.

Я смущенно улыбнулась и ответила:

— Да, капитан!