Да здравствует магия! – 4

Глава 16

— Я кому сказал дома сидеть? — проворчал Петя, осторожно карабкаясь по стволу толстой высокой берёзы.

Гаврюша ничего не ответил и, когда хозяин поравнялся с ним, перепрыгнул на одну ветку выше.

— Что ты как слон⁈ — снова буркнул парень. — Вон листва из-за тебя трясётся! Спалишь меня сейчас!

Он поднялся ещё на несколько метров и приложил к глазам бинокль. Начинающийся в трёх километрах Оренбург лежал перед ним как на ладони.

— Знаешь, Гаврюша, как отличить хороших военных от плохих? — спросил Петя, устраиваясь удобнее.

Гаврюша промолчал, но начал тихо урчать, как всегда делал, когда хозяин говорил с ним.

— Ну, во-первых, хорошие за нас, а плохие против, — приступил к пояснениям парень. — А во-вторых, плохие всегда располагают военные части в черте города. Вон видишь, где вышки торчат, там, кстати, и забор нормальный, а дальше просто мусора накидали.

Петя наконец устроился, проверил, всё ли спокойно, а потом обернулся и стал искать спецназовцев, которых он сюда провёл и которых теперь ему следовало прикрывать. Нашёл быстро: в десяти метрах от него двое в камуфляже тоже устроились на берёзе и сейчас на верёвке поднимали здоровенную хреновину, похожую на кусок рельса.

— Видал, какую нам его величество пушку прислал? — Петя бросил взгляд на Гаврюшу. — Вот то-то и оно. Это значит, что миссия у нас с тобой чрезвычайно важная, а ещё что нас ценят и доверяют. Хочешь быть домашним питомцем барона или даже графа? Да даже если и не хочешь, то, друг мой, от судьбы не уйдёшь. Чую, на роду мне написано стать аристо. За геройские подвиги… ну, или в крайнем случае у Мишки выклянчу или яму какую закрою.

— Первая машина загружена! — сообщила рация.

— Вторая машина загружена! — тут же подхватил второй голос.

— Складу нужно ещё пять минут! — сказал третий.

— Так быстро? — Петя удивлённо посмотрел на часы. — А, ну да, пора уже. Что ж, Гаврюша, скоро эти гады познают мощь карающей длани Волхова!

Петя поправил забитый кристаллами и слитками рюкзак и принялся ждать.

— Склад готов! — через пять минут сообщила рация. — Мы начинаем!

— Наконец-то! — прошептал Петя, а уже через несколько секунд услышал гул приближающихся мин.

А потом грянули взрывы, и на территории Оренбургской военной части выросли десятки огненных грибов.

— А надо лучше подъезды к городу защищать, — назидательно проговорил Петя. — Что, ублюдки, думали, дороги перекрыли — и мы не проскочим? Хрен вам!

Он продолжал внимательно наблюдать за базой, над которой поднимался чёрный дым, и вскоре увидел вторую серию накрывших её взрывов. К большому удовольствию парня, серьёзных отклонений не произошло и ни один из снарядов не упал в город.

— О, первый взлетел, — продолжил Петя рассказывать Гаврюше то, что видел в бинокль. — У них всего четыре вертолёта, но остальных пока не вижу, может, подбили… а нет, вон ещё один…и ещё.

Три боевые машины взмыли над горящей базой и стали быстро подниматься в небо.

— Умные! Повыше забираются, не хотят заряд из гранатомёта словить, — констатировал Петя. — И обшивка, видишь, синеватая, значит, не простые машины. Жаль, не удастся их захватить, нам бы пригодились.

Тем временем вертолёты набрали нужную высоту и рванули в их сторону.

— Первая машина на месте!

— Вторая на месте!

Петя перевёл взгляд на спецназовцев и увидел, что два бойца зафиксировали рельс на ветках и сейчас вдвоём держат его.

— Если у этой штуки отдача, щас кто-то улетит вниз, — прошептал Петя, и в этот момент по тяжёлому оружию будто прошла волна синего света и, собравшись на одном из концов… потухла.

Не успел парень удивиться, как один из вертолётов вспыхнул и стал резко терять высоту. А в следующую секунду невидимый, но очень мощный заряд накрыл и вторую летающую машину, и она тоже устремилась к земле.

Пилот третьего вертолёта всё мгновенно понял и принял единственное верное решение: он заложил крутой вираж, разворачиваясь и поднимая машину ещё выше.

— Быстрее! — едва не крикнул Петя, глядя, как, пытаясь перезарядить рельс, суетятся на трясущейся берёзе спецназовцы. — Уйдёт же!

Совладать с тяжёлой штуковиной было не так просто, и на это ушло не меньше тридцати секунд. Наконец бойцы справились и прицелились. По орудию снова прошла волна синего света и…

Ничего не произошло — вертолёт продолжал быстро удаляться.

— Мазилы, чтоб вас! — буркнул Петя, а в следующий миг вертолёт вспыхнул и загорелся. Второй расчёт оказался более точным. — Молодцы! Ха! Гаврюша, ты видел⁈ Прямо в хвост! Всё! Четвёртый, похоже, на земле подбили, так что воздух наш! Щас ещё пару сюрпризов козлам покажем, и можно брать тёплыми!

Парень широко улыбнулся, а на горящую базу обрушился третий залп.

— Известные нам системы ПВО уничтожены! — доложил голос из рации. — Группы работают по позициям в городе. С минуты на минуту ждём первых докладов. Основным войскам отправлен сигнал выдвигаться!

— Вас понял! — Плечистый бородатый майор спецназа по имени Егор отключил рацию и посмотрел на меня. — Нам пора, ваше сиятельство!

— Начинаем! — кивнул я и вышел из припаркованной на широком проспекте машины. Как раз вовремя, чтобы услышать рокот отдалённых взрывов.

Вокруг царила суета, народ нервничал: кто бежал, кто спрашивал у бегущих, что происходит, машины сигналили. Не обращая на всё это внимания, я быстро зашагал вдоль улицы по направлению к зданию, два первых этажа которого занимала центральная радиостанция Оренбурга. У широких дверей стояли два мордоворота в военной форме Рязанской империи, но с новыми гербами на рукавах. Красное знамя и жёлтый крест посередине — эмблема повстанцев.

— Сюда нельзя! — грозно рявкнул один из бойцов, когда я подошёл и направился к двери.

— Мне можно! — уверенно произнёс я, одновременно посылая мощный импульс ментальной магии. — Вы за мной!

Я открыл дверь и в сопровождении двух военных вошёл в просторный холл. За стойкой сидела молодая девушка, а у закрытых дверей и ведущей наверх лестницы ещё двое бойцов.

— Срочное сообщение от графа Неделина! — объявил я и быстро зашагал вперёд.

Все присутствующие удивлённо смотрели на меня, но ничего не сказали, так как за мной как привязанные двигались сопровождающие.

Центр здания находился примерно перед стойкой, и, оказавшись там, я снова кинул заклинание, но в этот раз сферой, чтобы оно разошлось и задело всех, кто в здании, но по возможности не тронуло тех, кто снаружи.

— Не двигаться! — рявкнул я во всю мощь лёгких, а потом схватил с пояса рацию. — Ко мне!

В этот момент из нескольких припаркованных на разном расстоянии от радиостанции машин вышли переодетые в гражданское спецназовцы и устремились сюда. При этом каждый из них нёс большую сумку с гранатомётом, автоматом и зарядами.

Не дожидаясь подкрепления, я подскочил к закрытой двери и распахнул её. Полный мужик в чёрном костюме сидел за широким столом и смотрел прямо перед собой. Неинтересно.

Я взбежал по лестнице и бросился по коридору, открывая одну дверь за другой. Картина везде была одна и та же, сотрудники и охраняющие радиостанцию люди Неделина не двигались.

Снизу послышались голоса, и вскоре в коридоре появился Егор, а с ним ещё пяток бойцов.

— Всё чисто! — сообщил я. — Пленных связать и занять оборону.

Пока остальные занимались делом, я нашёл главную студию и, отодвинув стул с замершей молодой девушкой и принялся возиться с оборудованием.

Это, конечно, был не мой профиль, но ребята из «Голоса Волхова» меня хорошо поднатаскали, и я быстро сумел поставить новую запись и включить её.

— Оренбуржцы! — раздался из висящих на стойке наушников мой голос. — Говорит граф Михаил Ярославович Жаров, и я здесь, чтобы сообщить вам правду.

Слушать было неинтересно, а вот снаружи вот-вот должны были начаться весёлые дела. Я выскочил из комнаты и снова натолкнулся на Егора.

— Вон из той комнаты лучший вид на улицу! — сообщил он. — Там и балкончик есть.

Я проследовал в нужную комнату и приник к окну. Пока гостей не было, что, в общем-то, и неудивительно, ведь аудиозапись только вышла в эфир, а войска в эту секунду ехали по более важным делам. Но рано или поздно враги, конечно же, появятся.

Мы заняли места, на всякий случай включили щиты и стали ждать. Моё сообщение длилось пятнадцать минут, и оно уже успело второй раз проиграть до середины, когда в дальнем конце улицы появились четыре зелёных грузовика, и впереди, нацелив на нас пушки, ехал БМП.

— Атакуем, когда остановятся, — скомандовал я.

Колонна уверенно продвигалась, цепляя неаккуратно припаркованные машины, а я внутренне упрашивал, чтобы они подъехали как можно ближе.

Они почти услышали мои просьбы и остановились в пятидесяти метрах от здания. Правда, последний грузовик незадолго до этого свернул на перпендикулярную улочку, решив объехать нас с тыла.

— Огонь! — тут же рявкнул Егор, и, подчиняясь его приказу, бойцы распахнули окна, высунулись на улицу и выстрелили из гранатомётов.

Одновременно с этим я выскочил на крошечный балкончик и послал поток энергии, которая уже давно чуть ли не гудела от напряжения, окутывая мои пальцы.

Поток пламени рванул над улицей и поглотил тех бойцов, что успели выскочить. Остальные так и остались в машинах — гранатомёты спецназа не знали промаха.

— Продолжить наблюдение! С другой стороны ещё минимум одна машина! — крикнул Егор и посмотрел на меня. — Но они могут высадиться раньше, чем наши их подобьют, и тогда мы завязнем в бою.

— Попробую что-нибудь сделать! — сказал я, сделал себя невидимым и спрыгнул с балкона.

— Ваше сиятельство! — крикнул мне вслед обалдевший спецназовец, вероятно, думая, что у меня съехала крыша.

Не съехала. В полёте я сколдовал под моими ногами встречный поток воздуха и без проблем приземлился на асфальт. Благо на улицах после нашего представления никого не было.

Машины и БМП догорали, а я добежал до угла здания и устремился по узкой улочке. Пробежал вдоль забора и повернул.

Есть!

Грузовик остановился в пятидесяти метрах от меня, и бойцы уже высыпали из него, но ещё не рассредоточились. Я уже поднял руку для атаки, но тут увидел, как из расположенной в десяти метрах от меня машины вылезла женщина, а следом из двери показалась голова ребёнка.

Твою мать!

Я рванул вперёд, пробежал мимо гражданских и только тогда запустил волну.

И эту улицу поглотило пламя, женщина с ребёнком с криком нырнули назад в машину, а я побежал в обход здания радиостанции, чтобы проверить, не подъехало ли с противоположной стороны других машин. Пока было пусто.

— Это граф! — крикнул я в рацию. — Через тридцать секунд откройте мне дверь!

Ровно через полминуты створки распахнулись, и я, снимая невидимость, юркнул внутрь.

— Большая часть бойцов из той машины уничтожена! — сообщил я встречающему меня и заметно нервничающему Егору. — Здание оббежал, других не увидел.

— Ваше сиятельство… вы это… — спецназовец неуверенно переступил с ноги на ногу. — Предупреждайте, пожалуйста, в следующий раз, когда решите в окно сигануть.

— В следующий — предупрежу.

— Вертолёты! — вдруг крикнул кто-то из бойцов, и я подскочил к окну как раз вовремя, для того чтобы увидеть промелькнувшую между двумя высокими домами машину с гербами Рязанской империи.

Наши пролетели. И не просто пролетели — сейчас с бортов всех трёх участвующих в операции присланных из столицы вертолётов пачками выкидывали пропагандистские листовки. Информация для тех, кто не слушает радио.

Ту немногочисленную авиацию, что досталась мне вместе с Волховом, к сожалению, задействовать я не мог, так как здесь мы вряд ли уничтожили всю систему ПВО, а мои вертолеты не были защищены от ракет.

Убедившись, что и эта часть плана удачно реализовывается, мы с Егором поднялись на второй этаж, и тут на моём поясе зашипела рация.

— Центр первому!

— Слушаю!

— Почти весь мусор выброшен! Мы нашли пустые бутылки!

— Выбрасывайте их! — приказал я.

— Есть!

Я отключил рацию и улыбнулся. В этом бредовом диалоге мне сказали, что с листовками почти закончили, и что нашли цели для вертолётов. Скорее всего, это спешащие в город дружины преданных Неделину графов. Они и станут целями для ракет, которыми наши вертолёты тоже, разумеется, оснащены. А ещё авиация должна разрушить все основные дороги, кроме тех, по которым совсем скоро поедут наши войска.

— Через девять минут выдвигаемся! — приказал я, кинув взгляд на часы.

— Есть! — отозвался Егор и схватился за рацию.

Следующей нашей целью была резиденция мэра города.

— Нет, ну от такого подарка судьбы отказываться нельзя! — заявил я, глядя, как в конце улицы появились БМП и едущий за ним грузовик. Причём прямо за поворотом начинался проспект, в конце которого находилась уже знакомая мне площадь, на которой стояла резиденция бывшего князя Золотова.

— Согласен! — кивнул Егор. — Ребята уже на позициях, огнём прикроют. Надо просто влететь и врубить эту штуку.

Спецназовец указал на стоящий на носилках здоровенный ящик. Внутри был прототип известной мне глушилки, делающей бесполезным порох и выводящей из строя электричество. Эта была меньше, но и радиуса в восемьдесят метров для наших целей хватало за глаза.

Скрываясь за машиной, я подождал, пока вражеская техника приблизится, и, выскочив, рявкнул в зажатый в левой руке рупор:

— Выключить двигатели! — Обе машины резко остановились, и я добавил: — Всем выйти на дорогу и замереть!

Откровенно говоря, может, оно сработало бы, даже если бы я не орал на всю улицу, но так надёжнее.

Солдаты вывалили на улицу, а мы быстро расселись в трофейный транспорт. Я запомнил того мужика, что торчал из верхнего люка БМП, и, заняв освободившееся место, принял его личину.

— Тронулись!

Мы оставили стоящих как манекены противников, а сами поехали дальше и вскоре повернули в сторону резиденции.

— Полгорода, гад, сюда стянул, похоже! — констатировал сидящий внизу Егор. — Ваше сиятельство, сможете всех нейтрализовать?

— Большую часть точно нейтрализую! — уверил я союзников. — Остальных должна нейтрализовать глушилка или ваши ребята.

Мы быстро приближались, стоящий у ворот дежурный выбежал навстречу и замахал жезлом, указывая, что нам полагается повернуть направо.

Не угадал, нам нужно прямо.

— Приготовились! — скомандовал я и поднял рупор. — ВСЕМ БРОСИТЬ ОРУЖИЕ И ЛЕЧЬ ЛИЦОМ В ЗЕМЛЮ!!!

Магия разошлась широким конусом и, учитывая, сколько энергии я влил в заклинание, должна была накрыть не меньше пятисот метров.

Одновременно с моим криком моторы наших машин взревели, а бойцы высунулись наружу и открыли огонь по тем немногим, кто оказался устойчив к магии и остался стоять на ногах.

Я тоже отшвырнул рупор и выстрелом из пистолета снял начавшего поднимать гранатомёт противника. Он упал, следом я снял ещё одного, а потом ворота с грохотом и скрежетом слетели с петель, и мы устремились к резиденции.

— Врубай глушилку! — скомандовал Егор, и тут же мотор нашего БТР заглох.

Я вылез наружу, метнул в сторону крыши большой огненный шар и, когда машина по инерции доехала до самого крыльца, спрыгнул и побежал по ступеням. Распахнул дверь и сразу же получил очередь зарядов в выставленный щит. С моих пальцев снова сорвался огонь, и охваченный пламенем боец упал на мраморный пол.

— Пыш, ищи мудака! — крикнул я и бросился к одной из двух лестниц. Судя по шагам за спиной, не меньше десяти человек бежало за мной.

Я рванул вверх и тут же услышал откуда-то знакомый писк.

— Вон он!

В два прыжка преодолев оставшиеся ступени до второго этажа, я увидел, как по противоположной лестнице вниз спускаются несколько человек.

— Наши их встретят! — подсказал сзади Егор.

И действительно, не пробежали мы и десяти метров, как противник снова появился и в этот раз направился наверх.

— Перекройте ту лестницу! — указал я назад, а сам рванул вперёд, на ходу вытряхивая кристаллы из того щита, в который уже попали, и вставляя в него новые.

Пыш меня обогнала и, когда я забежал на первые ступеньки прыгнула мне на плечо.

— У него артефакт! — закричала она. — Он прислоняет его к лежащим, и они встают! У него там уже пятнадцать человек.

Вот сука!

А с другой стороны…

— Где они⁈ Направление!

— Там!

Шерсть Пыш вытянулась и превратилась в белую стрелку.

Я быстро собрал энергию и кинул очередное заклинание прямо через лестницу.

— АРЕСТОВАТЬ ГРАФА НЕДЕЛИНА!

Надеясь, что все прошло как надо, я снова запрыгал через ступеньки.

Все прошло как надо, и, когда я добежал до места, граф лежал лицом в пол, его руки были заведены за спину, а небольшая чёрная коробочка валялась неподалёку.

— Егор, сюда! — крикнул я и, когда спецназовец подбежал, добавил: — Связать всех, кроме тех двоих, кто держит Неделина.

Бойцы взялись за дело, а я подошёл к отчаянно ругающемуся сменщику Золотова.

— Ты проиграл! Прикажи войскам сдаться и может быть император помилует тебя.

— Иди в жопу! — рассмеялся пленник. — И ты, молокосос, ещё ответишь за это.

Хм, а чего это мы такие борзые? Помощь близка? Вряд ли… да и вряд ли она поможет, если я прямо сейчас решу ему башку открутить… А-а! У них же так не принято. Вероятно, урод ждёт, что его отправят в столицу, а потом обменяют. Или он сам уйдёт, ведь, судя по энергии и голосу, он владеет зачатками ментальной магии.

— Если не подчинишься, я тебя сейчас убью!

Я приставил нож к горлу графа.

— Не посмеешь, щенок!

Я надавил сильнее, и по шее потекла кровь.

— Не на того напал! Я тебя, крысёныш…

Лезвие по ручку вошло в горло предателя, а я встал.

На нет и суда нет, а всяких людей для обмена у императора и без этого козла достаточно, думаю, Фёдор Алексеевич будет не в обиде.

— Где радиорубка? — спросил я у ближайшего пленника.

— Вон та дверь! — указал он.

Я подбежал к нужной двери и, к своей радости, кроме оборудования, обнаружил за ней смотрящего прямо перед собой радиста.

— Свяжи меня с генералом Быковым! — приказал я.

Как же круто владеть менталом!

Радист засуетился, и уже через минуту командующий военной частью Оренбурга был на связи.

— Говорит граф Михаил Ярославович Жаров! — твёрдым голосом начал я. — Резиденция мэра захвачена. Граф Неделин мёртв. Сотни людей в нашем плену, но они ещё живы, генерал. Сдавайтесь прямо сейчас, и вы сохраните множество жизней.

Ответом мне была тишина, и через двадцать секунд я заговорил снова:

— Валентин Игоревич, вы меня слышали?

— Слышал, — уставшим голосом проговорил генерал и снова замолчал.

— Вы проиграли, — продолжил я. — И я сомневаюсь, что император сохранит вам жизнь. Но это же ваши люди, вы можете их спасти! У вас нет шансов против нас, мы владеем воздухом. Наши войска окружают город. Вы, должно быть, их уже видите.

— Вижу.

— Если не можете отдать приказ сами, то передайте командование кому-нибудь, а сами бегите.

— Я не буду бежать! — До меня донёсся шорох, а потом приглушённый голос генерала. — Жень, прикажи всем подразделениям сложить оружие. Мы сдаёмся.

— Есть!

— Спасибо, генерал! — с облегчением произнёс я, но вместо ответа услышал звук выстрела.

— Валентин Игоревич? — произнёс я в микрофон.

— Он застрелился, — ответил мне другой голос. — Говорит полковник Евгений Романович Куницын. Теперь я командую вооружёнными силами Оренбурга и подтверждаю приказ генерала. Мы сдаёмся!