Да здравствует магия! – 4

Глава 5

Я переоценил свои силы и недооценил силу пожара. Добраться до портфеля шансов никаких не было, и я, быстро успокоив себя тем, что ничего ценного там нет, решил уйти проверенным путём — через окно. Вот только тут же столкнулся с двумя проблемами.

Во-первых, толпой зрителей. Да, они меня не видели, но здорово нервировали и мешали самому простому — прыжку вниз.

Во-вторых, отсутствие Пыш… Как ни крути, а именно благодаря ей я добрался сюда так быстро и относительно легко.

Наверное, в другой ситуации я бы позволил себе рефлексировать и поискать другие пути, но пламя уже подбиралось совсем близко, охлаждающая магия воды не справлялась с нарастающим жаром, а дышать из-за дыма становилось все труднее.

Я забрался на подоконник и, стараясь не задеть торчащие из рамы осколки стекла, вылез наружу.

— Тащите гидранты!

— Господа, прошу не мешать работе пожарных!

— Это теракт⁈

Голоса снизу отвлекали, а дым резал глаза. Спасибо архитекторам, сделавшим фасад красивым и неровным — достаточно быстро я нашёл два параллельных земле углубления в стене дома и очень осторожно стал двигаться в сторону от окна.

— Я тут! — Тонкий голосок Пыш пролился мне на уши божественной музыкой. — Предлагаю подняться на третий этаж и чуть в сторону. Там форточка не заперта, и я окно открою.

— Давай!

Питомица тут же превратилась в выступ, и я стал карабкаться вверх.

Прополз десять метров, и тут народ снизу резко оживился, громкость криков изрядно возросла.

Я вцепился в лапу смотрящей вдаль горгульи и обернулся. Метрах в восьмидесяти на большой стоянке полыхал автомобиль. Похоже, ребята с задачей справились.

Увиденное придало мне сил, и оставшееся расстояние я преодолел всего за пять минут.

Как и обещала, Пыш открыла окно, и вскоре под моими ногами наконец оказалась надёжная поверхность.

В усадьбе царил переполох, правда, после второго возгорания все поняли, что тут дело не в несчастном случае. Охрана активизировалась, а бойцы с собаками устроили тотальный обыск.

Я осторожно вышел из тёмной комнаты и, касаясь рукой стены, пошёл к лестнице. На третьем этаже было немноголюдно, а вот когда я спустился до второго, мимо стали регулярно пробегать как гости, так и прислуга с охраной. А на первом меня дважды зацепили плечом: благо совсем чуть-чуть и впопыхах пробегающие не обратили на странность внимания.

Наконец я добрался до выхода и не меньше трёх минут ждал удобного случая. Немолодая чета торопилась покинуть усадьбу, и я, практически прижавшись к мужчине, вышел следом. Едва переступив порог, мой живой щит вдруг замер и резко обернулся, но я уже шагнул в сторону и, прижимаясь к стене дома, быстро удалялся.

Чтобы найти друзей, пришлось сделать изрядную петлю, но вскоре, к своему облегчению, я их увидел.

Правда, я перекастовывал заклинание, и сразу меня они не заметили, продолжая напряжённо оглядывать окрестности.

— Я здесь! — шепнул я, меняя структуру заклинания так, чтобы стать видимым для стоящих рядом.

Вздрогнули все, но тут же на их лицах проступили улыбки.

— Рад, что ты цел! — Петя подошёл и хлопнул меня по плечу. — Прокофьев готов, конверт у меня!

— Отличная работа! — Я обнял подскочившую ко мне Леру, а потом чмокнул в щеку и Лизу. — Всё, пора валить!

Мы перелезли через внутренний забор и вскоре подбежали к стоящему рядом с лестницей Диме.

— А Миша где? — спросил было он, но тут увидел меня. — Слава богу! Я тут уже извёлся весь.

— Надо доверять начальству, — усмехнулся я и первым полез через внешний забор.

Группа поддержки нас ждала в трёх километрах. По очереди попарно таща длинную лестницу, мы припустили по краю асфальтированной дороги, лишь немного замедляясь и отходя в сторону, когда мимо проезжали машины: это гости спешили покинуть усадьбу графа Винокурова.

Наш транспорт стоял на опушке леса, и его тоже скрывали маги.

— Как всё прошло? — без тени волнения спросил Сергей.

— Как по маслу, поехали, в пути расскажу.

Мы быстро разломали деревянную лестницу и с помощью магии огня сожгли её вместе с грязной одеждой и обувью, после чего запрыгнули в машины и тронулись.

Я быстро описал то, что удалось узнать и сделать, а как только закончил, Петя тут же открыл конверт, но данные в нём оказались зашифрованными.

— Легко расшифруем, — разглядывая надписи, обрадовал меня Сергей. — Тут много схем и привязок, они дадут ключ. Будем обнародовать полученную информацию? Я имею в виду князя Репина и императора.

— Да нет нужды, я думаю, — ответил я. — В тетради Дениса Анатольевича вся эта информация есть, а главных действующих лиц сегодняшней встречи мы убили. Если вдруг в письме окажется что-то новое вроде дат или, ещё лучше, мест, тогда и передадим. Сейчас мы просто обратим на себя излишнее внимание.

— Тоже так думаю, ваше благородие, — Сергей кивнул. — Домой?

— Не совсем. Боюсь, что после того, как мэр Волхова узнает о сегодняшних событиях, он может сложить два и два, понять, что следующий, и свалить. Надо постараться достать его сегодня.

— Можно попробовать, — после короткой паузы проговорил глава СБ. — Мои ребята пасут его, и с нашими возможностями проникнуть в его дом несложно. Надо только решить вопрос с видеонаблюдением.

— Решим, Пыш поможет. В идеале захватить его и допросить. У меня есть кое-какие идеи на этот счёт.

— Тогда в Саратове заедем в штаб, и я передам ребятам сообщение, чтобы готовились.

— Давай.

Я откинулся на спинку сиденья и принялся разглядывать проносящиеся за окном деревья.

Маршрут мы выбрали непрямой, сначала попетляли по просёлочным дорогам и, только съехав на следующее шоссе, встретились ещё с четырьмя нашими машинами и вернулись в Саратов.

На въезде нами никто не заинтересовался, а ещё через час мы уже гнали в сторону Волхова.

Георгий Романович Шишкин, мэр Волхова, пошевелил головой, и в этот миг его виски прострелило настолько сильной болью, что он застонал.

— Нежный какой, — зло сказал кто-то и резко схватил мэра за подбородок.

Георгий снова застонал, но тут от пальцев человека будто пошло тепло, и боль стала резко отступать.

Мэр открыл глаза и увидел бежевое пятно лица и красный фон. Приложив изрядные усилия, он немного сфокусировал взгляд. Бородатый незнакомец с насмешкой смотрел в его глаза, но вовсе не жёсткий взгляд заставил внутренности Георгия сжаться, а кокарда на фуражке незнакомца. Меч на фоне луны — знак секретной службы императора. Сам мэр его раньше никогда не видел, но, как и все в империи, очень много о нём слышал. И знал, что те, кто попадает в руки этих ребят, редко возвращаются.

— Горазды вы спать, Георгий Романович. — Сотрудник секретной службы наконец перестал держать мэра за подбородок, но тот головы не опустил.

— Как я сюда попал? — прохрипел он пересохшими губами.

— По личному приказу императора вас сегодня ночью арестовали, Георгий Романович. Но, видимо, немного перестарались и сильно приложили по голове. Прощения просить не буду, так как всё по делу.

Едва мужчина сообщил страшную информацию, в голове мэра действительно всплыли какие-то отрывки ареста, тени в его спальне и удары тоже. Его виски снова запульсировали, и он хотел потереть их, но тут вдруг осознал, что не может пошевелить руками.

Георгий опустил взгляд и увидел, что они заведены за спину и, видимо, связаны. Маленькая же комната, в которой он непонятным образом очутился, сильно напоминала подвал с голыми кирпичными стенами без окон. Кроме них здесь находился ещё кто-то, но его закрывал сотрудник секретной службы.

— Итак, господин Шишкин! — С лица человека в фуражке пропала даже насмешка, и теперь он выглядел максимально серьёзно и очень опасно. — Вы обвиняетесь в государственной измене и попытке государственного переворота.

— Это ложь! — Мэр испуганно вздрогнул. — Я преданный слуга его величества и никогда бы…

— Молчать! — незнакомец произнёс, а точнее, прошипел это слово тихо, но слова мэра тут же застряли в горле. — Не ройте себе яму ещё глубже, из неё и так уже не видно неба. У нас полно и других фигурантов, и ваши показания нам вообще не нужны. Мы готовы дать вам один-единственный шанс во всём признаться и всё рассказать. Поверьте, Шишкин, если вы будете играть в несознанку, то навредите сами себе. Не верите? Что ж, пожалуй, чтобы мои слова звучали не голословно, вам стоит сказать привет своему старому другу.

Сотрудник сделал шаг в сторону и открыл сидящего и тоже привязанного к стулу Павла Фёдоровича Прокофьева. Выглядел граф откровенно плохо, а его лицо и руки покрывали многочисленные кровоподтёки.

— Узнаете этого человека?

— Да, это мэр Волхова Георгий Романович Шишкин, — тут же не своим голосом затараторил перепуганный Прокофьев. — Именно он уговаривал меня встать на сторону заговорщиков и передавал приказы от графа Цаплина и других.

— Он врёт! — ахнул Георгий и подался вперёд так резко, что верёвки впились в его тело. — Тут ни слова правды!

— К сожалению для вас, господин заговорщик, Павел Фёдорович подтвердил свои слова множеством фактов. В том числе относительно вашей связи с уголовным элементом по кличке Коготь и вашей попытки с помощью него создать собственную армию.

— Так это он же, падла, сам всё это придумал! — завизжал мэр. — И с Цаплиным тоже он встречался! Я ни того, ни Золотова даже не видел ни разу! Да я вообще не собирался в этом участвовать и ничего не делал!

— Видимо, вы не поняли меня! Я же предупреждал вас обо всех этих играх в несознанку! В расход его.

Сотрудник секретной службы махнул рукой, за спиной мэра послышались быстрые шаги, а в следующий миг на его шею набросили верёвку.

— Стойте, стойте! — захрипел мэр, чувствуя, как удавка сжимает его толстую шею. — Я всё скажу. Прямо сейчас всё расскажу!!!

— Поёт как соловей, — доложил, входя ко мне на кухню, Сергей. — Только вот он реально был меньше задействован, чем Граф Б, то есть Прокофьев.

— И хрен с ним. — Я махнул рукой. — Мне гораздо важнее то, что сработала эта тема с внушением о другом человеке.

— Вы и правда выглядели как настоящий граф Прокофьев, ваше благородие. Голос только всё-таки был не ваш. Но и не его.

— Значит, надо работать над этим. — Я усмехнулся и налил себе чая. — Ладно, садись, надо пользоваться тем, что тех, кто хочет с нами воевать, не осталось, и ускорять развитие. Времени, похоже, в обрез.

Две недели спустя.

— Точно надёжно? — с сомнением спросил я.

— Точно, ваше благородие. — Видимо, чтобы показать пример и придать мне уверенности, Шаповал первым шагнул на платформу размером полтора на полтора метра. — Но на всякий случай возьмитесь за поручень.

Поручень был только с одной стороны, а с трёх других платформа никаких ограждений не имела.

— Ладно, хрен с тобой, но, если я расшибусь, сами будете дальше все вопросы решать.

Я забрался на платформу и взялся за поручень. Бывший староста Северово, а сейчас управляющий железным карьером Шаповал дёрнул рычаг, и подъёмник резко рванул вверх. Реально резко: я не успел даже испугаться, как платформа пристыковалась к площадке десятиметровой дозорной башни.

Я поднырнул под поручень и оказался на гораздо более надёжной поверхности. Вершина башни была диаметром четыре метра и надёжно огорожена — после весьма сомнительного лифта стоять на ней было одно удовольствие.

— Готов? — Как всегда, когда мы оставались наедине, Шаповал перешёл на ты.

— Да.

— Погнали! — скомандовал управляющий в рацию, и тут же до нас донёсся громкий гудок.

Я поднёс бинокль к глазам и будто на расстоянии десяти метров увидел отправление поезда, состоящего из укреплённого, похожего на шипастого монстра локомотива и ста доверху гружёных вагонов.

Это, конечно, был далеко не первый отправленный нами товарняк, но с такого ракурса он предстал передо мной впервые. И, что больше всего радовало, его место тут же занял второй поезд и погрузка продолжилась.

Более того, мы уже заказали и третий поезд, и сейчас его активно собирали из того, что находили на ближайших железных дорогах.

С грузовыми машинами тоже проблем не было — их мы пригнали с одного из дальних и надолго потерянных южных месторождений.

— Впечатляет, — произнёс я, убирая бинокль. — Как с людьми? Справляетесь?

— У нас тут тёплое местечко и, следовательно, жёсткий отбор, Миш, — пожал плечами Шаповал. — Кто не дотягивает или выпендривается, едет лес валить или туши потрошить. С жильём тоже всё хорошо, ямы закрываем быстро, монстров почти нет, так что быстро расширяемся. Слышал, что мои вчера аж две жилы с огненным железом нашли? Одна мелкая, конечно, а вторая весьма неплохая.

— Да, слышал, молодцы.

Я ещё раз окинул взглядом забитые людьми и машинами улицы и удовлетворённо улыбнулся. Совсем недавно мы впервые приехали в этот ПГТ, и он был вымершим, а сейчас жизнь в нём кипела, а железа мы добывали раза в три больше, чем бывший владелец, и это далеко не предел.

Мы вернулись на платформу лифта, Шаповал дёрнул рубильник, и мы так же быстро спустились, а вместо нас наверх поехала тройка дозорных.

— Отличная работа! — Я пожал довольному Шаповалу руку и запрыгнул в свой внедорожник.

— Куда? — спросил Макс, уже давно ставший моим личным водителем. К слову, несмотря на возраст, полковник уже мог использовать две стихии и у него получались убийственные огненные шары.

— Поехали на пункт выдачи, через полчаса ребята Антона Антоновича приедут.

— Поверить не могу, — усмехнулся Макс, заводя двигатель. — Что СКА теперь у тебя на побегушках.

— Ты лучше так не говори, — произнёс я, кинув взгляд в зеркало дальнего вида и убедившись, что машина охраны тронулась следом за нами. — А то все начнут повторять, и так до СКА дойдёт, а они ребята обидчивые. Да и не на побегушках, а просто выделили мне персонального выездного сотрудника.

— Скорее персональный выездной отдел, — хохотнул сидящий рядом со мной сзади Снегирь.

— Ну, пусть так, — не стал спорить я. — Когда там наши броневики сделают?

— Да вчера ещё три первых должны были, — вздохнул Снегирь. — Но накосячили с рунами на верхнем слое брони из воздушного железа. Переделывают, завтра обещали. Потом по пять каждую неделю.

— Не терпится уже на таком поездить! — Макс ударил ладонями по рулевому колесу.

— Там ещё надо символику нашу нарисовать, — напомнил Снегирь. — Так что раньше послезавтра не жди. О, кстати, забыл сказать! Там ту партию техники, которую мы из последнего рейда привезли, завтра уже ремонтники выпускать начнут.

— Сельскохозяйственную сразу на поля, а машины и автобусы в мастерские, пусть броню улучшают.

— Макс, сделай погромче, — подавшись вперёд, попросил Снегирь. — Что-то там Полина кричит.

Действительно, до этого тихо лившаяся из динамиков музыка вдруг оборвалась, и уже знакомая нам радиоведущая Полина принялась что-то очень эмоционально рассказывать.

— … щение из Рязани! Срочно! Дорогие слушатели, у вас осталось пять секунд, чтобы позвать всех…чёрт!

Послышался какой-то треск, а потом заговорил Георгий.

— Просим прощения, у Полины сломался микрофон… что ж, думаю, она не будет возражать, если новость сообщу я.

Ведущий прокашлялся.

— Внимание гражданам Рязанской империи! Только что мы получили важнейшее сообщение из столицы. Полчаса назад без объявления войны Австрия, Литва и Швеция начали варварские бомбардировки наших приграничных городов. Повторяю, полчаса назад без объявления войны…

— Гони в Афонино! — рявкнул я и сорвал с пояса рацию.