Да здравствует магия! – 4

Глава 7

— Стоит всё-таки заметить, что организация у них на очень высоком уровне, — пробормотал Снегирь, убирая бинокль от глаз. — Интересно, как давно они тут окопались.

— Если считать по соотношению людей и техники к расчищенной зоне, не меньше недели как плотно здесь сидят, — проговорил Сергей и бросил взгляд на секундомер. — Три часа тридцать пять минут осталось. Первой группе пора выходить.

— Да. — Я повернулся к Лизе и Лере, самым сильным магам из оставшихся во второй группе. — Если вас всё-таки кто-то случайно обнаружит, просто тихо ликвидируйте их и перемещайтесь на первую запасную точку.

— Есть! — хором отозвались девушки, а Лера подошла к Пете и поцеловала его. — На удачу.

— Себе оставьте, — хмыкнул парень. — Такому мощному отряду, как наш, ничего не страшно. Максимум спалят, но им же хуже тогда.

— Никаких «спалят», — проворчал я. — Двинули.

Первая группа состояла из четырёх магов: меня, Димы, Пети и его брата Никиты — и шестерых опытных воинов во главе с Сергеем.

Мы вышли из древнего небоскрёба и осторожно направились в сторону перехода на третий этаж.

Сложность заключалась в том, что территорию радиусом пятьсот метров вокруг пруда полностью контролировали враги: люди Сергея Викторовича Евдокимова, а также многочисленные наёмники из числа диггеров. За те пять часов, что мы тут провели, удалось опознать многих, в том числе лидеров сбежавших из Волхова кланов «Рысей», «Шахтёров».

В общем, даже без тетради Дениса Анатольевича близкая связь между покойным графом Б и Евдокимовым легко улавливалась, да и в записях юриста они значились как члены одной группы. Прокофьев занимался востоком Саратовской области, а его «коллега» западом. Теперь же на плечи Евдокимова легло всё, и надо заметить, сработали он и его покровители весьма оперативно, видимо, опыта в организации подпольных производств им было не занимать.

За базу они взяли лагерь одного из диггерских кланов, вероятно, уже занимавшийся переработкой монстров и имеющий на территории яму. Понагнали туда народ, кратно расширили площадь и пробились на четвёртый этаж.

А самое главное, согласно разведданным, оборудовали на третьем этаже аномалии крупный завод по переработке запрещёнки. И его продукция шла явно не на продажу.

Вообще, если верить записям Подушкина, подобных теневых производств по всей империи было немало, и хоть локально их контролировали разные люди, глобально все шло на восток в центр заговорщиков, там копилось и вот-вот должно было пойти в дело.

Понятно, что, несмотря на занятость, люди императора и СКА не сидели сложа руки и регулярно накрывали подобные заводы, в том числе я слышал о раскрытии крупного предприятия в Рязанской области. Но со всем справиться они не могли, и чем дальше от столицы, тем дела обстояли хуже.

А самое хреновое, что даже в случае нахождения такого производства редко удавалось доказать вину какого-то аристократа. С секретностью и осторожностью у противника всё было хорошо, тот же Подушкин писал обо всём, исходя лишь из предположений, основанных в основном на косвенных фактах и логике. И даже если предприятие накрывалось и был точно известен его хозяин, ему всегда удавалось скрыться.

По большому счету, до тех пор, пока я сам не увидел секретный завод Евдокимова, мои действия можно было спокойно характеризовать как измену родине. Я развёл активную шпионскую деятельность против добропорядочного аристократа, имеющего очень влиятельных друзей и ни разу не замеченного в каких-либо действиях против короны. Более того, граф входил в тройку крупнейших скотоводов. Наверное, именно вследствие быстрого отмирания этой отрасли он и решился вступить в ряды заговорщиков.

Впрочем, своей разведке я доверял. Да и армия сбежавших от меня и теперь работающих на Евдокимова диггеров убеждала в том, что я все делаю правильно.

Осталась последняя проверка.

— Машина! — шепнул Снегирь, и, соблюдая строй, мы отошли на обочину.

Грузовик без опознавательных знаков проехал мимо нас и направился к построенному в форме лежащей буквы «П» пятиэтажному зданию. Бывшая школа теперь стала базой противника. К слову, все высокие здания в радиусе двухсот метров от перехода на третий этаж диггеры предусмотрительно сломали, и сейчас на их месте высились горы обломков.

— Похоже, там у них сортировочно-разделочный цех, — тихо проговорил Сергей. — Наружу везут только то, что чего-то стоит.

— Лишнее оборудование нам не помешает, — кивнул я, разумеется, уже считая все, что вижу, своим. — Двинули.

Чем ближе мы подходили к пруду, тем медленнее приходилось идти. Людей графа на четвёртом этаже было не меньше двух тысяч. На транспорт тоже кто-то расщедрился, и разного размера машины сновали туда-сюда как в приличного размера городе. Несколько раз приходилось прятаться среди обломков зданий или за сваленными в кучи ржавыми машинами и ждать, пока бойцы противника пройдут или проедут мимо.

Наконец мы приблизились к пруду, и тут нас ждал ещё один опасный момент: возможность попасть под колеса машины, собирающейся переместиться на четвертый этаж. Или же просто столкнуться на третьем с заходящей в переход группой.

Пришлось снова ждать.

Наконец мы увидели, как к переходу подъезжают сразу два доверху заполненных ящиками грузовика.

— Вперёд! — скомандовал Сергей, и мы, стараясь не обращать внимания на снующих вокруг вооружённых людей, подбежали к пруду.

Первый грузовик снизил скорость, съехал по широкому пандусу и исчез в клубящейся дымке. Второй не торопился, явно давая предшественнику время, именно этим зазором мы и воспользовались.

— Три, два, один! Заходим!

Я прыгнул в пруд первым, а замыкать десятку должен был Петя.

Миг — и серый город моего мира сменила ярко освещённая прожекторами красноватая пещера. Грузовик уже отъехал на несколько метров, и, по счастью, желающих войти в пруд прямо сейчас не было. Заклинание, внушающее всем окружающим иллюзию, что ничего не изменилось, я активировал заранее, поэтому, когда группа вошла, нас по-прежнему никто не видел.

— Отходим! — скомандовал я, когда в пещере появился Петя, и мы тут же отбежали к стене.

Второй грузовик уехал следом за первым, а у нас появилось время выдохнуть и оглядеться.

Увиденное впечатляло. Особенно с учётом скорости, с которой всё это было организовано: оборудование явно перевезли с какого-то другого объекта. Длинные и широкие конвейерные линии уходили в глубь просторной пещеры, а огромные разделывающие станки и вместительные ёмкости стояли вдоль них ровными рядами. Часть процесса была автоматизирована, но и людей рядом с движущимися лентами находилось немало. Огромными крюками они двигали разделанные туши, а иногда с помощью телег куда-то их увозили.

— Вон красного рогача кромсают, — ткнув пальцем, прошептал Петя. — А вон там синекрыла. А там вроде трёххвостую чёрную жабу.

Все названные парнем твари были очень редкими и, если ты не состоял в списке друзей СКА, целиком подлежали обязательной сдаче.

Что ж, формальный повод начать войну есть. Правда, всё это скоро исчезнет в неизвестном направлении, и доказательств у меня не останется. С другой стороны, и у противника не будет доказательств того, что напал именно я.

Хотя, конечно, все всё будут понимать.

— Хитрые черти, — хмыкнул Петя и в этот раз указал на самое интересное в этой пещере. Её сердце. Или мозг. Он был наглухо заложен кирпичом и даже не виден, благо в каждой яме он находился в плюс-минус одном месте, и понять, что же там спрятано, проблем не составило. Как и добраться до него, однако ломать стену было рано.

— Фаза два, — тихо сказал я.

— Вдоль стены, медленно и осторожно. Двинули, — тут же скомандовал Сергей, и мы направились в глубь пещеры.

Как оказалось, она была длиной в пятьсот метров, и только в самом конце мы нашли то, что нас интересовало больше всего. Отделённые от остального пространства рабицей цеха окончательной обработки. Здесь из монстров доставали или сливали то, что представляло наибольшую ценность.

— Яг-7, похоже, — грустно глядя на бочки, пробормотал Петя.

Грустно, потому что мы не могли их утащить. Зато что-то более лёгкое и компактное наверняка было в стоящем на отдалении закрытом на замок вагончике без окон.

— Пятьдесят минут до момента х, — сообщил Сергей. — Можно рискнуть.

— Не можно, а нужно, — кивнул я. — Погнали.

Мы дошли до рабицы и, стараясь не шуметь и используя принесённые приспособления, по стене пещеры преодолели преграду, после чего, обойдя людей в белых халатах по широкой дуге, подошли к вагончику.

— Через дыру или через дверь? — спросил Петя.

— Да вроде никто сюда не собирается, — прошептал я оглядываясь. — Можем и через дверь. Пыш, откроешь?

— Легко. Ты иллюзию создал?

— Сейчас.

Двадцать секунд мне потребовалось на то, чтобы немного изменить модель внушения, и сейчас все, кто посмотрит в нашу сторону, будут видеть по-прежнему закрытую дверь.

— Начинай.

Пыш уже сидела рядом с замком, и её длинная шерсть взметнулась и проникла в скважину. Две секунды, щелчок — и дверь открыта.

— Ну, посмотрим. — Я снял замок и осторожно потянул за ручку.

— Офигеть, — глядя на ряды ящиков со склянками и пробирками, потёр руки довольный Петя. — И главное, подписано всё!

— Так… — Я достал список самого ценного и нужного в порядке редкости. — Сначала забираем мозг гигантского вепря, дальше…

Чтобы вытащить всё, десятерых человек, конечно, оказалось маловато, но у нас имелись большие мешки, и мы изрядно опустошили склад. Причём многое из найденного было просто бесценным.

— Может, отложим операцию и ещё одну ходку сделаем? — прошептал Петя, когда мы, закрыв дверь, вернулись к рабице и начали перекидывать через неё добычу.

— Во-первых, не успеем предупредить ребят, во-вторых, когда пропажа всплывёт, тут начнётся хрен знает что и операция может сорваться.

— Жаль…

Также медленно и осторожно вдоль стеночки, держась от людей подальше, мы пробрались назад к выходу.

До момента х оставалось одиннадцать минут.

— Идеально! — констатировал Петя. — И вон как раз пустая машина вроде собирается стартовать вниз.

Парень угадал: через пять минут грузовик нырнул в пруд, а следом за ним ушла и группа.

Вся, кроме меня. Я пошёл к кирпичной постройке, огораживающей сердце пещеры. Четыре минуты — то что надо!

От осознания того, что должно совсем скоро произойти, мои руки покрылись мурашками. Ух! Кто-то меня будет сильно ненавидеть, но что поделать! Как здесь говорят, я ж не сторублёвая купюра, чтобы всем нравиться. Что же до тех людей на четвёртом этаже, то они выбрали свою судьбу, большая часть из них — это бывшие волховские диггеры, и у них был шанс убежать далеко.

Я достал из кармана распылитель и, соблюдая максимальную осторожность, несколько раз пшикнул на кирпичи у основания стены. Раздалось шипение, и поднялся белый дымок, но я продолжал держать внушение, и его никто не видел. Прошла всего минута, и в стене защитной постройки образовалась дыра нужных размеров. Я осторожно посветил туда фонариком и, убедившись, что больше никаких защит у сердца нет, стал ждать.

Две минуты.

Полторы.

Одна!

Я нажал кнопку портативного взрывного устройства и засунул его в дыру. Готово!

Схватил мешки и быстро вернулся к пруду. Лучше выйти чуть раньше, чем чуть позже. Ведь, если даже дыру заметят, сделать ничего не успеют, а вот если пещера схлопнется, когда я буду в ней, то вместе со всеми людьми окажусь у её входа на поверхности. В этом случае даже у меня вряд ли хватит фантазии объяснить, как я там оказался. А уж насколько будут расстроены потерявшие всю добычу, оборудование и проход на четвёртый этаж люди, вообще трудно представить.

Двадцать секунд — пора!

Я подошёл к краю пруда, и именно в это мгновение из него выехал огромный грузовик. По счастью, мне хватило ума подойти с другой стороны от пандуса, и я под него не попал.

Десять секунд! Теперь точно пора!

Я прыгнул в пруд и сразу же отбежал в сторону, чтобы не угодить под следующий грузовик. Он оказался ещё далеко, а вот группа автоматчиков как раз пробегала мимо, и я чудом не столкнулся с крайним из них.

Пронесло. В принципе, стоило включить максимальную скорость, но я не удержался и, лишь немного отойдя с дороги, посмотрел на пруд. Не прошло и пяти секунд, как прямо на моих глазах без всяких спецэффектов он исчез. Бомба сработала как надо.

Отдельным удовольствием было наблюдать за глазами бородатого водителя резко остановившегося грузовика. Мужик выглянул в окно и, казалось, хотел дать себе пощёчину, чтобы рассеять галлюцинацию.

— Где пруд⁈

— Что за хрень⁈

— Куда он делся⁈

Все больше людей замечало странность, и я всё-таки решил свалить подальше. Но не в сторону основных наших сил, а туда, где, согласно договорённостям, меня ждали остальные члены первой группы. К зданию школы.

Мы встретились точно в назначенном месте, а уже через минуту, с помощью Пыш проникнув внутрь, шагали по коридорам.

Первым делом мы нашли заброшенный класс, в который явно давно никто не заходил. Оставили там добычу, а дальше просто нашли ближайшую лестницу и двинулись наверх. Нашей целью была крыша — именно тут по периметру заняли места ребята с гранатомётами, которые должны были прикрывать остальных на случай атаки чего-то большого.

Перед тем как ими заняться, мы распаковали рюкзаки и собрали весьма габаритное устройство. Назвать его бомбой было нельзя, хоть оно и взрывалось, ущерба не наносило. Зато детонировало очень и очень громко, и, по нашим расчётам, звук должен был привлечь монстров чуть ли не с расстояния пяти километров. А ещё оно очень сильно и долго дымило, чтобы монстры точно поняли, откуда идёт звук.

— Готово! — сообщил Сергей. — Лебёдки тоже установлены.

— Значит, начинаем!

Маги подняли руки, и каждый взял на прицел ближайшие группы противников, а остальные приготовили винтовки, и их целями стали дальние гранатометчики.

— Огонь! — скомандовал я и в следующий миг огненной волной накрыл сразу троих. Сместил руку и саданул магией ещё раз. Ребята не отставали, и вскоре вся крыша горела. Если на ней кто-то и выжил, то случайно.

— Заткнуть уши и лечь!

Я рухнул на крышу, вбил в уши затычки и зажал их руками.

Грянул оглушительный взрыв. В ушах звенело ещё долго, и, признаться, ориентироваться в таких условиях было трудно, но мы заранее всё отрепетировали и знали, что делать.

Лебёдки раскрутились ещё до того, как дым окутал всё вокруг, и мы быстро слетели по ним. Ни о какой добыче речи пока не шло, всё равно она от нас никуда не уйдёт — мы не собирались никого оставлять в живых.

Дальше мы быстро бежали и, если кто-то оказывался на пути, уже не особо стеснялись в использовании магии и оружия.

Вторая группа ждала нас в том же доме где мы их оставили, и, когда мы добежали до него, улицы уже стали заполняться монстрами.

— Молодцы! — увидев нас, широко улыбнулась Лиза.

— Как там дела?

— Сейчас из-за дыма не видно, но, что паника дикая, понятно.

Я зачем-то схватил бинокль и убедился, что девушка права: ни хрена не видно. Зато дым распространялся очень быстро, и в него уже начинали забегать монстры, которых с каждой секундой становилось всё больше.

— Занять позиции, — приказал Сергей. — До моей команды огонь не открывать. И вообще по возможности его не открывать, чем позже мы покажем, где находимся, тем лучше. Начинаем, только если они сумеют восстановить оборону и будут слишком хорошо отбиваться.

Петя протянул мне флягу с водой, я сделал несколько глотков и, глядя на всё пребывающих монстров, широко улыбнулся.

Даже если гады отобьются и, закрывшись наглухо щитами, станут отходить, их ждёт большой сюрприз. Одновременно с тем, как я уничтожил сердце этой ямы, мои маги ликвидировали сердца всех ям в радиусе семи километров от этой. Так что просто так уйти у ублюдков не выйдет. Вернее, у них никак не выйдет уйти, и вопрос лишь времени, когда мы достанем каждого.

Другой вопрос — как мы будем вывозить всё, что здесь захватим. Правда, это дело хоть и сложное, но очень приятное.

День спустя. Рязань. Дворец императора.

— Резюмируя, Фёдор Алексеевич… — Министр обороны, князь Святослав Владимирович Медведев, перевернул листок в лежащей перед ним красной папке и продолжил: — Минск и Бобруйск окружены, но держатся, а те войска, что обходят города, мы встречаем, и они продвигаются медленно. А вот шведы пошли ва-банк. Они взяли Выборг в кольцо и тремя армиями идут к Санкт-Петербургу. Даже если мы перекинем туда две наши сильнейшие группы магов, этого может не хватить. Но больше сил выделить мы не можем, так как в этом случае преимущество врага на западном фронте станет слишком большим.

— Ясно. — Император нахмурился, разглядывая лежащую на столе исчерченную стрелочками карту.

— Фёдор Алексеевич, разрешите сказать… — Со своего места встал князь Соколов. — Возможно, есть решение.

— Слушаю.

— Вчера под Саратовом была разгромлена база графа Евдокимова.

— Это та, операция по которой была назначена на следующую неделю? — поднял бровь император.

— В том-то и дело, Фёдор Алексеевич, это не мы её разгромили. Князь Репин и его люди тоже не имеют к этому отношения. По всему выходит, что это дело рук барона Жарова. Больше некому.

— Та-а-ак… — Император заинтересованно посмотрел на своего ближайшего соратника. — Продолжай.

— Подробностей пока нет, но похоже, что атака была тщательно спланирована и проведена через четвёртый этаж. Кроме самой чёрной базы были закрыты все ближайшие ямы, и никто из тех, кто застрял внизу, не вышел и, скорее всего, не выйдет. Но самое интересное даже не в этом. — По очереди посмотрев на всех семерых членов малого совета, князь Соколов взял паузу, но недолгую, так как император этого не очень любил. — Никто не знает, как диверсант проник в пещеру и уничтожил сердце, и тут варианта два. Или они подкупили кого-то, или…

— Использовали ту самую ментальную магию? — перебил монарх.

— Именно, Фёдор Алексеевич.

— Очень интересно. — Император откинулся на спинку глубокого кресла и снова посмотрел на карту. — А у нас подвижек в изучении этой магии по-прежнему нет?

— Незначительные, ваше императорское величество, но Жаров — парень способный…

— Да уж… Даже если он использовал другие пути, всё равно его отряд, очевидно, самый сильный после моей дружины. Пора его привлечь. — Фёдор Алексеевич вспомнил поведение молодого барона и то, на что он готов пойти ради своих людей, и усмехнулся. — Владимир Николаевич, арестуйте графа Евдокимова, думаю, Михаил Ярославович не будет возражать, если мы возьмём на себя ответственность за проведённую операцию.

— Точно не будет.

— Тогда вылетайте за ним лично, прямо сейчас. Обрисуйте задачу, и пусть берет столько людей, сколько ему нужно. Насколько я знаю, врагов у него особо не осталось, но пообещайте, что князь Репин прикроет его земли в отсутствие хозяина. Можете идти!

— Так точно!

Князь быстро зашагал к выходу из просторного кабинета, а взгляд императора упал на маленькую точку на карте, подписанную как «Волхов».

Ему нравился молодой барон, но каждый раз, слыша о его подвигах, Фёдор Алексеевич испытывал очень странное чувство… Непривычное. И, если это не было бы невозможно, он бы подумал, что это страх.