Детектив Фокс. Дело о забытой перчатке

Глава 17. Трудный путь длиной в семнадцать лет

Особняк сегодня выглядел более торжественно и, в то же время, сонно. Засыпанные снегом дорожки парка, припудренные качающиеся макушки сосен и елей, усталые набрякшие веки карнизов и даже укутанный в снежную шубу флюгер будто предупреждали, что здесь все спит глубоким зимним сном и лишь сдуваемый ветром дым из трубы опровергал неверные выводы.

На въезде нам распахнул ворота выглядевший нахохлившимся дворник. Кутаясь от метели в высокий овчинный воротник, он проводил нас недовольным взглядом из-под надвинутой до бровей шапки и что-то проговорил, судя по белому прерывистому пару, вырвавшемуся у него из прогала между густой бородой и заиндевевшими усами. Парокар проехал по подъездным парковым дорожкам, остановившись у входа. Мистер Гарвинг вышел и, открыв мне дверь, любезно помог выбраться. В тот же момент из высоких дверей с неколебимым даже в метель достойным видом вышел одетый в черное с вензелями пальто дворецкий. Он сухо застыл, ожидая, когда я подойду по скользкому от тонкого наметенного снежного слоя покрытию.

– Доброе утро, – вежливо поприветствовала я его и поспешила внутрь, надеясь, что мистеру Гарвингу покажут, куда лучше поставить парокар и где провести время, пока он меня ожидает.

Экономка лорда, миссис Тернер, узнав меня, не выдала ничем своего отношения к столь ранним визитам, во-первых, и к визитам незамужних мисс к холостым лордам, во-вторых. Она по-прежнему сухо поприветствовала меня и, удивленно вздернув брови на мой отказ раздеться, проводила в ближнюю гостиную.

– Не волнуйтесь, я ненадолго, – успокоила я ее. – Попросите его светлость спуститься.

– Я передам его светлости, что вы нанесли нам визит, – чопорно проговорила она и удалилась, оставляя меня в одиночестве.

Эта гостиная была небольшой. Я порадовалась незажженному камину, иначе пришлось бы разоблачаться, а это свело бы к нулю мои попытки скрыть следы вчерашнего нападения. Поправив шаль, я подошла к окну, вместо того чтобы ожидать лорда, сидя на диване.

Парокар мистера Фокса уже не стоял у входа, зато я увидела, как пригнувшаяся в попытке прикрыться от ветра фигура дворецкого проскользнула по дорожке наискосок, ведущей к домику в глубине парка. Из окон домика струился теплый свет, а из трубы шел дым, давая понять, что внутри кто-то живет. Я заинтересованно проводила до двери взглядом дворецкого и кивнула самой себе, оставшись у окна, вдруг еще чего увижу. Подумала, снимать ли перчатки, но вспомнила о синяках на запястьях и не стала.

Лорд заставил себя ждать целых пятнадцать минут. Уж не знаю, спал ли он или намеренно не торопился являться, но благодаря ему, я успела вспреть в пальто и пришлось расслабить немного шаль, позволяя коже чуть остыть. Как нарочно в гостиной, кроме дивана, ламберного столика и ужасных картин с батальными сценами прошлого, не на чем было остановить взгляд. За окном ничего не изменилось, за исключением вернувшегося дворецкого, и я уже пять минут умирала от тоски, придумывая месть его светлости.

Дверь открылась ровно в тот момент, когда я размышляла, будет ли считаться слишком неприличным, если я закачу скандал из-за того, что меня заставляют так долго ждать. Лорд Ольден, свежий, выбритый и, судя по запаху, искупавшийся в ужасном одеколоне, стремительно вошел в гостиную и сдержанно поклонился, не роняя своего достоинства, в то же время не выказывая неуважение к ранней гостье. Я тоже склонила голову. Его карие глаза остановились на моем лице, и я увидела тень удивления в них.

– Вам не предложили снять пальто? – спросил он.

– Предложили. Но я ненадолго.

Сделав какие-то свои выводы, он с вниманием приготовился слушать. Но прежде спросил:

– Что привело вас в это снежное утро в мой дом?

– Желание найти правду, – не стала я ходить вокруг да около. – И чем раньше вы мне эту правду откроете, тем быстрее я покину ваш дом и перестану докучать своим присутствием.

– Вы вовсе не надоедаете мне, мисс Фэлкон, – проговорил он тем же тоном, каким в прошлый раз признавался в чувствах.

Я недовольно поджала губы.

– Где леди Эва?

Тишина затопила комнату. Было слышно, как ходят за дверью слуги, как тикают часы на стене, как скрипит несчастная ручка моего ридикюля от того, что я сжимаю и разжимаю ее, как стучит мое сердце. Мы растворились в глазах друг друга, но отнюдь не в романтическом порыве. Я боялась упустить хоть знак, он – вероятно, размышлял о том, что мне известно. Лорд сдался первым. Сначала он нахмурился, потом в его глазах появилось сочувствие.

– Согласен, вам трудно принять это. Но, Кларисса, Эва погибла.

Я усмехнулась. Сделать из меня идиотку, конечно, лучшее решение.

– Давайте не будем разыгрывать комедию. Я слишком уважаю себя, чтобы позволить вам водить меня за нос.

– Не понимаю, о чем вы, мисс Фэлкон.

– Думаю, понимаете.

Лорд подошел ближе, и я утонула в аромате одеколона. Это подстегнуло мое намерение побыстрее добраться до истины, пока я не вернулась к воспоминаниям, связанным с этим ароматом, которые хотела забыть.

– Боги, давайте покончим с этим. Мне нужно поговорить с ней. Мне все равно по каким причинам вы устроили весь этот спектакль, хотя я догадываюсь по каким именно. Я знаю, что она живет здесь с момента аварии и в то время, когда мы с вами мило обедали, она, возможно, сидела в соседней комнате.

– С вами все хорошо, Кларисса?

Поддельная забота отразилась в его взгляде и это заставило меня еще больше разочароваться в его светлости.

– Что заставляет вас думать, что нет? – спросила я, поддаваясь на его правила игры.

– Вы задаете странные вопросы, говорите ужасные вещи…

– Не смейте делать из меня истеричную особу. Я ничего не надумала, у меня не горячка и я не сбежала из дома для умалишенных. Вы цените свое время?

Лорд оторопел от моей тирады и просто кивнул вместо ответа.

– Я свое тоже. У меня намечено много дел на сегодня, и я бы хотела быстрее покончить с заданным вам вопросом. Где леди Эвелина Экройд?

Лорд молчал. Я ждала, когда разум его светлости восторжествует. Но его упрямство заставило меня пуститься в объяснения.

– Поверьте, я не собираюсь мешать вам, уж не знаю, что вы там напланировали: взять ее в жены и уехать на моря, поселить у себя и выдавать за дальнюю родственницу, отослать в глубинку и провести старость в уюте. Мне все равно. Но я должна поговорить с ней.

Лорд хмыкнул после моих слов о старости.

– Хорошо, – ответил вдруг он в тот момент, когда я собралась выкладывать доказательства, – даже если гипотетически предположить, что леди Эва выжила в той ужасной катастрофе, с чего вам пришло в голову, что я могу ее прятать?

Я задержала на нем взгляд. Потом, вернувшись к окну, позвала его за собой. Он послушно выполнил мою просьбу.

– Если я сейчас пойду вон по той дорожке, – я указала на путь к домику в глубине парка, – то найду ее, уверена. – Я повернулась к лорду, стоявшему слишком близко ко мне. – Еще раз прошу, давайте не будем тратить время друг друга. Позовите ее, пожалуйста. Скажите, мне нужны бумаги.

Лорд впился в меня взглядом. Сначала он просто смотрел мне в глаза, но потом взгляд его проскользил по моему лицу и я, почувствовав опасность, хотела отойти подальше. Но он не позволил. Поймав меня за плечи, лорд Ольден развернул меня к окну, позволяя тусклому зимнему свету упасть на мое лицо. Я отвернулась, но он поймал меня за подбородок. Распахнутая шаль открыла сине-фиолетовую припудренную скулу, выставляя напоказ все, что я намеревалась скрыть, включая верхний след от пальца на шее. Лорд Ольден ошарашенно смотрел на мое лицо, и когда подушечки его пальцев коснулись шеи, я вырвалась. Он снова поймал меня за плечи. Я подавила всплеск эмоций, всколыхнувшийся от воспоминания о вчерашнем.

– Не трогайте меня, – все же выбралась я из его рук.

– Он был у вас? – спросил лорд Ольден ледяным тоном.

– Я хочу увидеть леди Экройд, – вернулась я к своему плану, который почему-то не сработал. – Я знаю, что она здесь. Или я сама пойду и найду ее.

Мой упрямый взгляд, которым я одарила лорда, возымел, наконец, действие. Его светлость молча вышел, а спустя пару секунд вернулся.

– Ее сейчас позовут. Кларисса, – вновь начал он.

– Кто подстроил аварию? Вы?

Он помолчал.

– Вы, – уверенно подтвердила я. – Откачали воду и оставили парокар заведенным на обочине. Пара минут и взрыв. Но вам пришлось вернуться в город, вряд ли вы брали на это дело шофера, а как я помню, обратно нас вез именно он.

Мужчина наблюдал за мной и легкое восхищение в его глазах принесло небольшое удовлетворение.

– Откуда вы взяли труп? И почему, надев обувь леди Экройд, забыли надеть вторую перчатку? Забыли ее дома? Или оставили на память?

Он молчал. Молчала и я, мучительно ожидая ответа на вопрос. Скрывать синяк уже не имело смысла, и я стянула жаркую шаль, оставаясь лишь в капоре.

– Вам не за чем об этом знать, – удостоил лорд меня ответом. – Но как вы узнали об обмане?

Я вздохнула. Придется все же побеседовать. Расстегнув пальто, я любезно приняла помощь лорда Ольдена, взявшего на себя роль слуги и принявшего мою одежду.

– Первое – если надумаете вновь играть роль, тщательнее к ней подготовьтесь. Вы, конечно, как мужчина, не станете слезно убиваться по леди Эве, если с ней все же что-то произойдет. Но скорбь я бы увидела. А в вашем взгляде ее не было.

Он склонил голову, принимая мой ответ.

– Второе?

– Переправка вещей была большой ошибкой. Брат мисс Дарнелл не лучший выбор для посланника. Он вывалил кучу вещей леди Эвы прямо перед моим носом.

– Согласен, не слишком удачное решение, хоть и не мое. Эва хотела переправить вещи до своего отъезда.

– Связь с гувернанткой вообще не следовало поддерживать. Да, сама она будет стоять за воспитанницу до конца, но мисс Дарнелл слишком… в общем, не готова к неожиданным поворотам. Слишком консервативна.

Губы лорда Ольдена дернулись в улыбке.

– Есть и третье? – поинтересовался он.

– Я нашла вторую перчатку у вас в кабинете.

Обвинение прозвучало, но лорд все еще не сдавался.

– Это еще ни о чем не говорит.

– Я не полицейский, – напомнила я. – Мне не нужны железные доказательства. Подозрений для меня достаточно. Они просто подтвердили мои догадки.

Он нахмурился.

– Ей нужно было уехать. Скрываться у меня Эва не хотела. Она хотела улететь на дирижабле, но…

– Совершенно неразумное решение, – возразила я. – Дирижабль – транспорт для богатых. А леди Эву хорошо знают в этой среде. Хотя, после ее выступления на запуске, о ней знают не только в свете.

– Я тоже сказал, что это слишком приметно. Поэтому теперь мы ждем паровоза до Найтенса. А там она пересядет и поедет дальше.

– Куда?

– Туда, куда не дотягиваются руки моего мужа, – услышали мы голос леди Эвы, стоявшей на пороге. Я никогда не видела ее в платье, но сейчас оценила фигуру и внешность. Вот только непривычно встревоженные глаза смотрели лишь на меня. – Здравствуйте, Кларисса.

– Приятно видеть вас живой, – ответила я, обернувшись. Улыбка не коснулась моих губ. Я все еще помнила свою скорбь и свое желание найти ее убийцу, чтобы отомстить. Я слишком долго выглядела дурочкой в глазах лорда и теперь помнила об этом, как и помнила, благодаря кому все это было. – Вы не пришли на встречу.

Эвелина Экройд стремительно прошелестела подолом платья по полу и, сев на диван рядом со мной, порывисто взяла меня за руку. Даже в перчатках я почувствовала холод ее рук.

– Что случилось, Кларисса? – Она увидела мою неудачную попытку скрыть синяк и теперь требовала ответа. Но я не намеревалась говорить об этом.

Я поднялась и снова отошла к окну, оставляя свое лицо в тени для них обоих.

– Леди Экройд, думаю, вам известно о каких-то бумагах, которые принадлежали вашему мужу. Я уверена, что они очень важны для него. И возможно важны для меня, точнее для мистера Фокса. Полагаю именно их вы хотели передать мне при встрече. Но что-то случилось, что заставило вас отказаться от этого.

– Я хотела, вы правы, но Ричард был против.

Я взглянула на лорда. Он смело принял обвинение.

– И сейчас в этом уверен, – подтвердил он свое решение. – Эти бумаги опасны. Для вас и для Эвы.

– Что в них? – Мне нестерпимо захотелось узнать, за что я вчера пострадала.

– В них..

– Мы не можем вам сказать, – перебил леди Эву лорд Ольден. – Ваше любопытство уже причинило вам вред, Кларисса.

– Мисс Фэлкон для вас, лорд Ольден.

Он кивнул, принимая мое решение.

– Повторяю, они опасны, а у меня по-прежнему нет прав защищать вас.

– И тем не менее, вы это делаете.

– Я была замужем за Лайнусом семнадцать долгих лет. Я знаю его характер. Ричард, он не оставит ее в покое, – обратилась к другу леди Эва.

– Именно это он мне вчера и сказал, – подтвердила я. – Поэтому я имею право знать, сокрытие чего защищаю и насколько эта информация полезна для мистера Фокса.

– Он тоже знает об Эве? – взволнованно спросил лорд Ольден.

– Нет, я не делилась с ним подозрениями.

Леди Эва подошла ко мне ближе.

– Кларисса, я знаю, – она замолчала, подбирая слова, – насколько неприятным может быть общение с моим мужем…

Я сглотнула, вдруг снова почувствовав его пальцы, сжимающие мое горло, и сама схватилась за шею, чтобы прогнать это воспоминание. Но взяла себя в руки и сжала кулаки.

– Если вы знаете, то вы отдадите мне их.

– Чтобы вы отдали их ему? – спросил лорд Ольден, и я возмутилась.

– Да как вы могли такое подумать?

Он зло усмехнулся.

– Действительно. И что вы станете делать, когда они окажутся в ваших руках, а он снова схватит вас за горло? Ведь это его отпечаток на вашей шее. И это след от его удара на вашей щеке. Уверен, ваша одежда многое скрывает.

– Как вы смеете?! – воскликнула я. – Как смеете пересекать границы? Вы, это ваша выдумка повлекла все это!

– Перестань, Ричард, – леди Эвелина подошла к лорду Ольдену и примирительно положила руку ему на грудь, – ты слишком жесток.

– Жесток? Ты полагаешь? – холодно переспросил он и посмотрел на меня. – Вы, вероятно, не знаете, мисс Фэлкон, насколько жестоким может быть мистер Экройд. Что ж, позвольте вас просветить.

– Ричард, не надо, – умоляюще попросила его леди Эва, но он убрал ее руки со своей груди и подошел ко мне, глядя прямо в глаза.

– Эва недавно приняла на службу новую горничную, мисс Килкут. Мистер Экройд одарил вниманием молодую служанку. Та пожаловалась на притеснения своей хозяйке. Эва устроила сцену, но девушку это не спасло. Он запер жену в комнате, а со служанкой провел ночь, после чего бедняжка покончила с собой.

Я внимательно слушала лорда, широко раскрыв глаза, с каждым словом погружаясь в давний кошмар. Душная комната, свет от свечи, мужское сопение и этот ужасный аромат одеколона. Мне стало дурно. Я сглотнула ком в горле и оперлась на подоконник.

– Мисс Фэлкон! – услышала я голос леди Эвы. – Ричард, что ты наделал?

Воздух. Мне не хватало воздуха. Я закрыла глаза, представляя то, что могло прогнать видение. Летний луг и аромат свежескошенной травы. Я почувствовала, как меня взяли за плечи и распахнула глаза в испуге уставившись на лорда, тревожно вглядывавшегося в мое лицо.

– Вам плохо, мисс Фэлкон?

– Воздух, мне нужен воздух, – быстро проговорила я, выпутываясь из его рук и понимая, что одеколон послужил той последней деталью, которая погрузила меня в кошмар.

Лорд отодвинул меня в сторону, отдавая в руки леди Эвы и распахнул окно, впуская метель в комнату.

– Ты напугал ее, Ричард, – обвинила леди Эвелина его, усадив меня на диван. Она стянула с меня перчатки и принялась растирать ладони, но вдруг остановилась.

– О боги, Ричард, ее запястья. Мисс Фэлкон, что он сделал?

Лорд Ольден преодолел расстояние в два шага, и я почувствовала, как он навис надо мной. Я хорошо представила, о чем они оба подумали и, высвободив свои ладони из рук леди Эвы, снова натянула перчатку, скрывая черный след.

– Вы ошибаетесь, это не то, о чем вы подумали, – уверила я леди Эву, лихорадочно соображая, как увести разговор в другую сторону. Но посмотрев на лорда Ольдена, перехватила его взгляд и мне стало хуже. Его не убедили мои слова. Он уже сделал свои выводы и никакие слова не подействуют.

Расправив плечи, я посмотрела на леди Эву.

– После всего произошедшего я требую отдать мне бумаги, касающиеся мистера Фокса. Полагаю, они о передаче его бывшей собственности.

Леди Эва смотрела на меня со смесью жалости и восхищения.

– Ричард, – обратилась она к лорду Ольдену, – отдай их.

– Нет! – вскипел тот. – Ты понимаешь, о чем просишь? Нет! Теперь уж точно. Я и так подверг ее опасности. Тебе не следовало говорить ей. Не следовало договариваться о встрече. Теперь нужно наоборот, выждать время, чтобы он понял, что у нее нет этих бумаг.

– Да, я была неправа, – согласилась Эва. – Но потом, когда ты задумал игру в эту помолвку, все вроде успокоилось. Все действительно решили, что ты женишься на мисс Фэлкон и мой бывший муж поверил. Отступил.

– Да, только теперь это не имеет никакого значения. И чтобы ее оградить, нужно лишь следовать моему плану.

Мне стало понятно, для чего лорд затеял «игру с помолвкой». О, высшая цель, защита бедной беззащитной мисс. Будь она неладна, эта цель.

– Я думала, – поднялась я, – что лордов обучают манерам. Говорить о присутствующем в третьем лице в высшей степени неприлично. И к вашему сведению, я не позволяла принимать решения за меня! Отдайте бумаги и мы распрощаемся. Что будет со мной дальше не ваша забота.

– Моя! – ошарашил он меня заявлением. – Моя, потому что я не вижу иного способа защитить вас, кроме как зарегистрировав наш брак. И так как визит к вам мистера Экройда вызван моими действиями, то я обязан это сделать.

Я глупо захлопала глазами и замотала головой.

– Вы с ума сошли!

– Ричард, ты уверен? – одновременно со мной спросила леди Эвелина.

Я посмотрела на леди Эву. В ее глазах спряталось смущение. Боги, да она же имела в виду мою честь. Они оба это имели в виду.

– Бумаги, – сухо проговорила я, не глядя больше на леди.

– Я ни за что их вам не отдам. Завтра, мисс Фэлкон, мы зарегистрируем наш брак в церкви, и ваша честь будет спасена. И завтра же вы переедете в этот особняк. Но как вы понимаете, наш брак будет формальным. Я говорю это, чтобы вы не питали…

– В гробу я видела ваше предложение, – перебила я его. – Я не просто не собираюсь за вас замуж. Я собираюсь расстаться с вами сейчас и больше никогда, слышите, никогда не видеться. Если увидите меня на улице, то смело переходите на другую сторону и уж точно не здоровайтесь. Мне нужно от вас только одно. Бумаги. И ничего больше. И если вы мне их не отдадите, то я отсюда направлюсь прямиком к мистеру Экройду и расскажу о вашем милом спектакле.

Угроза прозвучала как гром среди ясного неба.

– У вас нет доказательств, – ледяным тоном проговорил лорд Ольден.

– У меня есть фото, где вы, лорд Ольден, склонившись к трупу несчастной девушки, забираете у нее медальон. В свете открывшихся мне событий, полагаю, что обгоревший труп принадлежит вашей бывшей служанке, покончившей с собой и медальо, явно знакомый для мистера Экройда, требовалось изъять. Но фоторепортер невовремя застал вас за этим.

Лорд брезгливо усмехнулся.

– Могу пожелать вам удачи в обвинениях. Я обязательно предоставлю мистеру Экройду какой-нибудь медальон с нашими детскими фотографиями с Эвой, пусть думает, что его жена нежно хранила воспоминания о детстве, а я, мерзавец, забрал его себе.

Я скрестила с лордом взгляды, как в поединке.

– Пусть так. Тогда я поделюсь с ним другими своими подозрениями. Не думаю, что он станет разбираться в мотивах.

– Вы не сделаете это, Кларисса, – мягко посмотрела на меня леди Эва, но я, внутри согласившись с ней, поджала губы.

– Не сомневайтесь. Сделаю.

Мы все трое замолчали. Ситуация была, мягко говоря, тупиковая. Кто-то должен был уступить. И этим кем-то точно была не я.

– Отдай ей бумаги, Ричард, – сдалась леди Эва.

– Нет.

– Отдай, Ричард. Я прошу тебя. Я устала и просто хочу уехать. Я не буду выдвигать обвинений, ты сам решил давить этими бумагами на Лайнуса. Но дело мистера Фокса не касается того, что в остальных. Отдай их. Может, они и правда принесут пользу больше, находясь в руках мисс Фэлкон.

– Как ты не понимаешь? – убеждал ее лорд Ольден. – Увидев их в ее руках, он подумает, что и остальные тоже у нее. – Он повернулся ко мне. – Решать вам, мисс Фэлкон. Я не отдам вам бумаги. Можете пойти и рассказать обо всем мистеру Экройду.

Я посмотрела на упрямца. Сжатые зубы. Напряженные желваки. Твердый, высокомерный взгляд. Как мне хотелось потрясти его, словно грушу, и вытрясти эти злосчастные бумаги. Но, видимо, в этот раз придется отступить. В конце концов, это дело я раскрыла, и оно не будет больше взывать к моей справедливости. Я тяжело вздохнула, подошла к своему пальто, перекинутому через спинку кресла.

– Вам не следует волноваться, леди Эвелина. Я не выдам ваш секрет. – Я надела пальто и принялась застегивать пуговицы. – Пусть несправедливое действие, совершенное в отношении мистера Фокса, остается на вашей совести и совести его сиятельства, – подобрав шаль, я накинула ее, укутывая шею. – Надеюсь, вам удастся начать новую жизнь вдалеке от Кремдена. Прощайте.

Я тихо вышла за дверь, даже не хлопнув ею напоследок. Взгляд лорда Ольдена жег мне спину. Услужливый дворецкий распахнул передо мной входную дверь, и я нырнула в снежную кутерьму, царившую на улице.