Дитя скорби

Глава 48

Огляделась. Вперед вел земляной туннель, вроде бы широкий, но непроглядно темный. Пробираться по нему пришлось практически вслепую. Касалась холодной, грязной стенки, как единственного ориентира, чувствуя, что двигаюсь по наклонному полу, спускаясь все ниже и ниже. Слава свету полуночной звезды, долго так топать не пришлось.

Пройдя на ощупь метров двести, уперлась во что-то деревянно. Исследовав его сверху до середины, наткнулась на нечто холодное и металлическое. Ручка! Дернула на себя, полотно поддалось, но, видимо, перекосившись от времени и сырости, сдвинулось только сантиметров на двадцать, цепляя земляной пол. Рванула сильнее, стараясь увеличить просвет. Намного больше сделать щель не удалось. Скинула с себя вонючие орчьи доспехи, и просвета оказалось достаточно, чтобы я смогла протиснуться.

Передо мной встала новая преграда. Каменная стена, жутко холодная, влажная от глубинных подземных вод, по тоненькому контуру которой виднелся слабенький, почти незаметный свет, проникающий с противоположной стороны. Я однозначно была где-то глубоко под землей.

Ощупала шершавую поверхность, надеясь и тут найти какое-то подобие ручки. Но ничего такого не обнаружилось. Тогда просто уперлась в преграду плечом, стараясь сдвинуть ее. Раздался тихий скрежет, оповещая, что каменная кладка переместилась на несколько миллиметров. Развернулась спиной, навалилась всем весом, упираясь носком правой ноги в неподдающееся деревянное полотно. Кажется эта глыба не сдвигалась с места столько времени, что вросла в свою нишу, корни пустила, если можно так сказать.

Глухо зарычала от натуги, давя всем весом, ощущая, как понемногу смещается кусок стены, что возник передо мной. Мышцы начало ломить от напряжения, снова повернулась лицом, упираясь теперь грудью. На лбу выступил пот, ноги и руки затряслись. Нет, не девичья это работа - камни ворочать! Наконец здоровенный кусок кладки метра два в высоту и метр в ширину отъехал вперед на достаточное расстояние, чтобы я смогла протиснуться в образовавшийся прохлд. Клинки, завернутые в плащ бросила первыми, затем пролезла сама, цепляясь пуговицами за край камня.

Оказалась в новом земляном коридоре с одной стороны обложенном для укрепления камнем и тускло освещенном единственным световым кристаллом. Однако, мои глаза уже так привыкли к темноте, что этого источника света было вполне достаточно, чтобы понять, куда надо двигаться. Этот проход заканчивался сложенной из тесаных блоков винтовой лестницей, упирающейся в люк. Если бы снова пришлось что-то отпирать физической силой, я бы просто не справилась. Но нет, крышка люка откинулась без проблем и, выбравшись наружу, сразу поняла, где нахожусь: в саду у одного из маленьких фонтанчиков.

Поразительная тишина накрыла своей неожиданностью. Раньше в эльфийском саду в любое время года, дня и ночи, всегда слышалось тихое пение живущего здесь народа, даже в морозные дни чирикали птицы, ругая холод. А сейчас - ни звука.

Бросила быстрый взгляд на окна дворца, безошибочно выхватывая те, что вели в комнаты Витэана. Мое сердце рвалось туда. Уже было шагнула, намереваясь отправиться прямиком в его помещения, как недалеко послышались чеканные шаги. Бросилась в обратную сторону, стремясь скрыться за широким стволом одного из растущих тут деревьев.

Оказавшись в безопасности, осторожно выглянула, чтобы понять, кто приближается. То, что увидела, ничуть не порадовало: по саду шел тифлинский патруль. Трое рогатых, хорошо вооруженных, закованных в доспехи захватчика двигались по садовым дорожкам ровным клином. Их грозный вид заставил сердце забиться быстрее. Отбивая каблуками тяжелых сапог строгий ритм, эта тройка прошагала мимо.

Крадучись, вышла из своего укрытия и стала пробираться к замку не напрямую, а окольными путями. Тут и там пришлось прятаться от патрулей, иногда до моего слуха доносилась непривычная гаркующая речь. Ни одного эльфа видно не было.

До своих покоев добралась по старинке: поднялась по вьющимся ветвям плюща. А уже с балкона, примыкавшего к отведенным мне комнатам, перелезла к знакомой спальне Витэана. Вспомнилось, как пряталась тут на уступе. Давно ли это было? Если хорошо припомнить, то совсем нет. Но столько всего случилось, что кажется, будто прошла целая вечность.

Стараясь выровнять сбившееся от тяжелого подъема дыхание, опасливо заглянула через стекло в комнату. Напряженные плечи с разлитым по ним золотом волос Витэана, сидевшего за письменным столом, которые тут же увидела, заставили нервно сглотнуть. Осмотрела помещение, насколько смогла. Вроде бы никого, кроме таура там не было. Осторожно толкнула створку балконной двери. Та отворилась без шума, впуская в спальню эльфийского владыки. Вошла, держа клинки на готове, на случай, если в темном углу все же притаился кто-то из охраны. Но нет, никого кроме моего эльфа тут не было.

- Витэан! - Выдохнула я, бросаясь к нему.

Таур не шевельнулся. Взгляд его изумрудно-зеленых глаз был мутным, расфокусированным, будто бы эльф сильно напился.

- Витэан, ты меня слышишь? - Произнесла я, становясь напротив, наклоняясь к крышке стола, стараясь заглянуть прямо в глаза эльфа. - Прошу, скажи, хоть что-то!

Таур не шевельнулся, не издал ни слова. Стало ясно, почему он не в кандалах где-то в казематах, почему ни один тифлинг его не караулит. Воля владыки Гремучего царства была подавлена заклятьем мерзавки Глассе.