Дитя скорби

Глава 49

В сердцах хлопнула ладонями по крышке стола и даже рыкнула от собственной беспомощности.

- Ну и что прикажешь делать, мой таур? - произнесла я, задавая этот вопрос скорее самой себе, но по прежнему глядя на Витэана.

Это помогло заметить, как один мускул чуть дернулся на щеке эльфа.

- Каурус... - сдавленный шепот пронзил мое сознание.

Похоже, проникать в мысли в таком состоянии для эльфийского владыки было невероятно, невообразимо сложно, а потому, он смог передать мне только одно слово. Но этого было достаточно.

Конечно же! Сок каурусовского дерева, чье целебное действие побеждает даже отравление тьмой, должен был помочь. Кинулась к стоящим в спальне таура шкафам, пытаясь найти заветный флакончик. Запас целебного напитка просто обязан был быть тут, пусть небольшой, пусть всего один пузырек, но должен был храниться в покоях владыки. Однако, ни в прикроватной тумбе, ни в шкафу, ни в комоде не обнаружилось искомого.

- Да где же?.. - оборачиваясь вокруг своей оси, стараясь прикинуть, в каком месте может быть припрятан так необходимый сейчас сосуд с зельем.

Замерев, поняла, что не посмотрела только в недрах письменного стола, за которым все так же неподвижно сидел Витэан. Кинулась к нему, открыла, верхний ящик, быстро перевернула бумаги, затем второй - разворошила письменные принадлежности. Третий отъехал вперед, характерно звякнув. Есть! На дне почти пустого ящика нашлись сразу три пузырька с мягко светящимся голубоватым содержимым.

Какая, должно быть, чудовищная пытка для Витэана: сидеть совсем рядом со своим спасением и не иметь возможности дотянуться до него. Наверняка, эта гадина Глассе знала, что таур хранит каурус в ящике стола и намеренно решила помучить его. В мыслях снова появились кровожадные мысли о том, как я голыми руками сворачиваю шею этой полукровой предательнице.

Мотнула головой, понимая, что сейчас не до мечтаний о мести. Взяла один из пузырьков, вынула пробку и поднесла его к губам таура. Он оставался неподвижен. Чувствуя, как жалость к моему эльфу смешивается с ненавистью к тем, кто довел его до такого состояния, запрокинула Витэану голову, с силой надавила на скулы, заставляя разомкнуть губы, и буквально влила каурус ему в рот.

Несколько томительных секунд ничего не происходило, а потом таур закашлялся, тяжело задышал, низко опуская голову. Его сильные ладони с широко расставленными, напряженными пальцами уперлись в столешницу, по телу прошлась болезненная судорога.

Витэан застонал от раздирающей его нестерпимой боли. Уже хотела броситься к нему, но таур резко поднялся из-за стола. Сперва его голова все еще была опущена, золотые, растрепанные волосы скрывали лицо, но потом таур повернулся ко мне, одаривая теплым и осмысленным взглядом изумрудно-зеленых глаз.

Секунда, краткий миг, и я оказалась заключена в крепкие, обволакивающие объятья.

- Ниэнель, моя Ниэнель, - шептал Витэан, уткнувшись мне в макушку. - Я знал, что ты поверишь мне, знал, что простишь...

- Мне не за что было тебя прощать, - отозвалась я, прижавшись к широкой груди, ощущая, как часто бьется сердце. - Ты ни в чем не виноват.

- Но тебе показали другое. - со вздохом ответил таур.

В этот момент мне хотелось остаться с ним навсегда, забыть о тифлингах, что захватили оплот Гремучего царства, о кознях и сговоре с иномирцами Глассе, о том, какая опасность угрожает всему миру. Просто стоять вот, так, заключенной в кольцо сильных рук, тонуть в чарующем аромате, что исходил от Витэана. И, кажется, таур хотел того же.

Он чуть отстранился, чем заставил взглянуть на него, а потом, наклонившись, коснулся моих губ своими. Этот поцелуй был таким сладким, захватывающим, головокружительным, и вместе с тем каким-то отчаянным. Я почти растворилась в водовороте всколыхнувшихся чувств, в жаре, что моментально разлился по венам, отвечая на нежную и жадную ласку эльфийского владыки.

Клянусь светом всех звезд, что вспыхивают на ночном небе, еще чуть-чуть, и нам бы пригодилась постель, что стояла в трех шага. Само собой, не для сна.

Тесно прижалась к Витэану и услышала легкий шорох скомкавшейся в кармане карты. В мыслях тут же промелькнуло, что не могу позволить себе поддаться чувствам. С трудом разорвала наш пленительный поцелуй.

- Мы должны закрыть портал, созданный тифлингами, - сипло выговорила я, хватаясь за камзол на его груди и сминая ткань.

В этой моей фразе было, пожалуй, слишком много отчаяния, слишком много боли и тревоги. Витэан тяжело и мучительно вздохнул, по видимому, тоже выныривая из омута наших желаний, из тепла близости.

- Если бы только это было возможно, Ниэнель, - скрипя зубами, выражая крайнюю степень обреченности, ответил он. - Если бы у нас был хоть малейший шанс, я сделал бы все, что от меня зависит.

- У нас есть такой шанс, - отозвалась я, и извлекла из кармана карту и кольцо, что передал мне эфемер, мой отец.

Таур взглянул на эти предметы, удивленно посмотрел на меня, но, кажется, все понял без каких-то долгих объяснений.

- Ты знаешь как разрушить разрыв между мирами? - Уточнил он.

- Да, - кивнула коротко. - Только мне нужно быть там, где его откроют в момент создания портала.

- Тогда нам нужно поторопиться, - голос Витэана прозвучал уверенно и властно.

Невольно улыбнулась. Таким он нравился мне гораздо больше.