Дневник Славы Пушко

15 октября.

Мать прислала письмо — дома все нормально. Обещала сделать денежный перевод. Надо написать, чтоб не вздумала: здесь лишние деньги — источник повышенной опасности. Недавно Вовка пришел молчаливый и расстроенный. Молчал, молчал, а потом мне и Сереге раскололся. Он ходил в магазин, который напротив кладбища, один. К нему подошел один местный, Зелимхан, и с ним еще трое. Они Вовку остановили и говорят: «Ты еще не понял? Здесь все платят! На нашей земле живешь, плати». «Сколько же вы хотите?» — спрашивает Вовка. «Стольник в месяц — и живи спокойно». «У меня сейчас нет». «Мы завтра придем; мы же знаем, где ты живешь!» — и называет и дом, и квартиру, и как нас зовут. Ну, это местные солдаты стучат, однозначно. Картина Репина «Приплыли». Потом Вова вспомнил, что нас обещали зарезать. Серега сказал: «Ерунда!», а я так не подумал. Они же наркоманы почти поголовно, под кайфом ткнет в тебя ножом, а утром и не вспомнит.

Сидели, сидели — ничего не решили. А я думаю так: если бежать — это же куча неприятностей, разборки с военной Прокуратурой — там можно крупно влипнуть; а если остаться — страшно, по 100 тысяч только дай, потом они 200 захотят, потом 300; а потом все равно не заплатишь и они пришьют тебя где-нибудь потихоньку и разбираться никто не будет — они здесь почти все друг другу какими-нибудь родственниками приходятся.

Вот влип: с одной стороны — местные, с другой — Огнев. Что делать!!! К кому обращаться за помощью! Но если положение ухудшится — я побегу.