Дневник Славы Пушко

26 октября.

У меня руки трясутся. Вчера опять приходили местные. Одного зовут Зелимхан, другого — Расул, третьего — Изам, последнего — Заур. Начали трепаться насчет того, что они держат весь Абу-Абакар и вообще — «крутейшие мэны». Я спросил самого наглого — Изама, не боится ли он, что ему случайно на голову упадет граната. Изам этот сразу ощерился: «Ты мне угрожаешь?!». «Что ты! Что ты!» — говорю я. — «Просто интересуюсь». «Не боюсь», — улыбается.

«Надо нам помочь материально», — говорят. И тут опять, слава Богу, к нам приперлись (как кстати!) Косач, Пол и Рустам. Местные прикинули, что они к нам надолго, и теперь нас шестеро против четверых, посидели недолго, поулыбались, и ушли, сказав, что еще встретимся.

Пол (Поленый) спрашивает: «Наезжают? Дайте в морду, и все!». Умный какой! Он-то сам с офицерами и папоротниками из местных на короткой ноге — его не достают.

Я решился поговорить со своим комбатом Хакимовым. Надо же что-то делать?!