Что скрывал танцор? Книга 2. Доррес

Глава 13

Хелен

Улица Роуз, пятнадцать. Когда-то для маленькой Хелен это место стало личным синонимом ада. Именно сюда привезли ребенка, найденного у тела матери. Тогда она не понимала, почему вдруг ее забрали из дома. Осознание пришло позднее. И того, что мама больше никогда не вернется, и того, что дома у Хелен больше нет. Ее мир перевернулся с ног на голову, а Хелен оставалось только выжить и не сойти с ума.

В детском доме ее окружали разные дети. Некоторые были уличными, напоминавшими зверенышей, а некоторые домашними, все время хныкающими. Кого ненавидеть и бояться больше, Хелен не знала. Она лишь хотела, чтобы все стало, как раньше, а это было невозможно.

Ее пытка продолжилась около четырех месяцев, а потом девочку усыновила чета Вайнс, и какими бы сложными не были отношения Хелен с приемными родителями, она готова была терпеть их сколько угодно, лишь бы не вернуться в детский дом. И вот теперь ей предстояло переступить порог этого места и, возможно, узнать, кто был ее отцом и из какого клана происходила мать.

— Волнуешься? — сразу понял Эйден.

— Да, — не стала скрывать Хелен. — Очень.

— Понимаю. Знаешь, после катастрофы и разработки купола во многих кланах творилось черт знает что, и Дорресы не исключение. Мой дед не воспитывал отца, потому что папу родила его любовница, но двое законных наследников клана Доррес погибли, и тогда настал мой через.

— Тебе достались наследственные чары? — поинтересовалась Хелен.

— Очень слабые, — признал Доррес. — Я работаю с огнем, но максимум могу разжечь или потушить небольшой костерок. Этого было достаточно, чтобы стать главой клана, но слишком мало для обеспечения собственной безопасности.

Они спустились на стоянку и сели в кар. Доррес активировал его и продиктовал адрес, кар мягко сдвинулся с места, а Хелен вдруг поняла, что ее колотит дрожь.

— Все в порядке? — нахмурился Эйден.

— Да. Я просто… боюсь.

— Правда не должна тебя пугать, но если все плохо, мы можем вернуться в офис.

— Нет, ни за что! — торопливо воскликнула Хелен. — Это мое прошлое, и я имею право знать.

— Согласен. Если бы в моей жизни сложилась такая ситуация, я сделал бы все, чтобы выяснить истину. Вообще, родители — это особая тема для каждого ребенка. Моя мать — очень хороший человек. Я слишком занят, и мы редко видимся, но постоянно на связи. Отец был резким, тираничным. Я не любил его, признаюсь честно. Для меня семья — это гавань, а для него она была местом выяснения отношений. Его законная супруга тоже с ним не ладила, и когда он умер, прямо на похоронах пошла в пляс. Я тогда решил, что она сумасшедшая, а сейчас понимаю: не настолько, как мне тогда показалось.

— Звучит жутко, — признала Хелен. — Не хотела бы я дожиться до того, чтобы кто-то так радовался моей смерти.

— Да, и я. Мне бы хотелось, чтобы мои дети видели во мне опору и защиту, а не деспота.

Эйден говорил правильные вещи. Наверняка, он станет хорошим мужем и отцом, если никто раньше не сдвинет его с пути, словно пешку. Клану Доррес повезло с главой, и в эту минуту Хелен поняла, что действительно жаждет найти преступника и защитить Эйдена от грозящей опасности.

— Интересно, что о нашем спешном отъезде подумали в офисе, — задумчиво проговорила девушка.

— Наверняка, решили, что мы едем на свидание, — хмыкнул Эйден. — Такими темпами тебя скоро запишут в невесты и начнут перед тобой плясать на задних лапах.

— Вот этого мне бы точно не хотелось.

Хелен выразительно поморщилась. Она любила честных и бесхитростных людей. Такими были ее друзья, которых работа вытеснила из жизни. А вот в окружении Дорреса, видимо, хватало льстецов и лжецов. Нелегко так жить.

— Судя по твоему лицу, ты уже думаешь, куда сбежать, — с усмешкой проговорил Эйден.

— Так и есть, — откликнулась Хелен. — Вокруг меня слишком много новых людей, и мало кто из них вызывает симпатию. Тяжело к этому привыкнуть.

— Другого варианта нет.

— Увы.

Между тем кар остановился у старинного трехэтажного здания, в котором и располагался сиротский приют Старлейса. Хелен не представляла себе ситуации, при которой захочет снова переступить его порог, но вот она здесь, и тайны прошлого, возможно, станут еще на шаг ближе.

Чего Хелен точно не ожидала, так это того, что директор лично выйдет на порог встречать гостей.

— Эйр Доррес! — воскликнула пожилая женщина в коричневом платье и неизменной волнистой укладкой. — Такая честь для нас принимать главу клана Доррес. Проходите, прошу, наши крошки очень ждут личной встречи с вами.

Хелен постаралась сдержать невеселую улыбку. Конечно, все легко объяснимо. Эйр Доррес договорился с директрисой о встрече, и сейчас она сделает все, чтобы стрясти с него как можно больше денег. Каждый получит свое: Эйден — возможную информацию о прошлом Хелен, директор приюта — пожертвование на воспитание «крошек».

— Не стоило беспокойства, эя Лайфорт, — проговорил Доррес.

— Как это? Дорогих гостей нужно встречать по-особенному.

А глаза эи Лайфорт уже горели желанием получить энергию на свой браслет. Куда потом делать энергия, вряд ли кто проверит. Такой Лети Лайфорт была и более десяти лет назад, когда Хелен очутилась в приюте.

* * *

Стоило им с Дорресом переступить порог, как раздалось нестройное пение. Самых одаренных воспитанников выстроили на лестнице, ведущей на второй этаж, и они сейчас исполняли гимн приюта. Длинный, заунывный и горячо ненавидимый Хелен. Директор Лайфорт делала вид, что девушку не узнала, но в ее хорошей памяти Хелен не сомневалась: когда она впервые попыталась выяснить что-то о своей семье, эя Лайфорт прекрасно ее вспомнила и посоветовала не копаться в прошлом — все равно не докопается.

И вот теперь та самая женщина чуть ли не плясала перед Дорресом, как собачонка на задних лапках. Даже смотреть было мерзко, а сюда еще и втянули детей! Хелен старалась не показать своих чувств, сохраняя холодное безразличие, а Эйден, стоило гимну завершиться, резко проговорил:

— У меня не так много времени, эя Лайфорт. Ваши воспитанники прекрасны, но меня ждут дела.

— Да, конечно, — торопливо ответила директриса, сделала знак, и детей увели. Только сейчас она внимательно посмотрела на Хелен: — О, а ведь ваша спутница — тоже наша выпускница.

Врет. Выпускницей приюта Хелен не была, да и пробыла здесь, к своему счастью, недолго. Но сейчас поправлять директрису она не стала. Это лишь затянет время.

— Именно о ней и пойдет речь, — признался Эйден. — Давайте продолжим не здесь.

— Прошу, проходите за мной. Чаю? Чего-нибудь покрепче?

— Ничего не нужно.

Директриса сникла, чувствуя, как щедрое пожертвование уплывает от нее, и проводила гостей в свой кабинет.

Здесь, в отличие от холла, недавно был сделан ремонт, стены казались свежими, мебель — дорогой и добротной. Увы, резкий контраст с самим зданием приюта бросался в глаза.

— Чем я могу вам помочь, эйр Доррес? — спросила эя Лайфорт, присаживаясь за стол.

— Не мне, Хелен. Я хотел бы увидеть все документы, какие у вас есть по поводу ее пребывания в приюте. Особенно те, которые касаются семьи.

— Но это запрещено. — Директриса развела руками. — Девочка была удочерена, теперь у нее другая семья.

— Будете рассказывать мне значение слова «запрещено»? — Эйден выразительно поморщился. — Где мы, по-вашему, находимся?

— В приюте, — тихо ответила эя Лайфорт.

— А точнее?

— В Старлейсе.

— Вот именно. Как вы думаете, легко ли вам будет найти в закрытом городе другую работу, если однажды вас уволят? Например, за бесконтрольный расход энергии.

— Это неправда! — возмутилась директриса.

— Если я сказал, что правда, значит, так оно и есть. Кому из нас поверят больше? Главе клана или мелкой сошке из Айнсвордов?

— Я немедленно отправлюсь в архив, — понятливо отозвалась эя Лайфорт. — Можете пока пройтись по приюту. Думаю, Хелен будет приятно.

Вообще нет! Но раньше, чем кто-либо ответил, директриса крикнула:

— Валентин!

Хелен обернулась к двери и замерла. Неужели тот самый Валентин, за которого приютские девчонки когда-то готовы были перегрызть друг другу горло? А в комнату уже вошел парень чуть старше Хелен, белокурый и голубоглазый, похожий на модель с обложки журнала. Нет сомнений, это он.

— Вы ведь знакомы с Валентином? — обернулась к ней директриса.

— Хелен? Серьезно? — Парень замер пораженно, а затем подошел и крепко обнял поднявшуюся навстречу девушку. — Ничего себе, какой ты выросла, малышка. Серьезная, даже заговорить страшно.

— Не ожидала тебя здесь увидеть, — призналась Хелен. — Эйр Доррес, это Валентин, мы воспитывались вместе.

Мужчины обменялись приветствиями, а эя Лайфорт поторопилась в архив.

— Итак, хотите осмотреть приют? — спросил Валентин.

— Пожалуй, я подожду здесь, — откликнулся Доррес.

— А я соглашусь, — рискнула Хелен. — Не думаю, что когда-нибудь приду сюда снова.

— Тогда пойдем.

И они покинули кабинет директора, оставив Эйдена в одиночестве. Хелен мельком увидела, что он тут же уткнулся в передатчик. Работа не прекращалась ни на минуту. А Валентин уже увлекал ее прочь, в классные комнаты.

— Смотри, — говорил он по пути, — здесь почти ничего не изменилось, только меценаты подарили новую мебель. Помнишь, как мы с тобой переодели скелет-пособие в плащ директрисы? То-то крику было!

— Да, помню, — улыбнулась Хелен. За короткие месяцы воспоминаний накопилось на целую жизнь. — Ты здесь работаешь?

— Нет, прихожу помогать, — ответил Валентин. — Меня так никто и не усыновил, я прожил здесь до выпуска. Теперь работаю на обеспечении купола, наблюдаю за его бесперебойной работой и системой фильтрации воздуха.

— Ничего себе! Звучит интересно.

— Не настолько. — Валентин пожал плечами. — Зато там хорошо платят. Надо обеспечивать себя. А еще у меня невеста есть, тоже из наших, но ты ушла раньше, чем ее к нам определили. Лилия зовут. Хочу накопить на достойную свадьбу, обеспечить наших будущих детей.

— Сложная работа?

— Да. И проверок постоянно много. Понимаешь ведь, купол падет — и Старлейсу конец. Иногда, когда стоишь у самой преграды, видно, как мимо проходят мутанты. Настоящие чудовища! Я и не знаю, какими животными они были когда-то. Служба безопасности все время опасается диверсий, нас раздевают до белья прежде, чем впустить на рабочее место. Одним словом, все для благополучия города. А ты? Где трудишься?

— Служба расследований Старлейса, — с улыбкой ответила Хелен.

— Ого! Настоящая ищейка?

— Ага, как и мечтала. Сейчас, правда, временно перевелась в офис клана Доррес, я к нему принадлежу, но потом надеюсь вернуться обратно.

— Здорово! Ты всегда была боевая, Хелли. Замужем?

— Нет.

— Зря. Семья — это здорово. Мы с Лилией хотим минимум троих детей.

Хелен рассмеялась, представив Валентина отцом семейства. Никогда не думала, что первый красавец приюта будет мечтать именно об этом. Экскурсия продолжилась, они уже собирались подняться на второй этаж, когда в коридоре появилась директриса.

— Эя Вайнс, у меня все готово, — сказала она, сжимая в руках серую папку.

— Рада была повидаться, — сказала Хелен Валентину. — Запиши номер моего передатчика. Если понадоблюсь, свяжись.

Они быстро обменялись контактами, и Хелен вернулась в кабинет эи Лайфорт. Эйден терпеливо ждал, и директриса торопливо опустила папку перед ним, но глава клана Доррес подвинул ее к Хелен.

Когда Хелен открывала папку, ее руки едва заметно подрагивали. Внутри находилось несколько бумаг. Сверху — документы на удочерение и данные приемных родителей, ниже — свидетельство о рождении самой Хелен. В нем сохранилось имя матери — Арисса Матрион, а вот на месте имени отца была пустота. Также в папке лежало свидетельство о смерти матери.

— Негусто, — хмыкнул Доррес.

— Девочка пробыла у нас недолго, — оправдалась эя Лайфорт. — Ее почти сразу удочерила пара из клана Доррес.

— Что вам известно об ее отце?

— Ничего, — быстро ответила директриса. — Мать воспитывала девочку одна. Когда она погибла, Хелен попала к нам, потому что никто из Матрионов не претендовал на ее воспитание.

— А вы кого-то оповещали?

— Ближайших родственников нет, вы же сами видите.

— Тогда кто мог претендовать?

Эя Лайфорт пошла красными пятнами. Хелен даже стало ее жаль. Она закрыла папку и попросила:

— Можно забрать с собой?

— Я сделаю для вас копии, — заторопилась директриса. — Буквально одну минутку.

И умчала вместе с папкой, а Доррес обернулся к Хелен.

— Значит, Матрион? — проговорил он.

— Похоже на то, — задумчиво ответила девушка. — Странно, я совсем этого не помню. Мама никогда не упоминала родной клан. Она вообще не говорила о родных. Видимо, их действительно не было.

— Либо она не желала с ними встречаться. Мало ли, кто приложил руку к ее смерти?

Хелен согласно кивнула. Мог ли кто-то из Матрионов желать матери смерти? Что вообще известно о ее возможных родственниках? Вопросов много, но кому их задать?

— Постарайся аккуратно навести справки, — посоветовал Доррес. — Если задавать вопросы начну я, это вызовет слишком много внимания. Ты же пока не настолько на виду. Может, даже лучше действовать через кого-то. Арисса — имя не распространенное. Я вообще не знаю ни одну женщину, которую бы так звали. Возможно, кто-то ее вспомнит.

— Да, подумаю, как это сделать, — откликнулась Хелен.

Снова просить Джейса? Не хотелось впутывать его еще и в это. Однако других знакомых, связанных с кланом Матрион, у нее не было. Ладно, будет действовать по обстоятельствам.

— Спасибо за помощь, — сказала она Дорресу. — Я правда очень это ценю.

— Ты помогаешь мне не меньше, — ответил он.

Появилась эя Лайфорт, и разговор стих. Хелен получила папку-близнеца той, что оставалась в приюте, и они с Эйденом наконец-то направились к выходу. Стоило очутиться на улице, как Хелен поняла: она снова может дышать. Здание давило на нее, а сейчас груз исчез, и снова стало легко и свободно.

— Поехали? — спросил Доррес.

Что-то кольнуло. Какая-то мысль, за которую уцепилась интуиция Хелен.

— Кар слишком долго стоял на улице, — тихо сказала она. — Я бы проверила. А мы с вами можем и прогуляться.

— Паранойя, — хмыкнул Эйден. — Но проверить его я могу и сам. Всю жизнь работаю с карами и разбираюсь в них не хуже моих сотрудников. Жди здесь.

Он подошел к кару, склонился над ним, а минуту спустя вытащил из-под дна маленькую коробочку.

— Что это? — тихо спросила Хелен.

— Не знаю, — ответил Доррес, — но подозреваю, что устройство для создания помех в работе кара. В офисе разберутся.

— Выходит, за нами следили? Или…

— Или у них есть доступ к моему передатчику. Сменю его, как только вернемся в офис. Теперь поедем?

— Да.

Хелен чувствовала себя скверно. Кто-то подобрался настолько близко! Неужели где-то по пути их ждала засада? К счастью, узнать не пришлось, и до офиса они добрались без происшествий. Доррес отправился к своим сотрудникам, чтобы разобраться с устройством в коробке, а Хелен — в свой кабинет. Она хотела еще раз просмотреть документы, но главное — прийти в себя и решить, что делать дальше. Как быть с той информацией, которую она сегодня получила.