Друид. Том 2. Пламя и кровь

Глава 13

– То есть он идёт сюда не просто за территорией, а за конкретным местом силы…

В прошлой жизни я видел немало графиков поглощения рынков, но эта спираль ни с чем не сравнится. Она не просто сужается. Нет… Она сжимается, как удавка на горле всей губернии. И мой лес, мой санаторий, в который я вложил столько сил – финальная точка. Жирный восклицательным знак. Если план Тенелиста удастся – он получит силу чуть ли не всех лесов в округе.

А если мой лес пострадает, то пострадают и печати. Аномальная зона продолжит расширяться.

Хаос – вот что нас ждёт.

Я снова взглянул на шрам Ярины. Серая, мёртвая кора на месте живой кожи. Теперь мне стало понятно, почему она сказала, будто это не лечится. Тенелист не просто ранит, он забирает жизнь.

– Он не просто приближается, Всеволод, – Ярина аккуратно свернула бересту. – Он планомерно выедает всё вокруг. И твой лес – это то, что он оставил на десерт. Самый жирный кусок.

Я отошёл от стола к окну. В сумерках мой лес казался спокойным, но теперь я видел в каждом дереве потенциальную мишень.

– Значит, времени на раскачку нет, – я обернулся и позвал своего наставника. – Валерьян!

Призрак деда, который до этого подозрительно притих, проявился рядом с буфетом. На этот раз он выглядел на удивление серьёзным.

– Слышу, Сева. Не ори. Ситуация – дрянь, – признал старик. – Но Веретянниковы знают толк в таких вещах, это факт. Только на одну Ярину не полагайся. Тебе нужно укрепить свои границы так, чтобы этот сорняк обломал об них зубы.

Я посмотрел на Ярину, потом на мешочек с мёртвой землёй.

– Если он хочет сожрать мой лес последним, значит, он считает меня самым вкусным блюдом, – я сжал кулаки. – Что ж, в таком случае я постараюсь, чтобы он подавился.

Я сделал глубокий вдох, настраиваясь на гул земли под домом.

Нам нужно подготовиться. Тенелист наступает, а у меня под боком ещё и Шатунов с его «кровавой» печатью, которая вот-вот рванёт. Если она падёт, Тенелисту даже стараться не придётся – лес ослабнет. И из-за расширения аномалии. И тогда мы уже не сможем ему противостоять.

Ярина кивнула, её чемоданы синхронно щёлкнули замками.

– Начнём с того, что я покажу тебе, как выставлять барьеры, которые Тенелист не сможет переварить с ходу. Но учти, Дубровский: это потребует уйму твоей силы, – заключила девушка. – Но для начала… Я бы хотела немного передохнуть после дороги. Я сюда, между прочим, пешком шла.

Теперь понятно, почему она так задержалась!

Я посмотрел на её запылённые босые ноги и на чемоданы, которые, кажется, тоже выглядели измученными – один из них приуныл и перестал щёлкать замком.

– Пешком? От самой границы губернии? – я невольно проникся уважением. Проделать такой путь через леса и овраги, да ещё и с «живым» багажом – это надо иметь характер похлеще, чем у моих бывших конкурентов по лесозаготовкам.

– А ты думал, я на лимузине приеду, как те клоуны в пиджаках? – Ярина фыркнула, но в голосе проскользнула непривычная усталость. – У Веретянниковых свои пути. Но сейчас мне нужна ванна и комната, где пол не будет пытаться меня съесть.

Я кивнул и жестом указал на лестницу.

– На втором этаже гостевая комната в конце коридора. Обустраивайся. Там тебя никто не побеспокоит, если, конечно, Валерьян не решит заглянуть с проверкой запасов спиртного. С остальными жителями моего особняка я познакомлю тебя позже. Степан, как вернётся, принесёт тебе воду. И поможет обустроиться.

Валерьян глухо икнул и растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий запах можжевельника. Чемоданы нехотя потянулись за Яриной по ступеням. А девушка, не оборачиваясь, бросила:

– Утром начнём, Дубровский. Поспи подольше, тебе завтра понадобится вся твоя сила.

Вот ведь настырная… Просил же обращаться по имени отчеству. Или хотя бы по имени. Нет же!

Хотя я понимаю, почему она так себя ведёт. Она уже много лет живёт одна. Не как дворянка, а как отшельница. Скорее всего, вежливое общение ей чуждо.

Когда звук её шагов затих наверху, я остался в гостиной один. Тишина в доме казалась обманчивой. Я подошёл к столу, где всё ещё лежал мешочек с мёртвой землёй. Теперь, когда Ярины не было рядом, я решил коснуться его краем своего дара.

Ощущение было таким, будто я засунул руку в ледяную пустоту. Там не было жизни, да и естественной смерти не ощущалось.

Ничто. Земля находится в таком состоянии, будто никогда не жила и никогда не умирала.

Если эта спираль сойдётся на мне, от моих земель не останется даже перегноя. Только такие вот мешочки с угольной пылью.

– Сева, – раздался шёпот над ухом. Валерьян материализовался у меня за спиной, и на этот раз на его лице не было и тени шутовства. – Ты девку-то слушай, но глаз не спускай. Она не просто так сюда пришла. Тенелист “выпил” её рощу, а она... она ищет мести. И ты для неё – не только союзник, но и приманка, на которую она собирается ловить своего врага.

Я медленно повернулся к призраку.

– А у нас разве есть выбор, дед? – пожал плечами я. – Не переживай. Использовать себя я не дам.

– Учти вот что… – старик прищурился. – Чтобы выставить барьеры, о которых она говорит, тебе придётся пустить корни своей силы глубже, чем ты привык. Намного глубже. Ты уж постарайся, но смотри себя не прикончи. Ты, как-никак, мой последний потомок!

Послушавшись Валерьяна, я потратил весь день на медитации. Старался ещё сильнее расширить объём своей маны. Нельзя терять ни минуты. Завтра утром Ярина уже должна обучить меня новому навыку.

Я должен быть готов.

Ночь обещала быть тихой. Охотники ушли, а все остальные обитатели моего дома отсыпались. И я решил последовать их примеру.

Только-только провалился в чудной сон, в котором корни деревьев перед моими глазами начали сплетаться в сложные бухгалтерские отчёты, но меня из него тут же вырвали.

Тишину особняка разорвал звон бьющегося стекла и пронзительный женский крик:

– Убери это немедленно! Оно же плотоядное!

Я подскочил на кровати, едва не запутавшись в простынях. Голос принадлежал Лизе. Обычно спокойная и рассудительная, она сейчас кричала так, будто на наш дом сам леший напал.

– Оно не плотоядное, оно просто любопытное! И даже не думай его ударить! – это уже Ярина. Громко, дерзко и с явным металлическим звоном в голосе.

Я накинул халат на ходу и выскочил в коридор. Шум доносился из малой гостиной.

Картина, мягко говоря, меня поразила. Лиза, бледная как мел, стояла на диване, сжимая в руках тяжёлый медный подсвечник, словно святой крест. Перед ней на полу извивалось нечто, напоминающее помесь гигантского фиолетового гриба с щупальцами осьминога. Эта дрянь радостно пульсировала и пыталась дотянуться до края подола Лизы.

Ярина, в одной ночной рубашке и с растрёпанными волосами, преграждала путь Лизе, прижимая к груди один из своих чемоданов. Он был раскрыт.

Ага… Значит, не все её вещи передвигались благодаря магии “одушевления”. В одном из чемоданов, похоже, и в самом деле сидела какая-то тварь.

– Что здесь происходит?! – прикрикнул я, вливая в голос немного друидической силы. Стены мелко задрожали.

Обе девушки замерли. Фиолетовый гриб тоже притих и обиженно съёжился.

– Всеволод! – Лиза едва не всхлипнула от негодования. – Эта... эта особа притащила в дом паразитов! Я зашла оставить ей воды, а эта штука выпрыгнула из чемодана и попыталась съесть мои тапочки!

– Твои тапочки пахнут дешёвой ромашкой, он просто хотел познакомиться! – огрызнулась Ярина, бросив на меня яростный взгляд. – И вообще, Дубровский, почему твоя прислуга шастает по моим комнатам без стука?

– Я не прислуга! – Лиза спрыгнула с дивана, опасно замахнувшись подсвечником. – Я – целительница! И я не допущу, чтобы в нашем санатории разводили заразу, которая может сожрать пациентов раньше, чем их выпишут!

– Заразу?! – Ярина шагнула вперёд, и её глаза налились жёлтым светом. – Да этот «паразит» за пять минут вытягивает некроз, на который ты свои припарки неделю тратить будешь!

– Дамы, остановитесь! – я встал между ними. – Лиза, опусти подсвечник, он антикварный. Ярина, засунь свой «шампиньон» обратно в чемодан, пока я не пустил его на суп.

– Он горький, отравишься, – буркнула Ярина, но пальцами щёлкнула, и фиолетовое щупальце послушно втянулось в багаж. – И вообще, она первая начала. Сказала, что от меня несёт болотом.

– Я сказала, что от тебя пахнет диким мёдом и... плесенью! – поправила Лиза, поправляя всклокоченные волосы. – Ещё не хватало, чтобы эта зараза до лечебницы нашей добралась!

Я устало потёр переносицу.

– Так, слушаем меня. Лиза, Ярина – не враг. Она наша новая союзница. Друид, – я перевёл взгляд на гостью. – Ярина, Лиза – единственный лекарь в моём санатории. Надеюсь, это первый и последний раз, когда вы собачитесь.

Похоже, магия, которую я направил в свой голос, подействовала. Лиза тут же успокоилась. На Ярину моя сила повлияла слабее, но она и сама больше не планировала продолжать ссору.

Что ж, а это удобно! Случайно вышло, но теперь буду пользоваться этой силой почаще. Видимо, мой голос может влиять на эмоции. Надо бы почитать об этом в трактате, как появится время.

В тишине раздался ехидный смешок откуда-то из-под потолка.

– Ну чего вы, девки? – над нами появилась полупрозрачная голова Валерьяна. – Хорошая же драка намечалась. Сева, ну ты зануда! Я только приготовился наблюдать…

– Дед, исчезни! – мысленно велел ему я.

Сейчас Валерьяна никто, кроме меня, не видел. Похоже, он даже для Ярины решил на какое-то время стать незримым. Старый извращенец…

После этого дамы, наконец, угомонились, а я вернулся в спальню.

Однако ночь прошла паршиво. До самого утра мне снились чёрные спирали и мёртвая трава. Едва солнце коснулось штор, я вскочил. Состояние было странное: тело ныло, но внутри всё гудело от нетерпения.

На крыльце уже стояла Ярина. Она нетерпеливо постукивала босой пяткой по ступенькам.

– Ну что, проснулся, соня? Идём, – буркнула она. – Тенелист ждать не будет.

– Я бы, может быть, быстрее проснулся, если бы кто-то не решил устроить ночью скандал, – парировал я.

Мы зашли поглубже в лес. Туда, где деревья стояли плотнее, а воздух казался густым. Ярина остановилась и без лишних слов достала свой мешочек.

– Смотри сюда, Дубровский. Сейчас тебе будет больно. И сложно. Очень-очень сложно. Твоя задача – не строить забор из корней. Всё куда изящнее. Нужно сжать воздух и саму магию так, чтобы они стали как сталь. Понимаешь, о чём я? Вряд ли ты быстро сможешь это понять. По крайней мере, попробуй.

Она подбросила вверх крупицу чёрной пыли из своего мешка.

В ней всё ещё хранилась частица магии Тенелиста. Ей-то я и должен научиться противостоять.

Я вскинул руки, выплеснул из себя силу… Но облако чёрной пыли лишь поглотило мою магию.

– Да не лей ты в него энергию! – крикнула Ярина. – Держи форму! Сжимай!

Я стиснул зубы так, что челюсть заныла. Попробовал ещё раз. Перед глазами поплыли красные круги, пот заливал лоб, а в висках застучало.

Ничего. Справлюсь. Ерунда!

Я нырнул сознанием в землю, нащупал там могущество самого леса. Силу, что скрывалась в переплетениях корней. А затем резко, одним рывком выставил её перед собой. Воздух между мной и чёрной пылью вдруг ощутимо загустел. Пространство задрожало, посыпались зелёные искры.

Чёрные крупицы ударилась об этот щит и бессильно отскочили. Они просто не могли его пробить.

Я пытался восстановить дыхание. Сердце колотилось как сумасшедшее. Каждая секунда стоила мне огромных усилий, но щит стоял. Крепко. Намертво.

Ярина резко взмахнула рукой, убирая пыль обратно в мешочек. Я тут же опустил руки и тяжело выдохнул.

– Ну что? – прохрипел я, вытирая пот рукавом. – Кажется, получилось не так уж и плохо.

Я повернулся к Ярине и замер. Она молчала. Обычно дерзкая и острая на язык, сейчас она смотрела на меня широко открытыми глазами. На её лице было написано чистое, неподдельное изумление.

– Ты... – она запнулась. – Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло? Мой покойный отец учился создавать столь плотный барьер года три – не меньше. А ты освоил эту технику… за пятнадцать минут?

Она подошла ближе и почти с опаской тронула меня за плечо.

– Дубровский, да ты сумасшедший! – улыбнулась она. – Я думала, мы тут до вечера провозимся, а ты просто взял и сделал. С такой скоростью… Тенелисту реально стоит тебя бояться.

– Знаешь, перспектива превратиться в угольную пыль очень мотивирует, – я криво усмехнулся.

Валерьян оказался прав. Пользоваться этой силой и в самом деле трудно. А ведь мне ещё предстоит расставлять такие щиты по всему лесу. Но самое сложное позади.

Отточу навык – и покрою хотя бы часть территории защитной стеной.

Я выпрямился, старался унять дрожь в мышцах.

Успех успехом, но я ведь понимаю – за всё всегда приходится платить.

Валерьян советовал быть с ней осторожнее. И пока она радуется моему успеху, самое время обсудить, зачем она сюда пришла.

Чувствую, что причин много. И она озвучила далеко не все.

– Ладно, с барьерами ясно, – я посмотрел ей прямо в глаза. – Теперь давай о деле. Ты пришла сюда, тратишь силы, рискуешь собой. Валерьян сказал, что ты ищешь мести, и я это понимаю. Но давай на чистоту: что ты хочешь получить взамен? Вряд ли ты тут трудишься только за кров и еду.

Ярина усмехнулась, и в её глазах снова мелькнул тот самый желтоватый огонёк. Она небрежно пнула носком босой ноги мох, словно раздумывая, с чего начать.

– А ты быстро перешёл к сути, Дубровский. Это мне в тебе нравится. Хорошо, раз уж мы заговорили о плате… Мне нужно место.

– Место? – переспросил я. – У тебя есть комната в особняке.

– Не комната, Сева. Мне нужны твои земли. Я – Веретянникова, мы не просто выращиваем цветочки. Мой род специализируется на «одушевлении». Мне нужно пространство, где я смогу спокойно жить и… заниматься своими «питомцами».

Она кивнула в сторону своего чемодана, из-под крышки которого тут же высунулось знакомое фиолетовое щупальце. Готов поклясться, что чемодана тут только что не было. Ярина не брала его с собой на нашу тренировку.

Видать, эта тварь сама сюда приползла.

– Я создаю фамильяров. Из камней, из старых вещей, иногда… из живых существ. Мне нужна зона для моих химер. Близость к аномальной зоне даёт им невероятную подпитку, здесь они будут расти в разы быстрее. Я хочу право разводить их на твоей территории.

Я замер, переваривая услышанное. Мысленно я уже рисовал картины того, как по моему мирному санаторию бегают зубастые тумбочки и летают плотоядные грибы. С одной стороны – это охрана, которой не нужно платить жалование. С другой – если эти «питомцы» решат закусить пациентом Лизы, проблем не оберёшься.

– Животных не дам, – отрезал я, скрестив руки на груди. – Даже не думай использовать местных существ в своих опытах. И близко к лечебнице со своими «щупальцами» не подходи. Скоро там будет много людей. Больных. Им и так страшно из-за своего самочувствия.

Ярина фыркнула, но спорить не стала.

– Скучный ты. Ну и ладно, мне и камней с корягами хватит для начала, – пожала плечами она.

– Но, – продолжил я, – рядом с нами начинается Поволжская аномальная зона. В ней чёрт знает что творится. Вот там делай, что хочешь. Играйся с аномалиями, лепи своих химер. Если они будут помогать охранять границы от прорывов – я только за. Но если хоть одна твоя тварь выберется к людям без моего приказа…

– То что? – Ярина сделала шаг ко мне, дерзко вскинув подбородок. – Промоешь мне мозги своим новым «командным голосом»?

Так она всё-таки заметила!

– Хуже, – я прищурился. – Я попрошу Валерьяна, чтобы он следил за тобой каждый день. До конца твоей жизни. Он этим, кстати, уже занят. Но я могу его отучить от этой пагубной привычки.

Девушка заметно вздрогнула. Видимо, перспектива постоянной близости с моим призрачным предком пугала её сильнее, чем Тенелист.

– Ладно, – буркнула она, пряча улыбку. – Договорились. Мои детишки будут сидеть в аномальной зоне и жрать только тех, на кого я укажу. Или на кого укажешь ты. Идёт?

Я посмотрел на неё, чувствуя, что этот союз может стать либо моим величайшим триумфом, либо катастрофой. Но сейчас мне нужны её знания. Да и химеры, может быть, пригодятся.

– Идёт. По рукам, Ярина, – заключил я.

– Ну всё, Дубровский, – ухмыльнулась она. – Теперь ты так просто от меня не отделаешься. Но на сегодня хватит тренировок. Я хочу пройтись по твоему лесу. “Пощупаю” аномальную зону. Присмотрю себе местечко… Сам знаешь для чего.

– Ладно, иди, – я махнул рукой. – Только не заблудись. И лес не тревожь!

Ярина лишь загадочно улыбнулась, поправила лямку мешочка на поясе и, не оборачиваясь, растворилась в густом подлеске. Было в её походке что-то кошачье – она не просто шла по лесу, она в нём растворялась. Пообещала вернуться к ночи.

Я же направился к особняку. Ноги гудели, а магические каналы всё еще вибрировали после утренней тренировки, но в голове была поразительная ясность.

Вернувшись в кабинет, я первым делом достал из стола карту земель. Разложил её, придавив углы тяжёлыми книгами. Мой палец скользнул по границе аномальной зоны и замер на красном пятне. Вот она. Печать на территории Шатунова.

Дипломатия с бароном закончилась ещё во время дуэли. Ждать, пока он соизволит позвать меня, чтобы исправить печать – всё равно что надеяться на совесть налогового инспектора. Глупо и смертельно опасно.

Тенелист не будет спрашивать разрешения на захват моих территорий, а аномалия не посмотрит на дворянские грамоты.

Я уже всё для себя решил. Сегодня ночью мне придётся туда проникнуть. Нарушить границы, залезть в чужое владение и, возможно, снова пустить в ход силу. Но если я этого не сделаю, рано или поздно произойдёт прорыв. Нельзя этого допустить.

– Ну что, дед, – прошептал я, не отрывая взгляда от карты. – Ты говорил, что я должен стать либо охотником, либо наживкой? Я сделал свой выбор.

Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Войти через парадную дверь нельзя. А ломиться напролом – значит подставиться под удар закона. Нужно найти третий путь. Тот самый, который не видит ни Шатунов, ни его стража.

В голове внезапно сложился чёткий, дерзкий и чертовски рискованный план. Я тут же вскочил на ноги и метнулся к телефону. Быстро нашёл в справочнике номер человека.

Единственного дворянина, который может мне помочь в этом нелёгком деле.

Да… Главное, чтобы я не пожалел об этом решении.

Мои пальцы набрали номер Николая Семёновича Нефёдова.

Он не заставил себя долго ждать. Как только я назвал взявшему трубку слуге своё имя, её тут же передали Нефёдову.

– Всеволод Сергеевич! Какая неожиданность, – протянул он. – Неужто уже соскучились по моей компании? Мы ведь с вами совсем недавно…

– Обойдёмся без лишней болтовни, господин Нефёдов, – перебил его я. – Мы с вами заключили неплохую сделку. Как насчёт ещё одной?

По ту сторону провода повисла тишина.

– Слушаю вас, господин Дубровский, – наконец заговорил Нефёдов. В голосе барона читалось пылающее любопытство.

– Вы ещё не пытались договориться с Шатуновым насчёт того артефакта? – поинтересовался я.

– У вас превосходное чутьё, Всеволод Сергеевич. Я еду к Игорю Станиславовичу завтра утром. Рассчитываю выкупить артефакт. А почему вы вдруг спрашиваете?

Пожалуй, следующее заявление Нефёдов от меня точно услышать не ожидал.

– Я еду с вами.