Два босса для Снегурочки

13 глава

— Ты где была? — с порога спрашивает брат. Я усмехаюсь на его нарядец. В передничке, майке и шортах, мешает что-то в таерелке и прищуривается, рассматривая меня.

— Я была… На работе, — усмехнулась. — Где Тёмка?

— Они с Таней режут зажарку. Ты ёбнулась? — это спрашивает тише. — Быстро снимай колготы!

— А что ещё снять?

— Тая! Иди быстро, — он толкает меня в ванную. — А потом расскажешь, кому ты позволила трахнуть себя. Холодная королева, бля!

— Ты как со старшей сестрой говоришь? — возмутилась я.

— Да за тобой надо следить ещё внимательнее, чем за Танькой! — шипит брат. — Иди давай.

Душ немного отрезвляет. Я улыбаюсь, выдыхая и думая, что с ними мне всё же повезло. С семьёй. Они не говорили ничего плохого, когда я залетела. Это же настоящий залёт! От первых встречных, непонятно где и непонятно куда при этом смотрела я сама.

Хотя я тогда слепла от жарких губ и рук на себе. Дааа…

На кухне хаос. Тёмка весь в морковке, Таня хохочет с хозяюшки Тошки. А сам брат, кажется, и руководит всем процессом.

— Голодная? — улыбнулась сестрёнка.

— Нет, — качнула головой. — Спасибо.

— Тогда помоги Тёмке. А то морковку мы так и не увидим, — смеётся она.

Я быстро подхватываю сына, усаживаю его рядом и сжимаю.

— Мама соскучилась, пара минут, — шепчу. Сын спокойно улыбается и вздыхает, терпя прилив нежности. А то как с Тошкой повёлся, сразу стал “мужиком”! Тоха даже уже показывал как бриться. Пока я закатывала глаза и ждала своей очереди.

Ужин готов уже через пол часа. Тёмка ест, рассказывает как они провели день. А после убегает в гостиную, чтобы час позалипать в приставку.

— Что это вообще ты творишь? — Тоша начинает сразу, но, благо, плескает мне немного ромчика. Я чокаюсь с ним и немного пью.

— Перестань меня отчитывать, как маленькую, — отмахиваюсь.

— Чья тачка?

Вот чёрт, всё же видели.

— Босса моего.

— И что же ты там так долго делала? — хмыкнул Тоша. — Доки подписывала?

— Даже если и то, что ты так хочешь услышать, что дальше?

— А то! — Антон хмыкает. — А то, что ты, дорогая моя, за эти десять лет не была уличена с мужиками. Нет, ты на свиданки даже ходила! Не спорю! Но чтобы ты заваливалась домой вся… Вот такая счастливая…

— Отстань, а? — хмыкаю. — Ну, да… И что?

— Это же хорошо! — Таня смотрит на брата, лупит его по руке и после улыбается мне. — Ты только осторожно, хорошо? Он же не обидит тебя?

— Он… — я понижаю голос. — Он, возможно, отец Тёмы… Так что тут не понятно, — хмыкаю.

Двойняшки переглянулись и выдали:

— Что?

— Так это был твой босс?! — Таня, кажется, не верит собственным ушам. Она моргает, таращась на меня, как на внезапно заговоривший тостер.

Тошка, который до этого просто внимательно слушал, кладёт локти на стол, переплетает пальцы и медленно качает головой:

— То есть… ты не просто оказалась в машине какого-то мужика. Ты… с ним… — он не договаривает, но его взгляд говорит больше слов.

Я зажмуриваюсь, выдыхая. Честно, легче было бы прыгнуть в прорубь, чем сидеть тут, под прожекторами осуждения родных.

— Да! — сдаюсь я, резко откидываясь на спинку стула. — Да, это был он.

Они молчат. Совсем.

Я скосила взгляд на брата. Он всё так же сидит, сложив руки перед собой, как будто анализирует услышанное. Таня, наоборот, хлопает глазами и выглядит так, будто я только что объявила, что выхожу замуж за президента.

— Так… — протягивает она. — Ты хочешь сказать, что переспала со своим боссом?

— Переспала с боссом, который, внезапно, ещё и один из тех, с кем у меня был тот самый Пхукет.

Тишина.

— Блядь… — коротко выдыхает Тошка.

Я жму виски пальцами, чувствуя, как усталость накатывает ледяной волной.

— Ну… звучит так, будто тебе пиздец, — наконец-то резюмирует брат.

— Тоша! — Таня хлопает его по плечу.

— Что? Разве нет? — Он смотрит на меня. — Она переспала с боссом, который может уволить её по щелчку пальцев. Ещё и тот самый, десять лет назад. Десять. Лет. Назад. Господи, Тай, ты вообще понимаешь, насколько у тебя… неидеальные решения?

— Ты думаешь, я этого не знаю?! — вспыхиваю я.

— И что ты теперь собираешься делать? — Таня мягче, но в её голосе столько тревоги, что мне становится ещё хуже.

— Работать, — бросаю я, поднимаясь.

— Серьёзно? — Тошка фыркает.

— Серьёзно. Я не могу уволиться! У меня сын, у меня ипотека, у меня… у меня просто нет права сейчас взять и всё бросить.

Я чувствую, как глаза начинают щипать, но сжимаю кулаки.

— Они хотя бы знают? — шёпотом спрашивает Таня.

Я замолкаю.

— Блядь… — снова качает головой Тошка.

— Знают или нет? — настаивает сестра.

— Нет, — отвечаю глухо.

— И ты собираешься сделать вид, что ничего не было?

— А что мне остаётся?!

Они переглядываются.

— Тая… — Таня хватает меня за руку. — Ты уверена, что справишься?

— Нет, — признаюсь я. — Но я попробую.

Брат встаёт, берёт меня за плечи и сжимает чуть сильнее, чем нужно.

— Если эти двое мудаков хоть пальцем тебя тронут, я им колени прострелю.

Я хмыкаю.

— Спасибо, Тоша, но ты студент, у тебя нет оружия.

— Зато у меня есть битва за справедливость.

— И глупость в придачу, — фыркаю я.

— Это наследственное, — пожимает плечами он.

— О, так мы признаём, что сестра у нас неидеальна? — Таня лукаво прищуривается.

— Нет, она у нас просто очень… жопастая в плане решений, — ухмыляется он.

Я закатываю глаза и наконец-то чувствую, как напряжение немного уходит.

— Давайте лучше есть. Пока вы тут ржёте, я умираю с голоду.

И они больше не спорят. Потому что, как ни странно, иногда еда спасает даже самые идиотские ситуации.