Два босса для Снегурочки

16 глава

Утро в офисе начинается, на удивление, спокойно — если не считать электризующего напряжения, накрывающего меня с порога. Я ощущаю это едва захожу в приёмную, когда взгляд Адама на секунду цепляется за меня. Он сегодня приехал неожиданно рано, и его присутствие чувствуется так же остро, как и тогда, когда он прижимал меня к столу в кабинете. Или как на днях после нашего ужина… Могу ли я считать это свиданием? Что это было, если не оно?..

Я стараюсь вести себя профессионально и сдержанно, будто ничего не произошло. Вспышка, объятые страстью тела, жадные поцелуи — всё это надо оставить за порогом компании, как этого хотел с самого начала Алан. Запереть в самую дальнюю шкатулку воспоминаний. Всё, что было когда-то и что произошло недавно с нами. Но я ловлю себя на том, что каждый раз, стоя у кулера или проходя между столами, инстинктивно проверяю, не смотрит ли на меня кто-то из них.

Адам играет в безразличие так искусно, что у меня внутри растёт смешанное чувство — смесь облегчения и тайного раздражения. Он может бросать колкие замечания в разговоре с коллегами, но мне не говорит ни слова, как будто я просто часть офисного антуража. Пару раз мы пересекаемся взглядом в коридоре — его прищуренные глаза и чуть сжатые губы говорят гораздо больше, чем произнесённые вслух реплики.

— Тая, проверь, пожалуйста, договор перед нашей встречей, — Адам буднично отдаёт распоряжение, едва заметно заостряя слова на моём имени.

— Конечно, — отвечаю я, стараясь сохранить ровный тон, хотя сердце едва не срывается с ритма.

В этот момент на горизонте появляется Алан: он проходит мимо приёмной и на долю секунды останавливается взглядом на мне. В его глазах читается едва заметная любопытная тень. Мне кажется, он улавливает напряжение, царящее между мной и Адамом.

К обеду в переговорной собираются клиенты — серьёзные люди в строгих костюмах, что ведут себя уверенно, решительно. Я отвлекаюсь, расслабляюсь даже. При партнёрах они не будут себя вести неподобающе и потому у меня есть время перевести дыхание. Алан встречает их вместе с Адамом, перехватывая инициативу в первый же момент. Я тихо сижу рядом, передо мной ноутбук, документы и досье на участников встречи. Моя задача — записывать ключевые договорённости, следить, чтобы всё шло по плану, и при необходимости оперативно предоставлять информацию боссу. Всё, как обычно.

Алан блистает красноречием: он говорит уверенно, немного жёстко, но не перебарщивает с давлением. Адам временами подхватывает беседу, добавляя спокойствия и доброжелательности. Удивительная связка — один словно хищник, второй тонко регулирует тон, смягчая острые углы.

Я замечаю, как Алан иногда скользит по мне взглядом, будто пытаясь уловить, в порядке ли я. Может, это всего лишь профессиональный интерес к своей помощнице, а может… что-то большее. Мне становится не по себе — внутри всплывают ненужные воспоминания, но я сжимаю губы и фокусируюсь на бумагах.

Всё проходит гладко: деловые вопросы решаются, участники встречи обмениваются рукопожатиями и довольными улыбками. Финальные слова, договора подписаны, и Адам предлагает устроить небольшой фуршет.

В просторном холле для приёма гостей официанты подают шампанское и лёгкие закуски. Фоновая музыка едва слышно доносится из колонок, создавая атмосферу ненавязчивого праздника — успеха заключённого договора.

Адам, получив свою порцию поздравлений и обменявшись контактами с VIP-клиентами, вдруг исчезает. Я осматриваюсь, пытаясь его найти, но понимание приходит не сразу: он уехал, не попрощавшись. Или попрощался так, чтобы я не заметила.

Да, наверное, мне просто невдомёк, как он может так себя вести… Ведь ещё пару дней назад он был… Был таким…

Странное чувство. Меня словно снова опрокинули, бросили. Заставили вариться в собственных мыслях и думать, что я никому не нужна… Словно я снова только интересная картинка, с которой провели вечер. Или которой попользовались прямо на столе в кабинете босса… Или…

Слишком много “или”. Я чувствую, как подкатывает раздражение; всё моё нутро протестует против подобной невнятности.

— Тая, можно тебя? — слышу голос Алана.

Обернувшись, я вижу, как он жестом указывает на стеклянные двери, ведущие к лестнице аварийного выхода. Вряд ли он хочет, чтобы мы пошли вниз по ней: скорее всего, ему нужно спокойное место.

— Что-то случилось? — я подхожу ближе, в руках бокал с шампанским, который я так и не допила.

— Нет, всё хорошо, — Алан смотрит на меня чуть мягче, чем обычно. — Давай пройдёмся? Тут шумно.

Он действительно прав — вокруг суета, смех, звон бокалов. Я киваю, ставлю бокал на поднос официанта и иду следом за ним.

Мы спускаемся на один этаж вниз, где уже пусто и тихо. Здесь не слышно гул празднования очередного договора, лишь негромкий шум вентиляции и приглушённый свет ламп под потолком. Коридор тянется вдоль окон, за которыми виднеется город, укутанный в зимний сумрак и редкие огни машин.

— С тобой всё в порядке? — Алан прерывает молчание, вглядываясь в моё лицо.

Я на миг отвожу взгляд к окну, потом всё же поднимаю глаза на него.

— Да, просто устаю быстро. В последнее время работы много, — пытаюсь соврать, но чувствую, как внутри всё дрожит.

— Тебе не помешает передышка, — говорит он мягко, встав рядом и чуть прикасаясь к моему локтю. Его тепло сквозь ткань пиджака ощущается слишком явно.

— Возможно, — уклончиво соглашаюсь.

Некоторое время мы молча смотрим на улицу. В этом молчании есть что-то обволакивающее, почти уютное. Но я ощущаю, как будто в воздухе между нами качаются неразрешённые вопросы. Но мы всё равно не разговариваем. В тишине как-то спокойнее…

— Может, выйдем на улицу? Прогуляемся немного? — Алан отводит взгляд от окна и смотрит мне прямо в глаза. — Свежий воздух, да и голова отдохнёт.

Я колеблюсь. Внутренний голос напоминает, как часто подобные прогулки в фильмах заканчиваются странными признаниями или ещё одним витком безумных событий. Но в другом конце сознания — лёгкая радость: с ним… проще.

Он не давит так грубо, как Адам.

— Хорошо, — отвечаю я. — Пойдём.

Алан слегка улыбается, отстраняется и, к моему удивлению, галантно подаёт мне руку, будто мы сейчас выходим из роскошного ресторана или не менее шикарного приёма. Чувствую, как сердце ухает. Но внутри, на удивление, спокойно и хорошо.

Мы возвращаемся в заполненный людьми холл, где продолжается фуршет, но почти не задерживаемся там. Никто не пытается нас остановить — ведь все считают, что он мой босс, который вполне может меня о чём-то попросить. И никто не догадывается, какие мысли копошатся у меня в голове.

И хорошо…

На улице прохладно и тихо, снег чуть похрустывает под ногами. Алан ведёт меня вдоль невысокого парапета. Морозное дыхание города обдаёт свежестью, проясняя мысли.

— Тая, — произносит он вдруг. — Я замечаю, что последние дни ты избегаешь Адама. И, кажется, с ним творится что-то похожее. Хочешь рассказать?

Внутри всё сжимается. Я так и знала, что вопрос всплывёт. В глубине души я готовилась к этому, но всё равно чувствую, что выброшена из реальности. Я не понимаю Адама и его поведение, а потому и теряюсь…

— Нет, — отвечаю честно, моргая от ветерка, который метнул снежинки мне на ресницы. — Это… личное.

Алан слегка кивает, будто понимает. Его взгляд смягчается, и я на долю секунды вижу в нём что-то вроде… сочувствия или сострадания.

— Хорошо, не буду давить, — говорит он наконец. — Но если захочешь поговорить, я здесь.

Я чувствую, как сама чуть улыбаюсь. Эта спокойная доброта — редкость среди бесконечной суеты.

Мы идём ещё немного молча, слушая отдалённый шум дороги и гул ветра в голых ветвях деревьев. Я чувствую себя чуть спокойнее рядом с ним. Как будто именно здесь, под этими жёлтыми фонарями, мы оба можем хотя бы на время забыть, что связаны не только работой, но и воспоминаниями, от которых кровь иногда стучит в висках.

Но я знаю, что это затишье когда-нибудь закончится. Появится Адам, или Алан сделает следующий шаг. И я буду вновь метаться между двумя мужчинами, которые перевернули мне жизнь.

Пока же я позволяю себе эту маленькую передышку — шагать рядом с ним по хрустящему снегу и слушать наше общее молчание. Которое почему-то кажется единственным островком спокойствия в хаосе последних дней. Мне сейчас хочется просто побыть рядом с тем, с кем я ощущаю безопасность.