Глава 12

Вообще я уже ничего не понимаю. Что с драконом, что с крысом?.. И что там придумывает Дамблдор. Логично, что герой должен пройти проверку и испытания на отсутствие мозгов, способность кидаться очертя голову в приключения и привычку защищать сирых и убогих. И заодно полюбоваться на гадкую мордель супостата и проникнуться ненавистью и убежденностью в том, что может его одолеть.

Пока что Поттер весьма относительно прошел проверку на сочувствие к сирым и убогим. Конечно, могло быть что-то на каникулах… Хотя тут скорее директор убедился, что мальчик не чужд нормального любопытства и хочет иметь нормальную семью. Или не хочет? Вот хрен его знает, может этот Поттер мечтает о чем-нибудь другом. Так что дракон и, соответственно, ночной поход в Запретный лес должны состояться. Ха… Чарли Уизли точно в деле. Потому что для метлы отдельной посадочной площадки не требуется. Где находится хижина Хагрида, Чарли отлично знал. То есть, вся эскапада с затаскиванием дракончика на Астрономическую башню была нужна только для того, чтобы детишки попались и были наказаны. История со стукачеством Малфоя шла приятным бонусом. Поттер проникся еще более негативными чувствами к слизеринцам и родственничку.

Так что дракон неизбежен, как дембель и крах капитализма. И сам Хагрид, как полувеликан, лишенный палочки, может проходить по категории сирых и убогих.

С одной стороны, меня все это теперь точно не затронет, Поттер вполне может попереться к Хагриду с одним Уизли. Но все-таки стоит вставить директору палки в колеса. И еще раз куснуть рыжую семейку. Ибо не фиг.

Можно, конечно, накатать донос на Хагрида, когда Поттер и Уизли начнут к нему слишком часто мотаться. Хижина видна из окон нашей башни, невозможно не заметить дым, если печь будут топить без перерыва. Лучше всего было бы спровоцировать взрыв. Но как это сделать?

Снейп снова попросил у меня яд Бетти. Между прочим, этот ингредиент использовался в мази, которая помогала при ожогах драконьим огнем. Полностью вылечить эти ожоги было невозможно, даже при получении экстренной помощи оставались уродливые следы. О чем только думает наш директор? Впрочем, вопрос риторический. С точки зрения привлекательности, дракон оставляет позади большинство монстров. Хагрид вцепится в него, как клещ в собаку. А риск… а когда это останавливало азартных игроков? Им риск только горячит кровь и придает красоту игре. Ненавижу!

— Сэр, — спросила я, — а какое зелье вы сейчас варите? Или это секрет?

Он тяжело вздохнул.

— Не секрет, мисс Крауч, — ответил он, — мазь от ожогов.

Я кивнула. Ну да, знаем мы эти ожоги.

— Мисс Крауч, — после небольшой паузы проговорил Снейп, — скажите, вы ведь не общаетесь с Поттером и младшим Уизли? Я имею в виду — вне уроков и неформально.

— Нет, сэр, — ответила я, — Уизли не забыл мне вылитое на голову зелье. А Поттер предпочитает общаться с ним.

Снейп коротко выдохнул.

— Мисс Крауч, — сказал он, — Поттер и Уизли не всегда оценивают возможную опасность. Во время зимних каникул они пытались проникнуть в Запретный коридор. Поэтому я позволю себе дать вам совет: ни в коем случае не поддавайтесь на провокации этой парочки, особенно если они предложат вам показать что-то необычное. К старшим братьям Рональда это тоже относится.

Ого! А это уже серьезно.

— Спасибо за добрый совет, сэр. Уверяю вас, я им воспользуюсь.

Его губы чуть дрогнули в слабом намеке на удовлетворенную улыбку. Кажется, не только мне хочется вставить палки в колеса директору. Но предупреждение настораживает! Снейп во всех этих игрищах по самые уши, так что меня будут вовлекать. И скорее всего — в аферу с драконом. Просто потому, что это уже самая настоящая уголовщина. Запрещены любые сделки с драконьими яйцами, хранение их частными лицами — про все это даже в книгах школьной библиотеки можно было прочесть! За подобные сделки полагались очень большие штрафы. За выведение дракона в, скажем так, домашних условиях — полагалось заключение в Азкабан. А если вспомнить, что идиот Хагрид живет рядом со школой и вовлекает в преступление детишек, то и поцелуй дементора. Хотя Хагрида, учитывая его полувеликанье происхождение, скорее всего отдадут милейшему мистеру МакНейру, чтобы он опробовал на нем свой замечательный топор. И как-то даже его и не жалко. Потому что вовлекать собираются и меня. Это явная подстава для моего деда. Дамблдор наверняка рассчитывает поставить его перед фактом, что, дескать, ваша внучка тут отличилась, но мы же люди свои, я понимаю, что такое потерять единственную и недавно обретенную родственницу. Скажет: «Сочтемся!» И так хитро сверкнет очками-половинками.

Что же такое натворили Уизли, что Дамблдор может творить с их детьми все, что его левая нога захочет? Артура даже после истории с таблетками с работы не погнали. Тут надо или кого-нибудь убить с особой жестокостью, или практиковать что-то жуткое и запрещенное. Черная магия с рыжими у меня не ассоциируется, а вот что касается убийства… Даже и по неосторожности. Хм… А если времен учебы в Хогвартсе? Честно говоря, я скорее подумаю не на Артура, а на Молли. Тогда и странный брак с Уизли понятен. Блин, я так черт знает до чего додумаюсь. Хотя и не мешало бы узнать, что за скелеты прячут в своих шкафах рыжие. Тогда я точно смогу избавиться от их внимания. Но тут я рискую влипнуть еще круче, чем с драконом. И что теперь делать?

Поттер с рыжим зачастили к Хагриду. Из трубы лесниковой хижины повалил дым. Самое разумное было бы заткнуть глаза и уши на манер известных обезьянок. В конце концов, если бы я не знала про дракончика, то имела полное право не обращать внимания на беготню двух придурков.

— Гермиона, — сказал мне Невилл во время очередной нашей практики по зельеварению в заброшенном классе, — мне Поттер сказал, что им с Уизли Хагрид интересных зверюшек показывает и всякое про Запретный лес рассказывает. Может, нам тоже стоит сходить?

Я чуть не уронила нож. Суки! Добрый, милый, чуточку наивный и такой надежный Невилл. Убью… А ведь с ним за компанию действительно можно пойти. И что? Сдать Хагрида с потрохами? Дамблдор замнет дело, а мне устроят такое… Но я не могу подставить Крауча. И не могу оставить одного Невилла разбираться с последствиями. Делать-то что?

— Не думаю, Нев. Мне говорили, что у Хагрида не все в порядке с головой. Он милашками и очаровашками всяких монстров называет. То есть, тебе пообещают показать какую-нибудь прелесть, а там окажется гигантский ядовитый паук или еще что подобное. И что он там рассказывает? Он же двух слов связать не может. А продираться через его бессвязности я не имею никакого желания, уж извини. И вдруг какую заразу подцепить можно? Ты лучше с бабушкой посоветуйся.

Невилл кивнул. А я подумала, что совершенно не понимаю Поттера. Что-то с ним не так. И это что-то мне ужасно не нравится.

* * *

— Эй, — рядом нарисовался Поттер, — мы с Роном идем к Хагриду. Вы с нами?

— И тебе не жалко Уизли? — довольно громко спросила я. — Он только от глистов избавился, а ты его снова по гадючникам таскаешь. И Хагрид тупой. Что у него может быть интересного?

— Хагрид не тупой! — буркнул Поттер, недовольно оглядываясь.

— Тогда тупой ты, Поттер! — послышался такой знакомый манерный голос, и я почувствовала почти непреодолимую симпатию к младшему Малфою.

— Сам ты… — похоже, что наша очкастая знаменитость уже пожалела, что решила обратиться к нам с Невиллом. Разговор происходил в холле, ушей посторонних много. Вот и Малфой нарисовался, а кто следующий?

— А ты подумай, Поттер! Подумай хорошенько! — у Малфоя явно было боевое настроение. — Если тебе интересно общаться с тупым уродом, то, может быть, это потому, что ты сам такой же?

— Ты! — О, Уизли к беседе подключился. — Заткнись! Хагрид не тупой! И с ним очень интересно.

— Да-а-а? Может быть, мы все тогда прямо сейчас пойдем к нему в гости? Раз там так интересно.

Ой, как замечательно! Поттер замер. Рон в ужасе раскрыл рот. Точно, нас приглашали на презентацию драконьего яйца.

— И что? — нашелся Поттер. — Так и пойдешь? Ты же считаешь его тупым!

— А вдруг я ошибаюсь? — сделал большие глаза Драко. — Малфои умеют признавать ошибки! Если им, конечно, предоставят неопровержимые доказательства!

Мне захотелось поаплодировать.

— Хагрид наполовину великан, — сказала я, — можешь про них в справочнике почитать, если мне не веришь.

— Вот-вот, — Малфой был в ударе. — Крауч дело говорит! Надо бы моему отцу заняться Хогвартсом. А то собирают тут всяких…

Невилл вздохнул и покачал головой.

— Я не пойду, — твердо сказал он, — мне профессор Спраут обещала одну книгу дать. Она меня ждет.

— Вот-вот, — я подхватила его под руку, — мне тоже очень интересно. Мы с дедушкой собираемся летом оранжерею восстанавливать, стоит заранее с профессором Спраут посоветоваться. А у Хагрида только какая-нибудь пакость из Запретного леса может быть.

— Понимаешь, Крауч, — Малфой презрительно кривил губы, — это у вас с Лонгботтомом по оранжерее. А для некоторых и огород этого чучела — недостижимая роскошь. Это я про Уизли. А что касается Поттера, то он не понимает, что такие знакомства его до добра не доведут.

— Что здесь происходит?

Профессор, я вас люблю! Я быстро взглянула в глаза Снейпу и чуть заметно кивнула. Его губы сжались в тонкую нитку.

— Извините, профессор, — сказала я, — нам с Невиллом уже пора. Нас профессор Спраут ждет.

— Да, конечно.

И мы пошли к теплицам.

— Нев, — сказала я, когда мы отошли на достаточное расстояние, — мне это кажется странным. Ни ты, ни я с Поттером и Уизли не дружим. Почему им так нужно, чтобы мы с ними пошли к Хагриду? Может там что-то такое, из-за чего нам потом придется что-то для них делать? Например, деньги давать. Или домашку за них делать?

Невилл кивнул.

— Мне бабушка тоже написала, чтобы я с Уизли не шлялся.

— Бабушка плохого не посоветует.

Профессор Спраут была рада видеть нас обоих. Невиллу действительно дали книгу какого-то знаменитого герболога, а мне тут же рекомендовали кучу справочников и специалистов, к которым можно обратиться.

— Нужно обязательно проверить чары, — наставляла меня профессор, — но сперва стоит определиться с теми растениями, которые вы будете выращивать. Там разный климат нужен, режим, освещенность. Удобрения опять же. Вот, возьмите, мисс Крауч, здесь все подробно описано.

Я вежливо поблагодарила профессора. Специалистов пригласить вряд ли получится, но два Барти вполне могут справиться сами. И домовики помогут, конечно.

А потом я прижала Поттера к стенке.

— Отвали от Нева, — сказала я.

— А то что?

Да уж, знакомые интонации. Милый мальчик с гадкой улыбочкой. Навидалась я таких в прошлой жизни.

— Я знаю, что у тебя есть мантия-невидимка, — сказала я, — ты не умеешь скрываться. Если не отвалишь, то сдам Филчу. Или двум рыжим придуркам. Они уж точно не побрезгуют сиротинушку грабануть. А еще можно Малфою сказать, он будет в восторге.

Поттер на мгновение замер, а потом резко втянул воздух.

— Ну, ты…

— Что я?

— Ничего.

Теперь и этот мстить будет. Похоже, что Вернон Дурсль был прав насчет школы святого Брутуса. Вообще-то, вырасти милым и добрым ребенком в чулане под лестницей можно только в сказке. Ну, или постоянные обливейты, корректировка памяти, зелья. Хотя в этом случае героя тоже не получится, даже одноразового. Овощ будет. Мозги вообще штука тонкая, а у растущего ребенка особенно. Поттер же в каноне не только не получал любви и ласки, но и постоянно имел перед глазами избалованного Дадли, которого закармливали вкусностями и задаривали дорогими игрушками. Обделенному даже необходимым мальчишке никогда не хотелось всего этого? Он не завидовал и не бесился? Не мечтал отомстить за «охоту на Гарри»? Пора канонизировать. И показывать публике за большие деньги.

Только вот непонятно, зачем ему Уизли? То существо, что глянуло на меня изумрудными глазками через стекла круглых очков, вполне могло запугать, пригрозить, подставить. И все это — вполне самостоятельно. А он держал рыжего при себе. Расчухал директорские планы? Вряд ли, слишком круто для мальчишки, который только что попал в мир волшебников и не владеет информацией. Тоже попаданец? Не знаю, но вероятность есть. Крестраж активизировался, и мы имеем милого мальчика Тома вместо милого мальчика Гарри? Тоже не исключено, со счетов списывать рано. А может это сам Поттер, просто вырос не таким, как его описывала Роулинг? Но в таком случае можно начинать жалеть Рона. Ибо тогда недалекий и шумный дружок нужен только в качестве прикрытия.

Но мне все это ужасно не нравится. Нормального мальчишку, которого толкают в герои без его ведома и согласия, можно и пожалеть, и попытаться спасти. А от такого Поттера того и гляди самим спасаться придется. Надеюсь, что я не очень сгущаю краски. Но что дальше-то делать?

Как бы там ни было, пока от нас отстали. Но к Хагриду сладкая парочка бегала как на работу, дым из трубы хижины лесника валил постоянно. Я написала об этом деду. Просто изложила все как есть, без дополнительных соображений. Мол, у Хагрида явно есть что-то непонятное. Нас с Невиллом туда тянут чуть ли не на аркане, а профессор Снейп советует держаться от всего этого подальше. Во избежание. И я тоже не хочу во что-нибудь влипнуть, потому что, учитывая Хагрида и Уизли, это явно что-то незаконное, а то и опасное.

Драко, кстати, за Поттером и Уизли следит. И как еще они его не заметили — не знаю. А может и заметили. Я уже мало что понимаю. К Снейпу, что ли, пойти…

— Профессор, — сказала я, задержавшись после урока, — у меня к вам вопрос.

Он взмахом палочки запечатал дверь.

— Слушаю вас, мисс Крауч.

— Наверное, я лезу не в свое дело, сэр, — сказала я, — но Малфой следит за Поттером и Уизли, когда они таскаются к Хагриду. У него же тоже могут быть неприятности из-за этого?

Снейп провел рукой по лицу, словно стирая что-то липкое и гадкое.

— Мерлин! — пробормотал он. — Как мне все это надоело! Спасибо, что сказали, мисс Крауч.

— Не за что, сэр.

И я пошла к двери. Пусть за блондинчиком декан присматривает. Это его зона ответственности.

Вообще, главная опасность ситуации по моему скромному мнению заключалась в том, что во всей этой истории были задействованы малолетки. Невозможно ожидать сколь-нибудь полного анализа ситуации от одиннадцатилетнего ребенка. Даже взрослый может не учесть каких-то факторов, не оценить и не понять опасности, переоценить свои силы. А дети? То-то и оно.

Наконец из трубы перестал валить дым, но Поттер и Уизли продолжали бегать к Хагриду с прежней интенсивностью. Значит, дракончик есть. Писать донос или не писать донос, вот в чем вопрос. А… где наша не пропадала.

— Малфой, на два слова.

Он прищурился, кивнул, махнул Крэббу и Гойлу и отошел за мной.

— Я видела, как ты следишь за Поттером и Уизли, — сказала я.

— Ты хочешь сказать, что это не хорошо? — спросил он.

— Нет, это твое дело. Меня интересует, что ты собираешься с этим делать? Или тебе это просто нравится?

— Тоже мне, нашла удовольствие! — фыркнул Драко. — Но тебе-то что за дело?

— Меня тошнит от рыжего придурка, — сказала я, — но я учусь на Гриффиндоре, и если информация будет исходить от меня, то травли не избежать. Ты же наверняка заметил, что этой семейке слишком много спускают. Вот я и не прочь обзавестись союзником.

— Обойдусь без союзников, Крауч.

— Твое дело. Но если что, имей в виду, что ни МакГоннагал, ни ваш Снейп не смогут отчислить идиотов, что бы они не натворили. За них заступится Дамблдор. Возможно, имеет смысл сразу подключать Попечительский Совет или аврорат. И прессу.

Драко, уже было направившийся к дверям, резко развернулся.

— Что? — переспросил он.

— Что слышал. Если ты хочешь, чтобы Поттеру и Уизли просто погрозили пальчиком, то можешь сообщить любому декану. А если тебе нужно нечто большее…

Малфой нахмурился, резко кивнул и вышел из класса. Посмотрим, что теперь будет. Посмотрим.

Хотя, что тут смотреть. Меня больше всего удивило, что Дамблдор как-то подозрительно шумно отбыл в министерство. Он бы еще кентавров оповестил. Даже миссис Норрис в курсе. Что-то будет…

МакГоннагал тоже как-то подозрительно шмыгнула к себе в кабинет с кипой свитков. Ну и где эти взрослые? Пожалуй, стоит повторить заклинание для вызова авроров. И проследить. Потому что с одной стороны — надо бы сидеть на попе ровно и не отсвечивать, а с другой — лучше сдать эту банду на горячем сразу же, чем вылавливать их на каждом курсе потом. Ведь ничто так не провоцирует на дальнейшие подвиги, как «удавшаяся шалость».

Я удобно устроилась в гостиной с книгой «для легкого чтения». Рон Уизли как-то подозрительно замешкался у входа, явно придерживая портрет для кого-то невидимого. Значит, пошли на дело. Интересно, Драко догадался отца привлечь, или мы опять обойдемся снятыми баллами и отработкой? Я подошла к окну. Темнело, еще немного — и хижину Хагрида будет не разглядеть. Она и сейчас скорее угадывалась на фоне леса. Чуть заметно светились окна. Ну и где? Где эта кавалерия? Доблестные авроры, крутые маги? Где фейерверк? Завернутые к лопаткам руки Хагрида? У-у-у-у-у, нет ничего хуже, чем ждать и догонять.

Так и не дождавшись ничего, я отправилась в спальню. Потому что деваться было некуда. Утром узнаю.

На момент завтрака количество рубинов в часах осталось прежним. Странно. Неужели в этот раз оболтусы не попались? Догадались не тащиться на Астрономическую башню? Случилось что-то еще? И как узнать? Не у Снейпа же спрашивать… Р-р-р-р-р…

Прибыла почта. Студенты зашуршали газетами и письмами. Я развернула «Ежедневный пророк». Что тут у нас?

«Арест группы контрабандистов». Оп-паньки! А Люциус не мелочится. Только вот вместо Дамблдора он, похоже, решил для начала разобраться с ненавистной рыжей семейкой. Чарли Уизли и его подельникам грозил большой срок в Азкабане. На Роне лица не было. Поттер мрачно смотрел в тарелку с овсянкой. Да, мальчики, это вам не квиддич.

Вообще-то, я понимаю Люциуса. Валить директора у него пока кишка тонка. Хагрида можно в любой момент брать, он на поруки Дамблдора выпущен. А тут такой шикарный шанс. И сына из-под возможного удара вывел. Ведь не написано, где и когда прихватили драконологов с дракончиком. Они могли и не возле Хогвартса попасться.

Перси отбросил ложку и пулей вылетел из-за стола. Близнецы о чем-то перешептывались. Может, и до них наконец дойдет, что даже Дамблдор не всесилен, и что не стоит на него всецело полагаться. Если припечет, добрый дедушка сдаст всех. Ему свое кресло ближе и родней всех рыжих вместе взятых.

Я бросила взгляд в сторону слизеринского стола. Малфой сияет, как будто вся заслуга принадлежит ему. Хрен с ним, но сиять мог бы и поменьше.

Преподаватели были на месте все, кроме Хагрида, которого уже давно не пускали за общий стол. Дамблдор «потрясенно» покачивал головой. МакГоннагал поджимала губы. Снейп… Черт, или я ошибаюсь, или он очень даже доволен. Его тоже рыжие достали? В каноне про Чарли было мало, и он не выглядел таким уж идиотом как младшенькие. Хотя про время его учебы в Хогвартсе информации удручающе мало, ну, кроме того, что он играл в квиддич и был старостой. Или старостой был Билл? Ладно, опустим.

Студенты шушукались, бросали взгляды на стол Гриффиндора. Но в целом все было прилично. Чарли школу закончил, работал за границей, кроме учителей и семьи он никому не интересен. Любопытно, до Рона дошло, что он фактически своими руками брата в тюрьму посадил? Или я переоцениваю его мыслительные способности?

— Ой, мамочки! — сказала Парвати, которой я передала свою газету. «Пророк» мои подружки не выписывали, но если было что-то интересное, то я всегда с ними делилась. — Дракон! Это же так опасно! А если бы он вырвался на свободу?! Как хорошо, что авроры всех поймали!

— Контрабанда, — пробормотала Фэй, — наверное, выкрали в питомнике и хотели продать на ингредиенты. Кровь, печень, жилы, кожа. Бешеные деньги, между прочим! Даже если дракончик и маленький. В питомниках и заповедниках тоже, конечно, не сахар, но хоть поживет подольше. А маленького проще украсть и перевозить.

Рон дернулся, как от удара. Поттер бросил на него предостерегающий взгляд. Невилл качал головой.

— Но ведь это действительно очень опасно, — сказал он.

— Видимо, тем парням были очень нужны деньги, — ответил Шеймус, — рисковые ребята. Но они должны были знать, на что шли.

Да, это было по-настоящему красиво. Все знали про бедность семейства Уизли, так что попытка их сына разбогатеть по-быстрому никого не удивила. Не исключено, что на него повесят всю контрабанду ингредиентов из драконов за последние несколько лет. Раз уж он так легко спер яйцо, то в этом его заповеднике криминала хватало. Да может и действительно чем-то таким подрабатывал. Страны Восточной Европы славятся коррупцией и криминалом не только среди магглов. Причем Румыния лидирует во многих номинациях. Так что очень может быть, что Люциус перекрыл реально существующий канал контрабанды.

— Можно будет глянуть, что им светит за украденного дракончика, — сказала я, — у меня теперь есть свой свод законов.

— Десять лет Азкабана, — ответила Фэй, — и это без отягощающих обстоятельств. А если случай не разовый, то могут и пожизненное дать.

Рон всхлипнул. Все-таки интересно: это он за брата переживает или предвкушает разборки с родителями? Потому что в первом случае он не безнадежен. А вот во втором… А у Хагрида, небось, полномасштабный запой. Но его пока лучше оставить в покое. И Дамблдор, и Малфой-старший сделают все, чтобы отвести подозрения от школы. Если Драко не проколется и не спровоцирует новую волну сплетен, то все будет шито-крыто. Хотя прямо-таки хочется высказать все и двум малолетним идиотам, и тупому Хагриду… и еще кое-кому, не будем показывать пальцем.

Уроки, впрочем, никто не отменял.

На Рона учителя поглядывали, но не спрашивали. Повезло ему, что в этот день зелий не было. Что-то мне подсказывает, что Снейп бы молчать не стал. И хотя я сама не люблю бить лежачих, но в этом случае была бы солидарна с деканом Слизерина. Рыжий олух должен был прочувствовать всю глубину своего идиотизма.

Поттер о чем-то напряженно размышлял и бросал косые взгляды на меня и Малфоя. Соображает. Интересно, какие выводы сделает? По идее, именно он должен лучше большинства остальных детей знать, что далеко не всегда бывает так, как тебе хочется. И что лучше не иметь во врагах детишек, за которыми стоит кто-то, обладающий властью. Допустим, вражду с Малфоем ему здорово усилила история с назначением ловцом и подаренной метлой. А я? Невилл? Мы ведь были не прочь нормально общаться. Похоже, что Поттер просто-напросто не умел выстраивать общение в детском коллективе. Рон прибился к нему еще в поезде, и отвязаться от него было практически невозможно. Но Поттер обладал определенным авторитетом в глазах рыжего. Он даже был готов заставить его молчать, если бы мы с Невиллом согласились участвовать в авантюре с драконом. Но мало, как же мало информации! Допустим, Уизли у него на положении… того же Петтигрю у мародеров. Но ведь ни меня, ни Невилла он так подмять не сможет. Хрен его знает. Все-таки на каникулах что-то произошло. Снейп говорил про Запретный коридор, но там эта парочка побывала раньше. В каноне на каникулах появилась мантия-невидимка и состоялся поход к зеркалу. Поттер что-то увидел в зеркале? Или что-то подслушал? В то, что Дамблдор обсуждал свои тайные планы с Роном Уизли в заброшенном коридоре или туалете, я в жизни не поверю. Да и должен быть способ отследить перемещения даже невидимки. Нет, стоит отвлечься, а то черт знает, до чего додумаюсь. Пожалуй, стоит пойти полетать. Погода хорошая.

Компания для полетов собралась большая, Хэнкс был рад нас всех видеть, проверил и раздал метлы и дал сигнал. Эх, ничто так не прочищает мозги, как прохождение полосы препятствий. Наш учитель полетов периодически менял местами основные иллюзии, так что расслабиться не получалось. Но это было по-настоящему здорово. Скорее бы закончился этот учебный год. Вряд ли я проведу каникулы с Грейнджерами. Помимо того, что Крауч явно не был в восторге от родства с магглами, был риск, что именно на каникулах меня попытаются обработать. К тому же, Грейнджеры были абсолютно беззащитны перед магами, стоило вывести их из-под возможного удара, сократив контакты до минимума. А в поместье Краучей меня ждала огромная библиотека, приятная компания и большой фронт работ по восстановлению оранжереи. Дед одобрил мои изыскания, даже нанял кого-то для обновления чар. А вот подбор растений был оставлен до моего приезда. Да и чисто физически мне было тяжело жить в комнате с несколькими девочками. Хотя отношения у нас были дружескими, разборок никто не устраивал, склок не разводил, в чужих вещах не рылся и без очереди душ не занимал. Но постоянные вторжения в личное пространство напрягали. Хотелось в свою комнату. В мягкое кресло в гостиной. В библиотеку. В старый заброшенный парк. В Хогвартсе было практически невозможно остаться в одиночестве. И что обидно — на пасхальные каникулы никто не уезжал. Уроков не было, но заданий навалили намного больше, чем на рождественские. Плюс — мало вменяемые пяти— и семикурсники, плотно оккупировавшие библиотеку, не добавляли положительных эмоций. Некоторые из них повторяли материал, начиная с азов, а что касается любой дополнительной литературы, то книгу могли просто вырвать из рук. На фиг эту нервотрепку. Эссе я и так напишу, и к экзаменам подготовлюсь. Даже наши занятия с Невиллом пришлось свернуть, уж очень хищные взгляды я стала ловить на своем саквояже с походной лабораторией. Ну их на фиг, этих старших.

Поттер и Уизли снова как ни в чем не бывало шушукались по углам и занимались какими-то своими делами. Хагрид из запоя так и не вышел, так что если директор и планировал что-то в Запретном лесу, то ему пришлось отказаться от этой идеи. Только лесничий мог обеспечить хоть какую-то защиту от лесных обитателей. А он не просыхал, рыдал, икал и почти не выползал из своей хижины. Впрочем, последнее обстоятельство всех устраивало, ибо зрелище было не для слабонервных.

У Снейпа опять испортилось настроение, на уроках он зверствовал, из чего я могла сделать вывод, что сейчас полным ходом идет подготовка к прохождению квеста с Философским камнем. Может, мне самой Фламелю письмо написать? Нет, почтенный алхимик вряд ли воспримет всерьез письмо от студентки Хогвартса. Особенно, если Философский камень у него. А выходки и забавы Дамблдора его вряд ли заинтересуют. Небось, за столько лет и не такое видел. И привык ко всяким спекуляциям вокруг своего имени. Не удивлюсь, если Фламель понятия не имеет, что якобы работал вместе с нынешним директором Хогвартса над научными проблемами. Уж очень нелепо выглядит открытие Дамблдора. Что-что, а драконью кровь в зельеварении используют не одну тысячу лет, точно знаю, отсылки к очень древним рецептам встречаются во многих книгах. И в одном малоизвестном трактате XV века упоминается как раз двенадцать способов ее применения. Трактат этот мне дал просмотреть Барти во время рождественских каникул. Я намек поняла, но орать об этом на каждом углу не собиралась. К тому же, кому надо — и так знать об этом могут. Хотя и странно, что никто не обратил внимания на то, что типа крутой знаток зелий и алхимии, работавший с самим Фламелем, почему-то выбрал своей профессией преподавание трансфигурации детишкам, которым вершины мастерства никто и не демонстрирует. Но мое дело маленькое, и просвещение стада баранов в мои обязанности не входит. Я не Снейп.

Помяни черта… Хорошо еще, с ног не сбил задумавшуюся меня. Вот чего ему в подземельях не сидится?

— Мисс Крауч, пять баллов с Гриффиндора!

О, как! Хрен тебе, а не яд Бетти в таком случае. Снейп, видимо, подумал о том же, потому что притормозил.

— Прошу в мой кабинет, нечего без дела шляться. Поможете ингредиенты разобрать.

Быстро соображает, гад... Хотя это больше похоже на приглашение к беседе. И что же ему нужно?

Мне были выданы лягушачьи лапки для сортировки по размеру, дверь надежно запечатана, а сам хозяин кабинета устроился за своим столом. Я бросила на него косой взгляд. Да, довели мужика. В гроб краше кладут.

— Мисс Крауч, — начал беседу декан Слизерина, — вы не могли бы ответить мне на несколько вопросов? Если для вас важны потерянные баллы, то я их компенсирую.

Я хмыкнула. Мне эти баллы...

— Ладно, — вздохнул Снейп, — думаю, что мы договоримся. Помнится, вы рассказали мне о дикой теории Поттера по поводу Философского камня, Запретного коридора и моей роли во всем этом.

Я кивнула.

— Вы случайно не в курсе, Поттер оставил свою идею?

Я задумчиво поворошила лягушачьи лапки.

— После истории с Хагридом Поттер со мной не откровенничает, — сказала я, — но у них с Уизли какие-то подозрительные дела. Шушукаются, куда-то ходят. Сэр, а вы в курсе, что у Поттера есть мантия-невидимка?

Снейп на мгновение прикрыл глаза и, судя по движению губ, выругался про себя. Так-так-так, а добренький дедуля своему шпиону далеко не все рассказывает. Затейник наш незатейливый.

— Спасибо, что предупредили, мисс Крауч.

Я преувеличенно задумчиво оглядела очередную лапку и положила ее в соответствующую мисочку.

— Мне вообще все это кажется странным, сэр, — сказала я, — кстати, не скажете, что там такое у Хагрида было?

— Скажу, — Снейп бросил на меня косой взгляд, немного помялся, но потом все-таки призвал из шкафчика бутылку и бокал. Ого, похоже, меня реально принимают за союзника, раз не боятся расслабляться в моем присутствии. — Оставьте эти лапки, домовики отлично справятся. Чаю хотите?

— Благодарю вас, сэр, — ответила я, очищая руки и усаживаясь в кресло, трансфигурированное профессором.

Передо мной тут же появился поднос со всем необходимым для традиционного английского чаепития. От чайничка шел ароматный пар. Ну что ж, неплохо для дальнейшей беседы.

— Вы ведь помните историю с арестом контрабандистов, среди которых был один из братьев Уизли?

Я кивнула.

— Так вот, дракончика эта компания получила от Хагрида. Который и вывел его из яйца. И именно на драконье яйцо вас приглашали посмотреть.

— И откуда же у Хагрида взялась такая редкая, дорогая и незаконная вещь, сэр? Тут скорее поверишь, что он сам его снес, чем во что-то другое.

— Зрите в корень, мисс Крауч, — кивнул Снейп, — но речь сейчас не об этом. Меня больше беспокоит причина, по которой Поттер пытался привлечь к этому, скажем так, приключению вас и Лонгботтома. Ваши соображения?

— Возможно, Поттер считает, что если вовлечет в свои приключения детей из приличных семей, то сможет в случае чего выйти сухим из воды? — предположила я. — Ничего больше мне в голову не приходит, сэр.

Снейп отпил глоток желтоватой маслянистой жидкости и на мгновение прикрыл глаза. Это и есть хваленый огневиски?

— Похоже, что вы правы, мисс Крауч, — сказал он, — к тому же вы показали свою полезность, рассказав о Фламеле. А мистер Лонгботтом, насколько я в курсе, поделился с Поттером зельями собственного производства.

Интересно, а это он откуда знает? Выворачивал карманы Поттеру, обвинил в воровстве из Больничного Крыла, а тот рассказал, откуда взял зелья? Со Снейпа станется.

— Невилл очень добрый, — кинула я.

Снейп отчетливо хмыкнул, но ничего не сказал. И что? Невилл действительно добрый и милый. Я отпила чаю. Прекрасно заварен, ничего не скажешь.

— А почему вы не берете сливки? И сахар?

— Я согласна с китайцами, сэр, что все эти добавки только портят вкус настоящего чая, — ответила я.

— Интересная мысль, мисс Крауч, я как-то об этом не задумывался, — Снейп заглянул в свой бокал и сделал еще один глоток, — так вот, о чем бишь я… Поттер и Уизли подозрительно зачастили в район Запретного коридора.

— А знаете, сэр, — сказала я, — мне тут пришла в голову мысль… Что если Поттер и Уизли хотят украсть Философский камень? Или что там спрятано на самом деле?

Снейп прищурился.

— Интересная мысль, мисс. Но как вы пришли к такому выводу?

Я ухватила с блюда тарталетку с паштетом. А профессоров тут кормят лучше, чем студентов.

— Уизли завистливый тип, сэр. И происходит из нищей семьи. При этом он ленив. Многие начинают и с более низкого старта, чем он, но многого добиваются. А Уизли способен лишь мечтать о том, что «вдруг» станет обладателем кучи денег. И не важно, если для этого ему придется присвоить чужую собственность. Уверена, что он даже не подумал, насколько реальна ситуация, что где-то в Хогвартсе спрятан Философский камень. Он сразу стал мечтать о куче золота и о том, что он на нее купит.

Снейп кивнул. Он был со мной согласен.

— А что насчет Поттера? — спросил он.

Я облизнула испачканные паштетом пальцы, извинилась и допила чай. Снейп снова наполнил мою чашку.

— С Поттером сложнее, сэр, — продолжила я. — Но он сирота. Я не знаю, какие у него отношения с родственниками, но он не выглядел несчастным, когда оставался на каникулы в Хогвартсе. Поттеры богаты, но вряд ли ему достается много денег сейчас. Ведь у него должен быть опекун. Он тоже может мечтать о богатстве. И не думать о том, что ребенок его возраста с большой суммой денег — всего лишь мишень для мошенников. И что деньги у него в любом случае отберут. Но, возможно, он замыслил побег.

— У вас интересный склад ума, мисс Крауч. Кое-что мне в голову не пришло. А зачем бы Поттеру сбегать, как вы думаете?

— Мне сложно рассуждать об этом, сэр, все-таки я не располагаю всей информацией. Это только догадки. Но Поттер совсем ничего не знал о магах, что очень странно. С родственниками он отношения не налаживает, ну, кроме Уизли. Но я не думаю, что после истории с таблетками и арестом Чарльза Уизли кто-нибудь разрешит им пригласить к себе самого Поттера. Если он не хочет возвращаться к своим родственникам, но при этом не может распоряжаться деньгами, то вполне естественно в такой ситуации захотеть сбежать. Но для этого тоже нужны деньги.

— А как насчет того, чтобы спасти Философский камень, например, от меня? — Снейпу действительно было интересно.

— Для этого достаточно привлечь аврорат, — пожала плечами я, — или попытаться связаться с самим мистером Фламелем. Если они просто шныряют вокруг, что-то вынюхивая, то логичнее предположить именно попытку кражи, сэр.

Снейп тяжело вздохнул, допил остатки огневиски и снова наполнил свой бокал. И тоже ухватил тарталетку.

— В том-то все и дело, мисс Крауч, что Избранному простят даже попытку кражи. И вывернут это как спасение редкого артефакта.

— Но ведь никакого камня в Хогвартсе нет? Не так ли, сэр?

Мне уже тоже нестерпимо хотелось выпить, но ведь Снейп не поймет. Да и это тело отрубится от пары глотков крепкого алкоголя.

— Ну, конечно, нет. В такой бред мог поверить только воспитанный магглами Поттер и его тупой дружок. Уже много веков никто понятия не имеет, где именно живет Фламель. И как он выглядит тоже. На письма он не отвечает.

— А откуда тогда известно, что он вообще жив, сэр? — спросила я, заподозрив, что сам Снейп мог пытаться связаться с легендарным алхимиком.

— Хороший вопрос, мисс Крауч. Есть некоторый круг магов, с которыми он поддерживает общение. К тому же, известно, что он создал несколько артефактов, которые уничтожатся с его смертью.

Я почесала кончик носа. Все оказалось так просто. И эти маги, с которыми общается Фламель, скорее всего такие же ученые, как и он. Вряд ли он, к примеру, переписывается с политиками, которые не могут ему предложить ничего хоть сколько-нибудь интересного, но при этом постараются воспользоваться его именем в своих интересах. Хм…

— Кто-нибудь проверяет информацию с карточек к шоколадным лягушкам, сэр? — спросила я.

Снейп фыркнул.

— Не думаю, что мистер Фламель или его почтенная супруга увлекаются этим лакомством, — сказал он.

Очень интересно! Не зря же канонная Гермиона сперва не могла найти информацию о Фламеле в библиотеке, а прочитала ее на карточке. Ай да Дамблдор! А если кто-то с детства видел какую-то информацию на подобных фантиках, то вряд ли потом полезет в справочники, чтобы ее проверять. Он ведь привык, что это именно так, а не иначе. А Гермиона, помниться, перелопачивала кучу талмудов. И только после того, как прочитала карточку, нашла то, что искала, в самом обычном справочнике. Про Дамблдора там, понятное дело, не было ни слова, но «деза» уже закрепилась в детских мозгах.

— Мистеру Фламелю с высоты его лет и опыта, наверное, даже не интересно наблюдать за всей этой возней, — задумчиво проговорила я.

— Иногда мне кажется, мисс Крауч, что вам больше лет, чем на самом деле, — заметил Снейп.

Не успела я ничего ответить по этому поводу, как дверь распахнулась. Но Снейп буквально в последний момент успел одним щелчком пальцев убрать и поднос с чайными принадлежностями, и бутылку с бокалом. Хорошо, что я как раз поставила чашку на место. И кто это тут у нас такой наглый? Вопрос из разряда риторических.

— Северус? — послышался голос нашего дорогого директора. — Минерва пожаловалась мне, что ты назначил мисс Крауч отработку безо всякого повода.

Ну вот, пришел и все испортил.

— Какую еще отработку?

Интересно, а от запаха выпитого Снейп тоже успел избавиться? Полезное заклинание, нужно разузнать! Дамблдор подозрительно оглядел помещение. Ну, если даже Снейп и злоупотребляет эксплуатацией детского труда, что тут такого-то? Не съел же он меня? Что-то тут не так…

— Мисс Крауч?

— Никакой отработки, сэр. Профессор попросил меня помочь ему разобрать ингредиенты, а потом был так любезен, что согласился ответить на несколько вопросов. Меня очень интересует зельеварение.

— В самом деле? Но ведь он уже ответил на ваши вопросы?

Намек был понятен. Я встала. Снейп демонстративно достал из рукава волшебную палочку и трансфигурировал кресло обратно в не очень удобный стул.

— Большое спасибо, что проконсультировали, сэр, — сказала я, — мне совершенно не составило труда помочь вам с сортировкой ингредиентов. А беседа с вами доставила истинное удовольствие.

— Взаимно, мисс Крауч. Обращайтесь, если возникнут вопросы. Всегда рад помочь тем, кого действительно интересует тонкое искусство зельеварения. Вы что-то еще хотели, Альбус?

Стоило переступить порог кабинета зельеварения, как дверь за моей спиной с треском захлопнулась. Ненавижу! И принесла же нелегкая. Ежу колючему понятно, что Снейп имел в виду не чужое взрослое сознание в детском теле, а типа выдал комплимент. Дети, поставленные в сложные условия, рано взрослеют. Про Эдвина и планы Грейнджеров наверняка знают все профессора Хогвартса. А постоянная забота об умственно отсталом брате должна была развить отнюдь не детскую беззаботность. И потом — мне нравилось беседовать со Снейпом. Он, как и оба Крауча, признавал за мной право разговора на равных. А это дорогого стоило.

— Эй, Крауч! Заблудилась?

Малфой…

Загрузка...