Его мишень

Глава 17

— И это самое лучшее заведение в городе?

— Не придирайся, нам просто быстро перекусить перед дорогой. Если ты не забыл, сегодня мы возвращаемся обратно. Кстати, как ты объяснишь свой прогул?

— Я думал, ты меня отмажешь.

— Вот еще, — я опустилась на диванчик у окна и взяла в руки меню.

Я заметила, как приосанились официантки у стойки, такой парень как Бойко просто не мог не обратить на себя внимания. Высокий, яркий, с модной прической и хамоватой ухмылкой, от которой тает подавляющее большинство девочек. К тому же здесь, в Артемьевске, где все друг друга знают с пеленок, он, с его вызывающей машиной, не смогли остаться незамеченными.

Одна, блондинка в переднике, так открыто строила ему глазки, что я даже испытала что-то похожее на раздражение. Словно он мой парень и кто-то пытается покуситься на мою собственность.

— Я буду борщ, вот эти котлеты, салат и бифштекс.

На фоне моего скромного Цезаря и капучино его выбор впечатлил.

— А у тебя хороший аппетит. И куда только все девается.

— Просто я трачу много энергии, — подмигнул он, и я смутилась.

Слышала я, как именно он ее тратит.

Стараясь не особенно глазеть на своего визави, я подумала о том, что ведь жизнь действительно продолжается, мы вернемся и все возобновится. Он снова будет водить своих крикливых подруг, я буду вынуждена это слушать.

И если раньше я испытывала только злость, то теперь совсем не была уверена, что восприятие не поменяется. Я, сама того не желая, подпустила его слишком близко. Близко к личной жизни и… душе.

— Ангелинка! Ну надо же! Не ошиблась!

Я обернулась и увидела приближающуюся к нам Лизку.

Школьная подруга разительно изменилась с тех уже далеких семнадцати: скулы ее стали выше, губы больше, ресницы пушистее, а зубы белее. Перекинув смоляную прядь волос за спину, подруга наклонилась и крепко меня обняла.

— А я смотрю — ты или не ты. Похожа, но в то же время какого черта, ты же уехала! Даже вышла как дура, чтобы поближе рассмотреть.

— Откуда вышла, Лиз?

— Да из салона же! Вон он, — ткнула пальцем в окно, и через дорогу я увидела вывеску «Красота». — Приехала и даже не сообщила, засранка!

— Я ненадолго и по делам. Да и… не одна.

Лизка медленно обернулась на моего спутника, и я сразу же поняла — он ей понравился. В раскосых глазах появился хищный блеск, она вся моментально преобразилась. В искусстве обольщения ей никогда не было равных, поэтому в свои двадцать четыре она уже имела собственный салон, который ей подарил когда-то обеспеченный и, конечно, глубоко женатый любовник.

— Елизавета, — узкая ладонь нависла над столом. — Давняя подруга Гели.

— Святослав.

Бойко пожал тонкие пальцы, и я поняла, что не могу отвести глаз от сплетения их рук. Ну хоть не поцеловал, уже хорошо.

Лизка выдвинула стул и беззастенчиво подсела к нам третьей.

— А Святослав — это…

— Это мой студент. И… друг.

— А еще сосед и главная заноза в заднице. Да, Ангелин?

— Какая прелесть! — Лизка хлопнула в ладоши, от чего выросшая со времен школы грудь под обтягивающей кофточкой призывно колыхнулась. — Дружеские перепалки — это всегда забавно. А вы надолго к нам?

И все это не отводя от Бойко жадного взгляда.

Бессовестно раздевающего. И он, конечно, это понял.

Нарисовав кривую улыбку, адресованную моей школьной подруге, поднялся.

— Телефон в машине забыл. Я сейчас.

Лизка проводила его маслянистым взглядом, и когда Свят скрылся за дверью, вернула внимание мне. Глаза ее горели.

— Вы серьезно с ним просто друзья?

— Да, просто.

— Ты с ума сошла! С таким мальчиком и просто дружить?

— Он мой студент, Лиз!

— И что? Зачем-то же ты сюда его притащила! Кого попало в родной город не возят.

— Он просто вызвался мне кое в чем помочь. Это ни о чем не говорит.

— Я бы на твоем месте с него живого не слезла. Ходячий ведь тестостерон, — кусая полную нижнюю губу, уставилась в окно.

Бойко, прислонившись к двери своей тачки, говорил с кем-то по телефону, и видя, как на него реагирует Лиза, мне стало не по себе. Ужасно неприятно мне стало! Буквально физически. Настроение пропало напрочь, как и аппетит.

И зачем мы только пришли именно в это заведение!

— Так вы к нам надолго?

— Нет, сегодня уже уезжаем.

— Что? Уже сегодня? Вот черт! — она искренне расстроилась. — А это тебе нужно возвращаться или ему тоже?

— Вообще-то, это он меня привез и завтра учебный день, так что нам обоим.

— А он свободен?

— Насколько мне известно, сейчас да.

— Ге-ель, — протянула Лизка и схватила мою ладонь. — А давай я тебе билет в СВ куплю, самый-самый крутой вагон, хочешь? Мне нужно, чтоб он остался здесь.

Я прекрасно знала свою подругу, это было вполне в ее духе, но все равно буквально задохнулась от подобной наглости.

— Да с чего ты вообще взяла, что он останется тут?

— Он останется, поверь мне.

И самое в этом всем ужасное было то, что это не было пустой самоуверенностью. Она как никто умела откручивать парней, еще со школы, не помню ни одного, который бы ей отказал. И Бойко не откажет, с чего вдруг? Она вполне в его вкусе: яркая, как и он сам, раскрепощенная, смелая. Такая точно не отправит его спать в одиночестве.

Он одной только мысли, что Лизка и он… стало тошно.

Я заревновала. Сильно, беспомощно, раздражающе-остро.

— Нет, если у тебя самой на него какие виды, то я пас, — подняла руки ладошками вперед. — Вмешиваться не стану.

— Я же сказала, что мы просто друзья, — немного грубо напомнила я. — Он волен делать то, что ему захочется.

— И даже остаться здесь?

— Это будет его решение. Мне безразлично.

— Спасибо, подруга, что не препятствуешь моему счастью, — Лизка снова поймала мою руку и крепко сжала, а потом нарисовала на лице премилую улыбку, потому что вошел Бойко.

Конечно, Лизка никуда не ушла — заказала себе коктейль и осталась с нами. Ее реплики были остроумными, юмор точным, движения выверенными. Я видела, что между ними буквально искрило, и едва сдерживала слезы от своего дурацкого положения.

Она — красивая сексуальная женщина, а я так, посмешище, что путается под ногами со своими проблемами и вечно набивает себе цену. Надо мной можно шутить, выводить на эмоции, говорить гадости…

Конечно, он мне ничем не обязан и может делать все, что захочет, быть с тем, кем захочет. Подруга, нет, какая разница. Они оба свободны. Да даже если нет — их дело.

Вот и пусть развлекаются тет-а-тет.

— Ты куда? — окликнул Святослав, когда я взяла сумку и попыталась незаметно улизнуть из-за стола.

— Вспомнила кое-что, мне в аптеку надо, маме лекарства купить. Вы сидите пока, я скоро вернусь.

— Тебя отвезти?

— Да брось, тут рядом. Сидите, говорю. Только открой мне машину, сумку заберу.

Мы вышли вместе на улицу. Я принципиально на него не смотрела, хоть и понимала, как глупо себя веду, но проснувшаяся вдруг ревность была выше разума.

— И куда это ты собралась? — вложив сумку мне в руки, спросил Бойко.

— Я же уже сказала — в аптеку.

— Уезжаешь, оставляешь нас одних. И подружке «разрешила» меня поюзать. Какая ты благородная.

Его тон был немного резким и как будто бы обиженным.

Видимо, они многое успели обсудить, когда я надолго сбежала в туалет. Спряталась, потому что больше не могла выносить их горячего флирта.

— С чего ты взял, что я что-то кому-то разрешала? Ты взрослый человек, сам решения принимаешь. Я вижу, что вы друг другу понравились, не буду мешать.

— То есть вот так, да? Сделала выводы за меня?

— Ну а как? — взглянула на него прямо и показушно гордо. — Не парься, я на электричке доберусь, тут близко. Развлекайтесь.

И ушла, ощущая спиной его яростные взгляды-стрелы.

Конечно, ни в какую аптеку мне было не нужно — я доехала до дома, забрала уже собранную днем сумку, связалась с Ниной, которой заплатила за то, чтобы она приходила к маме ежедневно до тех пор, пока я ее не перевезу, и рванула прямиком на вокзал. К счастью, было недалеко.

Мне было обидно, что он даже не звонит, не интересуется, где я, не уговаривает отвезти самому. А потом вспомнила, что у него даже нет моего номера. Конечно, зачем он ему? Ему даст Лиза. И номер, и все остальное.

Досиживая последние минуты в зале ожидания, я все еще надеялась, что он узнает у Лизки где вокзал, приедет, в свойственной ему манере скажет не маяться дурью.

Но он не приехал, и я, погрузившись в окутанный сумерками поезд, в одиночестве отправилась домой.