Его мишень

Глава 8

Мягкое воскресное утро встретило меня яркими осенними лучами и ароматом яичницы. Я сладко потянулась, предвкушая аппетитный завтрак, есть хотелось просто зверски. Яичница, если еще и с беконом, это же…

Стоп!

Какая к черту яичница? Я же одна живу!

Подскочив на кровати, я притянула одеяло к груди и уставилась на спину колдующего на моей кухне Бойко. Красивую рельефную обнаженную спину, которая вынудила сразу же смутиться…

— Ну ты и спишь, пушкой не разбудишь, — раздалось вполне себе бодрое с кухни. Сначала я не поняла, как он догадался, что я проснулась, а потом дошло — зеркальный шкаф, ну конечно, увидел мое взлохмаченное отражение.

— Разумеется, сплю, ведь кое-кто обычно делать это мне не дает, — одернув самую скромную из всех своих пижам, я гордо поднялась с кровати и с не менее гордым видом прошествовала мимо него в ванную.

Ситуация была до ужаса нелепой, и если ночью ничего такого кошмарного в том, что он заночует у меня я не увидела — слишком устала, то утром осознание накрыло беспощадно.

У меня дома ночевал студент, это же уму непостижимо! А если кто-то в университете об этом узнает? Если он проболтается, да еще добавит ярких красок?

Даже дыхание перехватило и ушла куча времени, чтобы прийти в себя.

Не проболтается, — утешала я себя, остервенело водя по зубам щеткой. — Он, конечно, тот еще фрукт, но на человека, который понтуется несуществующими любовными победами не похож. Да и вообще, как он докажет, что ночевал у меня? Правильно, никак. В крайнем случае его слово против моего.

И как меня так вообще угораздило, а? Ну что я за человек «везение»! Нужно было растолкать его, вытащить за ногу сонного, в конце концов. Бросить на коврике у двери. Да что угодно, но не допускать того, что допустила я.

Страшно себя укоряя, я вышла из ванной и бросила взгляд на накрытый стол. Да, накрытый кое-как, но эта яичница с крупно нарезанными помидорами и корочкой сыра не могла оставить меня равнодушной.

— Еще минута, и твой завтрак бы оказался…

— В мусорном ведре?

— Моем животе. Кстати, ты голодна?

— Зверски, — нацепив на лицо равнодушную мину, словно меня вообще ничего не терзает, я взяла в руки вилку и нож. — Ты умеешь готовить? Удивил.

— До моего совершеннолетия с нами жила бабушка, которая сорок лет проработала поваром, и не где-нибудь, а в столовой при мэрии.

Я отпилила не слишком женственного размера кусок и с небольшой опаской положила в рот. А потом… едва не проглотила язык, настолько это было вкусно.

— И как? — отпивая чай, с ухмылкой спросил он.

— Сносно.

Если он и понял, что я вру, то тактично промолчал.

— Где моя футболка?

— Я ее постирала.

— А почему только ее? Могла бы полностью меня раздеть, я не против, — допив, с громким стуком поставил кружку на стол, а потом откинулся на спинку стула и «поиграл» грудными мышцами.

Это выглядело завораживающе-красиво, но разозлилась я больше, чем восхитилась.

— Секунду назад я подумала, что ты не такой уж и засранец.

— Я хорошо шифруюсь. Как и ты.

Отложив прибор, я тоже откинулась на спинку стула и сложила на груди руки.

— Почему ты не ушел домой когда проснулся? И с чего вдруг кинулся готовить завтрак?

— Ключи от квартиры не нашел. А завтрак — просто очень хотелось есть, а у тебя в холодильнике мышь повесилась. Три яйца и кусок сыра — ты точно женщина?

— Гора гонора и тонна понтов — ты точно мужик?

Он растянул губы в широкой добродушной улыбке. За ночь ссадины чуть поджили, но все равно оставались воспалено-припухшими. Самое отвратительное, что даже покалеченный он был дьявольски хорош собой и, конечно, прекрасно отдавал себе в этом отчет.

— Надеюсь, ты понимаешь, что в универе об этом никто не должен узнать?

— О чем? — невинно приподнял брови. — Насколько я помню, ничего не было. Или все-таки…?

— Не строй из себя клоуна, в интересах обоих оставить все в тайне.

— А то и так уже подмоченная репутация окончательно утонет под горой шлака? Да, Ангелина Игнатовна?

Какой же он…

Резко выбравшись из-за стола, я достала из сумочки выровненные им в коридоре ключи, потом зашла в ванную и сняла там с сушилки выстиранную футболку, а вернувшись на кухню всучила в руки его добро.

— А теперь проваливай! И не дай Бог кто-то что-то узнает…

— Посмотрим, — он снова ухмыльнулся и, перекинув майку через плечо, обулся и открыл входную дверь. Именно в эту секунду, как в самом паршивом низкопробном кино, из кабины лифта вышла его подружка, и конечно, она увидела и его, полуобнаженного, выходящего из моего дома, и торчащую в одной пижаме позади его спины меня.

Глаза брюнетки округлились и стали похожи на две полных луны, она явно пребывала в шоке.

Дьявол! Ну как так получилось? Почему именно сейчас!

Захлопнув за ним дверь, я едва не принялась биться о нее головой. Это просто провал!

Единственное, на что оставалось надеяться, что он найдет правильные слова, которые заставят ее держать рот на замке, но вспоминая его ко мне странно-ненавистное отношение… в общем, я крупно попала.

Когда парочка скрылась в квартире Бойко, оттуда сразу же раздались возмущенные женские стенания — кажется, девчонку увиденное задело ни на шутку. Она кричала что-то о том, что он «конченый придурок», «бабник», «долбаный эгоист» и еще что-то крайне нецензурное. Орала так, что стены тряслись и впервые не от «того самого».

К слову, ночью наоборот, было непривычно тихо, чему я ничуть не удивилась — кого-то заслуженно посадили на голодный паек. Ситуация сама по себе была не очень, но во всем этом был один весомый плюс — я выспалась и немного пришла в себя, и следующим утром все случившееся накануне перестало иметь такие сокрушающие масштабы.

Да, я случайно столкнулась в ночном клубе со своим студентом, да, довезла невменяемого до дома. И да, он уснул в моей квартире. Не кровати — квартире, ничего ужасного в этом нет. Мы живем в свободной стране, взрослые люди, которые не сделали ничего предосудительного.

Пусть он только попробует открыть рот и наговорить то, чего не было! Впрочем, я почему-то была уверена, что ничего подобного не произойдет. Чувствовала.

В довольно хорошем настроении открыла дверь, вышла на лестничную клетку. Клянусь, совершенно невзначай бросила взгляд на дверь соседней квартиры и увидела размашистую надпись кроваво-алой помадой: козел.

Улыбнулась. Кажется, кто-то порядком психанул.

На всякий случай осмотрела свою дверь — чисто. Ну еще бы, она же не дура вредить преподавателю из собственного универа?

Момент, что она стала свидетелем довольно двоякой сцены все еще волновал, но я постаралась не паниковать. В конце концов, что такого она увидела? Может, он приходил ко мне по-соседски, за солью.

А что? Готовить он умеет и, надо признаться, даже лучше, чем я.

На улице резко похолодало и плюс ко всему небо разверзлось ужасным светопреставлением — лило словно из ведра. Я раскрыла над головой зонт и, перепрыгивая глубокие лужи, побежала к своей машине.

Я уже предвкушала, как заберусь в уютный салон, включу печку, любимую радиоволну… но когда добралась до авто, застыла как вкопанная — кто-то проколол колеса.

Все четыре!

Как это могло произойти? Почему?!

Может, мою машину перепутали с чьей-то? Но не может же быть, чтобы мстили именно мне! А то, что это не случайность — очевидно. У меня нет здесь врагов, я никому не переходила дорогу, не ссорилась и не отбивала парней. Если только… Меня осенило. Нет, это полный бред. Не может же она быть настолько ненормальной!

И что теперь делать? Как назло я вышла чуть позже обычного и пока вызову такси точно опоздаю.

Я готова была рвать на себе от отчаяния и злости уже успевшие намокнуть волосы.

— М-да-а, — раздалось протяжное слева. Я обернулась: Бойко, удерживая над головой почти точно такой же как и мой черный зонт, с видом знатока оценил масштаб ущерба. — Кто-то хорошо постарался.

Вчера по дороге домой он бросил, что на нем все заживает как на собаке и сейчас я смогла лично в этом убедиться — полученные в клубе раны затягивались на глазах.

— Скажи еще, что не догадываешься, кто. Твоя подруга совсем умом тронулась? Между прочим, это подсудное дело! Тут везде камеры видеонаблюдения, найти того, кто это сделал, не составит никакого труда. Я этого так не оставлю, так ей и передай!

— Не советую связываться с Лисициной, она чокнутая, — и кивнул на свое авто. — Поехали, подвезу.

— Ты это серьезно сейчас?

— Хочешь мокнуть под дождем? Ну ок, — безразлично дернул плечом и сделал то, о чем я мечтала совсем недавно — пикнув брелоком открыл дверь машины и забрался в может, пока еще не совсем теплый, но точно сухой салон. Включил музыку, печку и опустил стекло: — Уверена, что не хочешь воспользоваться моим предложением?

Две минуты набрать номер такси, плюс-минус десять — ожидание, десять на дорогу… двадцать две. А первая лекция через двадцать девять…

— Ладно, черт с тобой, пусть это будет моральной компенсацией, — я обежала капот его навороченной тачки и, закрыв зонт, опустилась на пассажирское кресло.

— Завтрак, услуги такси… с тебя зачет автоматом.

— Это не смешно, Бойко, представляешь, во сколько мне теперь обойдется поменять все четыре колеса? Может, для тебя это сущие копейки, но для меня целое состояние.

— Кстати, откуда у тебя такая тачка? Не фонтан, конечно, но для одинокой училки довольно ничего. И квартирка неплохая, сам в подобной живу. Щедрый спонсор?

Я бросила на него полный злости косой взгляд.

— Ты на что это намекаешь?

— Да так, ни на что, — завел мотор и резко тронулся с места. — Просто спросил.

Но меня его «просто вопрос» не устроил. Я прекрасно понимала, к чему он клонит, к тому, чему клонят все они! Как же мне все это надоело! Перешептывания, домыслы, осуждающие взгляды…

И я не выдержала.

— Деньги на квартиру и машину мне достались в наследство от дедушки. У него был небольшой магазин для рыболовов, который я продала и все вырученные средства потратила на жилье. Такой ответ тебя устроит? Или тебе показать заверенные нотариусом документы? А еще заодно свой красный диплом, который я заработала собственными знаниями. Да я ночами не спала, чтобы его получить!

— А вот в последнее охотно верю. Хорошо старалась, видимо.

Внутренности сковало льдом.

— Останови машину, я выйду, — процедила сквозь зубы.

— Да брось ты, не кипятись.

— Останови!

Он резко притормозил у обочины, но показательно заблокировал двери.

— Не психуй, это была шутка.

Я не хотела показывать эмоции и выдавать себя с потрохами, но его ирония, тон…

— Меня достали ваши шутки, понятно? Так же как намеки и сплетни. Если у тебя есть какие-то вопросы, спрашивай прямо! Давай, — я чувствовала, какой яростью сверкают мои глаза. — Хочешь спросить, была ли я с ним из-за его статуса?

— А ты хочешь сказать, что тебе было наплевать на его статус? — на небритых щеках заиграли желваки. — Черта-с два я в это поверю. Вы все одинаковые, исключений нет!

— Ты придурок, Бойко. Взращенный на вседозволенности мажор. Ты мне отвратителен, понятно? Немедленно открой дверь! — дернула ручку, но та, конечно, не поддалась. — Ты слышишь меня? Открывай!

— Ладно, все, свернули тему, ок? Перегнул.

— Ты постоянно перегибаешь! Мне на самом деле кажется, что у тебя ко мне что-то личное — ты язвишь, пытаешься меня постоянно задеть и уколоть побольнее. Что я тебе такого сделала? Я даже ни разу тебя не завалила! Что?

Показалось, что он хочет мне что-то сказать: сосредоточенное лицо, хмурый взгляд, но свой незаданный вопрос он все-таки оставил при себе.

— Поехали, а то на лекцию опоздаем, — снова завел мотор и тронулся с места.

Остаток дороги мы провели в полном молчании, а когда подъехали к зданию университета, на наше счастье на улице практически никого не было — непогода разогнала всех.

— Я приду сегодня на пару, — бросил он мне вслед, но я ушла, даже не обернувшись.

Возле деканата столкнулась со спешащей на лекцию Олесей: с того вечера мы так и не успели толком поговорить. Вчера мы созвонились и она ответила, что возник форс-мажор и она была вынуждена уйти из клуба, что все расскажет при встрече.

Но сейчас болтать не было ни времени, ни настроения. И судя по невеселому выражению лица подруги, не только у меня.

— Привет, тоже попала под дождь? — кивнула на ее влажные волосы.

— Да мы все сегодня попали, — повела плечом она и, избегая смотреть мне в глаза, махнула рукой. — Ладно, я побежала, а то мне во второй корпус.

Ну ок, подумала я, и даже передернуло, когда поняла, что это любимое выражение Бойко.

Сегодня он ужасно меня обидел, и чтобы он там не говорил, что все было сказано без злого умысла и прочее, я ни капли ему не поверила.

На пару он на самом деле пришел и даже не опоздал, но я намеренно делала все, чтобы не пересечься с ним даже взглядом. Преподаватель — студент. Точка.

В перерыве между лекциями, проходя по коридору я увидела сумасшедшую, что прокола колеса моей машины. Она стояла с подругами у двери аудитории, а увидев меня, выдавила ехидную улыбку, и даже незаметно показала «фак», что меня в буквальном смысле взбесило.

Понятно, что мы практически ровесницы и со всей серьезностью относиться ко мне как к преподу довольно сложно, но я все-таки пусть не ее, но преподаватель! Насколько нужно быть уверенной в своей безнаказанности, чтобы вытворять такое?

В полной решимости двинулась к наглой особе, чтобы высказать все, что думаю о ее поступке, но в последний момент поняла, что тем самым могу сделать только хуже. В первую очередь — себе.

Если все узнают, что она натворила, то так же и узнают о причинах. Наверняка она не станет скрывать, что именно побудило ее пойти на эти меры. «Я видела, как голый Бойко выходил утром из ее квартиры. Она у меня парня отбила!» — это если и не поставит крест на моей карьере, то на репутации точно. А она и так пусть и незаслуженно, но порядком подмочена.

Приблизившись к стерве, я бросила на нее взгляд, который красноречиво показал, что я все знаю, но судя по наглой улыбке, хамку это мало напугало.

И откуда столько веры в свою безнаказанность?

Позже, воспользовавшись свободной минуткой, я зашла в интернет и довольно быстро выяснила, что за фрукт эта Лисицина: единственная дочь городского прокурора.

Свят был прав — с ней лучше не связываться.