Его звали Тони. Книга 10

Глава IX

Согласитесь, есть в жизни моменты, когда руки сами знают, что делать. Мозг ещё не успел переварить ситуацию, а пальцы уже тянутся к оружию.

Ярослав Румянцев стоял за стеклянной створкой и улыбался. Дорогой костюм, идеальная причёска, взгляд человека, который привык получать то, что хочет. Дверь разъехалась и он шагнул навстречу.

— Тони, — голос у него был мягкий и подчёркнуто дружелюбный. — Рад видеть в добром здравии.

Протянул руку. Для рукопожатия.

Моя рука тоже потянулась. Только не к его ладони, а к кобуре. Револьвер выскользнул из неё привычным движением. Я подбросил его в воздух. Взгляд Румянцева автоматически метнулся за оружием. Проследил траекторию.

А когда опустился обратно, было уже поздно. Я перехватил револьвер за ствол и от души врезал рукоятью аристократу в челюсть.

Хрустнуло. Румянцев отлетел метра на три, впечатался спиной в стойку регистрации. Из-за угла спины выскочили двое — телохранители. Оба в дорогих костюмах и готовы убивать. Маги. С плотными астральными телами.

Первый замер, переводя взгляд с меня на своего хозяина. Ждал команды.

Второй оказался инициативнее. Вскинул руку, и я почувствовал, как вокруг меня тесно смыкается воздух. Блокировать что ли решил? Ну так я за последние недели тоже многому научился.

Сконцентрироваться. Погрузиться сразу на десяток уровней глубины. Ударить.

Гарпун врезался в противника раньше, чем тот сдавил меня тисками. Установив контакт, я подцепил его духовную ткань. Потянул.

Маг захрипел. Глаза закатились, ноги подкосились и мужчина рухнул на пол. Лицом вниз.

Раньше я бы с таким наверное вовсе не справился. Но сейчас — вышло. Насыщенная практика творит чудеса.

Первый телохранитель дёрнулся было ко мне, но тут Румянцев поднял руку.

— Стоять, — бросил оклемавшийся дворянин.

Гляди-ка — уже встаёт. Артефакты на его теле мерцали, затягивая разбитую челюсть прямо на глазах. Ну вот. Так неплохо её разворотил. А он избавился от следов за несколько секунд. Только на одежде красные пятна остались.

Румянцев потрогал лицо. Покрутил головой. И неожиданно засмеялся.

— Превосходно, — сказал он. — Я это заслужил. Рад, что ты не разочаровал.

Он снова глянул на оставшегося телохранителя.

— Забери его и убирайся, — в голосе арика прорезались недовольные нотки. — Мы поговорим наедине.

Маг подхватил своего отключённого напарника и поволок прочь. Персонал аэропорта — двое сотрудников, которые всё это время жались к стене — выдохнул с явным облегчением. Судя по их лицам, они уже мысленно прощались с жизнью. А оказалось — никакой бойни. Аристократ получил в морду и решил поржать.

Правда, на всякий случай они всё же свалили подальше отсюда. Так, чтобы держать нас в поле зрения, но если что — сразу же завернуть за угол.

— Эх, — протянула Арина. — Такая картинка, а заснять не получится.

Стрим она в самом деле давно вырубила. Ещё когда мы свернули к служебному выходу.

— Шеф! — Гоша выступил вперёд, положив руку на свой собственный револьвер. — Ты тока слово скажи — закатаем в бетон и под взлётку, чтоб не нашли. Первое правило Янтаря — не верь арикам!

— Заманчиво, — признал я. — Но нет.

Румянцев даже бровью не повёл.

— Я пришёл поговорить, — сказал он. — Всего лишь.

— Иди ты лесом, — посоветовал я. — Со всеми своими разговорами.

Развернулся и двинулся к выходу. Команда потянулась следом.

— Ереванский аэропорт, — голос Румянцева настиг меня у самой двери, безусловно относится к местной юрисдикции. Но имперские службы здесь тоже присутствуют. И они могут внезапно заинтересоваться некоторыми вещами из вашего багажа.

Я остановился. Конечно, этот долбанат благородных кровей, наверняка имел в виду мглистых созданий, либо тяжелое вооружение. Что к первому, что ко второму, в теории можно было придраться. Скорее всего безрезультатно, так как итог диспута подводился бы в суде. Но прямо здесь и сейчас это вызвало бы определённые проблемы.

При всём этом, со мной был букварь. Пропитанный межпространственной энергией артефакт из другого мира. Который однозначно обеспечит мне много часов занимательных бесед с парнями из Тайного Приказа.

А ещё сушёная голова. Которую мы везём хрен знает откуда и хрен знает зачем. По крайней мере какого-то более внятного варианта, я во время проверки озвучить не смогу.

Вздохнув, я обернулся. Посмотрел на Румянцева.

— Ладно, — протянул я. — Зачем ты здесь? Какого хрена тебе нужно?

Румянцев поправил рубашку и улыбнулся. Той самой улыбкой, которую я уже начинал узнавать на лицах местной элиты. Комплимент-оскал. Вежливость хищника.

— Предлагаю переместиться в более комфортное место, — сказал он. — У меня тут неподалёку лимузин. А для твоих бойцов имеется транспорт. Бронированный микроавтобус с тонированными стёклами. Довезём до штаба вашего отряда. Туда же, куда сейчас едет грузовик с вашими… косулями.

Логично. Раз он так легко пробрался в аэропорт и заранее знал, каким маршрутом нас поведут, то уж про нашу технику точно в курсе. Не удивлюсь, если арик ещё и отчасти ответственен за весь этот хаос с фанатами.

— Мне и тут неплохо, — ответил я. — Долго с тобой беседовать я не планирую.

Ярослав пожал плечами.

— Либо мы поговорим хотя бы двадцать минут, — его тон стал чуть жёстче, — Либо это не считается. И тогда тебе придётся пообщаться с имперскими бюрократами. Которых ты так нежно любишь.

— Шеф, — Гоша выступил вперёд, — Да чё мы его слушаем вообще? Пристукнем и в канаву! Хренакос приподороженный!

— Интересный формат переговоров, — Очень сильно тянет на громкие заголовки.

Румянцев посмотрел на неё с интересом. Как на забавный экземпляр.

— Действительно? — поинтересовался он. — А на что тянет ваше будущее при таком раскладе?

Борзеет. Прямо на глазах.

— Ты бы лучше о своём подумал, — придавил я его взглядом.

— Я всегда о нём думаю, — пожал плечами аристократ.

Пауза. Мы стояли посреди служебного коридора ереванского аэропорта. Арина справа, Гоша слева. Остальные чуть позади. Персонал вообще испарился.

Знаете, как оно бывает? Иногда приходится договариваться с теми, кого ещё вчера хотел прибить. В прошлой жизни я это называл «корпоративные переговоры». Сидишь напротив человека, который месяц назад пытался тебя обанкротить, и обсуждаешь совместный проект. Улыбаешься, жмёшь руку, говоришь «рад сотрудничеству». А внутри — желание врезать ему по морде. Ну и ногами добавить. В особо жёстких случаях — выкинуть из окна.

Тут примерно то же самое. Только ставки повыше.

— Ладно, — сказал я. — Двадцать минут. Но в лимузине со мной едут эти двое.

Кивнул на Гошу с Ариной.

— Как скажешь, — Румянцев чуть склонил голову. — Остальные — в микроавтобус.

Через пять минут мы загружались в чёрный вытянутый автомобиль. Неброский. Без гербов и прочей аристократической хрени. Замаскирован под обычную арендованную машину. Умно.

Внутри — кожаные сиденья, мини-бар и приглушённый свет. Румянцев устроился напротив. Гоша — справа, с интересом поглядывая по сторонам. Арина села на боковое сиденье.

Машина тронулась. А Ярослав, который сидел спиной к направлению движения, сделал вид, что выглядывает в окно. И смотрит на микроавтобус, который ехал следом.

— Интересно, — протянул он. — А это случайно не Арьен Ржева? Та самая эльфийка с Урала? Которой несказанно повезло.

Вот же. Надо было его дважды рукояткой ушатать.

— Нет, — коротко отрезал я.

Парень поджал губы. С выражением деланой обиды на лице, покачал головой.

— Мы же не первый день знакомы, Тони, — протянул он. — Ни к чему настолько откровенно лгать. Смотря мне в глаза.

— А чё ты вопросики себе такие позволяешь? — явно копируя кого-то, заявил Гоша. — Колени давно не вырывали раскалёнными щипцами?

Где он такого нахватался? Не слышал раньше подобных выражений.

— Это скорее было утверждение. А мне просто любопытно, — посмотрел на него дворянин. — Все в курсе, что у Ржевых есть некоторые внутренние проблемы. Но не предполагал, что настолько глубокие. Она ведь официально жена Романа Ржева. Здесь её быть не должно.

Его взгляд стал острее. Прощупывающим. Знать бы ещё на какие такие внутренние проблемы он намекает. И ведь не скажет собака. Даже если напрямую спросить. Уж точно не просто так.

— Тони, — Гоша тяжело вздохнул. — Может вернёмся? Бюриков мы если чё, сами намотаем на колёса. Или об стену япнем и пойдём.

— Я всего лишь обращаю ваше внимание, что мог бы использовать этот факт для давления на вас, — спокойно заявил парень. — Но не делаю этого. В знак своей доброй воли.

— Так ты попробуй, — Арина достала телефон, — Я с тобой так повоюю в медийке, что весь мир охренеет и нескоро выхренеет. Они мемы про вашу семейку на пять веков вперёд запомнят. А твои пиарщики стреляться начнут. Прямо в своих кабинетах!

Румянцев примиряюще поднял руку. Похоже такой яростной отповеди он никак не ожидал.

— Спокойнее, — изобразил он некоторое смущение на лице. — Я всего лишь констатирую факты.

— Вот как, — я откинулся на спинку сиденья. — Ладно. Давай я тоже кое-что констатирую.

Посмотрел ему в глаза. Чуть подождал, добиваясь максимальной концентрации внимания.

— Ты можешь попытаться использовать Арьен как рычаг. Или угрожать чем-то ещё, — я сделал короткую паузу. — Убийством например. Но давай прикинем последствия.

Дворянин с интересом хмыкнул. А я продолжил говорить.

— Медийная картинка не в вашу пользу. Любая агрессия против меня, не говоря об открытом убийстве — гарантированная волна возмущения, озвучил я мысль в которую хотелось верить самому. — Мощная. Моментальная. Таким точно заинтересуются журналисты-расследователи. Рано или поздно выйдя на заказчика.

Пауза.

— А уж если я через полчаса заявлю, что мне угрожал член семьи Румянцевых, то ничего и расследовать не придётся, — выложил я на стол ещё одну карту. Пусть и не совсем надёжную.

— Тогда за твоей головой тут же начнут охотиться наши противники, — дал предсказуемый ответ Ярослав. — И вообще, я хочу договориться о сотрудничестве. Без всякого шантажа.

Гоша хмыкнул.

— Чё ты тогда с него начал? — задал вопрос гоблин. — Сам с собой договорить чтоль не можешь?

— Эпик, — заржала Арина, хлопнув себя по колену. — Это просто ахтунг!

Румянцев помолчал. Глянул в окно лимузина, за которым виднелись городские улицы.

— Хорошо, — Ярослав чуть расслабился. — Давай поговорим откровенно. Как взрослые.

Он сцепил пальцы вместе. Чуть выпятил подбородок, скорее всего кому-то подражая. Упёр в меня взгляд.

— Мои родственники облажались. Конкретно так и всерьёз, — заговорил парень. — Они хотели зачистить ваш отряд после Багдада. Устранить всех, кто участвовал в той операции. Физически. Чужими руками, разумеется. Чтобы гарантировать, что информация никогда не выплывет наружу.

— Я в курсе, — сказал я. — И что?

— Не сомневаюсь, — даже не смутился дворянин, который и подрядил меня на этот контракт. — Так вот. У них не сложилось. Семья заколебалась. А я их переубедил. Уговорил не ликвидировать вас, а попытаться сотрудничать. Потому что так будет эффективнее.

Он развёл руками. Посмотрел на нас с таким выражением лица, как будто всё очевидно.

— Теперь мне нужно доказать, что я не пустобрёх и что моя ставка на сотрудничество, правильная, — заговорил после совсем коротенькой паузы. — Поэтому я здесь. И предлагаю взаимовыгодное сотрудничество.

— Типичный медийный манёвр, — парировала Арина. — Изображаешь жертву обстоятельств, чтобы вызвать сочувствие. Классика.

— Какое сотрудничество-то? — шмыгнул носом Гоша. — Нашего лома с твоей жопой? Ты б башкой думал, прежде чем ляпать.

Румянцев пожал плечами. Глянул на блондинку.

— Не такой уж и ловкий это манёвр, — озвучил он ответ. — Если вспомнить всё, что вы натворили за последнее время.

Секунд пять мы посидели в тишине. Не знаю, как остальные, а я думал о том, как хочется бахнуть пива на вершине горы и расслабиться. Ну вот знаете — вернуться к тому состоянию, когда тебя не колышат кружащие вокруг проблемы.

— Сколько бы вам ни заплатили земские партии, — уставившись на меня, нарушил эту паузу Ярослав. — Мы готовы предложить больше.

Земские партии? Я переглянулся с Ариной. Она чуть приподняла бровь. Тоже не поняла.

— Шеф, — Гоша покрутил пальцем у виска. — Арик мозги в бардачок уронил. Какие ещё партии? Чё он несёт вообще?

Румянцев нахмурился. Как-то посерьёзнел сразу.

— Можете не играть, — сказал он. — Я прекрасно понимаю, что происходит. После всего, что вы устроили в Ярославле всё и так очевидно. Повторюсь — мы готовы заплатить вам больше.

Вот, бывают моменты, когда собеседник говорит что-то настолько неожиданное, что мозг просто зависает. Пытается обработать информацию. И не может.

Земские партии. Точно. Что-то такое мелькало в новостях, когда я изучал ситуацию в Ярославле. Политические структуры, которые избираются в Земские Собрания губерний. Вроде как имеют влияние на местные дела. Могут даже губернатора отправить в отставку. Ещё без их разрешения нельзя установить никакие местные сборы. Плюс контроль над бюджетом губернии. Серьёзная штука, если подумать.

Почему аристократам это важно, очевидно. Они же не в вакууме живут. А в губернии, чтобы сделать важный ход нужна поддержка Собрания. К тому же, если какой-то простолюдин из земской элиты затевает спор с дворянином — ему нужна поддержка всё того же Собрания. Политический ресурс. Если он у самих аристократов — тем живётся намного проще.

Ну да — чаще всего выборы проводятся не слишком честно. И на такое обычно смотрят сквозь пальцы. Какое высшей потомственной аристократии дело до муравьишек, которые копошатся в грязи и кого-то там выбирают. В любом случае — если потребуется, тех просто спалят и дело с концом.

Только какого хрена это имеет отношение ко мне?

— Звучит, конечно, неплохо, — Арина заговорила первой. Голос стальной, профессиональный. — Лидер партии, политическое влияние и всё такое. Но насколько я знаю, у Тони таких планов не было. И нет.

— Верно, — кивнул я. — Не было и нет.

Румянцев прищурился.

— Тогда к чему весь этот цирк в Ярославле? — поинтересовался он без капли доверия в голосе.

— Случайно вышло, — пожал я плечами.

— Реально случайно, — подтвердил Гоша. — Мы туда вообще не за этим ехали. Оно само как-то.

— Полный рандом, — добавила Арина. — Никакого плана. Импровизация на ходу.

Арик несколько секунд рассматривал нас. Потом его лицо исказилось нешуточной яростью.

— Вы за дебила меня держите? — голос стал жёстче. — Серьёзно? Вот так мне прямо в глаза водичку жёлтую льёте?

— Ну а чё делать, если правда такая, — развёл руками Гоша. — Не виноватые мы, оно само получилось.

— Ладно, — Румянцев выдохнул. — Допустим. Пусть это была случайность. Моя семья готова заплатить. Двадцать миллионов рублей. Прямо сейчас. За возможность совместной реализации ваших планов.

— Нет никаких планов, — повторил я. — Не за что платить.

— Сорок миллионов, — тут же заявил он. — Если планов нет, давай их составим. И зафиксируем. Тебе ж не обязательно ничего делать самому.

— Слышь, арик, — Гоша скрестил руки на груди. — Ты глухой или тупой? Сказали же — нет.

— Шестьдесят миллионов, — с невозмутимым лицом продолжил торг дворянин. — Мы обеспечим вам протекцию на всех уровнях. Не возникнет ни одной юридической проблемы. Деньги будет не отследить.

Вот это уже интересно. Не потому что я собирался соглашаться. А потому что показывало уровень заинтересованности их семейки и аристократов в целом. Пятьдесят лямов за мираж. Иллюзию, которая может схлопнуться уже завтра.

— Сто миллионов, — Румянцев повысил голос. — И по дому в столице каждому из вас. Лично.

— Шеф, — Гоша медленно повернул ко мне голову. — Может взять? Сто лямов — это ж охренеть.

— Гоша, — протянул я укоризненно.

— Ну чё? Я ж просто спрашиваю, — поджал губы коротышка. — И ваще, потом их можно грохнуть всех.

Ярослав коротко хохотнул.

— Да вы прям идеальные партнёры, — Румянцев уже почти кричал. — Двести миллионов. И три процента от каждого договорняка.

— Кринж сотого левела, — пробормотала Арина. — Он реально думает, что мы торгуемся.

Тишина. Наконец-то. То ли до арика дошло, то ли он размышлял над корректировкой стратегии, потому как старая не сработала.

За окном мелькали ереванские улицы. Судя по которым, мы приближались к штабу отряда.

— Слушай, — я откинулся на спинку сиденья. — Ты можешь предложить хоть миллиард. Ответ не изменится. Потому что нет никаких планов у меня. Не было и не будет. Ярославль — это случайность. Совпадение. Стечение обстоятельств.

Румянцев стиснул зубы. Посмотрел на меня с такой мордой, как будто я пальнул из обреза в морду его любимого кота.

— Допустим, — процедил он. — Тогда объясни мне другое. Зачем вы тогда вообще полезли в Ярославль? Ради чего?

Осёкшись, он закрыл рот. Пару секунд помолчал. Глянул на фуражку, которая до сих пор прикрывала голову Гоши.

— Если вся эта мясорубка с Вестником и Грузовиком, не была ради авторитета среди местных, получается вам там что-то требовалось, — вот честное слово, лучше бы он дальше про выборы рассуждал. — Нахрена вы гоняли под Ярославскую Мглу? Что там такого было, дарг? Чего ты испугался в аэропорту? Да настолько, что поехал со мной в одной машине.

Что сказать — не дебил. Вот совсем. А жаль — было бы куда проще, окажись парень полным имбицилом.

Гоша поддел пальцем козырёк. Вытаращился на дворянина

— Ты чё, следил за нами? — прищурился гоблин. — Палил за честными сталкерами, шакал?

— Собирал информацию, — пожал плечами Ярослав. — Как и все остальные. И я так скажу — лучше вам согласиться. Ничего кроме этой клыкастой зелёной морды, раз в неделю, нам не надо. А бабла вы получите столько, что до конца жизни хватит.

Машина начала замедляться. Мы подъезжали к штабу «Щенков Косуль».

— Ты недооцениваешь мои навыки расходов, — хмыкнул Гоша.

— Я могу заспидранить банкротство в три клика, — засмеялась Арина. — Пока вы будете биться за скидку на первом этаже, я уже куплю весь торговый центр и закрою его ради хайпа. А потом снесу.

— Ладно, — тихо рыкнул я, наклоняясь вперёд. — Хватит. Вот моя позиция. Окончательная.

Мой взгляд, устремлённый прямо в глаза, этот мудила выдержал. Ну и ладно. Тренированный, чего уж тут.

— Работать с ариками я больше не собираюсь. Меня уже не раз пытались убить. Достаточно, — я продемонстрировал ему нечто напоминающее оскал. — Если кто-то попробует ещё раз — я начну бить в ответ. Возможно, у меня ничего не выйдет. А может, семья, которая начала этот конфликт, сто раз пожалеет о своём решении.

— Убийство Тони станет медийным суицидом для Румянцевых, — добавила Арина. Голос ледяной. — Без шансов. Я прослежу и оставлю инструкции, если ты решишь и меня прикопать.

— А я рихтану вас всех до последнего, — оскалился Гоша. — Отпафосим с пацанами и зальём расплавленной медью в канаве.

Лимузин остановился. Румянцев молчал. Только смотрел на меня со странной смесью эмоций на лице. Разочарования, непонимания и азарта.

Пару секунд подождав, я взялся за ручку двери. Открыл. И шагнул наружу.