Эволюция Генри – 5

Глава 12

Волна добродушия обнимала меня около пояса, слегка надавливая под животом — объелся. И вроде как не нужна особо эта еда — на выходы в Лес я брал чистую воду и что-то символическое, чтобы пожевать на привале. Но тем не менее в качестве источника удовольствия еда — на прежнем месте. Был бы Томми попьянее, я бы обсудил с ним детали удовольствия от обжорства — нет ли в нем чего-то более древнего, доставшегося от предков?.. Сожрать все, не оставить никому — и знать, что будешь сильнее, а значит — выживешь. У зверей вроде как такое до сих пор есть… Или это от неопределенности завтрашним днем — будет ли охота удачной?..

Но Томми, гад такой, даже протрезвел — нам довольно оперативно занесли новые документы для него. На секундочку — паспорт гражданина Америки и права, абсолютно новенькие, свеженькие, в пластике и со всеми защитами. Короче говоря, отличную подделку, потому как Новый город не имел права такое печатать. Но, на мое вежливое удивление (должен же был я как-то реагировать на периодические возгласы Томми?), бумаги проходили все проверки подлинности.

Ляп в новых «айди» был только один: фотографию вклеили со старого паспорта — хмурую, битую долгой жизнью, а год рождения указали тот самый, что итальянец себе выпросил. То есть на три десятка лет меньше. Что изрядно выводило Томми из себя, заставляя искать признаки подделки вновь и вновь. Чтобы, значит, переделали по «их вине» и вклеили что-нибудь помоложе. Ну или мне надоели бы его жалобы, и я приказал переделать. Самого его, понятно, пошлют куда подальше.

Но я был глух и воспринимал чужое ворчание благостно — давно пора было поесть в хорошем месте. Не то чтобы Агнес готовила плохо — но в мире столько вкусов!

Признаюсь, я не удержался и воспользовался талантом управления плоти — расширил себе язык, чтобы увеличить площадь вкусовых сосочков. И на получившуюся лопату складывал разное, совмещая острое и сладкое, холодное и горькое. Пока не заметил странный взгляд со стороны и решил притормозить с экспериментами. Потом, правда, взял бутылку вина и закинул в нее язык до дна. Очень приятно пощипывало — особенно на новых участках плоти. Одно плохо — бутылка прозрачная.

— И как мне теперь это развидеть? — Печально вздохнул Томми.

Я втянул язык обратно и больше не экспериментировал. В следующий раз — только в одиночку, и без чужой зависти через плечо.

То-то Хтонь выбрала ветку незаметности. Сидит и жрет — вон, форму рюкзака так и не поменяла, обгладывает реликтовую плоть, зализывает ее до дыр.

Где-то на фоне почудилась легкая тоска от обитателя каменного браслета. Ну тут уж — никакого сочувствия.

Надоевший телевизор, уже включенный и выключенный раз десять, захотелось посмотреть вновь. Такая уж беда с телеканалами — мало их. Не пару сотен кабельного, по которому, впрочем, тоже обычно всякая ерунда — только бесцельно нажимаешь на кнопку. Ну а тут — можно включить, выключить, посмотреть на мутное отражение комнаты на плазме и рано или поздно начать искать пульт снова. Кстати, где он?..

Пульт нашелся откинутым на край дивана, и тянуться к нему всем телом было откровенно лень. А вот вытянуть плоть руки и подхватить его — самое оно. Полезнейший талант!

«Эдак, вообще перестану шевелиться, выращу пузо… Счастливым стану».

И тут же вредная фантазия подсунула изображение каноничного плаката из «Звездных войн» — с Джаббой Хаттом и принцессой Леей.

«Эх», — взгрустнулось тихонечко.

В образе огромной жабы я себя видеть не желал. С другой стороны — девушка у ног, это вроде очень даже неплохо… Но Марла не усидит, а Агнес задолбает нравоучениями.

В итоге переключил мысли нажатием кнопки на пульте.

По ТВ показывали срочный репортаж со входа в тоннели Нового города — те отчего-то решили зарасти легкой каменной корочкой, которую, впрочем, оказалось легко пробить — это нас с Реликтом вовремя остановили. Граждане, между тем, хотели знать, что происходит.

«Пять лет прошло с момента Беды, и все снова думают, что им что-то должны…»

Городской чиновник, отыскавшийся немедленно, с важным видом вещал, что была проверка одной из систем безопасности города. Неплановая — но «вы должны понимать, учения и должны проходить внезапно!»

Журналистка в ответ кивала, удерживая внимательный взгляд на серьезном лице собеседника. Сверху слишком темной картинки — все-таки тоннель, а в комнате были включены все лампы — бликом отражалась моя ироничная улыбка.

Позади телевизионного кадра кое-как разъезжалась автомобильная пробка — пока все ждали, когда проблему устранят, кто-то особенно нетерпеливый в кого-то въехал. Страховых служб не было, а железо на колесах было далеко от идеала — что не мешало водителям тыкать пальцами в повреждения и орать друг на друга. В кадр это тоже попало, только звук приглушили — то есть передача шла в записи. А значит, и пробки давно нет. Ладно, выключаем.

— А какой тут штраф за утерю паспорта? — Пробурчал Томми.

Пока я игрался с пультом, он то и дело брал документы в руки и откладывал их в сторону. Как, впрочем, и все это время — уже часа два я объедал тут все практически в одиночку.

— Да заладил ты, давай сюда, — протянул я руку в его сторону.

— Нет, рвать не надо. Просто пусть поставят нормальное фото! У меня дома есть пропуск для работы в порту, мне там двадцать, нет разбитой ключицы, пули в бедре и отсуженного первой женой дома! Да, дома тоже нет, но тот парень, черт возьми, был полон перспектив! А у меня дряхлый старик, который пережил своих детей. Человек, которого запомнят работорговцем, сутенером и проклянут на могиле.

— Дай документы, — вытянул я руку талантом изменения плоти, и старик молча вложил их в ладонь.

«Хорош жрать», — позвал я Хтонь и мысленно сунул ей под нос бумаги. — «Изучай».

Та с легким недоумением коснулась мертвой бумаги и категорично вернула: «несъедобное!».

«Да уж понятное дело. Но раз жрешь Реликтов, то давай — отрабатывай. Видишь эти мелкие несъедобные цветные точечки под пленкой?.. Ах, не видишь, чувствуешь?.. Ну так почувствуй каждую».

— Томми, представь свое молодое фото. Нет, сейчас ты представляешь какую-то женщину. — Констатировал я то, что передала мне Хтонь.

Уровни у них несравнимые — тот и не почувствовал ничего. Кстати, надо было использовать это в беседе с Ньюсомом. Хотя какие картинки могут быть у человека в голове во время беседы?.. Разве что сделать так, чтобы он сам что-то представил, по своей воле.

— Вы умеете читать мысли⁈

А вот этого Хтонь не могла — только если к ней обратиться прямо. С картинками, видимо, другой принцип. Но ему этого знать незачем.

— Томми, хватит мысленно перепроверять тайники со скроенными деньгами, — поморщился я. — Плевать на них, разве ты не понимаешь?..

— М-м… Понимаю, — Томми отцепил крепко сжатые пальцы от края стола и постарался расслабиться. — И было плевать всегда?..

— Ну конечно! Главное — это дело. Вот не сделаешь дело и проворуешься — тогда уж извини. — Я потребовал от Хтони поменять точечки под пленкой нужным мне образом. — Тогда будет так.

— Тут какая-то женщина на фото…

— Ага. А имя — твое. Намек понятен?

— Более чем. — Насупился Томми.

— Так что представь свое фото нормально. Нет, не яхту!.. Томми, сейчас эта сочная попка с пляжа окажется в паспорте.

— Я стараюсь, стараюсь! — Возмутился итальянец.

Потом вскочил с места, схватил бутылку и вылакал глотком остаток.

— Во. Есть картинка, — одобрительно покивал я, глядя, как формируется из разных цветов фото молодого брюнета с волосами до плеч.

— Не торопитесь, это Мик Джаггер.

— Плевать, похож, — вернул я бумаги.

— Но!..

— Томми, вот у кого в мире есть фото Мика Джаггера в паспорте?.. Максимум у двух человек в мире. Все, не беси.

— Нет, ну что-то в этом есть…

— Если что, скажешь им, что совсем охамели — ставить фото левого человека. Переделают. Ну ты же хотел?..

Но Томми уже с довольным видом прятал документы в карман.

На самом деле, уже после первой замены стала заметна некоторая деградация качества — Хтонь не создавала из себя цвета, она меняла их в пространстве местами.

Возможно, если бы рядом были другие фото, и «точки» можно было заимствовать с них, то эксперимент я бы продолжил. А так — сойдет.

Еще одним признаком, что репортаж по ТВ был в записи оказался тихий шум из коридора с хлопком двери напротив — Агнес с Марлой вернулись из долины. Еще вчера они запланировали сжечь «кабинет для переговоров», чтобы компромат, снятый там, не аукнулся в дне новом. В конце концов, фотомонтаж процветал еще до Беды — и без свидетельства судьи любые снимки пройдут по ведомству нелепых картинок. От скандала в газетах это не оградит, но и тюрьмой не обернется.

Хотя какая теперь тюрьма?.. Да и газеты напишут только то, что я захочу — уверен, «независимость» прессы тут со «стоп-краном», и управление теперь в моих руках.

Одна проблема — как теперь объяснить девушкам все изменения? Имею ввиду — без последующих уговоров прилечь в постельку, замера температуры ладонью и ласковых заверений, что «верят-верят»?..

Впрочем, доказать-то смогу…

Тогда вторая проблема — «какого черта мы тогда сожгли кучу нужного?..»

«Так, Наглость, а ну — вылезай», — разозлился я сам на себя.

Плевать, что они там потеряли. Все одно — не их это, а мое.

— Надеюсь, вы им ничего не скажете? — Тоже расслышал Томми звуки из коридора.

— Чтобы они снова донимали меня мелочами? — Поморщился я в ответ.

— Да просто переедете куда подальше. Есть жилые уровни гораздо богаче, чем этот — и там вам будут рады.

— Мистер Ньюсом… Мы обговаривали с ним.

— Вы передумали — вот и все. — Пожал итальянец плечами. — Он абсолютно правильно считает их вашими подчиненными и не удивится. Генри, у вас золотое сердце, я понимаю — но помогать лучше на расстоянии! У меня большая семья, я знаю точно — вместо «спасибо» обычно говорят «у тебя есть еще, мы же видим!».

— Мне кажется, это будет неправильно. — Хмурился я. — Я тут подумал заменить начальника внутреннего контроля и шефа этого настойчивого майора. Агнес и Марла быстро всех за глотку возьмут.

А это — уже настоящий контроль над городом, основанный не на словах и заверениях.

— Но кому они будут служить? — Постарался он поймать мой взгляд. — Вам или Ордену?

— Мне.

— И отчеты тоже пишут вам?..

— Томми, есть официальное и есть личное. В личном — я уверен.

— Выбирать, конечно, вам. Но, Генри, рано или поздно они попросят слишком много. И тогда вы можете поссориться.

— У меня есть план действий на этот случай, — дернулся уголок губ в улыбке.

— Но… Не сомневаюсь в вас. — Выдохнул Томми, с кряхтением поднялся и принялся убирать пустые тарелки со стола, с видом грустным, но покорным.

Может быть, он и прав… Делать мелкие «приятности», присматривая за судьбой — отчего нет? Редкие встречи на нейтральной территории.

Но есть уверенность, что они обязательно вляпаются. Потому что с их характером — зачастую слишком прямолинейным — да с их ощущением справедливости, не вляпаться невозможно. А так — всю кипучую энергию я бы пустил в нужное мне направление.

Хотя, в общем-то, ну вляпаются — ну и что?.. Вытащу. И второй раз, и третий.

«Может, тебе просто плохо быть одному?» — Спросил сам себя, впрочем, зная ответ заранее.

Ну не с Томми же разговаривать — то он не пригоден к беседе, потому что недостаточно пьян. То говорит неприятные, но правильные вещи, потому что слишком трезв. К тому же, он уверен, что я могу читать мысли — а значит, сам скоро начнет меня избегать. Да уже сбежал бы, уверен — но надо дождаться назначенного референта, чтобы устроил все со строительной конторой.

А искать новых друзей, имея красный лоскут на одежде, по мне так — дело дохлое.

В науку податься, что ли?.. Заставлю открыть тут филиал Массачусетского технологического — я же хотел, я же был зачислен… Буду учиться как обычный студент. И в каждом новом друге стану подозревать агента влияния.

С Агнес все-таки проще — и без того понятно, что она не против использовать мои таланты ради высшей цели.

«Так, где там пульт», — вновь разозлился я.

И накрутил себя так, что на стук в дверь отреагировал раздражённым «войдите».

Прохладный пластик пульта был вновь откинут в сторону, а большой экран плазмы остался выключенным.

— Генри? — Сунулась внутрь светлая голова Марлы, а затем и она сама юркнула внутрь, прикрыв створку спиной — с видом загадочным и довольным. — Ага, на месте! А у нас — сюрприз!

— Что это за две дамы? — Буркнул я на остатках раздражения, глядя через две стены на двух барышень, сидевших на диванчике в квартире Агнес.

Странное дело — не близнецы точно, но первое впечатление складывалось именно такое. Одинаково сложенные руки на коленях, одинаковые наряды — строгие закрытые платья, темно-красные, почти черные. Улыбки схожи, подводка широких и довольных глаз — так и напрашивается «как две капли воды!». Но нет, если присматриваться — две разные женщины. Только как-то умудряются синхронно кивать и одновременно двигать руками.

— Мог бы и не подсматривать, — расстроилась на мгновение Марла.

— Да я только на гостей посмотрел. Что за сюрприз-то? — Примирительно вздохнул я.

Рядом с блондинкой сложно испытывать плохие эмоции — слишком много в ней позитива.

— Они и есть подарок! — Заговорческим тоном произнесла она и обрадованно хлопнула в ладоши.

— Не понял?

— Из главной прецептории Ордена тебе телохранителей прислали! Чтобы, значит, и днем и ночью! Особенно ночью! — Игриво подвигала она ресницами. — Да-да!

— Так, стоп! — Приподнял я ладонь. — На кой черт мне телохранители?

— Орден решил, что нужны, — легкомысленно дернула плечиком Марла. — Говорят, не могут допустить, чтобы было мировое извещение — мол, победитель Реликтов погиб от рук каких-то прислужников зла! Ты — живая репутация Ордена, знаешь ли!

— Да мне как-то плевать на Орден. Меня оттуда выкинули, напомню. Дважды!

— А вот и нет! Восстановлен в правах рыцаря! Ты теперь сэр Генри! Я бы склонилась перед тобой на одно колено… Да даже на два, — с придыханием добавила Марла. — Но тут один забавный старичок притворяется, что не подслушивает. Кстати, он же должен быть в тюрьме?..

— Он утром умер.

— Ну, случается, — покачала Марла головой. — Но, надеюсь, этот неприкаянный дух не будет завывать по ночам? Хотя бы не громче меня?..

— Скоро переедет. Мы тут бизнес открыли, будем строить пятый радиальный коридор. Денег обещают — гору, и все предоплатой.

— Это как?.. — Сбилась блондинка с игривого тона.

— Да тут куча всего произошло.

«Внимание! Владыка Корней Гор Нибо по воле Хозяина сообщает, что у Марлы — самая аппетитная попка. Это локальное сообщение, его слышат все, кто удостоился возвышения и находится в зоне видимости».

— Так это был ты!!! — Пискнула Марла от радости. — А я говорила, а я знала! Это все Агнес — бука-букой! Нибо — гора рядом с Солт-Лейк-Сити! Она подумала, что туда еще какую заразу притащили!

Ну, я не так хорошо знал географию. Хм, вот, где его пленили. Надо будет уточнить детали.

— Как-то так, — улыбался я искренне, с законной гордостью.

— А у меня правда самая аппетитная попка? — Плюхнулась блондинка мне на коленки.

— Так бы и съел.

Реликт загудел одобрительно — но он в другом смысле. Мол, я бы дожрал.

Да фиг там, ничего не обломится.

— Так что охрана мне даром не нужна, — кивнул я на мерцающий темно-зеленым браслет.

— Наоборот — нужна! — Наставительно ткнула Марла мне пальчиком в грудь. — Реликт — огромная ценность!

— Я уже поговорил с теми, кому он раньше принадлежал, — перехватил я ее руку и положил себе на затылок.

Сам же прижался к ее груди лицом.

— Призрак подсматривает…

— Томми, отвернись.

— Я честно завидую! — Тихонько возмутился он.

— И что говорят бывшие владельцы? — Замурлыкала девушка.

— Договорились, что Новый город теперь принадлежит мне. Вон там ноутбук лежит, потом посмотришь запись с камеры. Нас тут подсматривали и подслушивали, но эта проблема тоже решена. Вообще — все проблемы решены, — накатило беспричинное счастье. — Хм… Это те самые духи? — зацепился я за знакомый аромат.

— Ага! Агнес страшно завидует, но не подает виду. Учти — она способна на самые низкие поступки! Даже в сумочку мою залезла, хотела отнять. Говорит — нельзя бездумно пользоваться гадостью из Леса! Но мы-то знаем!..

— Так, давай рядом садись, иначе сорвусь. — Переместил я Марлу на диван. — Мне еще с Агнес разговоры разговаривать. Есть для нее интересная должность. А, и этих охранниц надо домой развернуть.

— Генри, ну пусть будут! — Заканючила та. — Они такие забавные! Я их довожу — а они улыбаются и только пальцами дергают! Хи-хи!

— Меня охранять не надо. Это факт.

— Большой босс должен быть с симпатичными девчонками под ручку! Это же статус, Генри! Я их так наряжу — все головы свернут, оборачиваясь!

— Мне они тут не нужны. Точка.

— Ну Ге-енри-и…

— У нас есть свечка? Нет. Значит, и держать им нечего. А больше у них функций нет.

— Но это же приказ с самого верха… Ну зачем с ними ссориться, а? Тебе ведь никакой разницы. Нет, если хочешь, мы доложим в Орден про усмиренного Реликта, и тогда они поймут, что ты прав…

— А вот этого делать не надо.

— Ну и вот! — Восторжествовала Марла. — Так что пусть будут. Кормить не надо, деньги давать не надо. А захочешь — нарядишь в золотые ленточки и посадишь у своего трона…

Меня аж передернуло — вновь вспомнился постер.

— Господа, — откашлялся Томми. — Ну к чему этот конфликт?

— М-м? — Повернулись мы синхронно на него.

— Пусть охраняют меня! — Выпятил он щуплую грудь. — Мне охрана как раз не лишняя — стройка, знаете ли, дело опасное! Тут обидятся, там решат взыскать неустойку здоровьем — а дело-то ответственное!

— Но охранять-то они приехали Генри, — отметила Марла.

— А они знают, как он выглядит? — С торжеством уточнил старик.

— Догадываются. — Задумалась блондинка.

— Вот и неверно догадываются! Генри ведь замаскировался! Под старика! — Театрально поклонился Томми.

— Нормальный вариант, — пожал я плечами.

— Но это нарушение приказа Ордена…

— Марла, мне так будет проще, — вздохнул я.

— Агнес упрется.

— А мы ей не скажем. — Подмигнул в ответ.

— Я ей никогда не врала, — нахмурилась Марла.

— Ну и не ври. Я сам все скажу. Вернее, Томми. Томми, ты справишься?

— Ну разумеется! А мне можно будет для реалистичности хлопнуть очаровательную даму по попке?

— Можно, но я сломаю тебе руку.

— Тогда обойдусь монологом! Вы знаете, у меня огромный опыт!

— Играл в театре? — Поинтересовался я новой гранью его опыта.

— Нет, таскал всякое через границу. А таможенники — народ искушенный, фальшь чуют мгновенно! Так что слушайте, но не сорвитесь на аплодисменты. — Вновь поклонившись, перешел Томми в центр комнаты. — Кстати, никому не нужный старик сидел бы сейчас за газетой, — кивнул он мне.

— Намек понял, — одобрительно кивнул я сомневающейся Марле и сел за стол. — Так нормально? — Развернул я газету и постарался сделать унылый вид.

— Но-но! Осанку прямее — вы все же я! Вот так хорошо. И — тишина! Слышите — идут! — Перешел Томми на громкий шепот. — Занавес поднимается!

В дверь вновь простучали.

— Войдите, — повернувшись боком, лениво бросил Томми, а сам будто продолжил разговор с Марлой на диванчике. — И вот идут они трое, а я им — эй!.. О, Агнес. Как тебе мое новое тело?..

— Генри? — Встала в ступор зашедшая внутрь брюнетка. — А…

— Вытаскивал старину Томми из тюрьмы. Пришлось менять внешность себе и ему. Вот он сидит за газетой — беспокоится, все ли гладко прошло! Как видишь, в вечернем выпуске ни слова.

— Понятно, — медленно кивнула Агнес. — А это… — Повернулась та к дамам, с любопытством изучающим Томми из коридора. — Марла, ты рассказала, зачем они здесь?

— Да. И Генри против.

— Маскировки, думаю, достаточно, — небрежно кивнул Томми. — Дамы могут поскучать в городе, но мне они рядом не нужны.

— Не обсуждается, — категорично дернула головой Агнес. — Не с нашими врагами. Входите и закройте дверь, разговор будет серьезный. И Томми… — Посмотрела она на меня. — Ты не мог бы подождать в коридоре? Или сходить в ресторан?

— Я ему доверяю, — отмахнулся «Томми-настоящий».

— Во-первых, это охрана — не обуза, а награда! — Дождалась брюнетка плотно прикрытой створки. — Признание твоих заслуг! И, во-вторых, награду эту мы возьмем!

— Вы и вправду убили двух Реликтов? — Смущенно похлопав ресничками, выступила вперед одна из близняшек.

— Такая честь! — Шагнула вперед вторая, полыхая восторгом. — Эта миссия — она как мурашками по коже!

— Такая ответственность! — Подшагнула первая.

— Мы не подведем!

— Мы справимся!

— Воля Ордена будет исполнена лучшим образом!

— Эй, девчонки, не напирайте, — хмыкнул Томми, оставаясь на месте. — Ладно. Вдруг мне понравится.

— О, конечно! — Обрадовалась первая.

— Конечно-конечно! — Вторили ей.

— Всем всегда нравится!

— Мы умеем!

— Иногда, правда, пугаются! Но нас бояться не надо!

— Я — всегда защищаю! Вот так! — Протараторила вторая и накрыла Томми, себя и «близняшку» чуть розоватым куполом.

«Талант», правда, видел влитую в нее мощь — а я еще раз отметил красный цвет платьев.

«Не поскупились», — цокнул я за газетой.

— А я — исполняю волю Ордена вот так! — Открыто улыбнулась первая и, вытащив из воздуха полупрозрачный тесак, отсекла Томми голову.

Тут же взмахнув рукой вновь и вновь — обрубая руку, потом вторую.

— Надо в мелкий фарш, иначе возродится, — буднично прокомментировала вторая. — А вы двое — не сметь!!! Это воля Ордена!!! — Строго гаркнула та на Агнес и Марлу.

Но смотрела она не туда.

Я не кричал, нет — звук умер в горле, так и не родившись. Газету — и ту не порвал: она просто рассыпалась от волны мелких камешков, рванувших от руки по воздуху в сторону купола.

Темно-зеленый браслет исчез — зато в следующую секунду каменная пыль была уже рядом с двумя тварями в человеческом обличье.

— Почему нет глобального объявления? — Задумчиво произнесла «Щитовая» близняшка, глядя на работу подруги-мясника. — Матерь-настоятельница сказала, будет объявление.

— Сейчас будет. — Шепнул я.

«Внимание! Владыка Корней Гор Нибо подчиняет своей воле квартиру номер двадцать один. Это локальное сообщение, его слышат все, кто удостоился возвышения и находится в зоне видимости».

«Внимание! Владыка Корней Гор Нибо по воле Хозяина вершит суд. Это локальное сообщение, его слышат все, кто удостоился возвышения и находится в зоне видимости».

Мелкая каменная пыль окутала фигуры палачей Ордена и, резко закрутившись, сомкнулись на них, стесывая плоть с костей и обращая кость в прах. Крик, рожденный внутри двух каменных столпов, просуществовал секунд пять — отчаянный, полный боли.

Ни капли крови не вырвалось из вихрей, только пыль стала алой — и более крупной, размерами с мелкий камень, куда более напоминающий привычную моему браслету чешую.

«Я же говорил — кормить стану щедро», — сковало сердце спокойствие. — «Плоть на полу принадлежит мне. Верни ее к жизни. Дай ей ранг жреца».

В ответ — подобие растерянности. В остатках плоти слишком мало человека.

«Хтонь!» — Стегнул я по сознанию. — «Задача — собери из кусков Томми. Живо!»

Та даже не вздумала обижаться. Словно бы задумалась на секунду — а затем из ниток крови, ошметков и кусков на полу собрался знакомый мне человек.

«Пробуй еще раз!»

Реликт с опаской отметил, что человек не принимает дар.

«Считай, что принял! Я приказываю! Плевать на правила! Ну же! Иначе верну в каменный мешок, догладывать слизней со стен!!!»

Грудь Томми дрогнула, а сам он заполошно хватанул ртом воздух.

Я же рухнул обратно на стул. Агнес все так же стояла, будто не могла поверить. Марла, закрыв глаза, откинулась на спинку дивана и чему-то улыбалась.

— Второй раз за день! — Ощупывая себя, пожаловался с пола Томми. — Да е-мое! И в этот раз — все чешется!

— Свет в конце тоннеля был? — Глухо уточнил я, словно бы чужим голосом — низким, хриплым.

— И гурий — ни одной!

— Ну, может, не успел. Там лодка… И лестница… Смотря какая версия, — буквально чувствовал я, как отпускает тоска. — Хотя ты теперь жрец Нибо, так что с раем могут возникнуть проблемы.

— Отмолю, — кивнул он, так и не поднявшись с пола. — Надо менять образ жизни! Я еще это понял, когда сжигать несли!

— А как же стройка?

— Значит, чуть позже отмолю, — с задержкой ответил он.

— Считай, проверку прошел. Нормально тебя залатали. — Уже спокойнее произнес я.

Через воздух медленно пролетела длинная каменная лента — темно-зеленая, но с алыми огоньками внутри — и мягко обернулась вокруг руки.

Получилась практически перчатка — или наручи, как рисуют на старых картинах.

Двух незнакомых дам в комнате больше не существовало — ни в виде людей, ни в виде остатков одежды или капель крови.

— Так. — Нашел я взглядом Агнес.

Тут же резко зазвенел городской телефон.

— Одну минуту, — спокойно прошел я к нему, перешагнув Томми, и взял трубку. — Добрый вечер, Ньюсом. Жрец в колбе с сахаром потерял сознание?.. Мне понадобился этот слот… Значит, Новый город больше не производит сахар. Я тут хозяин, Ньюсом, не забывайтесь. — Положил я трубку.

Удачно вышло — вон как Агнес внимательно смотрит.

— В городе, пока вас не было, произошли некоторые перемены. — Объяснил я для нее. — Реликт теперь мой. Город тоже мой. Так бывает.

— Я… — Заикнулась та.

— На правах хозяина города, объявляю Орден нежелательной организацией на территории Нового города.

— Я не знала, Генри… Я же… Это какая-то ошибка, провокация!..

— У Ордена есть время до полудня.

— Выгоняешь? За что? — Кусала она губы. — Мы ведь были уверены…

— Вы можете остаться, — отрицательно качнул я головой. — Агнес может остаться. Марла может остаться. Но сестра Агнес и сестра Марла должны уехать до полудня. Выбирайте, кто вы.

— Генри, я отправлю письма знакомым сестрам. Я так не оставлю! Это предательство! После всего, что ты сделал для Ордена, для мира!.. — С жаром начала она.

— Время до полудня. Дверь, — кивнул я.

И та разлетелась мелкой щепой.

«Да не уничтожить, а открыть», — безнадежно хмыкнул я в сторону Реликта. — «Ладно, аккуратно подхватывай их и выстави за дверь. Аккуратно! Слышал же, что аппетитная попка — моя. Или ты претендуешь на мою еду?..»

Девушек выносили нежно — Марлу прямо с диваном. Она не поднялась.

Диван, впрочем, не пролезал в проход, поэтому Реликт уничтожил часть стены.

Не был бы хозяином города — разорился бы на ремонтах.

В свою дверь Агнес с Марлой зашли самостоятельно.

— Это и есть мой план на случай большой ссоры, — кивнул я лежавшему Томми. — Надеюсь, план не полное дерьмо.

— Я бы сразу дожимал, — пожал тот плечами. — К чему этот полдень? Они же вас любят.

Я же смотрел, как две хмурые девушки покинули уровень через лифт.

— Хорош валяться, мистер жрец. — Заложил я руки за спину.

— Так я ж умер.

— Значит, отдых тебе не положен. Томми, будь тактичным — свали куда подальше, — в сердцах высказался я.

— Намек понял! — Шустро поднялся он и, с виноватой улыбкой подхватив бутылку вина, покинул квартиру.

«Хтонь, верни дверь и стену как было. Стоп! Сейчас Реликт диван обратно притащит…»

В конце концов, печально смотреть перед собой удобнее всего на диване.

Где там пульт… Где этот чертов пульт⁈

Пульт нашелся, чтобы немедленно полететь в сторону вновь зазвонившего телефона.

— Да! — Гаркнул я.

— Мистер Генри, я приношу извинения за прошлую вспышку.

— С колбой и жрецом потом что-нибудь решу, — буркнул в ответ.

Не было уверенности, что Томми не развалится обратно, если отнять сан. Хотя, исходя из чистой логики — не должен бы… Но неожиданностей на этот вечер достаточно.

Жаль, что мир со мной был не согласен.

— Мистер Генри, мы провели расследование по вашему поручению. Мистер Генри, сэр, у нас критический уровень опасности. Я вынужден просить вас о помощи. В конце концов, это ваш город.