Флинкс на планете джунглей ▼▼▼ Глава пятнадцатая


Мгновенье обезглавленное тело стояло покачиваясь; кровь фонтаном била из обрубка шеи. Сведенные судорогой пальцы нажали на спусковой крючок, и Флинкс поспешил рухнуть, закричав Тил и детям «Ложись!». Единственный луч угодил в небо, лишь пара срезанных сучьев полетела вниз. Потом Коерлис тяжело упал ничком. Наверняка он даже не успел удивиться.

Му'Атахл круто развернулся, вскидывая свое тяжелое ружье, но сделать ответный выстрел не успел. Вездесущая густая растительность хорошо укрыла нападающих. Град выстрелов из энергетического и реактивного оружия выбил лучеметы из рук нечеловека, а потом заставил и его самого рухнуть на колени. Последний луч оставил темную борозду на удлиненной морде и ровную круглую дыру в скошенном лбу. Без единого вздоха могучий Му'Атахл завалился на бок и скончался. Из ранца у него на спине посыпалось снаряжение.

Неистово паля в заросли, Пилер отшвырнул мешок с Пип и бросился бежать по ветви. Флинкс приподнял голову, чтобы видеть происходящее. Пока Пилеру везло, пущенные ему вдогонку лучи и реактивные пули не достигали цели. Если он не нарвется на засаду и не потеряет путевод, у него даже будет шанс добраться до своего шаттла.

Но нет. В какой-то момент Пилер оступился, отчаянно замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, и сорвался с ветви.

Только спустя несколько долгих секунд его крик заглушили звуки ломающихся ветвей. Флинкс поднялся на ноги.

— Как говорится, своевременная неожиданность. — Он посмотрел на Тил и детей — целы и невредимы — и огляделся по сторонам: — Эй, выходите! Мы хотим поблагодарить вас!

— Поблагодарить нас? — с акцентом повторили из зарослей; тон был сухой и резкий. — Полагаю, есть за что.

Откуда взялся этот невидимый спаситель, недоумевал Флинкс? Без его вмешательства юноша уже наверняка лежал бы где-то внизу с переломанными костями, а может, и мертвый. Да, он спас жизнь Флинксу и, скорее всего, спас жизнь Тил и ее детям.

Флинкс прошел мимо обезглавленного Джек-Джакса и мимо теперь уже полностью покрытого цветами тела бедняжки Айми. Почувствовав приближение хозяина, Пип зашевелилась в мешке.

— Успокойся, подружка, — пробормотал Флинкс, опускаясь на колени. — Сейчас я тебя выпушу. — Он протянул руку к веревке, которой был затянут мешок.

Однако все тот же голос остановил его:

— Пожалуйста, не делай этого. Будет лучше, если твой замечательный крылатый друг останется там, где он сейчас.

Из густой зелени появилось несколько силуэтов. Двое соскользнули по альпинистским тросам, автоматически ушедшим в плоские ящички, как только их хозяева оказались на ветви. На всех были камуфляжные костюмы.

Ни один из них не был человеком.

Флинкс похолодел. Теперь ясно, почему он не распознал уловленные недавно эмоции. Нельзя сказать, что эта раса была совсем незнакома ему, но он уже давно не сталкивался с ее представителями.

Тил и дети столпились вокруг Флинкса.

— Кто это? — любопытство Двелла пересилило страх. — Ходят как люди, но выглядят совсем не так.

— Они тоже люди, но другие. — Флинкс поспешил оказаться между вновь прибывшими и Тил с ребятами. — Совсем другие.

Пип яростно ворочалась в мешке у ног Флинкса. И впрямь — пусть лучше пока там и остается. Флинкс понимал, что если они попытаются сбежать, то будут застрелены на месте, и карликовый дракон ничем не поможет.

А пришельцы появлялись из зарослей один за другим; он насчитал одиннадцать, и не было уверенности, что в кустах не скрываются еще десятки. Даже Пип не справится с таким количеством прекрасно обученных, вооруженных до зубов противников. Это не свихнувшийся на своем упрямстве Коерлис и его безмозглые телохранители, а профессионалы, и вести себя они будут соответственно. Сейчас для Пип безопаснее в мешке — ее привычка без колебаний защищать хозяина на этот раз только помеха.

На всех вновь прибывших были темные очки, все они несли громоздкие ранцы и оружие. Даже если бы Коерлис был предупрежден об их появлении, у его отряда не было бы ни малейших шансов на победу.

Мысли в голове Флинкса мчались галопом. Нежданные спасители ничем не выдавали своего присутствия до тех пор, пока Коерлис не собрался убить своего недруга. Отсюда можно сделать вывод, что Флинкс нужен им живым.

Но что им нужно от него и что они здесь делают? Можно не сомневаться, альтруизм тут совершенно ни при чем. У а-аннов даже не существует такого понятия, как альтруизм.

Ему уже приходилось сталкиваться с представителями Империи А-аннов — галактической державы, уступающей в размерах и силе только Содружеству, которое а-анны со всей осторожностью, но постоянно испытывали на прочность. Они не гнушались подкупа и шантажа; они затевали локальные войны и шли на попятную, как только сталкивались с превосходящими силами.

Последний раз Флинкс встречался с ними на Ульру-Уджурре. Там обуреваемые жадностью верноподданные императора занимались тем, что разворовывали богатства планеты, даже не подозревая о том, что ее главное богатство — смешные мохнатые существа, похожие на земных медведей. Только Флинкс раскрыл тайну ульру-уджурриан и стал их другом. Или, по крайней мере, заводилой в их великой игре. В свою очередь, урсиноиды позволили ему участвовать в своих забавах и помогли ему осознать себя — без их помощи он до сих пор, образно говоря, блуждал бы в потемках.

Флинкс был бы несказанно рад, окажись кто-нибудь из них сейчас здесь.

Когда некоторые из солдат-рептилоидов подняли очки на высокие чешуйчатые лбы, Кисс показала пальцем на стоящего ближе всех:

— Смотри, мама, какие смешные! Словно прайнделечи, только глаз и ног меньше чем надо!

Тил цыкнула:

— Тс-с, дочка. Мы же не знаем пока, чего они хотят, — Она посматривала на Флинкса, пытаясь угадать его настроение.

Появившийся из джунглей первым рептилоид остановился. Он был необычно высок для представителя своей хвостатой расы, но это позволяло Флинксу хорошо рассмотреть его глаза — желтые зрачки с вертикальной черной щелью, заключенные в зеленые кольца. Флинкс не дрогнув встретил взгляд а-анна, зная, что если отвести глаза, это будет воспринято как слабость.

Еще Флинкс разглядел узкую, длинную чешуйчатую морду и острые зубы. Офицер был одет в зеленый камуфляжный костюм, с облегающим хвост чехлом. На когтистых ногах — сапоги на толстой подошве, с плетеными голенищами; сапоги эти делали а-анна выше, не отнимая подвижности. С форменного ремня свисал пистолет с длинным стволом. В отличие от солдат, нагруженных ранцами, офицер путешествовал налегке. Очки с толстыми стеклами он снял и теперь держал в искусно намани-кюренных когтях. Хвост машинально хлестал из стороны в сторону.

Имперские бойцы, все до одного, понял Флинкс. Он насчитал одиннадцать а-аннов и не чувствовал, чтобы среди зелени скрывался кто-то еще. Однако уверенности в этом не испытывал — слишком уж часто «барахлил» его Дар в последнее время.

Нет, у Коерлиса и его людей не было против а-аннов ни малейшего шанса. И это отнюдь не отряд глубинной разведки. Судя по тому, насколько тщательно подобрано снаряжение, они летели не наугад. И вовсе не случайно наткнулись на Коерлиса с его людьми, и так же не случайно спасли Флинкса. Они искали что-то конкретное и были готовы к борьбе. Вопрос: что они искали? Наблюдая за офицером, Флинкс чувствовал, что вот-вот узнает ответ.

Он кивнул-на труп Коерлиса:

— Если бы я не был так хорошо знаком с вашей расой, то поблагодарил бы тебя.

А-аннам нравилась прямота:

— Твоя точка зрения обоснована. Ты ведь не знаешь, ради чего тебя спасли.

Симворечь офицера была почти безупречна; никакого шипения, которым обычно сопровождались попытки а-аннов говорить на языке Содружества.

Флинкс говорил, не смотря в лицо собеседнику. Этим он давал офицеру понять, что тот не такая уж важная персона.

— Странно, что вас здесь так мало. Это негостеприимный мир.

А-анн печально вздохнул:

— Ты прав, сначала нас было больше. Но на одного что-то свалилось сверху, он сорвался с ветви, по которой мы шли, и упал в бездну. Его крики до сих пор звучат в наших ушах. Второй наступил на гнилую кору и провалился в дупло, где обитало какое-то крупное растение. Мы тут же бросились на помощь, но к тому времени, когда добрались до нашего товарища, растение уже сожрало его ноги до бедер. Со мной тут два врача, и он мог бы умереть без боли, но он, верный традициям нашего народа, решил скончаться в полном сознании. Я сам сделал ему укол смертельного яда, как повелевал мне долг. — Резкие взмахи хвоста подчеркивали мучительность этих воспоминаний. А-анны предпочитали выражать эмоции жестами, а не словами. — Понимая, сколь рискованно пребывание в этом мире, я считаю, что нам исключительно повезло. Мы потеряли всего лишь двоих и нашли тебя, Филип Линкс.

Значит, это он нужен рептилоидам. Понадобиться им он мог по нескольким причинам, но не стал высказывать своих догадок. Оставалась крохотная надежда, что он ошибается.

Офицер взмахнул обеими руками и хвостом, как бы охватывая все окружающее.

— Удивительная биосфера, не правда ли?

— Удивительно то, что тебя восхищает эта природа. Ведь у тебя на родине все по-другому, не так ли?

Офицер выпустил очередь самых диких пронзительных звуков, которые заменяли его расе смех. А-аннам вовсе не были чужды ирония и юмор.

— Твое замечание не лишено смысла, Филип Линкс. Да, мы предпочитаем сухие места, где гораздо меньше растительности. Несмотря на специальное снаряжение, здешняя влажность утомительна для моих солдат. В нашем аду, в отличие от человеческого, очень-очень сыро. — Эти слова он сопроводил мудреным салютом, которым а-анны приветствовали тех, кто не принадлежал ни к дворянскому, ни к военному сословию. — Я граф Каавакс ЛИД, почетный слуга его Высокочтимого и Сиятельного Величества императора Моека VI.

— Мне представляться, по-видимому, нет нужды, а это мои друзья, — Флинкс кивнул на Тил и детей.

Взгляд графа Каавакса скользнул по ним, словно по пустому месту.

— Еще одна ветвь или разновидность вашей чрезмерно плодовитой расы. — Он говорил холодно, сухо, но не проявляя враждебности. — Мы уже некоторое время идем по твоим следам. — Он указал в ту сторону, где трое солдат ворошили имущество Коерлиса. Другие а-анны рассматривали зацветший труп Айми, стараясь к нему не прикасаться. — И, как выясняется, не только мы. У тебя много врагов?

— У меня вообще нет врагов, — ответил Флинкс.

— Я тебе не враг, — без улыбки, но достаточно дружелюбно сказал Каавакс.

Флинкс улыбнулся; он знал, что а-анны умеют распознавать выражения человеческих лиц. Однако в эмоциях чужеземца преобладали антипатия и даже отвращение. Флинкс был единственным представителем человеческого рода, от которого граф Каавакс при всем желании не смог бы скрыть свои истинные чувства.

— Должен ли я сделать из твоих слов вывод, что ты мне друг? — ровным голосом спросил Флинкс.

— Позволь сформулировать мое отношение следующим образом: я буду крайне огорчен, если придется убить тебя. Теперь ты, надеюсь, догадываешься, что мы ждем от тебя сотрудничества. И уверяю, ты будешь щедро вознагражден.

— Трепещу от счастья, — сухо ответил Флинкс и кивнул на останки Коерлиса. — Похоже, ты не хотел, чтобы он убил меня. Интересно, почему?

— Что за вопрос? По всем законам логики и этики а-аннов ты бы должен благодарить меня, стоя на коленях. Однако ты человек, и поэтому нелепо ожидать от тебя цивилизованных манер. У вас, людей, искренняя благодарность — дешевый предмет потребления, вроде соли.

— Ты уж извини. — Флинкс заставил себя улыбнуться. — Я бы встал на колени, да спина что-то побаливает. Значит, ты не желаешь моей смерти?

— Напротив, мы очень хотим, чтобы ты как можно дольше прожил в добром здравии, — ответил граф, сверкнув зубами.

— А мои друзья? — Флинкс кивнул на Тил.

Граф Каавакс ответил жестом, сочетающим в себе безразличие второй степени и любопытство третьей. Как выяснилось, иногда он присвистывал.

— С-сиссист. Их будущее в твоих руках. Если они для тебя важны, мы, со своей стороны, готовы проявить к ним сдержанный интерес.

Флинкс сложил руки на груди, «прислушиваясь» к эмоциям графа.

— Может, объяснишь, что вы тут делаете? И чем объясняется такой интерес ко мне?

А-анн, подумав, ответил:

— Мне не приказывали утаивать от тебя информацию, Филип Линкс. Несколько лет назад подданный нашей империи частенько бывал на одном из закрытых миров, находящемся в пределах обусловленных договором границ Содружества. С этим почтенным а-анном я имею отдаленную родственную связь через брак. В то время он занимался разработкой месторождений полезных ископаемых; впоследствии эта деятельность была свернута. Думаю, ты слышал о свойствах алмаза Януса?

Флинкс слышал, разумеется. И все помнил. И ему стало страшно.

— Дальше события переносятся на другую планету Содружества, планету под названием Длинный Тоннель. И принимают еще более интересный оборот. У нас на тебя заведено целое досье, пс-сиссин, и согласно ему, ты не так давно почтил визитом оба эти мира.

— У вас хорошие шпионы, — с кривой улыбкой заметил Флинкс.

— А как же иначе? Содружество гораздо крупнее и могущественнее нас. На сегодняшний день, во всяком случае. — Желтые глаза замерцали.

Вот, значит, как, подумал Флинкс, лихорадочно перебирая в уме возможные объяснения, оправдания и отговорки. Но откуда а-аннам известно о нем и, главное, о его уникальном Даре? Что они знают о случившемся на Ульру-Уджурре несколько лет назад и на Длинном Тоннеле совсем недавно?

Граф сделал жест, выражающий высшую степень интереса и восхищения.

— Ты путешествуешь на борту удивительного судна, господин Линкс. Одного из самых замечательных кораблей во всей галактике.

Так вот в чем дело! Изо всех сил скрывая облегчение, Флинкс перевел дух. Его изувеченная борцами за усовершенствование человека генетика тут совершенно ни при чем, равно как и тщательно скрываемый Дар. Их интересует «Учитель».

И все же особенно радоваться пока было нечему, напомнил он себе; свобода по-прежнему недосягаема. Пип в мешке, а без нее Флинксу, Тил и детям нечего и мечтать о том, чтобы одолеть одиннадцать элитных а-аннских солдат.

Ситуация, безусловно, изменилась, но трудно сказать, в какую сторону, лучшую или худшую. Граф Каавакс — представитель расы заклятых врагов челанксийской цивилизации. С другой стороны, он, в отличие от Коерлиса, был рептилоидом трезвомыслящим и внимал доводам логики. Лучше иметь дело с прагматичным а-анном, чем с одержимым человеком.

Однако для того, чтобы изменить ситуацию в свою пользу, нужно как можно больше узнать о Кааваксе. И начать легче всего со светского разговора.

— Вы прибыли сюда на шаттле? Если да, то там, на горе, теперь, наверно, ужасно тесно.

— Места вполне достаточно, просто потребовалось искусное маневрирование, — ответил граф. — Думаю, ты поймешь, почему мы не сразу пришли к тебе на помощь. Решили сначала как следует вникнуть в ситуацию, что мы и сделали.

— Чем вас мог заинтересовать мой скромный корабль?

— Пс-сасск. Ты, видимо, шутишь. По донесениям наших агентов, он способен садиться на планеты, что теоретически возможно, но практически до сих пор было неосуществимо для судна с КК-двигателем. Если донесения правдивы, это означает, что или ты, или твои знакомые наилучшим образом устранили это противоречие между теорией и практикой. Даже со скидкой на твою юность, думаю, нет необходимости объяснять тебе, насколько такое открытие интересно для военных, к какой бы расе они ни принадлежали.

Наши агенты узнали также, что ты не сообщил об этом открытии никому и используешь его исключительно в собственных интересах. Это удивило нас, но можешь не сомневаться: мы обязательно получим ответы на свои вопросы.

— Я получил это судно от друзей, — объяснил Флинкс проникновенно. — Подарок, понимаешь? Именно поэтому я решил никому не рассказывать о его возможностях.

По лицу графа Каавакса было видно, что эти слова не объяснили ему ничего.

— Но ведь люди, получив эти сведения, обрели бы и огромное преимущество перед нами.

Ответ Флинкса свидетельствовал лишь о том, что в военных делах он профан:

— Содружество и сейчас прекрасно справляется с Империей. Конечно, если бы у нас были корабли с такими двигателями, как на «Учителе», это дало бы нам преимущество, но лишь временное.

— Почему временное? — Щели в зрачках расширились.

— Ты же сам хвалился, какие у вас отличные шпионы. Рано или поздно они с помощью взяток или шантажа вытянули бы информацию, а то и просто выкрали бы ее. Как только на имперских кораблях появятся такие же двигатели, как на челанксийских, равновесие сил восстановится. Военных, конечно, гонка вооружений осчастливит, зато вряд ли она доставит удовольствие простому народу. Силы уравновесятся, но общий разрушительный потенциал возрастет. Ну, я и решил, что лучше помалкивать. В отличие от многих других людей и транксов, я ничего не имею против твоей расы. Насколько мне известно, проблемы, породившие конфликт между нами, давным-давно исчезли, так же, как и те, кто в свое время раздул эту вражду.

Граф принял позу, выражающую вторую степень непонимания вкупе с первой степенью несогласия.

— Очень эгоистичный подход и, следовательно, очень человеческий. Однако я воспитан в других культурных традициях, а они полностью исключают эгоизм. Империи нужен секрет твоего двигателя, потому что это обеспечит ей преимущество. Раса а-аннов не брезгует никакими средствами для достижении победы. Советую отказаться от юношеского идеализма, если хочешь и дальше пребывать в добром здравии.

— Я ничем не могу помочь тебе, — раздраженно проговорил Флинкс. — Я не инженер, не ученый и понятия не имею о том, как работает двигатель «Учителя» и как его конструкторы обошли уравнение Курита-Киношита или как у вас, а-аннов, это называется.

— С-сиссист. Об этом можешь не беспокоиться. На борту моего судна хватит специалистов, чтобы разобраться с твоим двигателем. Однако твой корабль умеет защищаться от вторжений.

Флинкс с трудом сдержал улыбку:

— Вы пытались проникнуть на борт моего корабля.

— Естественно. Иначе зачем бы мне гоняться за тобой по этим адским джунглям и теперь урезонивать тебя. Мы просто пересадили бы экипаж на борт твоего корабля и улетели.

— Оставив меня погибать.

И снова улыбка на физиономии графа отразила далеко не все его чувства:

— У тебя есть друзья. Ты бы выжил. — Он кивнул на тело Коерлиса. — Это несравненно больше того, что предлагал твой же соплеменник… Поскольку вооружение твоего судна не сравнимо с тем, которым располагаем мы, пришлось воздержаться от обстрела твоего корабля. Нам еще жить не надоело, и к тому же твой корабль нужен нам целым и невредимым. Мы не могли исключать, что он запрограммирован на самоликвидацию при высоком риске захвата, а это сведет к нулю весь смысл нашего пребывания здесь. Тогда и было принято решение: найти тебя и договориться по-хорошему.

— Как вам удалось проникнуть так далеко в глубь Содружества?

— Мы были очень осторожны, но все равно это оказалось нелегко. Помогло и то, что этот мир, хоть и лежит в сфере влияния Содружества, находится вдали от главных торговых путей.

Тебе также следует знать, что я уполномочен при необходимости идти на уступки. Моя задача — узнать секрет твоего корабля, а способы ее решения оставлены на мое усмотрение. Иными словами, я вправе предложить тебе значительную сумму. Ты можешь даже остаться владельцем своего корабля.

Если же ты отклонишь это в высшей степени щедрое предложение, я готов использовать другие средства для достижения нашей цели. Но в этом случае ты не получишь прибыли и даже лишишься того, что уже имеешь. Выбор за тобой.

Я не жду благодарности за спасение жизни, на которую покушались другие представители твоей же расы. Но я настаиваю на том, чтобы ты вернулся на свой корабль и пропустил на борт группу наших специалистов. Под их контролем твой корабль через плюс-пространство переместится на Блазузарр. Там с тобой будут обращаться хорошо.

— Значит, я пленник?

— Нет, почетный гость. Что же касается твоих местных друзей, то вряд ли они смогут уведомить власти Содружества о происшедшем здесь. Совершенно очевидно также, что они не догадываются о предмете нашей с тобой беседы и потому могут идти с миром, когда сочтут нужным.

— Я не хочу и не буду делать ничего, что может вызвать конфликт между Содружеством и Империей А-аннов, — проговорил Флинкс. — Кроме того, мне совершенно ясно, что в твои намерения не входит предоставить мне свободу. Да, я не могу подробно описать принцип работы двигателя моего корабля, так что в этом отношении вам опасаться нечего. Но зато я могу сообщить властям Содружества о том, что вы завладели моим кораблем.

— Ты не веришь моему слову, с-сисстин? — В голосе графа послышалось раздражение, которое тут же передалось стоящим неподалеку солдатам.

Флинкс улыбнулся:

— Слову а-аннского графа? Как можно? Ты сказал, что я останусь владельцем своего корабля и что со мной будут хорошо обращаться на Блазузарре. Но что за радость владеть кораблем, не имея возможности когда-либо покинуть его?

Тон графа сменился на успокаивающий:

— Лучше жить долго в роскоши столичного города, чем скоро погибнуть здесь, став добычей хищников.

Флинкс расправил плечи, глядя сверху вниз на графа:

— Мой выбор сделан. Я не могу допустить, чтобы вы завладели секретом «Учителя». Это было бы предательством по отношению к тем, кто подарил мне его.

— Между прочим, эта проблема интересна сама по себе. Кто подарил тебе судно? Где было сделано невероятное научное открытие?

Флинкс вспомнил необыкновенно талантливых и добрых ульру-уджурриан, которые сумели сохранить в себе что-то детское, и невольно улыбнулся:

— Ты не поверишь, если я скажу.

— Да, я не слишком доверчив, но все же готов выслушать твой ответ.

—. Подумай сам: если мой корабль и впрямь способен творить чудеса, как ты предполагаешь, то зачем мне понадобилось садиться здесь, где нет ни городов, ни других очагов цивилизации?

Граф Каавакс задумчиво посмотрел на Флинкса:

— Я и сам задавался этим вопросом. Думаю, придет время, и ты расскажешь. А теперь пошли. — Он повернулся.

Флинкс глубоко вздохнул и окинул взглядом заросли. Достаточно ли долго продолжалась беседа, достаточно ли долго Флинкс отвлекал внимание графа?

— Мне очень жаль. Я остаюсь здесь, со своими друзьями.

Граф Каавакс ЛИД резко повернулся к нему:

— Я сказал, что твои друзья могут идти восвояси. Для того, кто считает своим долгом не допустить конфликта между державами, ты поразительно непоследователен. Что если я убью этих туземцев одного за другим, начиная с самого младшего? — Он положил руку на рукоятку своего длинноствольного пистолета.

— Что если это не заставит меня передумать? — спросил Флинкс.

— Думаю, заставит. В этом отношении вы, люди, достаточно предсказуемы. Чтобы сэкономить время и продемонстрировать свое великодушие, я не убью их сразу. Буду отрубать ребенку женского пола конечности по одной, пока он не скончается. Если этого окажется недостаточно, займусь ребенком мужского пола, а потом и матерью. Если ты по-прежнему будешь упорствовать, дойдет очередь и до тебя, но не здесь. На борту моего корабля имеется более сложная техника соответствующего назначения.

Каавакс произнес все это вежливым тоном — в лучших традициях а-аннской аристократии.

— Пусть лучше погибнем мы вчетвером, чем миллионы.

— Это нелогично. Зачем обрекать себя и друзей на пытки, если результат все равно будет тот же?

Изучая эмоции графа, Флинкс понял, что тот в самом деле убежден в своей правоте.

Что задержало фуркотов, взволнованно подумал юноша? Каавакс настроен действовать, и вряд ли удастся надолго оттянуть решающий момент.

Флинкс постарался напустить на себя покорный и несчастный вид:

— Ладно, ты победил. Я пойду с тобой.

А-анн жестом выразил вторую степень удовлетворения:

— Конечно пойдешь. Ты же не враг себе.

Флинкс сделал шаг вперед, но рептилоид преградил ему путь:

— Куда ты направляешься, Линкс?

Флинкс удивленно посмотрел на него:

— К месту посадки, конечно. Туда, где стоят шаттлы.

Лорд указал ему в противоположную сторону.

— По-твоему, я настолько глуп, что, потеряв двух солдат на враждебной планете, готов принести в жертву и остальных? Вот там, — махнул он лапой с аккуратно подстриженными когтями, — в лесу, есть долина. Она достаточно велика, и шаттл сможет опуститься достаточно низко. Мы перейдем на его борт прямо отсюда.

Повернувшись, граф прошипел что-то на своем языке одному из солдат. В свое время Флинкс изучал а-аннский язык и, хотя не достиг большого успеха в этом деле, сейчас без труда перевел краткий приказ графа.

Солдат отцепил от пояса матовый цилиндр — устройство связи; включил его и произнес несколько слов. Граф Каавакс снова повернулся к Флинксу:

— Совсем скоро мы покинем это место.

— Надеюсь, твой пилот не заблудится, — проворчал Флинкс.

Надежда все еще не оставляла его. Взглянув на Тил, он понял, что ею владеет это же чувство. Она верила, что фуркоты не подведут. Флинкс постарался успокоиться.

Заметив его взгляд, она негромко сказала:

— Я не понимаю, Флинкс. Что происходит?

Он успокаивающе положил ей на плечо руку под пристальным взглядом Каавакса:

— Этим небесным нелюдям кое-что нужно от меня. Однако они ни в коем случае не должны это получить, даже подвергнув меня пыткам. Иначе случится непоправимая беда. Я хочу сделать так, чтобы он отпустил тебя и детей, ведь вы тут совсем ни при чем.

— Я так и подумала. — Тил пристально смотрела Флинксу в глаза. — Если это так важно, поступай, как считаешь нужным.

До чего же она хороша, уже в который раз подумал он.

— Они хотят, чтобы я отправился с ними. — Он поднял взгляд к небу.

Глаза у нее округлились:

— В Верхний Ад?

— Нет. Еще дальше. Есть такое место… позади неба… — Ну как ей объяснишь? — Оттуда давным-давно прибыли ваши предки. Оттуда прибыл я сам. Он хочет, чтобы я улетел вместе с ним в его шаттле.

— Шаттл? А, небесная лодка. — По-видимому, это слово запомнилось ей из легенд о далеких временах.

Флинкс кивнул, и оба замерли в ожидании.


Загрузка...