Горе-наследница (СИ)

24. Турнир, твою мать

В особняке ее ждала приятная новость. Илюша Люменов пришел в себя окончательно. Птенчик был еще слаб, но уже поклевал куриный бульончик с рук Лины, служанки, которая была приставлена к нему.

Мурка вошла к больному после трапезы и присела рядом в кресло, рассматривая мальчишку, лежащего в высоких подушках. Сейчас он казался еще более худым и тщедушным чем раньше.

— Здравствуй, Илий, я не враг тебе, от меня неприятностей можешь не ждать. Как ты себя чувствуешь?

Глядя на старые шрамы на теле паренька и свежие раны, закрытые россыпью «пластырей», снова ощутила подспудную злость на Свердилова и тех, кто калечил мальчишку ранее. А ведь он из аристократов, хоть и мелких.

— Здравствуйте, — произнес сипло, но без страха, словно для него попадать в такие переделки сущая обыденность. — Благодарю за кров и внимание к моей персоне, мне намного лучше. Вы… А я вас помню. Вы были в клубе Зета.

Память не отшибло, и это здорово.

— Марк Боровский — указала пальцем на себя. — Лучше просто Марк.

— Лина мне сказала, что меня сюда привезли полуживого, — парень упорно продолжал говорить, выталкивая слова. — Вы меня подобрали в переулке, да? — и далее себе под нос: — Они бы не стали меня убивать, как грозились. Должно быть я потерял сознание.

Ждал ответа с затаенной надеждой, веря в лучшее в людях. Мурка криво усмехнулась. Ешкин кот, у него были такие глаза. В этом мире, где человечность приравнивается к глупости, просто нельзя иметь такие глаза. Однако врать не стала.

— Они хотели убить, но у них не вышло.

Илий надолго задержал на ней грустный задумчивый взгляд.

— Значит вы меня спасли, граф. Уже второй раз, — вздохнул этот догадливый жаворонок. — Долг жизни за мной. Чем я могу вам отплатить?

— Отплати тем, что будешь вести себя разумно. Не лезь больше в авантюры, не рискуй, забудь о листовках.

— Этого обещать не могу, — он поджал губы. — Я должен…

Упрямец.

— Ладно, неделю можешь не беспокоиться. Уполномоченному Свердилову будет чуток не до тебя. А потом он откроет полномасштабную охоту. Я не против, если ты поживешь у меня в особняке с месяцок, пока все не уляжется.

Парень кусал губы, задумчиво теребя кончик простыни.

— Благодарю. Я подумаю, — в итоге прошептал.

— Теперь отдыхай, а завтра расскажешь мне, что знаешь об обстановке в империи. Почему конец света близок, по-твоему.

— Я и сейчас могу, — голос его все же сорвался.

— Завтра, — настояла. И правильно сделала, не успела выйти, как Илий уже стал проваливаться в сон.

В эту ночь она нарастила себе морф-броню перчаток по локти. Более брать силушку пока не стала. Ей еще везти ее родовой пирамиде для передачи уже в ближайшие выходные. На этой мысли в голове удовлетворённо прихрюкнул Его тотемное Темнейшество Свин.

Денюшки перебирала и отправляла в сейф под взглядом своего поверенного. Старик держался за сердце и охал испуганно и радостно одновременно.

— Мария Павловна, откуда⁉ Откуда столько? — только и смог что спросить.

— Выиграла в игральном клубе, дорогой мой Аркадий Емельянович. Весь вечер везло невероятно, аж самой себе завидно было. А какое-заведение-то честное оказалось. Все выдали, как положено, да еще домой пытались сопроводить под охраной.

— Никак шутите, голубушка?

Это да. Кто же поверит в такую щедрость? И Аркаша не верил, и правильно делал.

— Ох, как бы чего худого не вышло, — всполошился в итоге. Пришлось приобнять его за плечи и чмокнуть в макушку.

— Не волнуйся, дедуля. Я ни себя, ни тебя, ни всех наших в обиду не дам. И вообще, выше нос. Завтра после академии едем с тобой силоперную мастерскую выкупать. Дел много теперь будет, милый мой! Очень! Нужна мне будет твоя помощь. Нанимай себе пару помощников, вяжи их клятвой.

В отличном настроении рухнула в постель, чтобы проспать до утра.

А в академии, а именно в главном зале ее ждал сюрприз. Не соврала Елизавета Лунева, коза этакая. Такой сюрприз, что захотелось взять кувалду потяжелее и привести черный артефактный куб, принимающий заявления, в состояние черного квадрата.

— Что. Это. Значит? Хиг вас всех засоси! — выругалась она, найдя имя Марка Боровского в списке участников турнира на магическом табло. — Какого черта⁉ — прошипела. — Они там что, издеваются⁈

Рядом стоял Игорь Назарский и тоже таращил глаза на это непотребство.

— О, Боровский! Ты решил попытать удачу в турнире⁈ — подошли бывшие одноклассницы. — Это так храбро с твоей стороны!

— Простите, рыбки, шибко тороплюсь, — только и бросила им прежде, чем почесала на скорости в ректорат.

Там битые полчаса препиралась с приемным секретарем Риммой Викторовной и магом Корнеем Норочкиным, который отвечал за организационные турнирные дела.

— Я не оставлял заявку в кубе, повторяю еще раз! — возмущался Марк Боровский.

— Но, позвольте, как она тогда попала в куб? — отвечал ему этот низкорослый лопоухий маг, блестя непрошибаемым «стеклянным» взглядом тертого бюрократа.

Пришлось шлепнуть себя пятерней по лицу пару раз.

— Возможно потому, что ваш артефакт поломался?

— Исключено, граф! Турнирный куб в идеальном состоянии, — гордо поднял подбородок Норочкин. — Вы лучше не морочьте нам голову. Признайтесь, что за ночь передумали участвовать. Было у нас такое и не раз. Увы, ваше сиятельство, так просто снять свою кандидатуру вы уже не сможете по закону академии, установленному самим императором, который является никем иным, как покровителем нашего прославленного учебного заведения.

— А если не просто снять, то это как?

— Вы можете выплатить неустойку, — произнесла объемная блондинка Римма, кидая взгляд полный сожаления на недоеденную баранку с остывшим какао в чашке на столике.

— И сколько?

— Семьсот тысяч в имперскую казну. Дать форму заявки? — она открыла самый нижний ящик письменного стола и подняла в своих пухлых ручках бланк.

Что⁈ Кхе-кхе! Нет, точно издеваются…

Э-э, погодите, отваливать кровно заработанные Мурка не собиралась. Был еще вариант. Продержаться на первых боях турнира, показав себя достойно, затем слиться на каком-то поединке, отдав первенство кому-то не самому отмороженному. И тогда сумма останется в кармане, а лишнее ярмо спадет с шеи.

— Так вы будете заполнять? — недовольная затянувшейся паузой фыркнула дама-секретарь.

— Нет, — брякнул ей в ответ молодой Боровский. — Я передумал. Буду участвовать!

— Очень похвально, молодой человек. Раз нет вопросов, вы можете идти, — расплылась в облегченной улыбке Римма Викторовна, выпроваживая лишний элемент из кабинета.

Однако вопрос один все же остался, но не к этим двоим, а неизвестно к кому. Кто же взломал куб и почему устроил подлянку?

И первая мысль была найти Луневу и расспросить. Чуть позже у входа в аудиторию Марк Боровский вытащил из толпы фигуристую брюнетку, оттащил ее к окошку под любопытными взглядами одногруппников и там допросил:

— Что, Маркуша, увидел себя любимого в списке? Я так и знала, что сегодня увидимся, — улыбнулась довольно Лизонька, кокетливо играя с завитком длинной челки.

— Лизок, будь серьезнее, — блеснул колким взглядом «парень». — Откуда узнала? Ты вчера видела кого-то у куба?

— А что? Пригласишь на свидание, скажу.

Да уж в академии девочки еще те акулы, это Мурка уже знала. Голову откусят и выплюнут, коли это будет в их интересах.

— Слушай, краса, зачем тебе оно? Ты видела, что я банкрот и взять с меня нечего? Или тебе документы предоставить? — хохотнул недобро Боровский.

— Ты веселый! С тобой не скучно, — Лиза упрямо ткнула его в грудь пальчиком. — А еще не дурак, каким хочешь казаться.

— Спасибо за комплимент! А ты приглядись, может все же дурак, а? — и Мурка улыбнулась самой придурковатой улыбкой, на какую была способна. Лунева лишь расхохоталась, когда кто другой бы уже у виска покрутил. Это же Росс! Тут все должно быть серьезно и мрачно! Лиза, к сожалению, об этом забыла.

— И кстати, Совицкая мне казала, что ты поспособствовал их роду вылезти из долговой ямы.

Ох ты ж. Язык держать за акульими зубами местных девочек тут тоже не научили. Улыбка Боровского погасла.

— Ладно, сходим на твое свидание, — фыркнул недовольно он. — Только я выбираю место!

— О, я так рада, Марк!

Бог ты мой! Мурка еле успела отпрыгнуть, спасаясь от объятий и поцелуя, но Лунева все равно успела нагладить ее плечо. Сейчас отчего-то пуще прежнего захотелось снять мужскую личину. Но еще рано. «Эти золотые мальчики и девочки, когда-нибудь сведут меня с ума».

— Сегодня в двенадцать в ресторации академии.

Теперь уже Лунева скисла лицом. Самый оживленный час пик в местном кафе — это не то место, где она хотела провести время с парнем. Но отказываться от идеи ни в какую не захотела.

В итоге Мурка махнула рукой и направилась в боевой корпус. По аллее легкий ветерок крутил вихри из желтых листьев, а по синему небу бодро бежали пузатые важные облака. На сей раз статуи чемпионов турниров, казалось, смотрели с иронией. Мол, доигралась, попаданка. А попробуй теперь покрутись в местной элитной мясорубке. Выйдет из тебя отличная котлета.

С такими думками и вошла в раздевалку боевого корпуса. Игорь уже был на месте, переодетый в трико, и аккуратно с дотошностью вывешивал брюки на специальные вешалки для господ.

— Тебя долго не было! Давай, Марк, поскорее! Не хотелось бы опаздывать на первое занятие по боевой практике в альфе.

Мурка взяла у разносчика черный комплект и собиралась было рвануть в туалет, как тут послышались голоса. И в двери влился третий курс альфы. Впереди как всегда вышагивал недосягаемый надменный принц со свитой. Но на этот раз рядом с ним определялся новый элемент — черноволосый хлыщик, очень похожий на самого Владисила, с той же фирменной улыбкой превосходства, только помельче комплекцией и попроще. Ага, Виталий Ярославович, помним-помним со дня приема в АВС. Младший брат наследника правящего рода. Тогда этот парень на сцене показался ей напыщенным по сравнению с остальным народом. Однако сейчас он терялся на фоне своего их высочества старшего братца.

— Зачем тебе мой силопер? Свой бери и катись… — понятно, миры разные, а братья ведут разговоры все о том же.

Мурка еще раз смерила собравшуюся компашку взглядом, и усмехнулась. Живы будем, не помрем.

Вскоре она уже стояла в ряду одногруппников второй альфа у входа на одну из дуэльных площадок и смотрела на нового учителя. Косим Берк, как неожиданно оказалось, теперь в академии не работает, появились срочные дела в роду. Быстро же ректор расправляется с конкурентами. Мужчина, стоящий напротив, отличался сухощавым сложением и был похож скорее на старого следователя в шляпе.

— Меня зовут, Олег Бенедиктович Сапунков, теперь я буду вести у вас практику. Я понимаю, что у всех вас свои секреты боя, взращённые в роду, и делиться ими никто не собирается. Но я все-таки возьмусь вас поучить приемам, которые разработал сам.

Неплохой дедок. Только и подумала, как послышалось со стороны:

— Простите, ваше благородие! Вас просят посодействовать, — один из мелких служащих академии протянул бумагу. Прочтя документ, силовик поднял взгляд из-под шляпных полей на ряд студентов.

— Уважаемые господа, хм, Кирсан Асанов, Глеб Зацепин, Марк Боровский, Савватий Быгник вы переходите на третий полигон. С этого дня вы занимаетесь параллельно в отдельной группе для подготовки к турниру. Желаю удачи.

Последние слова он сказал глухо и безэмоционально. Пришлось прощаться, только познакомившись.

Четверка двинулись следом за провожатым. Мурка обернулась, чтобы увидеть обеспокоенный взгляд Игорька Назарского. Да уж, кто-то знатно подгадил ей этим зачислением на турнир. Боровская оценила спутников — крепкие мажорчики-маги явно сами бросили заявления в куб, иначе не выглядели бы настолько напоказ воинственными. Идут в раскачку, будто раздутое эго в штанах застряло. Быгник как ни странно выглядел проще других и молчал. Хотя не долго.

— Боровский, ты зачем в турнир?

— А ты зачем?

— Я по указке главы, — морж поджал квадратный подбородок.

— Ну а я просто из любопытства.

Не ныть же, что ее туда зафутболили добрые неприятели.

Их отвели в совершенно отдельный полигон. Там собралась группа из сорока шести «добровольцев» с трех курсов. Оценив новую компанию, Мурка про себя иронично расхохоталась. Как и догадывалась, она теперь будет тренироваться с самыми отмороженными типами академии, а еще с такой непомерной высотой, как принц Владик и его приближенные. Щукин, Мартынов, Малиновский. Ну и бешеный заяц Лыков туточки. Ощутив мимолетный отмороженный взгляд Германа на себе, Мурка призадумалась. Мог ли этот ушастый грызун хакнуть куб? Но к чему такие сложности? Он же мог просто вызвать на дуэль и убить? Или не мог?..

Ей сейчас не помешала бы поддержка, хоть просто словом. Она снова попыталась настроить внутреннее зрение и увидеть слепок духа хоть кого-то из собравшихся — бесполезно. Ладно, будем справляться с проблемами по мере их поступления.

И снова новый силовик учитель взял слово. Хотя это только для нее он новый, а остальные прекрасно знали Бориса Антоновича Зашибая — крупного, лысого, мордатого мага лет пятидесяти от роду с белыми кустистыми бровями. Он смотрел на всех грозно, и лишь на Владика со сливками, — подобострастно.

— Многие из вас проходили со мной подготовку к прошлому турниру, знают, что впереди вас ждут большие силовые нагрузки. А затем начнется сам турнир, в котором, чтобы стать лучшими, вам придется попотеть…

Мурка слушала в пол уха вводную часть тренера и смотрела в лица мажоров. Молодые, горящие целью, и уже готовые рисковать жизнью и убивать ради победы. И внимание — ни одной девушки.

— Достаточно, Борис, — оборвал речь учителя Владисил Рюрик. — Давай уже к делу.

— Как угодно вашему высочеству, — легко согласился с поклоном учитель по «боёвке» и зычным голосом объявил: — Приступим к подготовке к турниру. Сегодня сделаем упор на укреплении магических и телесных сил, — так и хотелось придраться ко вступительной речи лысого, но тут взгляд боевика зацепился за малорослого Боровского, и он, чмокнув неодобрительно губами-лепешками, добавил: — Хотя некоторым это, к сожалению, не поможет.

Сообразив, к кому относится «шпилька, строй молодых снобов перевел все свое внимание на 'гадкого утенка». Полетели реплики.

— Так это же глупец Боровский! — поделился с соседом курчавый здоровяк с четвертого курса. Баронет Дыгайло, тотем буйвол.

— Тот самый смертник, что решил залезть в жерло тьмы? — ответил жилистый сосед с прилизанными по черепу черными тусклыми волосами, растягивая в ехидной усмешке тонкие губы. Наследник Кривохвостых, тотем стриж.

— Свежее мясо для закрутки в ковер, — жестко припечатал грозного вида варвар — великан с телосложением надутого качка. С четвертого курса, Наследник Сатошей, тотем краб.

— Вылетит с первого тура сей храбрец, помяните мое слово, господа, — подал голос вон тот кудрявый купидончик с розовыми щечками. Младший Вертецкий, тотем бражник.

Похоже, на таких сборищах заведено гнобить мелких сошек, поскольку принц, его свита, как и тренер в этот раз вмешиваться не торопились, продолжая увлекательно позевывать в сторонке, наблюдая за разыгрываемой пьесой. Возможно у них даже уже традиция такая есть, подобно походам в баню. Доведи слабака до истерики в первый день сбора и получи развлечение уже сейчас. Только все их потуги смотрелись скорее слабенько и смешно, ибо до действительно склочного скандала их благородия пока не опускались, берегли словесные силы до дуэлей. Потому зрители и зевали. Эх, не умеете вы собачиться по-настоящему!

— Не скажите, этот парень моржа одолел. На силосъемке у сестры видал. Фехтует отлично, — единственный из всех заступился за нее щекастый крепыш с третьего курса. У него и лицо было попроще, не такое алчное. Горошников, тотем хомяк. Если получится, этому молодчику как раз можно презентовать в будущем свой проигрыш.

На его слова Сава Быгник кисло кивнул. Однако свора некультурных аристократов не пожелала кидаться на него с подколками.

— Увы, никакие мечи слабосилка не спасут, — высказался краснолицый парень с неаристократическим мясистым носом, точно сплюнул. А ведь сам-то, гляди, на полголовы только выше. Зато гонору! Наследник Ляжко, тотем енот.

— А вы помните, хоть один Боровский доходил до финальных дуэлей? — снова отличился «прилизанный» из стрижей.

— Да какой там, граф! Они же, бедолаги, даже атаковать не в силах! — мелодично включился злой купидончик. — Как же это печально.

«Ложь! Твой пра-пра-прадед стоял на третьей ступени лестницы славы, — прорычал в голове возмущенный Пумпа, пардон, их Великое Секачество. Он подслушивал мысли и тоже купился на развод».

Все кажется уже ждали ее выхода, и Мурка не подвела.

— О, столько внимания к моей скромной персоне! — улыбнулся радушно Боровский, шлепая ладонями по плечам стоящих рядом аристократов. — Очень хотел бы с вами подробнее обсудить мою дальнейшую судьбу, господа! Мне как новичку советы бывалых пригодятся. Возможно, уважаемый руководитель по боевой практике нам выделит еще полчаса на дискуссию, а то думаю пяти минут как-то маловато. Нет, я серьезно. Очень уж мне тут все сочувствуют. Надо дать высказаться всем, вон там с галерки еще не все отметились. А то невежливо получится, если кто-то не скажет свое слово.

Строй снобов на несколько секунд подвис, обмозговывая речь жертвы, что пошла не по сценарию. А тренер под пристальным взглядом теряющего терпение принца, наконец, рявкнул:

— Какие еще полчаса! О чем ты тут говоришь, Боровский⁈ Довольно праздных бесед! Прошу всех отправиться к началу стартовой площадки. Посмотрим, как вы одолеете полосу препятствий, которую я для вас приготовил.

Ну что сказать. Полоса была хороша, и действительно, более разнообразна, чем на стандартных полигонах. Тут тебе и отвесная стена в четыре этажа высотой, и движущиеся среди убийственных магических резаков платформы, и облако с живыми самонаводящимися стрелами, и подозрительная туманность, в которой мелькали морды каких-то чудовищных призраков. Мурка стояла в толпе «последних героев» и просчитывая, как будет проходить ту или иную ловушку. Отметив вдали среди прочего широченный ров с болотной трясиной, покосилась на цвет нации. Неужели эти чистенькие мажорчики полезут и в это, простите, дерьмо⁈ И что, сам прынц Рюрик даже белого коня вперед не зашлет? Или его белобрысый дружок отказывается быть благородным скакуном? Ха-ха! Похоже на этого где сядешь, там и слезешь. А на шее медведя Малиновского если прокатиться? Вон какой здоровяк, шея толстая. Или на Щукине, как на крокодиле, а? Нет?

«Можно внести предложение? Лыкова, бери, ваше высочество! Если притопишь его по пути, возражать не стану».

Мурка поймала себя на том, что ее губы уже разъезжаются в предвкушающей азартной улыбке. Кажется, она ошиблась. Ей тут определенно понравится. Где еще увидишь снобов, принимающих грязевые ванны?

Меж тем начальник уже зажег магический клаксон, поднимая его над головами.

— Десятка, которая преодолеет полосу препятствий первой, займет сегодня золотую купальню. Оставшиеся удовлетворятся серебряной.

О, какой жадный огонек в глазах юных магов зажегся. Кутить в дорогой баньке с принцем мечтал тут похоже каждый первый.

— Начали!

Раздался протяжный гудок, и одарённая элита академии в числе сорока шести рьяных магов уверенно устремилась вперед. Многие уже засветили свои мечи и прочие артефакты. Вот и первая несправедливость.

Первые препятствия преодолели все без особых проблем. Однако уже в конце первой минуты выявились лидеры. Мурка не торопилась, она внимательно смотрела, как действуют золотые ребятки. Интересное началось у стены. Мурка даже остановилась, наблюдая, как лихо Рюрик из правящего рода сносит «верхние этажи» магическим шквалом синего цвета. Каменные обломки феерично разлетаются по траве. Кривая улыбка счастливого человека расцветает на породистом лице.

— Да он, кажется, кайфует от азарта, — прошептала Мурка. — как и я, ха.

Затем брюнет отращивает на своих руках магические полупрозрачные когти длиной в двадцать сантиметров и за секунду бодро вскарабкивается и исчезает за стеной. Следом неспешно к стене двигается Мартынов, держа руки в карманах брюк и морща от пыли аристократический длинный нос. Скучающе вздохнул, затем все же сделал длинную белую плеть, которая зацепилась за край. Плеть его и затянула наверх, как живая лиана. Следом Щукин, этому пришлось повозиться и потратить десяток секунд, делая себе что-то вроде присосок. Мурка засмотрелась на волшбу, и чуть не шлепнулась в пыль, когда Лыков проходя мимо двинул ее плечом. Этот без пиетета прошмыгнул по чужим присоскам и оказался наверху как раз в то время, когда Щукин начал развеивать магию. Шустрый и зубастый Герман.

Не удержалась и послала ему морф-пиночек в ответку. Лыкова, что только что с видом победителя утюжил взглядом соратников, быстро слизало с верхотуры. За стеной послышались крики. Кажется, заяц пенял Щукину за свой полет. Засверкали техники. Мурка пропустила вперед себя нескольких рьяных, в том числе из тех языкатых, что точили о ней лясы в начале практики. А потом уже и сама забралась на стену, выстроив морф-подпорки и маскируя их бурой дымкой магии Боровских. Спрыгнула и очень вовремя, техники уже сверкали со всех сторон. Толпа внизу принялась швырять в стену магические кулаки, кто-то взялся подземный подкоп рыть, привлекая вихри. Так что каменная крошка и пыльная взвесь летела везде.

Глянула вперед, элитные жеребцы уже заканчивали с движущимися платформами, проходя их как стоячие. Щукин и Лыков тоже петляли профессионально меж резаками. Крутые ребята, ничего не скажешь. Остальной народ тоже не стоял на месте, в ажиотаже несся вперед, работая локтями, ногами и не забывая святое дело — подставить под удар соседа.

Мурка хмыкнула и вошла на платформу в общий движ. Ух, весело! Хочешь жить, умей вертеться — это как раз к прохождению этого препятствия. Пол под ногами шатался, мимо то и дело пролетал инвентарь, не садовый, но тоже острый и рогатый. Со смехом Боровский нырял под резаки, прыгал через летящие стрелы в туманном облаке, а кое-где мухлевал, создавая себе морф-подножки и преодолевая особо опасные зонки. Благо никому до нее тут не было дела… с оговоркой: пока она не вырывалась в первую десятку. Поравнялась с моржом Быгником, собираясь пройти мимо.

— Нет, Боровский, тут тебе меня точно не обойти! — тяжело дыша прохрипел Савва, порываясь ускориться. На сей раз парень работал с артефактным палашом. Им и старался где-то тормозить летящий в себя «инвентарь».

— Слева! — успела крикнуть ему Мурка, и Быгник вовремя ушел от острых шипов.

— Тьма! — взревел он.

— Не зевай, великан! А то угробишься до турнира, — только и сказала прежде, чем перепрыгнуть на очередную движущуюся платформу.

Издали настроив зоркий глаз, поняла, что лидеры уже подобрались к грязевому озеру, и последние секунды Марк Боровский прошел на скорости, пока не выскочил из молотилки. Шоу такое пропустить, не дай Боже! Потом всю жизнь жалеть же придется! Поспешила поскорее занять зрительское место поближе.

— Твою звездявую дивизию, — прошептала, наблюдая, как с рук принца слетели лучи синего света в сторону грязевой поверхности. И болотце начало расступаться, оголяя каменистое искусственное дно. Ух! Ешкин кот, ну точно местный Моисей! Владисил побежал вперед с победным рыком, крикнув что-то, и через пару секунд сразу за ним закрылся проход по дну. Со своей стороны, белобрысый дружок принца присел на корточки у кромки озера. Казалось, ему просто все осточертело, и он отказывается от соревнования. По безразличной мордахе так все и виделось, ан нет, позже стало видно, что по озеру от мажорчика до противоположного берега протянулась аля лунная дорожка. Белая магия заставляла затвердевать в этом месте грязь, превращая ее в странную высохшую светлую субстанцию. И этот хлыщ ступил на нее и преспокойно двинулся вперед. У Мурки отвисла челюсть. Все же местным тяжеловесам лучше не попадаться на зуб. С соревнований она все же сойдет. Жизнь еще дорога, а до полной морф-силы еще далеко.

Мартынов протопал и вышел чистеньким из грязевой ловушки. Но зато другие все же заляпались и некоторые прямо знатно. Ой держите мой живот, пока не ускакал!

Щукин преодолел озеро, не углубляясь в грязь ниже, чем по пояс. Лыков, злой как черт, пытался создать что-то похожее как у Мартынова, но у него не получалось. Его желтая «дорожка» провалилась прямо посреди озера, и заяц, скрежеща зубами окунулся в болотное дерьмо по горлышко. Так и пришлось ему дойти до берега. Впрочем, все мажоры вскоре в болотце оказались. И ангелок Вертецкий, который в злости был больше похож на разбуженного красноглазого вампиреныша, и ревущий буйвол Дыгайло, и худой как Кощей Кривохвостый, и варвар Саттош, что рубил зачем-то секирой грязь, доставляя соседям удовольствие в качестве грязевого душа. Кто-то ему в ответ от души зарядил магическим сгустком. И тут и началась еще большая возня, уже с магическими техниками, да больше уже чтобы навредить ближнему. О нет, ради такого зрелища стоило попасть на турнирный отбор! Не, ну красавцы же, а⁈

Боровский улыбался от уха до уха, прыгая по поверхности озера с подножки на подножку. Прыг-скок, прыг-скок.

— Пардон! — впечатался ее ботинок в темечко малорослого енота Ляжко. — Не заметил вас!

Нет, особой неприязни к краснолицему гонористому парню у нее не было, просто голова его так удобно торчала на пути.

— Боровский, свинья! — прокричал енот в спину, как только отплевался от грязи. — Убью, тьфу!

— Дождись турнира, и я в твоем полном распоряжении! — твердая поверхность земли вскоре оказалась уже под ногами.

И только сейчас Мурка поняла, что снова стала объектом внимания Лыкова. Герман замер у входа в туманность с призраками, глядя, как Марк Боровский преодолевает препятствие. И выражение лица этого хищного зайца Мурке снова не понравилось. Определенно Лыков имеет неприязнь к Боровским, хотя очень старается не афишировать это. Смерть Льва Боровского в прошлом. Слежка к тому же в нынешнем. Да… поспешила она пообещать свидание Лизоньке. Сейчас на почти на 99 процентов уверена, что куб — дело Лыковых. Но зачем такая многоходовка, чтобы ее уничтожить? Вот зачем?

Она вошла в туман, продолжая раздумывать на эту тему, и забыла, что хотела тут потеряться и прийти к финишу во второй десятке. Призраки были ничем иным, как психотропной гадостью, настроенной на человеческие страхи. Чем больше человек боялся, тем больше таких вот искусственных психо-пиявок присасывалось к человеку. Надо сказать, что это не какая-то отстраненная ересь, это реальная угроза, которая может довести труса до разрыва сердца. В империи Росс все серьезно. И шутят тут смертельно. Поэтому к концу практики двух мажоров понесли на носилках к лекарям. Один был ранен на движущихся платформах, второго вытащили из этого «призрачного» тумана бледного, как мел. Но это позже, а сейчас Мурка брела в белой мари медленно, страха не было, но даже у нее эта гадость вытащила на поверхность памяти тот день, когда произошел аннигиляционный кси-взрыв на крейсере. Люди развеивались на глазах. Вит развеивался… А она только и могла, что смотреть, не отрывая взгляда.

Блезненные воспоминания смогла погасить. Но выйдя из тумана, чертыхнулась. Она пришла десятой. Вот хиг ее засоси! Не могла там поторчать еще с минутку? Хотела же запоздниться. А теперь куча злых взглядов прошивали ее тельце с головы до пят.