Горе-наследница (СИ)

8. Академия Всех Сил

Ну здравствуй, столица Темненой Империи Росс!

И название такое знакомое: Росстов, еще и Великий. Именно так с двумя «с». Однако от того Ростова, который был в 19 веке на родной Земле, этот отличался разительно и не только лишней буквой. Никакого тебе кремля с куполами, вместо него — Императорская резиденция — этакая высоченная почти что крепость — лощеная и помпезная. Серый мрамор и позолота — в отделке. Верхний этаж сделан в виде большой стеклянной пирамиды. Должно быть созданная для того, чтобы императоры с комфортом обозревали свои владения. Почему-то была уверенность, что это стекло и пушкой не пробьешь.

Еще, судя по местной карте, этот Росстов относился к Срединой волости. Если смотреть по карте, то где-то ниже старой Москвы. На этой земле не было чьего-либо тотема. По сути: административный центр империи, который как приз из века в век переходил в руки самых сильных глав родов. Поэтому архитектура и памятники по многу раз сносились и заново отстраивались с приходом новой власти. Нынче на крепости висел герб Рюриков — голубой амурский тигр с растопыренными когтистыми лапами на золоте. И по количеству налитой силы, видимо служил также неким защитным артефактом.

Вся центральная часть города утыкана высотками по местным меркам (самые высокие этажей двадцати) и заведениями с пафосными вывесками. Элитные районы, приближенные к деловому центру, были поделены на сектора. И там всюду виднелись высокие глухие заборы с гербами. За ними прятались богатые мрачноватые особняки с колоннами, ухоженными садами, многоярусными фонтанами, бассейнами. Но видно было, что вся эта красота была подчинена единственной цели — показать мощь своего кошелька. И весь город, несмотря на летнюю пору, казался прохладным. Лица встречных людей по крайней мере находились на нулевой отметке по Цельсию, а то и опускались значительно ниже. Но да Пирамиды с ними!

Особняк Боровских выглядел не самым лучшим на округе, но и далеко не самым последним. А Мурке так он показался милее всех с дороги. Трехэтажный. Неделю она обживалась в новом жилище.

Тут было еще более роскошнее, «эрмитажнее». Золотые канделябры, панно и росписи потолков. Но вот купальня теснее, чем в имении. Дворецкий прежний уволился, и пришлось Симону кататься вместе с наследницей.

Новая кухарка, Нина Пантелеевна, увы, до Гриппы не дотягивала. И Мурка решила в будущем ее как-то на мастер-класс отправить в гнездо Боровских. Пусть бы поучилась, как нужно сдобу печь. Остальных новеньких слуг запомнила быстро по именам.

Карп принялся набирать людей в охрану, то и дело встречался с кандидатами. И когда кто-то подходил, на его взгляд, на последнее решение водил к наследнице. Из восьмерых Мурка пятерых приняла на работу, а троих отсеяла.

Районы прислужников находились на отшибе города. Некоторые приезжали на работу именно оттуда ежедневно.

Из академии доставили последние бумаги, и поверенный сообщил, что заплатил первый вступительный взнос за обучение. Боровского Марка Павловича ждут в стенах темного альма-матер на первом курсе в группе «Бета».

— Хорошо, что «Бета», — поделился Аркадий Емельянович. — В «Альфах» учатся отпрыски из первых родов. А в «Гамме» из второй сотни. Род Боровских, несмотря на свое шаткое положение, все же из древних аристократических родов и даже сейчас удерживается, между прочим, на шестьдесят третьем месте.

— А ранее на каком стоял?

— На двадцатом.

Мурка присвистнула.

— Это за счет большого Броневого завода в три филиала и алмазных разработок.

— А алмазные шахты еще принадлежат нам? Родители же туда летели, когда потерпели крушение, — встрепенулась.

— Два самых выгодных перешли к правящему роду, поскольку были признаны стратегически важными для империи объектами в руках несостоятельного рода. Увы, есть такой закон, — цокнул языком старик.

Кто бы сомневался!

— А третье неразработанное бедное месторождение еще пока числится за нами, но толку с него ноль. Нужны огромные суммы, чтобы начать разработку.

Ладно, алмазы подождут.

И вот настал солнечный денек, когда она нарастила морфиков в свой скромный запас, надела белоснежную рубашку пообъемнее и синюю тройку — брюки, пиджак, жилет из сукна не лучшего качества, поскольку ткань была тонка и быстро мялась. Причесала каштановые волосы загребущей пятерней. И в легкую зашагала к силоперу, где «наследника» уже поджидал верный Федя. Бросила на заднее сидение кожаный рюкзачок, надо сказать, пока почти пустой. Как объяснил, Аркадий Лопаткин, книги выдает академия за те же деньги из взноса. Надо сказать — настоящие, бумажные, а не какой-то вам гало-планшет с нейро-помощником. Ха!

Полчаса езды по улицам столицы по направлению в центр, и вот они въезжают на парковку перед строгим семиэтажным зданием. Первые два этажа отделаны черным гранитом, верх графитовым сланцем. Девятиколонный портик, широкие ступени — тоже из гранита. Так мрачненько, что тянет улыбаться.

На фасаде ярко выделялся герб: абривиатура АВС заключенная в круг, а сам круг представляет некий клуб из самых разных тотемных животных. Ниже уже золотыми буквищами расшифровали для недогадливых: «Академия Всех Сил».

«Только, Мурочка, не лезь на рожон, не гарцуй копытами», — настраивала она себя внутренне оставаться неприметной и тихой: «Ты еще не в том весе, чтобы тягаться с талантливой молодежью этого мира. Так что будь как гриб под листом — того фиг заметишь».

На полупустой парковке все места забиты табличками с гербами родов. Естественно, Боровских никто не ждал, Мурка подавила острое желание свалить одну из табличек, (все же мантра помогла) и сказала Феде ехать в самый конец. Там велела глушить перл и ждать ее.

— Если не приду в течение часа, езжай домой, обедай. Заедешь за мной к пяти часам после последней пары.

— Понял. Вы это… держитесь там, — пробурчал Федор, исподлобья кидая взгляд на здание угнетающего вида.

— Обязательно, — хлопнула парня по плечу, закинула сумку на плечо и зашагала легкой походкой к парадному входу альма-матер. Минут двадцать топала через парковку, разглядывая силоперы.

Внутри здание было не менее помпезно — отделка из черного мрамора, барельефы с битвами, позолота, огромные многоярусные люстры и синие толстые бархатные портьеры на окнах. Да они тут фанаты битв, подумала, рассматривая жестокие сценки на стенах. Лифта нигде видно не было, не изобрели еще, или изобрели, да побоялись ставить в академии. Вдруг наследники друг друга перебьют в закрытых кабинках.

Пока шагала на третий этаж по широченной лестнице Мурка достаточно оценила местный учащийся контингент — эти точно перебили бы. Что ни персона, то вся из себя самозначимая. Даже самые юные нос задирали. Парни в костюмчиках, отглаженных с иголочки, модные приталенные пиджаки, кипенно-белые рубашки, начищенные до блеска туфли. И, соседствующие со всем этим кружева, золотые цепи на шеях и в виде аксельбантов. Значки с родовыми гербами блестят оправами из драгоценных камней. А еще стрижки модные у каждого: пышные шевелюры, будто из старинного анимэ. Мурка прикрыла рот, сдерживая смешок. Вот это местный шик.

Девочки тоже были одеты интересно, пышные черные юбки по колено с кучей нижних кружевных белых юбочек, светлые ажурные чулочки, туфли на толстом каблуке, в вырезах шелковых белых блузок с пышными рукавами чуть виднеется грудь. Волосы забраны в замысловатые прически, украшенные золотыми шпильками, а порой и драгоценными диадемами. В ушках тоже дорогие сережки. Можно посмотреть, как выглядели ранее на Земле настоящие рубины и сапфиры, а не искусственно выведенные стразы. Подумалось, что если у них такая мода, то даже хорошо, что пока она притворяется парнем. Меньше мороки.

— Уважаемая Римма Викторовна, здравствуйте! Марк Павлович Боровский, прибыл на обучение в академию, — представилась объемной блондинке лет сорока в нужном кабинете, которая работала приемным секретарём. Ее имя заблаговременно успела прочесть на картонной карточке, выставленной на столе.

— Так это вы последний Боровский, — подняла она глаза и окинула почти сочувствующим взглядом с вердиктом «не жилец». — Что ж, берите ключи Марк от сто двадцать пятой. Туда уже доставили ваш набор учебников.

— От чего и куда?

Теперь уже взгляд стал прохладный, мол, приехал из деревни мальчик, все приходится объяснять, а дама занята и без того.

— От вашей комнаты отдыха. Аренда пятьдесят рублей в месяц.

— Я могу отказаться? Видите ли, я не планирую ночевать здесь.

— Не можете! — возмутилась женщина и недовольно добавила себе под нос. — Молодежь. То дай им две комнаты, то и одну не берут. — и громче: — Комната положена по статусу. Это самая дешевая.

— Ясно.

Еще одна обдираловка с богатых мажоров. Хотя позже поняла, зачем нужна комната деткам. Каждый уважающий себя сноб имел несколько комплектов одежды и обуви в академии и чурался ходить в одном весь день. Так что слуги то и дело носили одежду на этажи «жилого корпуса». Так же там хранились на постоянке все учебники. Стояли диваны, прилечь одному или в компании. Можно было заказать в свою комнату обед. Да и переспать ночь после вечеринки, если не желаешь сразу показываться строгим родителям на глаза.

Ей достался номер тесный, маленький и пропыленный в самом конце коридора. Что Боровские — нынче на нуле, тут знал, похоже, каждый уличный фонарь. Тьфу, о фонарях лучше не поминать всуе! Соответственно по одежке встретили. Хотя, можно было сказать и спасибо этой Римме. Тратиться на шикарные апартаменты она сейчас бы все равно не стала. Расположилась на диване и просмотрела книги. Ничего особо сложного, а вот Имперская история заинтересовала. Неплохо бы понять точнее разницу историй двух миров.

Однако в карточке расписания первым стояло собрание в Торжественном Зале для получения силовых браслетов первокурсниками. Начало уже через пятнадцать минут, между прочим. Закрыла на ключ свои шикарные апартаменты и поскакала в главный корпус, обгоняя идущих по дорожке из черного кирпича других учащихся.

Торжественный зал был полон золотой молодежи. Детки аристократов сидели в мягких креслах закинув ногу на ногу с кислыми лицами с видом, что им приходится ждать. Какое право неслыханное безобразие! Многие глазели в экраны планшетных телефонов. Мурке после галофонов они казались допотопными, а здесь, видимо находились на пике технологий, поскольку были не у всех. А уж какие ажурные золотые и серебряные корпуса — рококо отдыхает.

Никакого пока разделения по группам не наблюдалось, зато ряды были помечены магическими иллюзиями чисел. Сообразила, что это разделение по списку родов и плюхнулась на крайне сидение в рядах с пометкой «50–100». Присмотрелась, что происходит на сцене.

У трех кафедр стояли четверо магов в серой форме — в брючных костюмах. Золотые нашивки с аббревиатурой академии на плечах. На головах форменные фуражки. Хотя, приглядевшись, поняла, кафедры совсем не кафедры, а большие артефакт-столы с каким-то углублениями посреди столешниц.

— Уважаемые юные дамы и господа, рад вас приветствовать в нашей академии Всех Сил! — произнес маг с рыжеватой бородкой, приторно улыбаясь. Позже она узнала, что это главный смотритель академии, второе лицо после ректора. — Подходите и получайте свои браслеты. Начиная с завтрашнего дня для всех, у кого не будет браслетов, вход на территорию академии будет закрыт. — Смотритель заискивающе поклонился кому-то в первом ряду. — Виталий Ярославович, пожалуйте первым к рукоплетчикам.

Высокий парень с пышной черноволосой шевелюрой вальяжно прошелся к артефакту. Поднес запястье к специальным проемам. А потом после неяркого свечения отошел оттуда с браслетом на руке. Браслет несколько секунд засиял голубым светом.

— Это младший Рюрик из правящего рода! — услышала она голос сидящего рядом паренька, явно холерического типа, ибо тот ерзал на месте и ритмично пинал пяткой ножку кресла. — Видал, как ярко полыхнул⁈ Говорят, он уже достиг пятого ранга силы.

— Ого, — ответил ему собеседник с другой стороны.

Получив браслет, отпрыск императорского рода покинул зал с улыбкой превосходства. Далее началась обычная процедура. Смотритель вызывал по именам студентов, те по очереди подходили и получали свои браслеты. Мурка же задумалась, какой подвох можно ждать от магических штуковин. Пока спрашивать никого не собиралась, удовлетворяясь ролью невидимки. Спустя минуту получила ответ на свой вопрос, опять-таки от соседей рядом:

— Вот если бы кто слабой крови руку к артефакту приложил, то остался бы без нее.

— А может и без головы. Ха-ха! Хотел бы я на это посмотреть!

Ох, Машенька, хорошо, что ты чистокровная аристократочка!

Пришла и ее очередь. Под выкрик: «Марк Павлович Боровский!», Мурка подступила к одному из столиков-рукоплетчиков. Секунду наблюдала, как на руке появляется браслет, явно магического происхождения.

— Навоз клешненоса, — ругнулась себе под нос.

Но вряд ли это маячки. Иначе мажоры тут бы так просто свои белые ручки не подставляли. Скорее всего действительно просто ключ к территории академии. Ощутила легкое жжение в запястье под браслетом, а затем магический ободок вспыхнул бурым светом. А ведь у Боровских именно такого цвета магия. Маги-служащие ткнули в нее свои любопытные взгляды по очереди.

Пока топала к выходу, поняла, что внимание все-таки привлекла.

— Боровский? Этих слабаков же всех стерли.

— Видимо один остался.

Только что с грибка сдернули листок, но все же есть надежда, что никому до нее дела не будет, хотя бы в первые недели.

Судя по расписанию сегодня надо было отсидеть две пары. Как ни странно, нашла нужное помещение быстро, хотя главный корпус был огромный, можно было заплутать, как в ЦКС, центральной космической станции.

Просторный класс с голубыми портьерами на окнах, три ряда парт из дубового массива, каждая рассчитана на одного учащегося. Не раздумывая, уселась на свободную третью парту в третьем ряду. Прошлась ладонями по гладкой деревянной столешнице. До сих пор не могла привыкнуть к этой натуральной раритетной красоте. За окном сливочные упитанные облака живописно плыли в синей выси, мерно раскачивались кроны высоких вязов. По двору академии, мощеному черной брусчаткой, прогуливались редкие группки учащихся.

Отвернулась и какое-то время наблюдала за теми, с кем придется временно делить часы на уроках. Отсиживать все четыре года в академии желания большого не имелось. Она или сдаст материал экстерном, или уйдет на домашнее якобы обучение по личным причинам. Аркадий сказал: и то и другое возможно, хотя второе считается непрестижным в высшем обществе. А в общем-то она снова попала в свою юность. По большей мере ее окружали большие дети, которые почувствовали себя взрослыми и важными.

— Эй ты, Боровский!

Не повернулась. Сокурсник подошел ближе:

— Глухой что ли? Давай смещайся назад, здесь я буду сидеть.

— С чего бы это?

— Мне тут нравится, — улыбнулся нахал с конопатым носом. На лацкане его пиджака висел герб с изображением какой-то птички.

— Сожалею, мне тоже.

Внутри где-то шевельнулся Симба. Сидеть смирно, это не еда, это доставучая мелочь. Вроде парнишка подходил к артефактным столикам не раньше нее точно. Хотел что-то сказать, но Мурка опередила:

— Позволь узнать, какой номер у твоего рода в списке, золотко?

Тот запнулся. Вошла учитель — стройная высокая блондинка с объемной грудью, обтянутой белой блузкой, и парень перестал напирать или же просто растерял кураж, глядя на четвертый размерчик. Мда, в любое время у юношей отшибает мозг при виде сочной женской груди.

Парня повело, и он уселся на первую парту среднего ряда, готовый к о-очень продолжительной лекции. И она последовала.

Темная Империя Росс, ее основание, родовые войны, геральдика. Мурка впитывала все со большим вниманием и не заметила, как время вышло. Она делала пометки в блокноте, а некоторые студенты пользовались для этого своими планшетами. Да, при первых вливаниях денег надо приобрести себе подобный девайс, все же к длительному письму она не привыкла.

Когда прозвенел звонок, все начали собираться. Гена Выпин, а именно такая фамилия была у парня, что пытался занять ее место больше не подошел. Мурка не торопилась, и заметила, как выходя одна девчонка с длинным черным высоким хвостом толкнула другую кудрявую златовласку. У второй слетел белый гламурный рюкзачок, содержимое рассыпалось по проходу. Брюнетка не остановилась, наступив на чужую розовую ручку-перо толстым каблуком, бросила: «Чего встала на дороге, Совицкая!». Прошла на выход.

Златовласка проглотила и принялась собирать с пола свои манатки. Мурка наклонилась и подняла тетрадь и книгу, что оказались у ее ног, и молча всучила расстроенному цветочку. Уже на выходе ее догнало запоздалое «Благодарю».

На следующей паре по Родовой Географии лысеющий старичок-толстячок занудно, но с пользой рассказывал о границах и территориях аристократских родов. Самые большие владения были конечно у Рюриков, следом за ними шли Мартыновы и Кречетовы — приближенные к правящему роду крупные кланы. Многие не слушали преподавателя, независимо зависая в планшетах, и это учителя не коробило. Мурка внимала, развалившись вольготно на стуле у окна, как любила. Пожалуй, за ней эта парта окончательно закрепилась, ибо ни Выпин, никто другой больше претензий не предъявлял. Неужели повезло с группой, и гламурные гопники пока не будут мелькать перед глазами?

— Боровский, — послышался шепот справа. Это к ней обращалась златовласая кудряшка. — Марк…

— Чего тебе? — имена и фамилии одногруппников уже уложились в голове. Цветочка звали Яна.

— Поговорить надо. На перемене после урока.

Любопытно, чего надо этой малышке. Кивнула в знак согласия. Дослушав лекцию до конца, неторопливо собрала рюкзак и двинулась на выход одной из последних. За углом у оконного алькова ее дожидалась Яна Совицкая.

— Ехал бы ты лучше отсюда, — прошептала девчонка, поглядывая по сторонам.

— Без проблем. Пар больше нет в расписании, — хмыкнула Мурка.

— Ты не понял. Уезжай, пока цел. Я о вашем роде слышала.

— Что именно?

— Он почти угас. Ты единственный, да?

— Угу, и неповторимый, — улыбнулась в ответ.

— Дуралей, — прошипела златовласка. На лацкане блеснула под солнечными лучами серебряная сова на гербовом значке. — С твоим уровнем силы тебя тут закатают в ковер на первой неделе.

— Ковер?

Цветочек похоже совсем обозлилась, но тут ее позвали.

— Яна, подойди на минуту.

— Секунду!

Эта была девица чем-то похожая на саму Яну, но после значительного апгрейда в сторону звездного гламура. Выше ростом, тонкой талией, грудь не хуже, чем у исторички. Юбка выше колена обтягивала широкие бедра. Золотые длинные локоны в идеальной прическе свисали до упругих ягодиц. На мужской вкус — конфетка-старшекурсница.

— Кто это?

— Моя сестра. Только слюни не роняй. Филиппа с третьего курса и на тебя даже не взглянет.

— Какая печаль, — еще шире улыбнулась Мурка.

— Ой, да ладно, — фыркнула цветочек. — У всех у вас головы сносит от нее, я знаю. Лучше послушай моего совета и уезжай отсюда. Я видела силосъемку, как убили твоего брата. Сестра показывала. Тебя ждет та же участь.

А это уже интересно. Филиппа с недовольной гримаской на личике приблизилась.

— Прости, Филла, — Яне пришлось представить своего собеседника. — Это Марк Боровский. Марк, позволь представить тебе мою старшую сестру Филиппу.

Красотка старшекурсница даже не взглянула на собеседника сестры, прошипев «приятно познакомиться», оттащила родственницу в сторону.

— И мне приятно, — бросила в ответ Мурка.

Теперь ей до чесотки в руках захотелось взглянуть на запись этой схватки. Как помнится, второй по страшинству брат, Лева Боровский, погиб на дуэли спустя месяц после смерти родителей и старшего брата в Якутских дебрях. Убил его Герман Лыков, старший сын барона Лыкова. Если дуэль была обычной спонтанной встречей двух бодатых баранов, не поделивших дорогу или овцу — это одно. Но возможно, Лыковы заточили зуб на весь род Боровских, тогда они вполне могут пожелать завершить начатое дело.

Вдруг именно этот клан стоит за всеми бедами рода Машеньки. Но надо еще не забывать хитроперых соседей Рачковичей, что присвоили завод и фабрику. Были ли два клана в сговоре, или действовали сами по себе? В любом случае, нужно добыть больше информации.

Невольно Мурка двинулась следом за сестрами Совицкими в надежде снова перемолвиться словом с Яной. Но девочки стремительно вышли за пределы академии, сели на заднее сидение силопера с серебряной статуэткой совы на капоте, и успешно укатили восвояси.