Грей. Продолжение

Глава 32. Долгожданный ответ

Вся моя семья собралась в моей квартире… В полночь… Что здесь происходит, черт побери? Здесь даже Элиот и Кейт!

Я взглядом встретился с практически безжизненными глазами матери, и она тут же вскрикнула.

— Кристиан!

Она побежала через весь зал ко мне. Я уронил на пол пиджак и всё остальное и подхватил маму. Она бросилась мне на шею, покрывая поцелуями мои щеки.

— Мама?

Ее лицо покрылось пятнами, а глаза распухли от слез. Я смотрел на нее в шоке, не понимая, что с ней происходит. Я никогда не видел, чтобы она плакала.

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу, — прошептала она.

Как им удалось так быстро узнать о том, что случилось? Мама крепче обняла меня, она вся дрожала. Я не помню, когда она обнимала меня в последний раз. Она всегда держалась отстраненно, зная о моей фобии и уважая мои границы. Но сейчас она преодолела собственный барьер, чтобы просто обнять и показать, как сильно она за меня переживала. Сейчас мне проще с этим справляться и я могу ей это позволить.

— Мама, я здесь.

Я пытался ее успокоить. Она всегда была сильной и уравновешенной женщиной, никогда не паковала и не впадала в депрессию.

— Сегодня я умирала тысячу раз, — еле слышно прошептала она, а затем, к моему ужасу, она начала безутешно рыдать.

Я не знал, что в таких случаях нужно делать. Я инстинктивно крепко обнял ее и прижал к себе, пытаясь утешить. Она думала, что я погиб? Я не верил тому, что сейчас видел. Неужели она так сильно за меня переживала? Сейчас я жалею, что не позвонил и не сообщил о том, что я жив и здоров. Тогда ей не пришлось бы проходить через эти страдания из-за меня.

— Кристиан! — всхлипнула она, уткнувшись в мою шею, отбросив свою обычную сдержанность.

Удивило, что я больше не испытывал того сильного страха. Небольшой дискомфорт еще остался, но это терпимо. Теперь у меня с прикосновениями связаны другие ассоциации, более приятные. Ана помогла мне всё это преодолеть.

Я держал маму в объятиях, покачивая, как ребенка, пытаясь успокоить, и услышал голос папы.

— Живой! Черт, ты здесь!

Он вышел из кабинета Тейлора, сжимая в руке мобильник, подошел к нам и обнял нас с мамой, вздыхая с облегчением.

— Папа?

Миа завизжала что-то непонятное, потом вскочила и подбежала к нам, обнимая всех нас. Папа первым вытер глаза и похлопал меня по плечу. Потом разжала объятия Миа и, наконец, мама пришла в себя и тоже отошла на шаг.

— Извини, — пробормотала она.

— Эй, мам, всё в порядке, — ответил я.

— Где ты был? Что случилось?! — воскликнула она, хватаясь за голову.

— Мам, — пробормотал я, снова обнял ее и поцеловал макушку. — Я здесь. Всё хорошо. Просто чертовски долго добирался из Портленда. Что это за приветственный комитет?

Я осмотрел комнату, пытаясь найти Ану, и взглядом встретился с ее заплаканными прекрасными глазами. Моя девочка. Она здесь и с ней всё в порядке. Слезы градом текли по ее щекам.

Маленькая моя, переживала за меня.

Оказывается она всё время, по иронии судьбы, была под присмотром всей моей семьи. Родригес как преданный щенок сидел рядом с ней и держал за руку. Мы встретились с ним взглядом, и он быстро ее отпустил.

— Мама, у меня всё в порядке. Что случилось? — я вернулся к разговору с мамой.

— Кристиан, от тебя так долго не было вестей. Твой план полета… ты не включил в него Сиэтл. Почему ты не связался с нами? — спросила она, взяв в ладони мое лицо.

— Я не предполагал, что это займет так много времени.

Я был очень удивлен, не думал, что все так будут беспокоиться.

— Почему ты не позвонил?

— Наши телефоны с Рос сначала не могли поймать сигнал, а потом полностью разрядились.

— Кристиан! Больше никогда не поступай так со мной! Понятно? — она чуть ли не кричала на меня.

— Да, мама.

Я вытер большими пальцами ее слезы и снова прижал к себе. Когда она успокоилась, я обнял Миа, и она начала колотить меня своими кулачками по груди.

— Ты так нас напугал! — кричала она, заливаясь слезами.

— Я ведь здесь, вернулся, — пробормотал я.

Даже Элиот подошел ко мне и, не сдерживая эмоций, крепко обнял и похлопал по спине.

— Рад тебя видеть.

Я смотрел на всех в растерянности. Откуда я мог знать, что они так будут за меня переживать? Но больше всего на свете я очень хотел обнять свою девушку. Я об этом мечтал весь день.

— Я хочу поздороваться со своей Аной, — сказал я родителям. Они улыбнулись и отошли в сторону.

Я направился в сторону камина, возле которого сидела Ана с Кейт. Всё-таки она хорошая подруга для Аны, она пыталась утешить мою девочку. Ана резко встала и бросилась в мои объятья.

— Кристиан! — всхлипывала она.

— Тише-тише, — прошептал я, уткнулся носом в ее волосы и вдохнул их запах.

Она так чертовски приятно пахнет. Я крепко обнял ее и поцеловал. Одна только мысль о ней заставила меня сделать всё возможное и невозможное, чтобы спастись от неминуемой смерти. Она снова спасла меня.

— Привет, — промурлыкал я и снова зарылся носом в ее мягкие шелковистые волосы.

— Привет, — прошептала она в ответ.

Я смотрел в ее потрясающие голубые глаза, из которых градом лились горькие слезы, и для меня весь мир перестал существовать. Никого больше не было вокруг. Только мы. Теперь я был спокоен, видя, что Ана в безопасности. Я весь день сходил с ума, не зная, где она и что с ней. Я сильно по ней скучал, и только сейчас рядом с ней я ощутил себя полноценным. Как же мне с ней хорошо. Без нее я никто.

— Скучала по мне? — прошептал я.

— Немножко, — со всхлипом ответила она.

Ее слова заставили меня усмехнуться.

— Понятно, — сказал я, вытирая ее слезы, которые не желали останавливаться.

— Я думала… я думала… — всхлипывала она.

— Понятно. Тише… Я здесь. Я здесь… — пробормотал я и снова сдержанно поцеловал ее в мягкие губы.

Я понятия не имел, что она будет так сильно переживать за меня. Теперь меня терзало чувство вины, из-за того, что мы не остановились, как предлагала Рос, чтобы позвонить.

Ладно. Признаю. Я был не прав.

— Всё в порядке? — спросила она, пробегаясь по моему телу пальцами, убеждаясь, что я настоящий.

— Всё хорошо. Я с тобой. Я никуда не денусь, — нежно ответил я, глядя в глаза.

— Ну слава богу, — облегченно выдохнула она, обняла меня и крепко прижала к себе. — Ты голоден? Ты хочешь что-нибудь выпить?

— Да.

Она попыталась отстраниться, но я не дал ей уйти, а только крепче прижал к себе и заметил краем глаза, что за нами наблюдал фотограф. Сейчас я мог терпимей к нему отнестись, зная, что он не пытался Ане сделать ничего плохого. Мы пожали друг другу руки, в знак приветствия.

— Здравствуйте, мистер Грей, — с достоинством произнес Родригес.

— Просто Кристиан, — фыркнул я, мне сейчас не до манер.

— Кристиан, я рад, что всё в порядке… и хм-м… спасибо, что позволил мне у тебя переночевать.

— Нет проблем.

Я не мог его винить за то, что он чувствует к Ане. Мне даже жаль его, потому что он давно в нее влюблен, поэтому и сделал те шикарные фотографии, которые я купил. И теперь ему приходилось наблюдать за нашим трогательным воссоединением. Теперь он видел, что Ана чувствовала ко мне, и, надеюсь, он понял, что ему ничего с ней не светит.

Всё, малыш, игра окончена и я выиграл.

Затем я заметил Гейл, которая неожиданно появилась рядом с нами. Она была одета в обычную домашнюю одежду, не в рабочую форму. Вытирая слезы, она уточнила, что мне принести.

Почему она тоже плачет? Неужели из-за меня?

— Гейл, пожалуйста, пива, «Бад», и что-нибудь поесть, — ответил я с улыбкой. Мне очень хотелось выпить холодного пива.

— Я принесу, — предложила Ана, но я не хотел выпускать ее из своих объятий.

— Нет. Не уходи, — ласково проворковал я, обнимая ее еще крепче.

Возле нас собрались все мои родные, а так же Кейт и Итан. Я пожал руку Итану и чмокнул Кейт в щеку. Гейл вернулась с бутылкой пива и стаканом. Я взял бутылку, отказываясь от стакана, и сделал долгожданный глоток.

М-м-м, как же хорошо. На вкус — нектар богов.

— Я удивлен, почему ты не хочешь ничего покрепче, — пробурчал Элиот, начиная семейную инквизицию. — Так что же было с тобой, черт подери? Мне позвонил отец и сообщил, что твоя вертушка пропала.

— Элиот! — одернула его Грейс.

— Вертолет, — поправил его я, а этот гад сидел и ухмылялся.

— Давайте присядем, и я вам всё расскажу.

Мы сели на диван, и я заметил стоящего в дверях Тейлора. Я кивнул ему в знак приветствия, и он ответил мне.

— Как дочка?

— Уже всё нормально. Ложная тревога, сэр.

— Хорошо, — с улыбкой сказал я. Значит он уже давно в «Эскале». Всё-таки я зря переживал.

— Рад вашему возвращению, сэр. На сегодня всё?

— Нам надо будет забрать вертолет.

— Сейчас? Или можно утром?

— Я думаю, что утром.

— Очень хорошо, мистер Грей. Что-нибудь еще, сэр?

В ответ я отрицательно покачал головой. Тейлор кивнул и тепло улыбнулся мне одной из своих редких улыбок, потом повернулся и ушел в свой кабинет.

— Кристиан, так что же произошло? — папе не терпелось узнать подробности аварии.

Я в подробностях рассказал о нашем полете. О том, что мы полетели с Рос посмотреть на вулкан и потом у нас начался пожар в хвосте. О том, что у меня не оставалось выхода, как посадить вертолет. Я окинул всех взглядом и понял, что они и так много переживали из-за меня, что не могу себе позволить рассказать о всём том ужасе, что мы с Рос пережили, поэтому я немного смягчил свою историю.

— Пожар? Оба двигателя? — ужаснулся папа.

— Угу.

— Черт! Но я думал…

— Я знаю, — перебил я. — Просто удача, что мы летели так низко, — пробормотал я.

Ана вздрогнула. Я отпустил ее руку и обнял за плечи.

— Замерзла? — уточнил я, и она отрицательно качнула головой.

— Как же ты погасил пожар? — спросила Кейт, включаясь в разговор.

— Огнетушителем. Он обязан быть на борту, по закону, — спокойно ответил я.

— Почему же ты не позвонил или не связался со спасателями по рации? — спросила мама.

Я бы так и сделал, если это было бы возможно.

— С выключенной электроникой у нас не было радиосвязи. Из-за пожара я не рискнул ее включать. На «блэкберри» работала GPS, и я смог выйти на ближайшую дорогу. Мы шли туда четыре часа. Рос была на каблуках.

Чертовы туфли, из-за которых она передвигалась как улитка.

— У нас не было сотовой связи. В Гиффорде нет покрытия. Наши батарейки сдохли, сначала у Рос, а по дороге — и у меня.

Ана заерзала на диване, и я посадил ее к себе на колени. Безумно по ней скучал.

— Как же вы вернулись в Сиэтл? — задала вопрос мама, растерянно моргая при виде такой картины, но мне всё равно. Я хотел, чтобы они видели, что мы любим друг друга.

— Мы вышли на дорогу и проверили сколько наличных денег у нас собой. У нас на двоих оказалось шестьсот долларов. Мы пытались поймать машину. Из всех остановился только один водитель старого грузовика, который согласился отвезти нас домой. Он отказался от денег и поделился с нами едой.

Несмотря на всю его жизненную ситуацию, он помог нам, и не попросил ничего взамен. Я должен ему помочь, чем смогу. Таких как он мало.

— Ехали мы целую вечность. У него вообще нет мобильника — странно, но факт…

Я посмотрел на всех людей, которые меня окружили и внимательно слушали.

— Вообще-то я и не знал…

— Что мы волнуемся? — возмутилась мама. — Ну, Кристиан! Мы тут чуть с ума не сошли!

— О тебе сообщили в новостях, брат.

Я закатил глаза. Конечно, репортеры не могли упустить такой новости. Как им только удается обо всем так быстро узнавать? Быстрее, чем мои родные?

— Угу. Я это понял, когда подъехал сюда и увидел у входа кучку фотографов. Извини, мама, мне надо было попросить шофера остановиться, чтобы я мог позвонить. Но я торопился поскорее вернуться.

Я быстро бросил взгляд на Хосе. Больше всего я волновался из-за этого фотографа.

Мама неодобрительно покачала головой.

— Мой мальчик, я рада, что ты вернулся целым и невредимым.

Ана постепенно успокаивалась, и, свернувшись калачиком, положила голову на мою грудь, продолжая слушать наш разговор. Видимо ее не смущало то, что я грязный и потный. Мне очень нужно в душ. Она крепко держала меня за руку, как будто не могла поверить, что я действительно здесь. По правде говоря, я сам не мог в это поверить.

— Неужели оба двигателя? — снова повторил папа и недоверчиво поморщился.

— Кто его знает, — ответил я и провел ладонью по спине Аны.

Она по какой-то причине снова заплакала и крепче меня обняла.

— Эй, — прошептал я, взял пальцами за подбородок и запрокинул ее голову. — Перестань плакать.

— А ты перестань пропадать, — сказала она, вытирая слезы и шмыгая носом. Это зрелище заставило меня улыбнуться.

— Неполадки в электрической части… странно, правда? — папа снова вернулся к теме пожара.

Даже он в этом видел что-то подозрительное, но у меня не было сил продолжать этот разговор. Не сегодня.

— Да, мне тоже пришло это в голову, пап. Но прямо сейчас я хочу спать. Подумаю обо всем этом завтра.

Я просто мечтаю отправиться в душ, чтобы смыть с себя весь кошмар сегодняшнего дня, и потом лечь в постель со своей любимой девочкой.

— Значит, СМИ знают, что Кристиан Грей найден живым и невредимым? — внезапно уточнила Кейт.

Твою ж мать, Кавана! Видимо эта особа с первого раза не понимает!

— Да. Андреа и мои пиарщики разберутся с ними. Рос позвонила ей сразу, как только мы довезли ее до дома.

— Да, Андреа позвонила мне и сообщила, что ты жив, — усмехнулся папа.

— Да, надо повысить этой женщине жалованье. Но сегодня уже поздно, — тактично повторил я.

Я действительно очень устал и у меня нет сил сидеть еще полночи и отвечать на их вопросы.

— Леди и джентльмены, по-моему, это намек, что мой дорогой брат срочно нуждается во сне, — насмешливо заявил Элиот.

Вот только не надо меня сейчас троллить, Элиот. Боже, я так устал, что даже не могу его послать куда подальше.

— Кари, наш сын вернулся целым и невредимым. Теперь мы можем ехать домой, — предложила мама.

— Да. Думаю, сон нам не помешает, — глядя на нее с теплой улыбкой, ответил папа.

— Останьтесь, — предложил я, у меня тут найдется место для всех.

— Нет, милый, я хочу домой. Теперь я знаю, что всё в порядке.

Как здорово, что вся моя семья сейчас здесь, но я всё-таки чувствую облегчение, что они начали собираться по домам, зная, что я вернулся домой в целости и сохранности.

Я неохотно пересадил Ану на диван и встал. Мама опять меня обняла, прижимаясь головой к моей груди. Я даже не вздрогнул. Сложно привыкнуть к тому, что меня обнимают, поэтому мне не по себе от того, что я не знаю, что в этот момент должен делать. Я нежно взял ее за плечи. Знал только одно, что мне очень приятно, что за меня переживало так много людей.

— Я так волновалась, сынок, — прошептала она.

— Мам, всё нормально.

Она откинула назад голову и внимательно посмотрела на меня.

— Да, по-моему, так и есть, — медленно проговорила она, бросила взгляд на Ану и улыбнулась.

Да-да, маму не обманешь, она прекрасно понимала, что я счастлив благодаря Ане, и пока она будет рядом, у меня будет всё хорошо.

— Да, мам, у нас всё хорошо.

— Я очень рада за тебя, сынок. Ана очень хорошая девушка. И она тебя очень любит, — прошептала мне мама на ухо, поцеловала меня в щеку и мы подошли к лифту, где уже стоял отец.

За моей спиной о чем-то горячо шептались Миа и Итан, но я не разобрал слов. Миа смущенно улыбнулась Итану, а он удивленно взглянул на нее и покачал головой. Внезапно она скрестила руки на груди и резко повернулась. Он явно разочаровано потер ладонью лоб.

— Мам, пап, подождите меня! — с досадой крикнула Миа.

Что у них, черт возьми, происходит?

Кейт крепко обняла Ану и они о чем-то шепотом договорились. К сожалению, я не расслышал ни слова.

— Пойдем, детка, — позвал ее Элиот возле лифта.

— Ладно, Ана, завтра поговорим. Ты сегодня устала.

— Конечно, Кейт. Ты тоже — ведь вы сколько были в дороге.

Они еще раз обнялись и Кейт с Элиотом вошли следом за мамой в лифт. Итан пожал мне руку и быстро обнял Ану.

Наконец-то все ушли и оставили нас одних. Когда мы вышли из фойе, Хосе стоял в коридоре.

— Слушайте. Я пойду спать… покину вас, — пробормотал он.

— Ты знаешь, куда идти? — спросил я.

Хосе кивнул.

— Да, экономка…

— Миссис Джонс, — резко поправила Ана.

— Да, миссис Джонс уже показала мне.

Между нами повисла пауза, и я видел, что Родригес чувствовал себя неуютно.

— Ну и квартирка у тебя, Кристиан!

— Спасибо, — вежливо ответил я, глядя на него.

Чувствовал, что он хотел ей что-то сказать, но ему мешало мое присутствие. Ладно, думаю, что сегодня он окончательно понял, что Ана моя девочка, поэтому я мог быть великодушным. Я встал рядом с Аной, обнял ее за плечи и, наклонившись, поцеловал ее в макушку.

— Я пойду поем, миссис Джонс что-то мне приготовила. Спокойной ночи, Хосе.

Я развернулся и ушел на кухню, оставив их в покое. Я так сильно устал, что не поддался соблазну подслушать их разговор. Видимо, я напрасно сегодня из-за него переживал.

На кухне я позвонил Уэлчу со стационарного телефона, так как мой телефон разрядился. Вкратце я рассказал ему об аварии. Я хотел, чтобы он провел серьезное расследование. И еще, мне нужно чтобы он выяснил всё, что можно о Шоне Хендерсоне: о его бизнесе, кредитах, долгах и его жене Клер. Мне нужна полная информация о том, какое лечение она сейчас проходит.

— Конечно, мистер Грей. Завтра всё будет готово, — заверил он. — И э-э… я рад, что с вами всё в порядке. Завтра я займусь вертолетом и поделюсь первыми выводами о его техническом состоянии.

Я положил трубку и подошел к дивану. Никогда бы не подумал, что мне будет жаль Хосе Родригеса, но это так. Я и правда зря так сильно переживал по поводу него. Но ничего не мог поделать со своей ревностью, которая разъедала меня изнутри, зная, что Ана не до конца принадлежала мне. Я видел, как он смотрел на нее. Он давно с ума сходит по ней. Представляю, как он меня ненавидит. Он всю свою любовь к ней вложил в те портреты, а я просто у него их купил. Ана мой трофей, и она досталась победителю.

Через несколько минут ко мне вернулась Ана. Наконец-то, мы остались наедине, и мы смотрели друг на друга. Только в этих глазах я тонул. Как по ней можно не сходить с ума?

— Знаешь, ему сейчас тяжко, — тихо сказал я.

— Откуда вы знаете, мистер Грей?

— Я узнаю симптомы, мисс Стил. По-моему, у меня такой же недуг.

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу, — в ужасе прошептала она.

— Всё было не так страшно, как кажется, — я попытался ее успокоить.

Она подобрала с пола пиджак, ботинки и подошла ко мне. Очень даже вовремя. Технически уже наступил мой день рождения, и мне не терпелось посмотреть на то, что у меня всё это время так провокационно гремело во внутреннем кармане. Этот грохот сводил меня с ума. И теперь я надеюсь, что она разрешит мне открыть эту таинственную коробочку.

— Я возьму, — прошептал я и протянул руку за пиджаком.

Она посмотрела на меня так, как будто еще не до конца поверила в то, что я здесь. Я крепко обнял ее, чтобы она окончательно поверила в реальность происходящего.

— Кристиан! — ахнула она, и из глаз снова брызнули слезы.

— Тише, — успокаивал я и поцеловал ее волосы. — Знаешь… за несколько секунд настоящего ужаса, перед тем, как я посадил вертолет, все мои мысли были о тебе. Ты — мой талисман, Ана.

— Я думала, что потеряла тебя, — вздохнула она и обняла меня еще крепче.

Как же я воняю. Я больше так не могу, мне срочно нужно в душ.

— Пойдем примем вместе душ, — пробормотал я.

— Давай.

Она смотрела мне в глаза, не желая выпускать из своих крепких объятий.

Моя девочка, так сильно переживала за меня. Для меня это, как бальзам на душу. Я взял ее за подбородок.

— Знаешь, Ана Стил, ты прекрасна даже в слезах, — я наклонился и нежно поцеловал ее. — И у тебя такие мягкие губы, — я снова поцеловал ее, более страстно и она ответила мне с такой же страстью.

— Мне надо повесить пиджак, — проговорил я.

— Брось его, — прошептала она мне в губы.

— Не могу.

Она откинула голову назад и посмотрела на меня в удивлении и это выражение лица, снова заставило меня усмехнуться.

— Вот почему.

Я достал из внутреннего кармана коробочку с ее подарком. Бросил пиджак на спинку дивана, сверху положил коробочку и посмотрел на нее в ожидании.

— Открой ее, — прошептала она.

— Я как раз надеялся, что ты скажешь это, — проворчал я. — Мне безумно любопытно.

Она лукаво усмехнулась.

Я быстро развернул и открыл коробочку. Это брелок. Я сбит с толку. Зачем ей дарить мне брелок с изображением Сиэтла и мигающей на нем надписью «СИЭТЛ». И я из-за этого всё время переживал? Я перевел свой озадаченный взгляд на нее, потому что не мог понять смысл всего этого.

— Переверни его на другую сторону, — прошептала она с робкой улыбкой.

Ее глаза сверкали от какого-то тайного восторга. На другой стороне было еще одно слово. На нем мигало слово «ДА». Это ее ответ на мое предложение! Она говорит «да»! Ведь я так всё понял? Это «да»? Я взглянул на Ану, и по ее счастливой улыбке я понял, что прав.

— Поздравляю с днем рождения, — прошептала она.

— Ты согласна стать моей женой?

Она застенчиво кивнула и покраснела от волнения.

— Скажи мне.

Мне нужно услышать это от нее.

— Да, я согласна стать твоей женой.

Я резко схватил ее в свои объятья и начал кружить на руках, окрыленный. Мы хохотали с ней и выглядели, как по уши влюбленная пара.

Я так счастлив! Я так сильно ее люблю! Господи, она согласилась выйти за меня! Она будет моей женой! Я не верю в то, что это сейчас происходит со мной. Она готова провести со мной остаток своей жизни. Той жизни, которой я мог сегодня запросто лишиться.

Я поставил ее на ноги и страстно поцеловал, врываясь языком в ее рот, и она с такой же страстью мне ответила. Это так возбуждало.

— Ох, Ана! — счастливо вздохнул я в ее губы.

Боже, услышать ее положительный ответ — такое облегчение.

— Я думала, что потеряла тебя, — прошептала она, приходя в себя и восстанавливая дыхание после долгого поцелуя.

— Детка, оторвать меня от тебя не сможет всё зло этого мира, не то что какой-то забарахливший сто тридцать пятый.

— Сто тридцать пятый?

— «Чарли Танго». Это «Еврокоптер 135», самый безопасный в своем классе.

Даже не знаю, что меня больше спасло, мысль о ней или ее подарок. Так стоп, она мне отдала этот подарок перед встречей с Флинном! Черт. Это значит, что я еще в четверг получил ее ответ?

— Подожди-ка. Ты дала мне вот это перед тем, как мы встретились с Флинном, — в ужасе прошептал я, взяв в руку брелок.

Она кивнула, а я был настолько в шоке, что не мог в кучу собрать свои мысли.

— Мне хотелось, чтобы ты знал: что бы ни сказал Флинн, мне это без разницы.

— Значит, весь вчерашний вечер, когда я умолял тебя дать мне ответ, я уже его получил?

Я потрясен. Она снова кивнула. Я уставился на нее в немом изумлении. Не мог поверить в то, что она вчера так издевалась надо мной, зная, что ее ответ уже лежит у меня в кармане.

— А я-то переживал… — прошептал я, а она застенчиво пожала плечами.

— Ох, мисс Стил, не пытайтесь меня перехитрить. Сейчас я хочу… — Наказать тебя за свои вчерашние мучения.

Остановись, Грей. Да что с тобой? Она согласилась стать твоей женой, а не сабой. Не смей больше никогда думать в этом направлении.

Сегодня закрылась дверь в прошлое, теперь я вижу только будущее.

Я провел ладонью по волосам, встряхнул головой, пытаясь избавиться от этой навязчивой идеи, и поменял тактику.

— Не могу поверить, что ты морочила мне голову, — прошептал я.

Думаю, что нам пора освежиться. Ледяной душ будет как раз кстати. Я пристально посмотрел на нее и ухмыльнулся. Представляю, как ей понравится моя идея.

Она в ужасе на меня посмотрела, видимо прочитала в моих глазах, что я кое-что придумал.

— По-моему, я должен вам отплатить за это, мисс Стил, — ласково проговорил я.

Она шокировано попятилась назад. Такая смешная. Неужели думает, что сможет от меня сбежать?

— Ты решила поиграть в догонялки со мной? — прошептал я. — Я всё равно тебя поймаю.

Она мне улыбнулась и прикусила нижнюю губу.

— А еще ты кусаешь губу, — грозно добавил я.

Она отступила еще на шаг, повернулась и побежала, я рванул вслед за ней, мгновенно схватил ее на руки и запрокинул на плечо. Она завизжала от восторга, удивления и ужаса, а я, как настоящий победитель, гордо пошел с ней в направлении моей спальни.

— Кристиан! — прошипела она и внезапно дала мне по заднице.

Ого! Я тут же шлепнул ее в ответ.

— Ай! — вскрикнула она.

Мне нравится эта игра.

— Время принять душ, — торжественно объявил я.

— Пусти меня! — как-то неубедительно возмутилась она.

Сопротивление бесполезно, она это понимала и от бессилия начала хихикать.

— Тебе нравятся эти туфли? — поинтересовался я, распахивая дверь своей ванной.

— Я предпочитаю стоять в них на полу, — ответила она, продолжая смеяться.

— Ваше желание для меня закон, мисс Стил.

Я снял с ее ног туфли и со стуком поставил на кафельный пол. Потом встал перед зеркалом и выгреб всё барахло из своих карманов — сдохший телефон, ключи, бумажник, брелок. Ее аппетитный зад так потрясающе выглядел в зеркале. Потом я повернулся и пошел в душ.

— Кристиан! — вскрикнула она, догадываясь, что я намеревался сейчас сделать.

Я включил холодную воду на максимум. Как же хорошо! Мы стояли под ледяной водой в одежде. Ана завизжала и резко замолкла, видимо вспомнила, что где-то недалеко спал ее неудавшийся кавалер. А мне было наплевать, я даже был бы рад, если бы он нас услышал. Пусть знает, что нам очень хорошо вместе. Ана не сдержалась и расхохоталась. Господи, это самый прекрасный звук на свете.

— Хватит! — визжала она. — Пусти!

И снова ударила меня по заду. Я аккуратно спустил ее вниз. Она медленно скользила по моему мокрому телу. Наша одежда вся промокла. Она смотрела на меня и на ее лице отражалась вся гамма чувств. Я включил горячую воду и улыбнулся ей в ответ. Ее глаза сияли, она выглядела счастливой, а я счастлив, благодаря ей. Я взял ее лицо в ладони, приник к ее губам и нежно поцеловал. Рядом с ней я забывал обо всем. Были только мы и она моя. Без сомнения, мой двадцать восьмой день рождения, оказался лучшим в моей жизни. До этого я ненавидел этот день. Но этот год отличался от остальных. Анастейша сделала его другим. Я до сих пор на седьмом небе от счастья, потому что она согласилась выйти за меня замуж. Ничто не сможет перебить это состояние блаженства.

Мы целовались под каскадами горячей воды, она провела руками по моей рубашке сверху вниз и начала выдергивать полы рубашки из брюк. Я простонал в ее рот от настигшего меня желания, но не оторвал губы от ее рта. Она начала расстегивать рубашку, а я отыскал молнию на ее платье и медленно опустил бегунок вниз. Наш нежный поцелуй резко превратился в страстный. Я начал настойчивей и горячей ее целовать, она отвечала мне с такой же страстью, ее язык вторгался в мой рот, изучая его. Мое тело взорвалось от желания. Ана в порыве страсти порвала на мне рубашку, но ее не удалось снять — мешали запонки.

— Запонки, — пробормотал я и протянул ей запястья. Она быстро сняла их с меня и бросила на пол. За ними последовала мокрая рубашка. Я наблюдал за ней под каскадами воды. Я так сильно ее хочу. Как же она нужна мне. Ее взгляд обжигал, как и сама вода. Она потянулась к ремню, но нет, сначала я хочу посмотреть на тебя, детка. Я взял ее за плечи и повернул спиной к себе. Расстегнул длинную молнию на платье, убрал ее мокрые волосы и провел языком вверх по шее до границы волос, целуя и подсасывая ее кожу. Она простонала, и ее страстный стон напрямую отправился ко мне в пах. Я медленно спустил платье с ее плеч, рук, груди и поцеловал ее в шею под самым ухом. Расстегнул бюстгальтер, сдвинул его ниже, высвобождая грудь и накрывая каждую своими ладонями. Это самая красивая грудь на свете. Она самой правильной формы, которая точно помещалась в мою ладонь.

— Какие красивые! — восхищенно прошептал ей на ухо.

Она наклонила голову, открывая доступ к шее, и выставила грудь вперед, чтобы мне было удобней ее ласкать. И вот ее руки уже ласкали через брюки мой возбужденный член, я резко вздохнул от неожиданности. Ей невозможно сопротивляться. Я выдвинул вперед бедра навстречу ее ласковым рукам. Так приятно. Я продолжил ласкать ее грудь, аккуратно дергая за соски, и они затвердели. Из ее груди вырвался новый стон.

— Да, — прошептал я, снова повернул ее лицом к себе и приник к ее губам. Стащил с нее лифчик, платье и трусы; они упали мокрой грудой на пол ванной рядом с моей рубашкой.

Ана взяла гель для душа, и я понял ее намерения. Но она не торопилась, а взглядом спросила разрешения меня помыть. Она такая милая, любящая, нежная и так трепетно относилась к моей фобии, что до сих пор спрашивала моего разрешения, чтобы прикоснуться к моей запретной зоне. Я мало-помалу учился отпускать свои страхи. Я никогда раньше не испытывал такую радость от того, что делал кого-то счастливым, и я позволю ей сделать счастливым меня. Это просто невероятное ощущение. Ее любовь исцеляла меня. После инцидента с «Чарли Танго» я понял, что жизнь скоротечна, поэтому я должен взять двумя руками то, что она мне давала, а затем вернуть всё и даже больше, потому что она этого заслуживала. Теперь я мог позволить ей к себе прикасаться, и это создавало между нами уникальную связь.

Она ласково мыла верхнюю часть моего торса — подмышки, ребра, медленно спустилась к животу, к полоске волос и остановилась перед поясом брюк. Я понял, что она задумала, но нет. Мы будем играть по моим правилам. У меня с собой не было презервативов, поэтому сейчас мы будем только мыться.

— Моя очередь, — заявил я, вывел нас из-под водяных струй, взял шампунь и нанес на ее волосы. Я втирал шампунь, массировал кожу головы, а ее непослушные пальчики пробирались ко мне за пояс брюк и остановились, когда я начал интенсивно массажировать ее голову. Она закрыла глаза и замычала от блаженства, отдаваясь своим ощущениям. Я рассмеялся, глядя на ее довольное лицо. Ее так легко отвлечь. Она приоткрыла один глаз.

— Нравится? — с улыбкой спросил я.

— М-м-м…

— Мне тоже, — усмехнулся я.

Наклонившись, поцеловал ее в лоб и продолжил расслабляющий массаж.

— Повернись, — скомандовал я.

Она подчинилась, и я обработал ее затылок, а затем промыл ее волосы по всей длине. После этого, снова подвел ее под душ.

— Откинь голову, — спокойно приказал я, и она подчинилась. Люблю, когда она такая послушная. Для нее это редкость. Затем она повернулась.

— Я хочу помыть тебя всего, — прошептала она, расстегивая мои брюки. В ее глазах горел задорный огонек.

Я усмехнулся ее просьбе и поднял руки вверх. Я весь твой, детка, но можно только помыть. Она быстро сняла с меня брюки и трусы, из которых мой возбужденный член, наконец-то, освободился.

— Теперь похоже, что ты рад видеть меня, — игриво сказала она.

— Я всегда рад вас видеть, мисс Стил, — улыбнулся я.

Она намылила губку и продолжила свой маршрут по моей груди, затем медленно двинулась вниз, к животу, по полоске волос, плавно переходящей в волосы на лобке, и, наконец, достигла своей цели — возбужденной плоти. Она уронила губку и начала работать руками. От возбуждения я закрыл глаза, откинул голову назад и невольно простонал. Атмосфера накалилась между нами до предела, хотя я был абсолютно без сил, после всего этого ужасного дня. Но сейчас между нами возникла сумасшедшая сексуальная химия, которая зарядила меня энергией, чтобы взять ее прямо здесь и сейчас. Но я не мог себе этого позволить без презервативов. И тут до меня дошло, что сегодня уже суббота, черт побери! Боже мой, это как дополнительный бонус ко всем сегодняшним событиям!

— Уже суббота! — воскликнул я и схватил ее за талию.

Я прижал ее к себе и начал страстно целовать. Я могу ее взять в душе, теперь могу! Руками я заскользил вниз по ее телу к попке. Мы страстно целовались, а я продолжал ее гладить, дразнить. Я так ее хочу. От страсти во мне всё кипело, отключая мое сознание. Я вставил в нее палец, чтобы проверить, готова ли она меня принять, но можно было этого не делать, она как всегда на высоте.

— Ах-х-х… — она гортанно простонала мне в рот.

— Да-а, — я простонал ей в ответ и поднял ее вверх, подхватив под ягодицы. — Обвей меня ногами, детка.

Она немедленно подчинилась моей команде, держа меня за шею. Я прижал ее к стене душа и замер, глядя на нее. Она закрыла глаза, в ожидании блаженства.

— Открой глаза. Я хочу в них смотреть.

Она открыла глаза и посмотрела на меня огненным взглядом, в котором я тут же утонул. Мое сердце бешено стучало, жаркая и тяжелая кровь пульсировала в теле; меня захватило желание, неодолимое и бешеное желание. Я медленно вошел в нее.

О Господи!

Она сжала мой член плотным кольцом по всей длине. Я закрыл глаза и отдался божественным ощущениям. После всех стрессов прошедшего дня, сейчас это то, что мне было нужно. Не было никаких барьеров, и я мог по-настоящему насладиться нашей близостью. Это ощущение за пределами фантастики. Она издала громкий стон.

Моя… поверить не могу, что она полностью моя.

— Ты моя, Анастейша, — прошептал я.

— Да, навсегда.

Да, детка, навсегда.

Я улыбнулся и резким движением вошел в нее еще глубже, заставляя вскрикнуть. Я получил ее согласие.

— И теперь мы можем объявить об этом всем, потому что ты сказала «да».

Я начал медленно двигаться, чтобы почувствовать каждую ее пульсацию. Мы страстно целовались и ласкали друг друга. Мы сейчас не трахались, мы занимались любовью.

Моя нежная, милая, любимая девочка.

Я оторвался от ее губ и начал покусывать ее щеки, подбородок, спустился ниже по шее и набрал темп. От нее у меня просто сносит крышу. Мы растворялись друг в друге, отдаваясь сладким ощущениям. Я начал толкаться в нее сильнее, быстрее, наполняя ее до краев. Я крепко держал ее, уткнувшись в шею. Она такая сладкая. Я могу безостановочно ею дышать.

Дыши со мной — это мой самый чистый кайф. Она — мой наркотик. Я готов ею дышать до потери пульса.

Наши стоны и вздохи смешались. Она начала пульсировать вокруг моей плоти, и мы взорвались одновременно в умопомрачительном оргазме, улетая куда-то за пределы этой вселенной.

Как же сильно я ее люблю. Я ни за что и никогда ее не отпущу. Я готов ползти за ней по битому стеклу, лишь бы она всегда была рядом.

Мы сползли на пол. Из ее глаз текли слезы, и я целовал их, осушая своими губами, а сверху лилась теплая вода, омывая нас. Она сидела у меня между ног, и я прижимал ее к себе. Я слишком устал, чтобы шевелиться, но нам пора выходить.

— Мои пальчики сморщились от воды, — довольно промурлыкала она, прислонившись к моей груди.

Я поднес ее пальцы к губам и поцеловал каждый по очереди.

— Нам и правда пора выйти из-под душа, — устало ответил я.

— Мне тут хорошо, — сказала она и через секунду рассмеялась.

— Вас что-то забавляет, мисс Стил? — не понимая причину ее смеха, уточнил я.

— Насыщенная получилась неделя.

— Верно, — усмехнулся я, буквально сегодня об этом вспоминал, разговаривая с Рос о тяжелой неделе.

— Я благодарю бога, что вы вернулись целым и невредимым, мистер Грей, — прошептала она, резко став серьезной.

Перед глазами промелькнула самая страшная картинка падения.

— Я страшно перепугался, — признался я.

— Тогда?

Я кивнул, глядя на ее реакцию.

— Так ты всё приуменьшил, чтобы не расстраивать твоих близких?

— Да. Я летел слишком низко, чтобы благополучно посадить вертолет. Но как-то я всё же исхитрился.

— Насколько реальной была опасность? — испуганно спросила она.

— Реальной… Несколько жутких мгновений я думал, что больше никогда тебя не увижу.

Она крепко прижалась ко мне.

— Кристиан, я не представляю своей жизни без тебя. Я люблю тебя так сильно, что меня это даже пугает.

— Меня тоже. Без тебя моя жизнь опустеет. Я очень люблю тебя.

Я еще крепче обнял ее и уткнулся носом в ее волосы.

— Я никуда тебя не отпущу, никогда.

— А я никогда и не уйду от тебя.

Она поцеловала меня в шею. Я наклонился и нежно ее поцеловал в ответ.

— Пойдем. Высушим твои волосы и нам пора в постель. Я уже без сил, да и на тебе словно воду возили.

Она возмущенно вскинула брови от такого сравнения. Я наклонил голову набок и ухмыльнулся.

— Вы с чем-то не согласны, мисс Стил?

В ответ она покачала головой, и мы поднялись на ноги.

Мы сидели на кровати, и я сушил феном ее волосы. Они такие мягкие, так бы и трогал их всё время. Будильник показывал половину третьего ночи. Я отнес фен в ванную, и там зацепился взглядом за брелок, лежащий на столике. Я взял его и отправился обратно в спальню.

— Ты так ловко придумала. Самый лучший подарок ко дню рождения, какой я когда-либо получал.

Она смотрела на меня нежным и теплым взглядом.

— Лучше, чем постер, подписанный Джузеппе ди Натале.

— Я бы сказала тебе раньше, но поскольку впереди был твой день рождения… Что я могу подарить человеку, у которого всё есть? Я и подумала, что подарю тебе… меня.

Я положил брелок на столик и пристроился рядом с ней, обнял и прижал к себе.

— Всё на высшем уровне. Как ты сама.

— Я далека от совершенства, Кристиан, — усмехнувшись, сказала она.

— Вы надо мной смеетесь, мисс Стил?

— Возможно, — хохотнула она. — Можно задать тебе вопрос?

— Конечно, — я щекотал губами ее шею.

— Ты не позвонил, когда возвращался из Портленда. Это действительно из-за Хосе? Ты беспокоился из-за того, что я тут буду наедине с ним?

Вот черт, как она только догадалась? Слова Флинна о ее проницательности были прямо в яблочко.

Она повернулась ко мне лицом и с упреком посмотрела на меня.

— Ты хоть понимаешь, что это смешно? Какой стресс ты устроил своей семье, да и мне тоже? Мы все тебя очень любим.

Я уже понял, что нужно было позвонить, но всё равно для меня было необычно, что за меня, оказывается, беспокоилось столько людей. Признаюсь, что мне это приятно.

— Я и не думал, что вы будете так беспокоиться.

Она скривилась.

— Когда, наконец, до тебя дойдет сквозь твою толстую черепушку, что тебя все любят?

— Толстая черепушка? — я в удивлении захлопал ресницами.

— Да, — кивнула она. — Именно. Крепкая и непробиваемая.

— Я не думаю, что крепость моего черепа превышает крепость других частей моего тела, — улыбаясь сказал я.

— Я серьезно! Хватит меня смешить. Я всё-таки немножко сержусь на тебя, хотя и радуюсь, что ты вернулся целым и невредимым, когда я уже думала… Ну, ты понимаешь, что я думала.

Я нежно провел пальцами по ее щеке.

— Прости меня. Хорошо?

— А твоя бедная мама? Так трогательно было видеть вас вдвоем, — прошептала она.

— Я еще никогда не видел ее плачущей. Да, меня это поразило. Ведь она всегда такая собранная, спокойная. Это было для меня шоком.

— Вот видишь? Все тебя любят, — улыбнулась она. — Может, теперь ты поверишь. — Она приблизилась ко мне и нежно поцеловала. — С днем рождения, Кристиан! Я рада, что ты рядом со мной в этот день. И ты еще не видел, что я приготовила тебе на завтра… э-э… на сегодня, — она лукаво улыбнулась.

Вот это да! Что она еще задумала?

— Что-то еще? — она решила меня добить, пустив новую интригу?

— О да, мистер Грей, но вам придется подождать, пока не наступит удобный момент.

Она снова повернулась ко мне спиной, и я крепко обнял ее, уткнувшись лицом в ее шею.

Вот черт, опять ждать…

Если она так будет делать до конца наших дней, то я умру скорее от инфаркта, чем от старости. Но у меня не осталось сил, чтобы ее пытать, к тому же, как я понял, это бесполезно, поэтому я моментально уплыл в крепкий сон.