Глава 6

Как мы возвращались из леса — об этом должен быть отдельный разговор. Прежде всего, стоя над телом убитого зверя (или как там назвать это непонятное создание), Кром поинтересовался, не чувствую ли я неподалеку присутствие еще одного такого же существа. Услышав отрицательный ответ, протянул мне резиновые перчатки и медицинскую маску (как оказалось, он прихватил их с собой), затем достал из своего вещмешка нечто, оказавшееся большим черным мешком, и покосился на меня.

— Ну, чего стоим, кого ждем и не шевелимся? Надевай перчатки и будем убирать это недоразумение в мешок.

Без сомнений, Кром прав — это гм… существо, разумеется, следует доставить специалистам, чтоб они сказали, с чем мы имеем дело, но одна только мысль о том, что надо прикасаться к этому жутковато-странному созданию, вызывала у меня самое настоящее отторжение.

— Так ведь сейчас темно… — брякнула я едва ли не первое, что пришло мне в голову.

— И что? К тому же у меня при себе фонарик имеется, так что вдвоем эту дивную зверушку как-нибудь в мешок затолкаем, не промахнемся. Или ты предлагаешь оставить убиенное существо здесь?

— Всего лишь до утра…

— Посмотри, сколько крови вокруг… — посоветовал Кром. — Можно сказать, что ею залито все вокруг. Уж не думаешь ли ты, что эта тварь целехонькой до утра долежит? Даже не знаю, что можно сказать о такой наивности! Должен напомнить тебе, что вокруг нас самый настоящий лес с хищным зверьем, а не столичный лесопарк, где гуляют с декоративными собачками. К рассвету от этого существа только голова останется, да, может, обгрызенная пара лап. Так что хватит придумывать отговорки, давай делом заниматься.

Делать нечего, пришлось натягивать перчатки и надевать маску, а затем, преодолевая брезгливость пополам со страхом (а заодно и тошноту), помогать Крому засовывать это непонятное существо в мешок. Надо сказать, что ранее таких мешков я не видела — он застегивался на нечто, отдаленно напоминающее молнию, и было понятно, что легко этот мешок не раскрыть. Хм, стоит отметить, что у комитета по исследованиям природных явлений имеется очень специфический инвентарь.

К счастью, мне не пришлось тащить это существо на своей спине — Кром взвалил мешок себе на плечо, а мне велел идти вперед, ориентируясь по навигатору, и освещая путь фонариком. Дорога мне показалась невероятно длинной, и когда мы, наконец-то, добрались до поселка, а затем и до дома старосты, то у меня от усталости подкашивались ноги. Что же касается Крома, то глядя на его спокойное лицо, и не подумаешь, что человеку тяжело, хотя мешок был достаточно весомым.

Староста не спал, во всяком случае, услышав, как залаяла его собака, он вышел на крыльцо. Посмотрев на нас, а заодно и на мешок, он спросил:

— Сумели завалить?

— Да… — кивнул Кром.

— Глянуть бы на него не помешало.

— Не стоит… — покачал головой Кром. — Поверьте на слово — вы такую тварь раньше никогда не видели, да и вряд ли увидите в будущем.

— А если все же увидим?

— Не думаю.

— Хорошо, если так.

— Это существо надо отсюда увезти… — ушел от ответа Кром. — Нечего всякой дряни тут оставаться, пусть ученые разбираются, что это за создание такое непонятное, а пока что надо бы его куда-то в укромный уголок положить. Найдется такое?

— Старый дом на отшибе стоит, там погреб глубокий, и засов на крышке крепкий.

— Сойдет… — кивнул головой Кром. — Покажите, куда идти, а об остальном поговорим завтра.

Я думала, что после всего случившегося не смогу уснуть, но, как это ни странно, оказавшись в той комнатке, где ранее жила Светлана, я прилегла на кровать, и почти сразу же уснула, причем спала без снов.

Разбудил меня солнечный луч, и, глядя на старые ходики, висящие на стене, я поняла, что уже утро. За стеной разговаривали мужчины, и, судя по голосам, там собралось едва ли не все население поселка. Похоже, разговор уже подходил к концу, так что я особо не прислушивалась, о чем беседуют мужчины. Вскоре все ушли, и только тогда я вышла, чтоб умыться, и натолкнулась на старосту.

— Как спалось?.. — поинтересовался он.

— Замечательно!.. — искренне сказала я.

— Вот и хорошо… — кивнул головой староста. — Садись за стол, я сейчас молоко принесу — ты в своем городе такого не пила.

— Откуда молоко? Я у вас в поселке ни одной коровы не видела!

— Зато козы имеются в каждом дворе… — улыбнулся староста. — Мы их в последние дни со дворов не выпускали — просто опаску имели, а сейчас можно и на поле вывести.

— А как вам тут живется?.. — спросила я, пробуя молоко, которое имело чуть необычный привкус. — Не скучно?

— Скучать некогда… — отмахнулся староста. — У нас тут столько дел, что только успевай поворачиваться. Что касается вашего города… Был я там, причем не раз, и как вы там живете — в толк взять не могу! Душно, шумно, местами от людей не протолкнуться, да и воздух не такой… А здесь — совсем иное дело, так что никуда я отсюда не поеду! Можно бы жить и радоваться, да вот только не всегда это получается…

— Что вы имеете в виду?

— Да всякое…

Крома я встретила на улице — он шел от реки, и при виде меня, к счастью, не стал проявлять недовольство. Что ж, уже неплохо.

— Как дела?.. — спросила я, особо не рассчитывая на ответ.

— Повезло, связь была, хотя и паршивенькая… — отозвался тот. — Сказали, что через день-два пришлют сюда катер — надо забрать то чудо-юдо, что мы завалили. Кстати, хотел сказать, что ты молодец. Когда эта тварь ночью к тебе подошла, то я всерьез опасался, что ты закричишь и со всех ног кинешься прочь, а ведь я стрелять собрался, и в темноте вполне мог тебя задеть.

Даже не ожидала, что мне будет так приятна эта похвала, и, чуть смутившись, заговорила о другом.

— А что с Котом?

— Сказали, что все в порядке. Правда, в подробности посвящать не стали.

— И что сейчас? Будем ждать, когда сюда придет катер?

— Ты — да.

— А ты?

— Возможно, мне придется отправиться еще кое-куда.

— Это что, очередной секрет, о котором мне знать не стоит? Не беспокойся, не проговорюсь — я и без того уже подписала несколько бумаг о неразглашении.

— Я пока что ничего определенного сказать не могу, но могу лишь посоветовать тебе вернуться назад на том катере, который придет сюда через день-два.

Так, если мне придется вернуться назад, на катере, который пришлют сюда для того, чтоб забрать это непонятное существо, то, скорей всего, я должна буду отправиться домой, где меня ждет донельзя разъяренная бабушка, подготовка к скорой свадьбе и жених, который, несмотря ни на что, все еще стремиться стать моим законным супругом. Правда, мое мнение по этому вопросу ни бабушку, ни Игоря не интересует, и они сплотились против меня единым фронтом. Бррр!

Похоже, красавец не желает отказываться от своих планов, и причина этому, скорей всего, элементарна: для карьерного роста в той крупной фирме, где он работает, необходимо быть семейным человеком, причем (что желательно) жена должна соответствовать статусу мужа. Естественно, Зинаида на эту роль никак не подходит — подобное даже не обсуждается, а вот я — совсем иное дело: из уважаемой семьи, дед академик, хорошая репутация, да и приданое неплохое… Возможно, исходя из амбиций красавца я не самый лучший вариант для жизни (пожалуй, он предпочел бы золотую рыбку размером покрупнее и с более мягким характером), но, тем не менее, по большому счету, я отвечаю почти всем его требованиям. К тому же недавно Игорь упоминал о том, что двое из руководства фирмы собираются отойти от дел, и потому там скоро начнутся перестановки, и у него есть очень неплохие перспективы повышения — не просто же так он пригласил на нашу свадьбу едва ли не все руководство фирмы… Тут, как говорится, к бабке не ходи, чтоб понять — так просто от меня красавец не отстанет. Если я сейчас вернусь в столицу, то не знаю, каким именно образом, но Игорь с моей дорогой бабушкой все же сумеют затолкать меня под венец, а это значит, что домой мне пока что возвращаться никак нельзя.

Итак, что можно сказать о той ситуации, в которой я нахожусь? Конечно, сейчас я забралась очень далеко от столицы, можно сказать — забилась в глушь, да к тому же добровольно приняла участие в очень опасном деле, но уж лучше быть здесь, чем находиться рядом с тем красавцем, на которого я без отвращения смотреть не могу. В общем, хочется мне того, или нет, но надо сделать все, чтоб задержаться здесь на какое-то время, во всяком случае, чтоб до бабушки и Игоря наконец-то дошло — никакой свадьбы не будет, и я не желаю идти у них на поводу.

Итак, решено: мне надо как-то изловчиться и попытаться остаться здесь, и для начала неплохо бы наладить дружеские отношения с Кромом — этот человек словно держится от меня на расстоянии, и относится ко мне пусть и без неприязни, но и без малейших признаков симпатии.

— Ждешь сеанса очередной связи с начальством?.. — поинтересовалась я у Крома.

— Да… — буркнул тот, не желая впадать в подробности.

— И все же что у тебя в планах? Если я правильно поняла, ты собираешься отправиться куда-то еще? Не сочти за навязчивость, но все же я могу тебе пригодиться…

— Звучит двусмысленно… — хмыкнул Кром.

— Ты прекрасно понял, что именно я имела в виду.

— Я уж как-нибудь сам — привык, знаешь ли, полагаться только на себя.

— Но…

— Слушай… — нахмурился тот. — Я ничего не имею против тебя, но, не в обиду будет сказано, уж очень ты надоедливая.

— Может быть… — не стала спорить я. — Просто Илья Сергеевич сказал, что я могу вам помочь, и только потому…

— Все, проехали!.. — поднял руку Кром. — Каждый из нас остается при своем мнении. А сейчас надо бы еще разок пройтись по лесу — может, мы там что упустили. Да и здешний староста просил осмотреться — опасается, нет ли рядом еще такой же хищной твари.

Утром, при свете солнца, лес выглядел совсем иным, и ходить по нему было одно удовольствие. Лес, пронизанный солнечными лучами — это нечто бесподобное! По нему надо ходить и отдыхать душой…

Впрочем, у Крома на уме сейчас не было намерений любоваться окружающим миром — он направлялся к тому месту, где ночью сумел расправиться с тем непонятным созданием. Навигатор не подвел, и очень скоро мы оказались на месте ночной схватки. Затоптанная трава, сплошные темные пятна на примятом зеленом мху, сломанные ветки… Тут и без пояснений ясно, что здесь произошло что-то вроде схватки.

Еще раз осмотрелась по сторонам. Все верно: ночью я лежала вот здесь, на зеленом мху, и то существо вначале подобралось ко мне, а затем, после выстрелов Крома, упало замертво шагах в десяти от меня… От воспоминаний меня невольно передернуло. К тому же место, где мы сейчас находимся, смотрелось несколько мрачновато — высокие ели, стоящие рядом, отбрасывали густую тень, и почему-то хотелось отойти отсюда подальше.

— Что скажешь?.. — повернулся ко мне Кром.

— Не знаю, что ты имеешь в виду… — вздохнула я. — Но если хочешь знать мое мнение, то думаю, что эта тварь спустилась с одной из этих высоких елок.

— Согласен… — Кром скинул на землю свой рюкзак. — Стой здесь, не отходи, я пока осмотрюсь.

Вообще-то у меня и намерений не было уходить отсюда, и уж тем более в одиночку, так что я лишь кивнула в ответ. Кром же обошел все вокруг, осматриваясь и изучая следы на земле, потом приблизился к елям, стал рассматривать их стволы… Впрочем, очень скоро мое внимание привлекла белка, которая сидела на высокой сосне, стоящей неподалеку и с любопытством смотрела на нас. Кажется, зверек нас нисколько не боялся и с любопытством наблюдал за людьми.

— Мне тоже белки нравятся… — произнес Кром, который неслышно подошел ко мне.

— Ой, ты меня испугал!.. — вырвалось у меня.

— А в лесу не надо зевать… — хмыкнул тот. — И отвлекаться не стоит.

— Ты что-то нашел?.. — поинтересовалась я, чтоб скрыть свою неловкость.

— Особо ничего не нашел, просто кое-что уяснил для себя.

— Если не секрет, то, что именно?

— Пожалуй, можно кое-что сказать. Это существо — оно сидело вон на той ели… — Кром кивнул головой в сторону. — Позже стало спускаться к нам. Как именно оно это делало — не скажу, на мой взгляд, это создание проскальзыванием между ветвей, подобно ласке, и при этом зверь (или как его там правильно назвать) придерживался лапой за ствол дерева — я кое-где обнаружил небольшие свежие царапины на стволе. А еще сегодняшней ночью мне показалось, что это существо по земле движется несколько тяжеловато — похоже, что это несуразное создание предпочитает обитать среди ветвей, потому и выбирает только высокие деревья — так безопасней. Думаю, что оно может перескакивать с ветки на ветку, как обезьяна, тем более что его лапы хорошо для этого подходят. Но все время обитать на дереве не станешь, частенько приходится спускаться на землю — все же вес у этого создания немалый, и не на каждое дерево можно прыгать…

Мне невольно вспомнился наш остановившийся туристический автобус, и те двое мужчин, что попали под влияние этого существа… Так и есть: рядом с тем местом, и верно, росло несколько очень высоких деревьев, и я ощущала что страх, который меня так пугал, шел именно с вершины одного из этих деревьев…

— Но ведь он, этот зверь, весит немало, и под его весом дерево должно наклониться, а мы ничего такого не заметили!

— Тут все просто: у этого существа мягкое тело, чем-то напоминающее гусеницу (хотя при этом его кожа невероятно плотная), и оно просто обхватывает ствол кольцом. Если ветки густые, то ничего особенного и не заметишь… И потом, идя по лесу, вряд ли будешь часто смотреть на вершины деревьев — каждый предпочитает глядеть себе под ноги. А еще предполагаю, что оно способно мимикрировать, сливаться с окружающей средой.

— Как думаешь, почему эта тварь на нас вчера днем не напала?

— Могу только предположить, что существо, с которым мы столкнулись, предпочитает вести ночной образ жизни, и, естественно, охотиться по ночам. Днем оно, скорей всего, просто-напросто отсыпается, и именно оттого при дневном свете ты его так плохо ощущаешь. Склонен считать, что это существо не любит солнце, а вчера был солнечный день. Не спорю — оно, разумеется, и днем нападает, и пример тому — пропажи здешних жителей. Хотя я расспросил обитателей поселка, и оказалось, что все пропавшие ушли в лес во второй половине дня, причем или в дождливую, или в ненастную погоду. Кстати, ты, похоже, ранее уже сталкивалась с тем чудищем?

— Было дело…

Не знаю почему, но я решила рассказать Крому о том, что случилось на лесной дороге, когда сломался наш автобус. Тот выслушал меня, задал кое-какие вопросы, а потом сделал вывод:

— Н-да, вам не повезло — надо же было такому случиться, что ваш автобус сломался рядом с местом, где пряталась эта тварь. Впрочем, в жизни бывают еще и не такие случайности. Той дорогой, как ты сказала, пользуются постольку — поскольку, но все же найти себе жертву шанс есть, да и мало ли людей пропадает бесследно. Вот и в вашем случае двух людей то существо подмяло под себя без проблем, только вот с тобой возникли сложности. Правда, потом из автобуса вышло слишком много людей, и этому созданию поневоле пришлось отступить — не стоит привлекать к себе внимание, да и с большой толпой вряд ли можно справиться. Тем не менее, оно, похоже, все еще надеялось на то, что еще хоть кто-то пойдет в лес, ждало добычу…

— Думаешь, оно настолько разумно?

— Это пока только моя теория, и о степени разумности судить сложно.

— Меня удивило другое… — вздохнула я. — Я была просто поражена той силой, с какой тот мешок с головой и лапами умудряется воздействовать на людей. Конечно, я не зоолог, но ранее ни о чем подобном не слышала.

— Согласен.

— Как думаешь, откуда взялось это существо?

— Предпочитаю не гадать на кофейной гуще… — мужчина уклонился от ответа.

— Знаешь, я все еще в растерянности — стоит только вспомнить голову этого… монстра, вернее, его рот, или как там называется эта длинная костяная трубка… Кстати, я видела, что ты ее осматривал перед тем, как сунуть это существо в мешок. Ты заметил там что-то странное?

— Там все странное… — проворчал Кром.

— И какие же ассоциации у тебя вызывает голова этого создания?

— Скажем так — весьма своеобразные.

— Поподробнее можно? У меня складывается впечатление, что ты делаешь все, лишь бы не отвечать на мои вопросы.

— А ты, вроде, говорила о том, что то ли аналитик, то ли статистик… — усмехнулся Кром. — Вот и скажи мне, что думаешь насчет этой дивной зверюшки.

Вообще-то я уже обдумала этот вопрос, только вот вывод, к которому пришла, как-то не особо укладывался в привычную и строгую картину мира.

— Смеяться не будешь?.. — спросила я.

— Да сейчас вроде как не до шуток, да и к юмору я не особо склонен.

— Ладно… — вздохнула я. — Видишь ли, я особо не разбираюсь в зоологии, но кое-что из школьной программы помню. Так вот, если мне память не изменяет, то в среднем у взрослого человека (в зависимости от роста и комплекции) где-то от четырех до пяти литров крови. Сегодня ночью, когда ты пристрелил это существо, все вокруг было залито кровью. Уж не знаю, человеческая это была кровь, или звериная, но ее было очень, очень много. Конечно, дело происходило в темноте, при свете фонарика многое рассмотреть я не могла, но, тем не менее, я абсолютно уверена, что здесь пролилось много больше пяти литров крови, во всяком случае, увиденное значительно превышало это количество.

— Дальше.

— В этом существе не должно быть столько крови… — продолжила я. — А это значит, что убиенная тварь высасывает кровь из своих жертв (которых перед этим оглушает и лишает сознания), и скапливает нее в себе. Кстати, когда мы засовывали эту тварь в мешок, кровь в ней еще оставалась, хотя к тому времени ее уже вылилось более чем достаточно. Я видела, как из тела того существа вытекала кровь, только вот это было не похоже на то, что кровь идет не из вен и артерий, а выглядело так, будто кровь вытекает из… , ну, скажем, некой емкости, в которой она находилась ранее. Да и само строение тела убиенной твари больше смахивало на мешок для хранения некой жидкой субстанции. Скорей всего это существо питается кровью, которую добыло у своих жертв.

— Интересно… — кивнул Кром. — Что еще?

— Теперь поговорим о той костяной трубке, что расположена на том месте, где должен быть рот. Если ее вскрыть, то не удивлюсь, если окажется, что внутри находится что-то вроде длиной полой иглы, при помощи которой тварь и высасывает кровь из жертвы. Тоже мне, вампир недоделанный! Единственное, что меня смущает, так это то, что кровь, вытекшая из этого существа, на первый взгляд была свежей, такой, какая была бы у любого человека, если бы у него полилась кровь из полученной раны. Конечно, чтоб утверждать подобное, нужно сделать соответствующий анализ крови, но чего нет — того нет. Однако если эта тварь питается кровью, то эта самая кровь в любом случае должна подвергаться изменению, оказавшись в чужом теле, но этого не происходит. Предполагаю, что это существо каким-то образом умудряется сохранить добытую кровь в, скажем так, свежем состоянии, хотя я не знаю, как это возможно. Как вариант, могу предположить, что организм убиенного чудища вырабатывает для этого некие вещества… Впрочем, я не специалист в этом вопросе, так что ничего определенного сказать не могу.

— И какой же из всего этого вывод?

— Тут все неопределенно, и если отбросить в сторону ненужные эмоции… — подосадовала я. — Мы столкнулись или с неким существом, доселе неизведанным науке, или гм… это нечто из числа того, что называют инопланетным. Ко второму варианту я отношусь с определенной долей скептицизма, хотя если исходить из него, то это объясняет многое, но далеко не все. Что скажешь?

— Приемлемо… — пожал плечами Кром.

— И это все?.. — от такой оценки я даже немного растерялась, все же рассчитывала на более развернутый ответ. А я-то так старалась, так распиналась! Даже обидно немного…

— Скажем так: во многом я с тобой согласен… — Кром огляделся по сторонам. — Давай-ка еще раз пройдемся по лесу — вдруг где-то неподалеку притаился такой же зверь, хотя подобное маловероятно. На мой взгляд, это существо относится к одиночкам.

— Почему ты так считаешь?

— Долго объяснять.

Нет, ну как вам это нравится? Просто зла не хватает! Очень бы хотелось сказать этому немногословному типу пару ласковых, но сдержалась — все равно ничего не изменится, а ругаться сейчас ну никак не хочется!

По лесу мы ходили еще долго, но, к счастью, более никакого стороннего присутствия не обнаружили. Ну и хорошо, меньше хлопот на будущее.

Назад в поселок мы отправились лишь во второй половине дня. К тому времени я устала настолько, что еле передвигала ноги, и мне очень хотелось попросить своего спутника о небольшом отдыхе, но каким-то образом я все же сдержалась — уж очень не хотелось показывать свою слабость перед этим человеком. Кром шел рядом, и, казалось бы, не обращал на меня никакого внимания, но когда мы направились назад, и я поняла, что в моей фляжке кончилась вода — тогда мужчина молча достал свою фляжку и протянул мне.

— Спасибо… — сказала я, сделав несколько глотков.

— Не за что… — буркнул тот в ответ.

Да уж, особо любезным человеком его точно не назовешь. А еще я надеюсь на то, что он не относится к числу женоненавистников — сталкивалась уже с ними, и впечатления от общения с этими людьми у меня остались далеко не самые лучшие.

Немногим позже, когда мы вышли из леса и пошли по направлению к поселку, я спросила у мужчины:

— Тебя называют Кром. Я так понимаю, что это нечто вроде э-э… позывного…

— Можно и так сказать… — неохотно уронил тот.

— Так ты родом из Пскова?.. — поинтересовалась я.

— С чего ты это решила?.. — удивился молодой человек.

— У меня на работе коллега из того города, много о нем рассказывал, в том числе и про то, что Псковский Кром (или Кремль) — это архитектурный центр Пскова, центр Псковской крепости. Вот я и подумала…

— К тому славному городу я не имею никакого отношения… — чуть усмехнулся мужчина. — А вот ты — это наглядный пример того, что женское любопытство неистребимо.

— Я же просто спросила! Не понимаю, что в этом плохого!

— Ладно, не обижайся… — в голосе молодого человека проскользнули извиняющиеся нотки. — А что касается твоего вопроса… Просто я в детстве любил книги про Конана-киммерийца — есть такой персонаж в мире фэнтези…

— Про него, кажется, снято несколько голливудских фильмов.

— Да, но я предпочитал не фильмы, а книги про этого героя, тем более их написано более чем достаточно. В свое время я прочел все, что мог найти. Так вот, там неоднократно упоминается Кром — глава пантеона богов Киммерии, персонаж суровый и достаточно жесткий. В том сказочном мире имя этого бога принято упоминать только в клятвах и проклятиях — Кром ничего не дает людям, зато при рождении наделяет каждого храбростью и силой. Мне отчего-то очень нравилось, когда герой, то бишь этот самый Конан, говорил что-то вроде того «Во имя Крома» или «Клянусь Кромом» и тому подобное. Позже я и сам иногда стал говорить это вслух, и имя Кром как-то само собой ко мне прилепилось, едва ли не все родные и знакомые стали называть меня только так.

— Я никогда не читала ни про Киммерию, ни про Конана… — покачала я головой. Не станешь же объяснять человеку, что в нашем доме признавались только классические произведения литературы, и ничего иного. Помнится, уже учась в университете, я как-то купила несколько женских любовных романов в ярких обложках — слышала, как моя однокурсница советовала подругам их почитать — мол, вам понравятся! Увы, прочесть хоть одну из этих книг я не успела — дело в том, что они были спрятаны в моем столе, а бабушка — чего там скрывать! Частенько устраивала самый настоящий обыск в моей комнате, объясняя подобное заботой обо мне. Найденные книги привели бабушку едва ли не в шок — дескать, я делаю все, чтоб вырастить из тебя достойного человека, а ты увлекаешься пошлыми бульварными изданиями, вызывающими оторопь у каждого культурного человека!.. Какой позор, хорошо, что дедушка до этого не дожил!.. Да у нас в квартире целая комната отведена под библиотеку — бери любую! А ты считаешь, что этих книг, написанных признанными мастерами пера, тебе недостаточно, раз предпочитаешь им такую пошлость?! В итоге женские романы были отправлены в мусорный контейнер, а бабушка еще долго, как говорится, выносила мне мозг, упрекая за нездоровый интерес к литературным изданиям низкого пошиба.

— Это неудивительно, что ты ничего из той серии не читала… — продолжал Кром. — Книги про героев, храбро преодолевающие бесчисленных врагов, больше интересуют парней, а не девушек. И потом, всему свое время. Я недавно решил перечитать кое-какие из тех книг про Конана, которые ранее мне очень нравились. Ну, что сказать… Детский восторг остался в прошлом, герои оказались скучноваты, кое-какие их поступки нелогичны, и книги я не читал, а, скорее, пролистывал без особого интереса.

— А по-настоящему как тебя звать?

— Только ради того, чтоб ты перестала меня о этом спрашивать… Разрешите представиться — Александр.

— Очень приятно. Можно еще вопрос?

— Что с тобой поделаешь, спрашивай.

— Ты ведь еще что-то ищешь, верно? Это я больше смотрю на вершины деревьев, а ты глядишь на землю.

— Верно… — кажется, Кром решил, что лучше ответить на мои вопросы — может, потом я от него отстану. — Я все думаю о том исчезнувшем мужчине, муже Светланы. Он явно не ушел далеко в лес, может, удастся отыскать его следы…

— Или тело?

— Ну да.

— Так ведь пропало уже немало людей, и никого не нашли, хотя, без сомнений, искали со всем старанием.

— Все так, но после последнего случая времени прошло немного, так что микроскопический шанс отыскать пропавшего все же имеется. Катер сюда придет послезавтра, так что день на поиски у нас есть.

— И где будем искать?

— Надо прочесать тот район, где мы уложили то чудо-юдо, или как там правильно назвать это недоразумение. Что-то мне подсказывает, что искать следует именно там, причем прежде всего надо постараться исследовать места, где находится высокий ельник — скорей всего, того беднягу поймали именно там.

— Найти что-то в лесу — это как иголку в стоге сена.

— Попытаться все же стоит…

Так, разговаривая, мы добрались до поселка. При виде старосты, который нас там встретил, Кром лишь отрицательно покачал головой — мол, ничего опасного мы не нашли, но не сомневайтесь, посмотрим еще и завтра. Кажется, подобное старосту вполне устраивало.

На следующий день мы с рассвета вновь ходили по лесу. Через несколько часов я уже устала от бесполезных хождений, и мечтала лишь о том, чтоб поскорей покинуть лес и отдохнуть. Да еще и комары с мошкой дают о себе знать, даже реппелент не очень-то помогает! Зато Кром, кажется, и усталости не знает!

День уже перевалил на свою вторую половину, когда нам повезло, хотя это еще как сказать. Кром, неторопливо идущий впереди, остановился, а затем повернулся ко мне.

— Постой пока на месте.

— Что случилось?

— Сейчас посмотрим…

Вынув из чехла нож, Кром сделал несколько шагов вперед, присел и стал тыкать ножом в землю.

— Мягкая…

— Ты о чем?

— А ты разве ничего не замечаешь? Такое впечатление, что здесь земля будто перепахана. Конечно, прошедший дождь уже сделал свое дело, сравнял землю, но, тем не менее, это место немного выделяется… Сейчас посмотрим.

Мне было стыдно стоять и смотреть на то, как ловко Кром управляется с ножом, рыхля лесную землю и откидывая ее в сторону, а потому я присоединилась к нему. Впрочем, очень скоро я убрала свой нож — в этом деле толку от меня было немного, и потому я только отгребала землю, которую рыхлил молодой человек. Впрочем, очень долго копаться не пришлось — вскоре, откинув в сторону очередную пригоршню земли, я увидела в земле серую ткань.

— Кром… — прошептала я. — Тут…

— Вижу… — огрызнулся тот. — Давай работай дальше.

Это ему легко сказать — работай, а я раньше никогда не раскапывала захоронения. Очень хотелось бросить все и отойти подальше, но пришлось делать вид, что мне все нипочем, и вновь разгребать лесную землю. Уже было ясно, что перед нами находится тело мужчины, которого некто похоронил в наспех вырытой яме, причем разложение уже началось. Я долго сдерживалась, то в один далеко не прекрасный момент все же не выдержала — вскочила, отбежала в сторону, и меня едва не стошнило. Зато Крому, кажется, все было нипочем — полностью раскопав тело, он его осмотрел, затем достал из рюкзака темный мешок.

— Ника, требуется твоя помощь… — произнес он. — Мне одному сложно справиться, так что если сможешь, то помоги.

Хорошо еще, что не напомнил о том, как я недавно обещала ему свою помощь и содействие. Делать нечего, пришлось делать вид, что я не вижу в происходящем ничего странного, и готова приложить все усилия, чтоб оказать Крому всемерное содействие. Надо сказать, что укладывать расползающееся тело в мешок, да потом еще и помогать нести его — это, скажу я вам, занятие не для слабонервных. Еще совсем недавно я даже представить себе не могла, что придется заниматься чем-то подобным, но ничего, пока что держусь. Впрочем, мне некого винить, кроме себя — сама вызвалась помочь Крому, хотя в такой ситуации даже Игорь не кажется уж очень отвратительным. Так невольно и подумаешь о том, что неплохо бы вернуться домой, однако стоит вспомнить о том, что меня ждет дома по возвращении… Нет, я уж лучше здесь побуду.

Как мы добирались до поселка со своим грузом — об этом не хочется вспоминать, достаточно упомянуть, что последние полчаса я просто отключилась и шла можно сказать, на автопилоте. Ну, а в поселке мы отнесли тело погибшего мужчины туда же, где находится мешок с останками зверя, и пока Кром разговаривал со старостой, я направилась к реке — мне хотелось как следует умыться, чтоб смыть с себя неприятный запах от разлагающегося тела. Пусть темный мешок был плотным, и сквозь него наверняка не проникали запахи, но я никак не могла отделаться от впечатления, что вся моя одежда пропитана гнилостным духом.

Долго умывалась в реке, а затем пошла на причал, и уселась там, чувствуя, как меня обдувает ветерок. Я ни о чем не думала, просто отдыхала, глядя на реку, и чувствуя, как понемногу отступает усталость. Голубое небо с белыми облаками, теплое летнее солнце, несколько раз подле причала в воде плескала рыба, и я смотрела, как расходятся круги на воде…

Я настолько отключилась от окружающего мира, что заметила Крома только тогда, когда он уселся рядом со мной. Немного помолчав, мужчина спросил:

— О чем думаем?

— О печальном.

— А конкретнее?

— Если бы моя бабушка знала о том, чем я тут занимаюсь, то вызвала бы психушку.

— Для себя?.. — хмыкнул Кром.

— Увы, для меня. Она, кажется, и без того считает, что в последнее время у меня непорядки с головой, а уж если ей хотя бы намекнуть о том, что я делала сегодня… Думаю, крепкий дом с симпатичными решеточками на окнах мне был бы обеспечен.

— Я разговаривал со старостой, и, естественно, пригласил его на опознание. Все верно — это муж Светланы. Жаль, конечно, но тут уж ничего не поделаешь.

— Отчего он умер?

— Ну, так сразу не скажешь, но я бы предположил, что от обескровливания. Там на теле еще есть раны, но, скорей всего, они уже получены после смерти.

— Ты что, медик?.. — удивилась я.

— Нет, я по профессии зоолог, так что кое в чем разбираюсь.

— А я думала, что ты военнослужащий, или кто-то вроде того.

— Одно другому не мешает.

— А как ты оказался в этом самом комитете по исследованию природных явлений?

— Так фишка легла, да и ты не занимаешься здесь статистикой… — Кром достал из кармана плоскую фляжку, отвинтил крышечку и протянул фляжку мне. — Глотни.

— Что это?.. — я взяла фляжку и почувствовала, что из нее пахнет спиртным.

— Коньяк.

— Да вы, мсье, эстет… — и поражаясь самой себе, я глотнула обжигающий напиток, закашлялась, но сделала еще небольшой глоток. Итак, подведем итог сегодняшнего дня: я в компании малознакомого мужчины, на старом деревенском причале, пью не дорогое вино с тонким вкусом, а глушу коньяк без закуски… Красота! Самое удивительное в том, что я не нахожу в этом чего-то предосудительного. Интересно, что бы обо всем сказала бабушка? Впрочем, этого лучше не знать.

— Дело в другом… — Кром отобрал у меня фляжку и сам глотнул из горлышка. — После сегодняшнего тебе надо немного придти в себя, так что немного коньяка не повредит. Кроме того, не помешает помянуть память хорошего человека, во всяком случае, поселковые жители о погибшем говорят только хорошее. И потом, его хотя бы похоронят по-человечески, и семье будет куда приходить на поминки.

— Это верно.

— Должен сказать, что ты молодец. Я, грешным делом, думал о тебе несколько иначе. Что ж, это приятное разочарование.

— Спасибо… — я взяла у Крома фляжку, сделала еще один маленький глоток, и вернула фляжку назад. Что ни говори, но Кром прав — от нескольких глотков коньяка я почувствовала, что напряжение последних часов меня отпускает, и мне становится легче.

Завтра сюда придет катер… Интересно, меня отправят домой или нет? А впрочем, нет смысла понапрасну думать об этом, разберемся по ходу дела…

Загрузка...