Идеальный грешник

Глава 24

В кабинете они заперлись втроем. Девочка увязалась следом, пусть Марсель и настойчиво отправлял ее к родителям и гостям. Упрямая, блин!

Марс стоял у окна. Мир замер перед отцовским рабочим столом. А Жасмин присела в кресло ровно в центре комнаты.

Марсу не понравилось это. Слишком далеко она от него. Будто между ним и близнецом, будто все еще думает, кого выбрать.

А у него в мозгах — волна противоречий. Да хрена с два он даст ей выбор! Его она, его малышка, его девочка, его крошка Жасмин!

Но что-то все равно бередило душу.

Кто он? Чертов скандалист и неудачник с хреновым прошлым и отстойной биографией. Чего только нет в списке его подвигов.

А Мирослав — отличная партия. В самый раз для хорошеньких домашних девочек вроде Жасмин.

Марсель не сводил взгляда с брата. Мир отвечал тем же.

Марс плохо понимал, о чем близнец думает сейчас. У него не было сомнений, что Мир так же по самые уши влюбился в эту малышку. В нее просто невозможно не влюбиться, уж он-то знает! Сам вляпался так, что дышать больно.

— Жасмин, иди к гостям, — настойчиво проговорил Мирослав. А малышка вдруг поднялась на ноги и даже сделала пару шагов в сторону двери.

Марса это задело, сильно. Его она, значит, не послушалась. А Мир одну фразу сказал, и уже побежала?!

— Нехрен приказывать ей! Она не твоя игрушка! — воинственно рявкнул Марсель.

— А чья? Твоя? — прищурился Мирослав.

Марс понял, что сейчас они с братом впервые по-настоящему подерутся.

— Стоп! Стойте! Я не хочу, чтобы вы из-за меня ругались, а тем более дрались! — громко произнесла Жасмин, вскинув руки так, будто пыталась с двух сторон тормознуть сход лавин. — Нам не нужны скандалы! И потом, вы ведь братья!

Марс хмыкнул, а Мир вскинул брови.

— Если вы начнете драку, то я... я... я сбегу из дома! Ясно?! Вы никогда меня больше не увидите. Если причина ссоры во мне, значит, я просто исчезну! — на нервах затараторила малышка.

Марсель не стал говорить, что он ее даже на краю света отыщет и залюбит. Сейчас главное утрясти с Миром. Да и по факту, не было между братом и Жас ничего серьезного. Не любила его малышка, а любила бы — так легко не сдалась бы Марсу.

Ну а брат... Ничего, переживет, он же не нежная барышня.

— Ну куда ты исчезнешь, малышка? — негромко произнес Марс, — Мы же все решили с тобой.

— Это ты решил! Ты! А я... Мне рано замуж! — вспыхнула Жасмин, а Мирослав с удивлением взглянул на кольцо, то самое, которое красовалось на тонком пальце Жас, подаренное Марсом.

— И даже так? — задумчиво произнес Мирослав, убирая руки в карманы брюк.

Марсель скопировал жест брата. Молчал. Смотрел в глаза — точную копию своих. И ждал.

— Именно, — наконец, кивнул Марс.

— Марсель, пожалуйста! — вдруг взмолилась Жасмин, — Дай нам пару минут? Я все расскажу, обещаю.

— С ним? Нет, — мотнул головой Марс, не собираясь двигаться с места.

— Детка, я и без разговоров все понимаю, — хмыкнул Мирослав.

— Она тебе не «детка»! — рявкнул Марсель, а Жасмин все же приблизилась к нему.

Он тут же загреб ее руками, прижал к себе, будто ставил жирную точку в грядущей беседе.

— Иди к гостям, Жасмин, — осторожно и максимально спокойно произнес Марс, мимолетно поцеловал девчонку в висок и подтолкнул к двери, — Мы не будем шалить, честно слово.

Странно, но Жас послушалась. А оказавшись почти у самого выхода, взглянула вдруг на Мирослава.

— Мне очень жаль, Мир, правда, — грустно улыбнулась Жасмин.

Марсель промолчал. Пришлось сжать челюсть, чтобы не выскочили крепкие словечки. Ревность так и рвала его выдержку в клочья. Хотелось подлететь к девчонке, наорать, встряхнуть, чтобы смотрела только на него. И чтобы только его видела, только его хотела. И делить ее, пусть даже с близнецом, Марсель отказывался.

Дверь с негромким щелчком закрылась. Мирослав, вздохнув, скрестил руки на груди и присел на край стола.

Марс так и застыл у окна.

Что говорить? Оно все само собой получилось. Закрутилось. Завертелось. Вся жизнь изменилась за пару недель так, что он и сам удивлялся. Но в итоге... По итогам Марсель был счастлив.

Мирослав смотрел на близнеца твердым, нечитаемым взглядом. Будто прятал эмоции от Марса. Что, в принципе, было весьма сложно. Ведь братья чувствовали друг друга. Возможно, потому и втрескались в одну и ту же женщину. Просто Марсель взял ее штурмом. Или судьба так распорядилась. Словом, повезло. Или нет?

Мир вздохнул, взъерошил волосы рукой, оттолкнулся от стола и подошел к отцовскому бару.

— Будешь? — спросил брат, не оборачиваясь.

— Давай, — усмехнулся Марсель.

Походу, мордобоя не случится. Это даже к лучшему, малышка не будет волноваться. Обещал же ей. А с другой стороны, Марс никогда не бегал от драки.

Когда наполненные стаканы опустели, Мирослав горько усмехнулся

— Я видел вас утром. На паркинге. Приехал к тебе, думал поздравить, — проговорил вдруг Мирослав. — И еще видел ленту новостей. Ты и Жасмин в опере. Не знал бы наверняка, решил бы, что точно сам присутствовал на премьере. И, знаешь, что подумал? Решил, показалось. Ну не может ведь брат увести у меня девушку из-под самого носа. На фотках вы выглядели парой.

— Послушай, брат, — сипло начал Марсель, но под тяжелым взглядом близнеца негромко выругался. — Прости!

— Она не похожа на твоих девушек, Марс, — Мирослав наполнил по второй порции и передал бокал брату. — Не такая, как все.

— Она просто охренительная, — выдохнул Марсель прежде, чем сделать большой глоток терпкой, обжигающей жидкости.

— И совсем иначе смотрит на тебя, — хмыкнул Мирослав, сел на диван и принялся вертеть в руках полупустой стакан. — Не так, как на меня. По-другому. Марсель молчал. А что говорить, если и без слов понятно?

— Значит, мой баламут-брат реально жениться собрался? — вдруг усмехнулся Мирослав.

— И все у вас серьезно. Давно?

— Со дня рождения Жас, — ответил Марсель. — Наверное, даже раньше. Меня на ней пипец как клинит. С первого дня, как увидел, и не отпускает. Пожалуй, только хуже становится. Или лучше? Плевать! Но, млять, я не хочу ничего менять. С ней хочу. Она рядом, и, как хренов супермен, все могу, все по плечу.

— Я заметил, — кивнул Мирослав. — Вот только помнится, как она сказала, что замуж за тебя не хочет.

— Дело поправимое, брат, — скривился Марсель. — Шмотки мы перевезли. Со временем согласится.

— Все настолько серьезно? И шанса у меня нет? — прищурился Мирослав.

— Туг уж прости, брат, — Марс развел руками. — Но ты сам виноват. Три месяца держался за ручку с такой девчонкой.

— Да пошел ты! — беззлобно огрызнулся Мирослав, прикончив все, что оставалось в стакане.

Молодой мужчина откинулся на спинку дивана. Марс сел в кресло напротив, вытянув длинные ноги.

В комнате не висело напряжения. Не хотелось затевать драку. Даже вести заунывные беседы было лень.

— Значит, соблазнил мою девушку? — хмыкнул Мирослав.

— Подробностей не будет, и не мечтай, — фыркнул Марсель, а не смог стереть с морды мечтательного выражения, стоило вспомнить об их с Жасмин близости.

— Бл***, сейчас захлебнусь в сиропе, — заржал Мирослав, удивив брата вырвавшимся крепким словечком.

— Командировки до добра тебя не доведут, или это старость? — подметил Марс.

— Значит, машину от меня она не взяла, а твой браслет носит, — вернулся к незакрытой теме Мирослав, — И кольцо, кстати, шикарное. Походу, малышка не подозревает, сколько бабла ты спустил на брюлики.

— Насчет тачки, я б тебе в**бал, Мир, — скривился Марсель, — Она и без того летает без тормозов. Я чуть не скончался, когда она меня как-то на трассе подрезала. Так что, тут прости, но выбором машины для моей невесты я сам займусь.

— Какие мы грозные, — посмеивался Мирослав.

— И завязывай мою женщину называть малышкой, — проворчал Марсель.

— Ревнивец хренов, — пробормотал близнец, убирая стакан на столик, а сам поднялся на ноги, — Ну, давай, что ли, поздравлю? Волнуется, наверное, малышка. ОЙ, прости, невеста твоя.

— Так и тянет пересчитать зубы идеальному Мирославу Тарновскому, — вздохнул Марсель, но на крепкие объятия ответил.

И вдруг под дых прилетел удар кулаком. Неожиданно, но вполне заслуженно. Да и удар был смазанным. Мир хотел бы, приложил бы посильнее.

— Твою мать! — просипел Марс, сгибаясь пополам. — Говнюк!

— Ну заслужил ведь, — рассмеялся Мирослав, хлопая брата по плечу.

Марсель, скривившись, выпрямился. Бить в ответ не стал. Просто серьезно взглянул на близнеца.

— Мне реально жаль, брат, но Жас — она моя, понимаешь? — проговорил Марс. — Ясно, что ты тоже подлип на нее. Только, черт раздери, у нас с ней все серьезно. Я сдохну без нее.

— Не парься, брат, — Мирослав приобнял близнеца за плечи, по-мужски, по-братски, так, как они друг друга поддерживали с самого детства, — Жас мне нравится, да. Она идеальная. И вообще шикарная. ЭЙ, дай закончить мысль!

Мир рассмеялся, перехватив недовольные искорки ревности во взгляде близнеца.

— Короче, девчонка классная, но не снесло меня так, чтобы как тебя, — закончил Мирослав, — Или это я бракованный и черствый? Нравится, да. Но чтобы вот так, в постель и сразу жениться? Тут уж мимо. Потому, Марс, мне безусловно обидно, что за моей спиной все. И по углам прятались, как дети. Но союз ваш, ребятки, благословляю. Да и Жас меняется, как только тебя видит.

— Вот уж спасибо, отче, — фыркнул Марсель, но в ответ пожал плечи брата.

— Шафером буду я, понял? — потребовал Мирослав.

— Да ну? Сплетен не боишься? — рассмеялся Марс.

— Разрулим, — отмахнулся Мирослав, — Раз уж выяснили все, накатили, и пообжимались даже, пора идти к гостям. Меня ждут жаркие цыпочки, а тебя малышка Жасмин.

— Звучит заманчиво, брат, — поддержал предложение Марсель.

Из кабинета отца близнецы выходили с серьезными выражениями на лицах.

Жасмин была здесь же, в коридоре. Увидев братьев, заломила руки и не сводила взволнованных глаз с близнецов.

Марсель вдруг широко усмехнулся. Мирослав толкнул его в спину, придав брату ускорения. И вот уже Марс сгреб девушку в крепкие объятия.

Мирослав, подмигнув Жасмин, развернулся и ушел, оставив парочку наедине.

— Как все прошло? — негромко и осторожно спросила Жасмин.

Марс молчал, но улыбался. А на лице — ни единого следа от разборок. Но это ведь далеко не показатель, они с Миром могли бы подраться без видимых последствий.

— Да отлично все, — проговорил, наконец, Марсель, а сам вдруг, приподняв Жасмин над полом, сделал несколько шагов обратно, в кабинет, — Он видел нас утром на паркинге. Да и раньше подозревал. Так что, спалились мы с тобой давно.

— Боже мой! — Жас спрятала смущенное лицо на плече у своего мужчины, — Наверное, он думает, что я полная дура!

— Не о том переживаешь, малыш, — хмыкнул Марсель и провернул ключ в двери, запирая замок.

— Тарновский! Ты можешь думать о более серьёзных вещах, чем секс?! — возмутилась Жасмин, когда Марс удобнее перехватил ее и, преодолев расстояние от двери до рабочего стола, устроил девушку на краю гладкой поверхности.

— Что может быть серьезнее секса с любимой девушкой? — фыркнул Марс, нависая над Жасмин всем телом, заставив ее лечь спиной на стол, а его руки уже нырнули под юбки.

Но вдруг на лицо Марселя вернулось серьезное выражение. Жасмин по глазам видела, как сильно ее мужчина возбужден и точно не отстанет, пока не подарит ей очередной оргазм, теперь уже на правах ее парня и жениха. Ведь можно не скрываться, вся родня в курсе. А что до гостей и шумихе в прессе — здесь плевать. Потому что скандал неизбежен. Но при поддержке любимого, родителей и Мирослава все это можно будет пережить безболезненно.

А вот серьезность во взгляде Марселя ее несколько настораживала.

Мужчина замер, вглядываясь в черты ее лица. В ее бедра упиралось свидетельство желания Марса, Жас и сама изнывала от нетерпения. Но Тарновский по неясным пока причинам медлил, а нервы начинали звенеть.

— Ты любишь меня, — вдруг сипло прошептал Марсель.

Жасмин выдохнула, обхватила ладонями мужские щеки, огладила виски пальцами, провела указательным по прямому носу, твердым губам, подбородку.

Она жутко смутилась. Одно дело, когда признание Марс выбивал из нее под угрозами и в состоянии адского возбуждения, граничащего с болью, и совсем другое — когда смотрел на нее вот так, с нежностью, ожиданием, трепетом.

— Конечно, я тебя люблю, Марсель Карлович Тарновский! Иначе спала бы я с тобой? — без тени улыбки произнесла Жасмин.

— Повтори! — выдохнул Марс, копируя ее прикосновения к лицу: щеки, скулы, нос, губы — он ласково и невероятно нежно обводил контуры кончиком пальца.

— Я! Тебя! Люблю! — громче произнесла Жасмин и нетерпеливо притянула его за талию ближе к себе, скрестив ноги за спиной своего мужчины, и с лукавой улыбкой потребовала: — Трахни уже меня, Марсик!

— Вот уж хрен, малышка, — хмыкнул Марсель, нырнул рукой к замку на своих брюках и спустил их, а следом и расправился с тонкими полупрозрачными трусиками, — Любить тебя буду.

Девичий смех перерос в протяжный стон удовольствия, а Марсель наслаждался этими звуками, скользя в обожаемом им теле плавно и нежно, доводя до грани и шагнув через нее вдвоем.

— Карл выгонит нас из дома, — сипло дыша, прошептала Жасмин, лениво поглаживая пальцами затылок и широкие плечи.

Марсель, все еще не меняя позы, находясь глубоко в любимой девчонке и чувствуя, как по телу идут волны-отголоски пережитого оргазма, мягко усмехнулся.

— Не выгонит. Да и Агата будет возражать, — заявил Марс, — и потом, мы, Тарновские, ни в чем не способны отказать любимым женщинам.

— Слушай сюда, Тарновский! — вскинула бровь Жасмин, — Никаких женщин! Уяснил? У

тебя есть только я.

— Звучит шикарно, малыш, — заурчал Марсель и легко пошевелился, лаская собой мокрые стеночки, а потом и вовсе нырнул пальцами и поманил, растирая влагу по складочкам и поигрывая тугим, натертым от минувших ласк бугорком.

В ответ Жасмин зашипела, но прогнулась, точно кошка, подставляясь под ласку. И Марсель понимал, что второй раунд — не за горами. Плоть начала оживать прямо так, находясь в любимом теле. На автомате Марс потянулся, чтобы сменить презерватив, но вновь понял, что его не было. Он, кажется, уже начал привыкать к этому урагану чувств, который испытывал рядом с Жас. К тому, как бесконтрольно терял тормоза, стоит только коснуться ее.

— Марсель! — возмутилась Жасмин, когда поняла то же, что и Марс минуту назад.

— Ну, малышка, ты такая... ты же крышесносная... девочка моя… моя…, — заворковал мужчина, вновь качнулся вперед, медленно заполняя ее собой, и жадно прижался к приоткрытым губам. — Хочу тебя так... без всего... кайфую дико...

— Надо же, и ни одного мата, — со стоном выдохнула Жасмин, вскинула бедра навстречу очередному плавному толчку, а комнату наполнили звуки влажных шлепков, порочных и откровенных, но теперь они не могли смутить девушку, наоборот, лишь сильнее заводили.

— Ну так я же сегодня повзрослел, — выдохнул Марсель, подхватил широкими ладонями упругие ягодицы и изменил угол, Жасмин застонала громче, пришлось вновь накрыть ее рот своим, чтобы слегка приглушить звуки страсти.

А в дверь громко постучали. Жасмин вздрогнула, Марсель выругался. Так и тянуло послать визитера ко всем чертям.

Но голос Агаты ворвался в затуманенное страстью сознание молодых людей.

— Дети! Пора задувать свечи! — сообщила мачеха, а Марсель рукой перехватил девичи подбородок, пальцами свободной руки надавил на пульсирующий бугорок, а ртом жадно впился в припухшие губы.

Жасмин, кончая, прогнулась и закричала. Он пил ее крики и стоны, отпустил себя, чувствуя, как пульсирует в ней. Горячо и трепетно, она принимает его всего.

Он готов был задохнуться от такого счастья. Но нужно было идти к гостям. Хотя, больше всего на свете Марс хотел бы остаться здесь, с этой яркой и удивительной девочкой, со своей малышкой Жасмин.

— Люблю тебя, девочка моя, — выдохнул он, перехватив затуманенный страстью и нежностью взор.

— И я, — отозвалась Жас, — Но если у меня на спине будут синяки, я тебя прибью.

— Прости меня, — повинился Марс, но улыбка не сходила с мужского лица.

Приведя себя в порядок, Марсель помог и Жасмин. Правда, больше отвлекал, за что и получал шлепки по ловким пронырливым пальцам.

Молодые люди покинули кабинет, спустя двадцать минут. И успели как раз к моменту, когда на небольших подмостках появился огромный торт со свечами.

Мирослав уже стоял здесь же, не хватало только Марса.

Марсель потянул Жасмин за собой, отказываясь выпускать руку любимой даже на минуту. И свечи они задували втроем. А потом, под удивленные возгласы гостей, Марс жадно целовал свою девушку. А Мир, аккуратно разрезав торт и положив небольшой кусочек на тарелку, с коварной улыбкой на красивом лице дождался, когда брат отлипнет от своей девушки.

А после, когда гости, косясь на Карла и Агату и не найдя в их лицах непонимания ил недовольства, принялись восторженно аплодировать, Мирослав, посмеиваясь, залепил брату куском торта прямо в счастливую физиономию.

Жасмин возмущенно воскликнула, а Марс ответил брату тем же. И пока Мир, хохоча, стирал десерт с лица, Марселю помогала Жасмин. Снимала белоснежный крем пальцем и облизывала тот.

— Вкусно тебе, солнышко? — хмыкнул Марс.

— Охренительно, — негромко шепнула Жас и рассмеялась.

Марсель не стал сдерживать порыва, притянул девушку к себе и принялся целовать ее, заодно пачкая тортом ее щеки, волосы, платье. Веселье и азарт захлестнули троицу, а торт ловко увезли подальше от бурных именинников и девушки, которая принадлежала одному и братьев, но кому конкретно — гости пока не определись.

А спустя минут пять-шесть все же пришли к единому мнению. Раз уж Жасмин, падчерица Карла Тарновского, целуется с Марселем Тарновским, растеряв всякую скромность и позабыв о правилах приличия, то, очевидно, он и есть ее парень.

По крайней мере, парочка не собиралась отлипать друг от друга, даже когда весь торт с лица Марселя был стерт.

— Вот здесь еще кусочек остался, — лукаво улыбаясь, сообщила Жасмин, разглядывая Марселя и сидя на его коленях.

К слову, Тарновский будто не замечал свободных стульев, держал весь остаток вечера девушку на своих коленях. А та, улыбаясь и смеясь, не возражала даже.

Гости, если и были повергнуты в шок всем происходящим, то виду не подавали. Самые любопытные порывались заговорить с Карлом и Агатой на тему отношений между молодыми людьми. На что Карл невозмутимо отвечал:

— Что значит: Жасмин встречалась с Мирославом? Это берд. У них с Марселем уже давно серьезные отношения!

Приглашенные гости были немного дезориентированы. Но предпочитали больше не развивать эту тему, списав все на ошибку журналистов. Ну а события со свадьбы и подавно казались чем-то древним, не стоящим внимания. Или же там, на балконе был и вовсе Мирослав с Соломовой? Или нет? Да, скорее всего, Мирослав. Или же ничего и вовсе не было? Не мог ведь преуспевающий бизнесмен, помощник самого Карла Тарновского и его воспитанный и благородный сын вести себя подобным образом! Нет, все это выдумки. Определенно! Просто слухи. А что касается Соломовой, так ее и не пригласили. А вот Иван Соломов появился в обществе приятной незнакомки. Так что, определенно, слухи распустила именно сама Инга Соломова — бывшая, недовольная, брошенная жена Ивана, друга Тарновских. И уже к завершению вечеринки весь свет сошелся на мнении, что совсем скоро состоится свадьба Марселя Тарновского и Жасмин Медаевой. А про Соломову никто больше не вспоминал.