— А что это за проклятие? — тихо спросила я, осторожно оглядываясь, словно боясь наткнуться на что-то невидимое, скрытое во тьме. Я старательно подобрала эпитет «проклятье» намекая на разгулявшуюся силу генерала.
Бэтти пожал плечами, ее лицо выражало искреннее недоумение и немного насмешки.
— А я откуда знаю? — ответила она, делая легкий жест рукой. — Я что, у него документы спрашивала? Проклятие и проклятие.
Я почувствовала, как мороз пробежался по коже, и мой взгляд невольно скользнул по древним стенам — мрачным, покрытым трещинами и облупившейся краской. В этом месте даже воздух казался тяжелым, пропитанным тайнами и забытыми страхами.
— А вы его хоть раз видели? — спросила я, ощущая, как дом вдруг стал мрачным и неприветливым, словно все его забытые уголки ожили под моим взглядом, напоминая о старинных поместьях, где каждый шорох, каждый шепот — часть давно ушедшей эпохи.
Бэтти слегка развела руками, улыбаясь загадочно.
— Ну, раза два, мельком, — призналась она.
Я подняла глаза на старинную люстру в позолоте, сверкающую в тусклом свете, и почувствовала, как внутри просыпается любопытство. Мне показалось, что люстра едва заметно покачнулась.
Бэтти подняла глаза, а потом отошла к стене. Я решила последовать ее примеру. Люстру еще чуть-чуть тряхнуло. Он даже звякнула.
— А почему оно вас не тронуло? — спросила я, не сводя взгляда с люстры.
— Наверное, в тот день мне просто повезло, — усмехнулась горничная, тоже глядя на люстру.
Она легко протерла дверную ручку, не особенно заботясь о пыли или грязи.
— Ты мне нравишься, — заметила Бэтти. — Так и быть, дам тебе совет. Не смотри на лицо генерала. Он этого терпеть не может. Как только начинаешь его рассматривать, он тут же выходит из себя.
— Но ведь он может подумать, что я наоборот прячу глаза от его шрама? Что мне неприятно на него смотреть, — заметила я. — И поэтому я отвожу взгляд.
— Тут игра без победителей, — заметила Бэтти, пожимая плечами. — И палка о двух концах. К дворецкому можешь не соваться. Он всегда пьян и редко выходит из комнаты.
— Ничего себе дворецкий, — заметила я. — А как же его обязанности?
— А он просто иногда оттуда кричит, мол, милости прошу! — заметила Бэтти. — Кухарка в основном на кухне или в огороде. И я тут пыль вытираю…
Бэтти зевнула.
— А с генералом вы не… общаетесь? — спросила я.
— Нет, конечно! — Бэтти посмотрела на меня, как на сумасшедшую. — Мы вообще от него подальше стараемся держаться. Я вообще про него мало знаю. Знаю, что он всегда после того, как попил чай переворачивает кружку на блюдце. Привычка у него такая.
Бэтти задумалась.
— Тут неизвестно, что его может разозлить! Особенно в дождливые дни! В те дни тут вообще магия знает что твориться! Так что мой тебе совет, как только пасмурно и дождик, прячься и побыстрее. Можешь у меня пересидеть. До меня вроде бы не сильно достает. Или на кухне. Там стены ого-го какие прочные.