Истребитель-«молния» P-38 «Лайтнинг»

УДАРЫ С ЮГА

Как известно, английское руководство в 1942–1943 гг. склоняло американцев к вторжению в Европу с юга, а не с запада. «Хитрая лиса» У. Черчилль имел обыкновение обещать (в 1942 г., когда немецкое наступление на юге СССР приобретало зловещий размах, премьер-министр Великобритании заверял И. Сталина, что союзники высадятся в Европе не позднее лета 1943 г. и оттянут на себя часть соединений Вермахта и Люфтваффе), а затем не выполнять обещаний. Борьба с немцами и итальянцами в Северной Африке, а затем в Италии по своим масштабам не тянула на полномасштабный «второй фронт». «Ну и ладно, — думали про себя английские военные руководители, — зато потери будут меньше, а накопить резервов к моменту настоящего вторжения удастся побольше». Кроме того, высадка союзников на юге, по мысли Черчилля, исключала возможность проникновения Красной Армии на Балканы и Апеннины.

Как бы то ни было, практически одновременно с немецкой операцией «Цитадель» на Восточном фронте (знаменитое сражение на Курской дуге) англо-американское командование организовало и провело на Средиземноморском театре войны свою операцию «Хаски» — вторжение на итальянский остров Сицилия. Предварительно удары были нанесены авиацией по двум итальянским островкам неподалеку от Сицилии. На остров Пантеллерия англичане и американцы сбросили 6000 т бомб и так запугали итальянский гарнизон, что тот сдался через час после начала высадки войск союзников. Генерал Паттон с юмором уточнил: «Единственной жертвой союзников оказался английский солдат, которого укусил осел».

Не так гладко прошла высадка в самой Сицилии 10 июля 1943 г. Из-за плохой погоды американский парашютно-десантный полк сбросили неточно и вдобавок разбросали по большой территории. С английскими планерами, набитыми десантниками, вообще произошла катастрофа: только 13 из запланированных 136 приземлились в запланированном районе, а более 50 упали в море. Второй эшелон (американский парашютно-десантный полк) потерял пятую часть людей из-за зенитного огня… Зенитки тоже были американскими; обстрел производили корабли ВМС США, над которыми по ошибке прошли самолеты с десантниками. Таким образом, надежды на захват противника врасплох, занятие мостов, уничтожение неприятельских штабов, словом, на действия, которые считаются «фирменным блюдом» десантников, не оправдались. Пришлось начинать классические удары с захваченного побережья, отбивать атаки немецкой танковой дивизии «Герман Геринг», которая едва не сбросила американцев в море и была остановлена только огнем корабельной артиллерии. Англо-американские союзники были вынуждены строить аэродромы на клочках суши, подтягивать авиацию, главным образом истребителей-бомбардировщиков, и налаживать организацию их ударов по узлам сопротивления.

10 июля 1943 г. немецкая 10-я эскадра скоростных бомбардировщиков (SKG 10) попыталась нанести удар по флоту вторжения, но наткнулась на патруль «Лайтнингов» из 96-й эскадрильи. В числе семи сбитых немцев оказался сам командир SKG 10 майор Гюнтер Тонне. Ему удалось выброситься с парашютом и уцелеть, а о бое с P-38 он вспоминал так: «Они немедленно появились позади и стали преследовать нас на малой высоте над долиной… К счастью, «Фокке-Вульф» точно не слабак. Я видел несколько идущих вниз самолетов, но должен был спасти свою шкуру. Я повернул на север, чтобы избавиться от них, и перепробовал все, петляя по долинам и перепрыгивая через горы, но «Лайтнинги» держались позади меня. В конце концов они вышли на дистанцию огня и повредили мой самолет». Еще через пять дней майор Тонне погиб в авиационной катастрофе.

Для 14 FG, летавшей на новейших P-38Н, удачным днем стало 18 июля. «Лайтнинги» из 37-й и 48-й эскадрилий сопровождали летающую лодку «Сандерленд», вылетавшую для поиска и спасения экипажей в район Сардинии. Внезапно они обнаружили 15 трехмоторных транспортных самолетов Ju-52 и не упустили выпавшего шанса. Шесть «тетушек Ю» сбили пилоты 37 FS (четыре победы записал на свой счет лейтенант Ллойд Хендрикс), а остальные девять — летчики из 48 FS. Вообще, для противника воздушное сражение над Сицилией и Южной Италией вряд ли можно считать удачным. Только за один день 5 июля были сбиты два ведущих аса итальянских ВВС: капитан Ф. Луччини (26 побед) и лейтенант Л. Феррули (22 победы).

После того как «Лайтнинги» снова взяли на себя функции истребителей сопровождения, в июле их потери составили 17 машин. Еще более печальные последствия имел один-единственный бой, который провела 1 FG против немецких истребителей 2 сентября 1943 г. В районе Неаполя состоялось самое масштабное столкновение истребителей P-38, сопровождавших бомбардировщики B-25, с немецкими «ягдваффе». На перехват поднялись подразделения 3, 53 и 77-й немецких истребительных эскадр. В ходе распавшегося на множество поединков боя американцы потеряли 13 «Лайтнингов» и доложили об уничтожении 23 «Мессершмиттов». Немцы признали потерю восьми Bf.109G и семи пилотов, в числе которых оказался обер-лейтенант Франц Шисс, известный ас с 67 победами.

Сполна расплатиться с немцами за потери в сентябре американцам удалось 9 октября 1943 г. В этот день 37-я эскадрилья прикрывала английские корабли в Эгейском море. Немцы направили для удара по ним большую группу пикировщиков Ju-87, но этой группе не повезло. Истребительного прикрытия у нее не было, как и возможности уклониться от боя с быстроходными «Лайтнингами». По докладам американских пилотов, в тот день было сбито 16 «Юнкерсов» и еще пять заявлены как поврежденные без единой потери со стороны американцев.

Лейтенант Трой Ханна заявил о пяти победах, а командир 37 FS майор Билл Ливеретт стал рекордсменом среди пилотов P-38 по числу сбитых самолетов противника в одном бою. Вот фрагмент из его воспоминаний: «9 октября в 10.30 я взлетел во главе девятки P-38 из 37-й эскадрильи. Мы должны были прикрывать группу из одного английского крейсера и четырех эсминцев, которые обстреливали германо-итальянский гарнизон на острове Родос. Вскоре после взлета два самолета из моей группы были вынуждены вернуться на базу из-за проблем с двигателями. Таким образом, в составе моего Красного звена осталось три P-38, а в составе Белого звена лейтенанта Вайна Блю — четыре машины…

Мы подошли к английским кораблям на высоте 1800 м и начали описывать большой круг против часовой стрелки, одновременно поднимаясь до 2400 м и стараясь не подходить слишком близко, чтобы не стать мишенями для нервных английских зенитчиков. Лейтенант Хоумер Спринкл, ведомый в моем звене, сообщил о приближении вражеских самолетов с направления «1 час». На расстоянии они выглядели как темное облако, приближающееся откуда-то сверху с северо-запада.

Я немедленно двинул рычаги двигателей вперед для увеличения скорости и изменил курс так, чтобы оказаться перед неприятелем с тем, чтобы уточнить тип вражеских самолетов. Вскоре мне стало ясно, что это Ju-87 с их характерными крыльями типа «обратная чайка». Вероятно, они поднялись с Крита или с аэродрома неподалеку от Скарпанто.

Прежде чем мы успели приблизиться, несколько «штук» спикировало на британские корабли. Было зафиксировано по крайней мере одно прямое попадание; эсминец переломился надвое и немедленно затонул.

Как только мы приблизились к «штукам» — это случилось приблизительно в 12.15, — я приказал лейтенанту Блю оглядеться повнимательнее, нет ли поблизости немецких истребителей, прикрывающих Ju-87, а сам с двумя ведомыми сделал заход на строй «штук» слева. Я рассчитывал обстрелять из 12,7-миллиметровых пулеметов поочередно несколько немецких самолетов в процессе сближения.

Прежде чем немцы заметили нас, я атаковал ближайший самолет прямо перед собой; после моей короткой очереди из его левой части мотогондолы повалил дым. Те пилоты «штук», которые еще не сбросили бомбы, немедленно освободились от них при виде первых же очередей. Некоторые пилоты моей эскадрильи доложили после боя, что ряд «Юнкерсов» даже отстрелил основные стойки шасси, готовясь к вынужденной посадке на поверхность моря.

Как только я увидел, что моя первая «штука» задымила, я тут же перенес огонь на машину, которая шла впереди. Атака производилась сзади слева и немного снизу; огонь я открыл примерно на расстоянии 200 м и сразу добился попаданий; самолет противника перевернулся и спиралью пошел вниз.

Я еще довернул влево и оказался позади группы «штук». Боковым зрением увидел, как оба подбитые мной «Юнкерса» поочередно врезались в воду. Несмотря на то что на каждом Ju-87 имелась задняя огневая точка с подвижным 7,92-миллиметровым пулеметом, я уверен в том, что ни один из стрелков «штук» оборонительного огня не вел.

Я атаковал своего третьего «Юнкерса» сзади и немного слева. Огонь открыл одновременно с неприятельским стрелком, но тот сразу его прекратил. Следующее, что я увидел, — немецкий летчик выбросился из кабины, однако открывшегося парашюта не наблюдал. Стрелок покинуть загоревшуюся машину не пытался.

Я продолжил сближение с очередным «Юнкерсом», теперь уже четвертым, и обстрелял его сбоку под углом приблизительно 30°. Снаряды и пули угодили в двигатель «штуки», я обратил внимание на полетевшие назад обломки сорванных капотов и других частей машины. Двигатель задымил, «штука» резко потеряла скорость и опустила нос.

Затем пришлось отвернуть влево-вверх, и, сделав полный вираж, я снова оказался позади «штук», одна из которых оказалась практически перед носом моего «Лайтнинга». Я обстрелял ее сзади под углом не более 15°, части остекления кабины и капотов пронеслись мимо, а из двигателя «Юнкерса» и его левого крыла повалил дым. Стрелок выпрыгнул с парашютом в тот момент, когда я проскочил мимо горящей «штуки»…

Для того чтобы не столкнуться с очередным «Юнкерсом», мне пришлось перевернуть свой P-38 на спину и вести огонь из этого положения с очень короткой дистанции. Снаряды и пули угодили в мотор «штуки» с правой стороны, и он немедленно загорелся. Мой ведомый лейтенант Ханна (он также сбил пять и повредил один Ju-87) наблюдал, как этот немецкий самолет столкнулся с поверхностью моря.

Я атаковал моего седьмого сзади и немного снизу. Стрелок попытался отбиваться, но прекратил стрельбу после первого же моего залпа из пушки и пулеметов. «Штука» пошла вниз, я еще сблизился и дал прицельную очередь по радиаторам и мотогондоле. Некоторые Ju-87 имели деревянные винты; этот, наверное, тоже — все выглядело так, как будто я полностью отстрелил ему винт. Немецкий самолет буквально остановился в воздухе и стал опускать нос; я проскочил под ним вплотную и ощутил резкий удар. Посмотрев назад, я увидел падающий объект и почему-то решил, что это мой левый хвост. К счастью, он был на месте. Падающим объектом, по-видимому, было тело вражеского пилота или стрелка…

После посадки и осмотра машины оказалось, что мой «Лайтнинг» зацепил «штуку» левым винтом и повредил концы лопастей сантиметров на шестьдесят. К счастью, винт «пропилил» не самую прочную часть неприятельского самолета, вероятно, руль направления или киль…

В 12.30 все было кончено. Боеприпасы на моем «Лайтнинге» были выпущены все до единого».

Семь сбитых в одном бою — это наивысшее достижение американских пилотов, летавших на истребителях P-38 «Лайтнинг».