Изгой рода Орловых. Ликвидатор 3

Глава 60 Пророчества

За окном все еще царила осенняя темнота, разбавленная неоновыми сполохами. Сна не было ни в одном глазу. Однако я ощущал ужасную усталость. Внутреннее зрение показало чудовищный расход праны, как будто я несколько часов сражался под усилением. Даже мои аномально большие запасы энергии показали дно. Мышцы сводило, как после интенсивной тренировки. Но прошло всего два часа с того момента, как я заснул. И если с мгновенным ви́дением ближайшего будущего я уже научился хоть как-то управлять, то все эти… непонятные эпизоды бреда, промелькнувшие передо мной, никакому контролю не поддавались.

Я постарался снова заснуть, используя стандартные техники расслабления. Полежав, примерно полчаса, как дурак, с закрытыми глазами, я встал. Таймер в углу поля зрения показывал три часа ночи. Преодолевая сопротивление вдруг потерявших эластичность мышц, я поплелся на кухню. Игорь вылил остатки кофе, убрал посуду и запустил посудомойку. Так что пришлось мне лезть в шкаф за порошком для кофемашины.

Сперва стоит взбодриться. Ну хоть как-то.

Интересное наблюдение: процесс этого странного сна сожрал почти всю мою прану. То есть «прорицание», чем бы оно ни было, все же требует энергетических затрат. Как и любая другая магия. Примерно такое же состояние у меня было бы, попробуй я, например, сотворить простую печать навроде той, что Игорь восстановил горло покойному Владимирову. Теоретически любой физик мог активировать некоторые печати, используя прану. На практике это приводило к чудовищным тратам внутренней энергии. Постигшие, то есть маги, отличались от стихийников и физиков в первую очередь тем, что умели аккумулировать в гамониуме чистый эфир, и манипулировать этой энергией, как и тем эфиром, что наполнял мир вокруг мага. Стихийная энергия считалась энергией более низкого порядка, ну а прана стояла в самом низу этой иерархии по энергоэффективности.

К чему я это? А к тому, что когда я открою себе доступ к стихиям, качество управления видениями должно повыситься. Это если все будет подчиняться стандартным законам бытия. Но есть немаленькая вероятность, что я сейчас придумываю какую-то ерунду. И видение, как вариант, всегда требует праны, как и человеческий организм. Ну или, что моя душа, путешествуя по глубинам астрала, или где там обитают эти странные образы будущего, подцепила паразита, который кушает прану на завтрак. Версий можно накидать много. Существование «астрала» или любых иных измерений не доказано. А вот «астральные», то есть эфирные паразиты вполне себе существуют.

Кофемашина сыграла мелодию завершения работы. Я взял дымящуюся чашку и осторожно отхлебнул. После кофе, которое варил Игорь, вкус был совсем не тот. Быстро к хорошему привыкаешь.

Раз уснуть не удается, пожалуй, займусь изучением материалов.

Что вскрыть? То, что я нашел в сейфе, или посмотреть подборку Кая по пророкам? Анна Иоанновна, что скажете? Монета блеснула гранями. Императрица. Что же пророки, так пророки. Когда-то же нужно начать изучать материалы. А исследованием батиного наследства я вообще займусь не дома. А то здесь чужих глаз слишком много.

Настроив виртуальный интерфейс так, чтобы при изучении материалов я мог видеть и окружающую обстановку, я вскрыл папку с материалами и углубился в их изучение.

Через полчаса я сварил новую порцию порошкового кофе и попытался вникнуть в материалы, которые Кай насобирал по всему «всемирному эфиру».

Сначала шли пророки, жившие до Новой Эры. Такие, как Кассандра, Бакид или Даниил. Все сведения о них были скорее мифом, чем историческим фактом. Кроме Бакида.

Этот гражданин Эллады составил первый известный письменный корпус предсказаний. Что любопытно, список дошел до наших дней и хранился в одном из национальных музеев Римского Понтификата. Я немного почитал об этом. Существовало две альтернативные точки зрения, первая что эти списки — поздняя фальшивка. А вторая, что правительство Понтификата скрывает истинные списки, поскольку там содержатся пророчества, якобы описывающие даже нашу современность. Вообще, материалов по этому Бакиду было изрядно, там начался целый детектив с попытками похищения списков или исследованиями, чтобы проследить их происхождение. Но я не стал пока углубляться.

Исайю и Даниила присвоили себе поклонники бога-страдальца. Их пророчества были внесены в священные книги, изучены под микроскопом и признаны научным сообществом бесполезными. Все попытки подогнать мутные формулировки священных текстов, к происходящим после смерти пророков событиям в мире, выглядели, как по мне, натягиванием мыши-полевки на гигантский кактус.

В шестнадцатом веке миру явился Нострадамус со своими «Центуриями». Это был самый распиаренный пророк из всех. К тому же его «Центурии» были полностью доступны в «эфире». Кай даже отыскал фотокопии одного из первых изданий книги Мишеля на старофранцузском.

И после Нострадамуса «эфир» упоминал только Вольфа Мессинга, какую-то болгарскую Вангу и «спящего пророка» Эдгара Кейси. И смотрелись они и их «пророчества» по сравнению с пророками прошлого, примерно как деревенская бабка-шептунья рядом с повелителем стихий. Такую фигню, как они, мог любой бизнес-аналитик предсказать. Даже если эти их «пророчества» действительно были сделаны именно тогда, когда «пророки» их якобы произнесли. А не были очередной более поздней фальшивкой.

Все остальные материалы о пророках и прорицании находились в разделе «сомнительные данные» и «фальсификации». Я туда даже не полез.

Негусто. Честно говоря, я ожидал большего. Хотя вру. Сам не знаю, чего ожидал. Спать по-прежнему не хотелось, и я щелкнул по заголовку «Центурии. Книга пророчеств». Внутри находились четверостишия, которые почему-то называли катренами. Издание было снабжено интерактивными ссылками и расшифровками стихов, большинство из которых были сделаны постфактум. Я лениво крутанул текст вниз, а затем приказал Каю выбрать три катрена случайным образом и вывести на экран. И тупо уставился на получившийся результат. Первый же катрен гласил:

Послание будет оглашено

Гордыню свою ты смири

Твой выбор — иллюзия, все решено,

Уйди, ты мешаешь, умри.

Вот здесь мне стало по-настоящему жутко. Не бывает таких совпадений! Четыре сотни лет назад жил человек, который предвидел мой сегодняшний бред? А сегодня первый же выпавший мне катрен процитировал слова ночного кошмара? Ничего себе масштаб событий! Но главное, понятно, что ничего, непонятно!

В душу холодными укусами впился иррациональный страх.

Я одним движением зрачков смахнул текст катренов с виртуального монитора. Пожалуй, на сегодня мне хватит душевных потрясений. Продолжу изучение темы позже. Тем более что информативность изученных материалов была равна нулю. Ну видел какой-то древний француз один сон со мной. Ну, допустим, послал мне то ли угрозу, то ли предупреждение. И что мне это дает? Кажется, что ничего.

Немного посидев над чашкой остывшего кофе, в некоем подобии транса, я, наконец, встряхнулся, сбросив с себя странное, внезапно навалившееся оцепенение. И направился в спальню. Попытка расслабиться и заснуть дубль два. Промучившись минут двадцать в попытках расслабиться, я все-таки умудрился провалиться в обычный, ничем не примечательный сон.

Утром я проверил запас праны. Процентов десять восстановилось. Надеюсь, мне сегодня не придется прыгать-бегать, заниматься боевыми действиями. Что-то неладное творится с моим драгоценным организмом. Отравления нет, всю дрянь я вывел. Ладно, поступлю, как всякий взрослый ответственный мужчина. Забью болт на эту ерунду и понадеюсь, что само пройдет. Обычно работает.

Участок встретил меня привычной уже рутиной, в которую я за неполный месяц вполне втянулся.

— Чего у тебя глаза красные, Боярин? — поприветствовал меня вполне живой и здоровый Красавчик.

— Да вот, смотрел ночью отечественные сериалы, и кровь из глаз пошла, — буркнул я в ответ.

Мой немудрящий юмор нашел неожиданный отклик. Коллеги заржали

— Нет, ну не скажи. Китайские еще хужей. — Не согласился видный кинокритик Ветер. — Там вообще непонятно, кто все эти узкоглазые, и почему они одну и ту же фразу по три раза талдычат-на! Скукота, ска.

— А нахрена ты их смотришь, тогда, сержант? — спросила хмурая с самого утра Заноза. — Мазохист чель?

— Супруга смотрит, — с тяжким вздохом ответил Олег. — А я, ска, страдаю-на. Смотреть не смотрю, но слышу постоянно. У меня скоро из ушей кровь пойдет, как вон из глаз у Боярина.

— Главное, чтоб не из жопы, — нелогично ответила Заноза.

Мы лениво обсуждали достоинства мирового кинематографа.

В Империи были разрешены к показу только мыльные оперы, официально одобренные министерством культуры. В основном испанские сериалы, вроде «Рабыня без ауры». Однако в «эфире» было множество страниц содержащих незаконный видеоконтент со всего мира. Власти Русской Империи пытались бороться с «культурной агрессией» соседей, но безнадежно проигрывали эту схватку оборзевшим отечественным видеопиратам. Последнее время модным поветрием стало смотреть и обсуждать фильмы и мультипликацию наших восточных соседей.

Посреди этой замечательной культурной дискуссии меня вызвали на второй этаж. Я без всякого предвидения знал, что меня жаждет увидеть его благородие Волков. Вряд ли я понадобился Плахину или Выгодовскому.

Волков сидел все в том же кресле с выражением вселенской скорби на лице. Сбоку от него стоял стол с новым монитором, на котором открывались и закрывались какие-то папки и программы. Рядом торчало видеоокошко с какой-то записью говорящей головы, перемотка была поставлена на ×4. Увидев меня, Волков приветственно кивнул, расфокусировав глаза так, чтобы левый смотрел на экран монитора, а правый на меня. Выглядело криповато.

— Добрый день, Алексей Григорьевич, — он пожевал губами и в очередной раз заерзал в кресле. — Нам одобрили вылазку в логово тролля.

— Вы имеете в виду, тот люк, который мы обнаружили в свежем гнезде? — на всякий случай уточнил я.

— Все так. Пришлось нанимать стороннего ритуалиста, но поход получил одобрение на высшем уровне.

— Император согласовал, дай ему духи предков здоровья и процветания? — невинно поинтересовался я.

— На высшем для Воронежа, а не на высочайшем, — не поддержал шутку толстяк. — Начальник управления его превосходительство Громов лично взял «дело колдуна» под контроль. — Видео в окошке закончилось, и Волков сразу же запустил следующее. — После нашего вчерашнего успеха к моим словам, наконец, отнеслись серьезно. И вообще, обнаруженное наделало много шума. Вы специально утаили от меня информацию о том, что на объекте содержатся люди?

— Я был совершенно не в курсе, — абсолютно искренне ответил я. — Мой информатор говорил только про лабораторию. И склад дряни, который по идее должен был быть вывезен для утилизации. Я так понимаю, мы с вами нашли важное для колдуна место?

— Скорее всего, это была его основная лаборатория в районе. Не знаю, зачем ему доступ к коммуникациям района Синицыных. Раньше я допускал, что подобная лаборатория находится там. В любом случае, с модификациями животных он работает в другом месте. А вот найденный вами ранее мутаген разрабатывался именно в том особняке, который ваша группа взяла штурмом. Расследование отдали полностью под мою компетенцию, даже представление к новому чину отправили в министерство.

— Могу поздравить с производством в девятый класс? Титулярный советник?

— Сразу восьмой. Представление отправлено на коллежского асессора. Но поздравлять рано время прохождения подобных документов обычно до двух недель.

Ого. Хороший скачок. Орин у нас теперь капитан, обошел Плахина на повороте. Впрочем, следователям военные звания не присваивались.

— Если мы покончили с тратящей полезное время светской беседой, позволю себе спросить: вы получили, то, что хотели?

— Да, — ответил я коротко, чтобы максимально затруднить анализ этому живому компьютеру. — Но это не та тема, на которую я готов откровенничать.

— Ну да, сложно было не заметить вскрытую стенную панель и пустой сейф за ней, — вот гад глазастый! — То, что вы забрали, хотя бы по моральным законам, может называться вашей собственностью?

— И даже по законам Империи. Но вот с доказательствами у меня вышло бы недоразумение.

— Мне не нужны доказательства, Алексей Григорьевич. Вижу, вы действительно считаете, что вправе были изъять это. Что бы это ни было. Мне достаточно, чтобы закрыть глаза на этот эпизод. Дальше. Есть новости, которые вам следует обсудить со своими коллегами. Мне предложили выбрать, кто именно будет участвовать в операции в синицынском районе в качестве силовой поддержки. Я заявил, что сформирую группу самостоятельно, и получил на это разрешение. Вас с коллегами переведут на новые должности в Управлении. Вот предварительные приказы и должностные инструкции, — он сбросил документы на мой служебный аккаунт. — Конечно, если это не вызовет возражений с их стороны. Меня устроит, если под мое начало перейдете только вы. Но я готов дать шанс и остальной группе. Она достаточно опытная и сработанная. У нынешнего спецназа Управления даже близко нет такого полевого опыта.

— Плахин голос сорвет, так орать будет, — произнес я, рассматривая полученные документы. — Вы его сильно подставляете.

— На ваше место начальство готово принять две группы стажеров из училища, возглавляемые ветеранами управления. Лейтенант давно просил замену выбывшей группе. Вот и получит. Кроме того, заботиться о его душевном спокойствии не входит в мои должностные обязанности, знаете ли.

— Орин. Почему эти документы вы переслали мне? Почему не через сержанта? Все-таки у нас есть определенная иерархия!

— Мне нужны только вы. Остальные идут довеском. И я не люблю контактировать с плохо знакомыми мне людьми, я говорил вам об этом двадцать третьего октября в шестнадцать сорок две. Прошу вас довести предложение управления до сведения остальной команды. Мне нужно предварительное согласие. Или отказ. У меня все, Алексей Григорьевич.

Я вернулся к ребятам, как раз к моменту, когда Заноза и Красавчик собирались отложить культурные аргументы, навроде: «ты че дура, конченая» и «ща в лоб получишь сучонок», — и перейти врукопашную. Предметом спора явился какой-то японский мультик про алхимика, который Заноза назвала «гребаной мутью», а Красавчик 'недооцененным шедевром. Даже Кабан не дрых, как обычно, а с интересом следил за разворачивающейся дискуссией, плавно перерастающей в потасовку.

— Господа, группа «Браво»! — гаркнул я с порога. — Нам поступило уникальное предложение, переквалифицироваться из городских стражников в гвардейцев кардинала!

И сбросил пакет документов Ветру. Тот моргнул, увидев входящее сообщение, и полез смотреть, что там пришло на своем древнем протокомпьютере. Перед тем как приступить к изучению, он рявкнул:

— Заноза, Красавчик! А ну, угомонились оба два-на! Достали собачиться по любому поводу. Кто рот откроет в ближайшие пять минут, в наряд по оружейке пойдет!

— О, класс! — Немедленно расцвела Заноза. — Можно я?

— Дурдом, — тяжело вздохнул сержант и погрузился в чтение.

Все молчали и смотрели в широкую спину Олега, которая почти полностью перекрывала монитор.

— Чего там, — шепотом, от которого в углу обвалился кусок штукатурки, спросил Кабан. — Боярин, ты ж видел?

— Интересное предложение, — Рудницкий повернулся к нам, потирая лоб ладонью. — Шикарное даже. Нам предлагают перейти в подчинение следственному отделу управы. Как группе силового прикрытия. Это мы, получается, с участка переходим в Управление работать.

— И чего в этом такого шикарного, — фыркнула Заноза. — Ты ж сам всегда говорил, что в Управлении одни упыри работают.

— Например, мое жалование увеличится вдвое. — Ответил сержант. — При той же должности и звании. А ваше в полтора раза. Даже не знаю, что сказать. Твоих рук дело, Боярин?

Уважаемые читатели. Если вы открыли эту книгу на любом сайте, кроме https://author.today/work/451232 значит она ворованная.

Автор уведомляет вас, что вы, скорее всего, читаете сырой неотредактированный и не вычитанный текст. Единственный законный экземпляр этой книги находится здесь https://author.today/u/dankogan